Реферат: Безработица. Проблема безработицы в Восточной Европе

Введение.

Неотъемлемойчертой рыночной экономики является безработица временная незанятостьэкономически активного населения. Причины данного явления разнообразны.Во-первых, структурные сдвиги в экономике, выражающиеся в том, что внедрениеновых технологий, оборудования приводит к сокращению излишней рабочей силы.Во-вторых, экономический спад или депрессия, которые вынуждают работодателейснижать потребность во всех ресурсах, в том числе и трудовых. В-третьих,политика правительства в области оплаты труда: повышение минимального размеразаработной платы увеличивает издержки производства и тем самым снижает спрос нарабочую силу, что иллюстрирует классическая модель рынка труда. В-четвертых,сезонные изменения в уровне производства в отдельных отраслях экономики.Наконец, в-пятых, изменения в демографической структуре населения, в частностирост численности населения в трудоспособном возрасте увеличивает спрос на труди, следовательно, возрастает вероятность безработицы.

Исходяиз причин безработицы, можно сформулировать ее основные формы.

Фрикционнаябезработица (от англ. friction трение, разногласие) связана с перемещениемлюдей с одной работы на другую, из одной местности в другую. Причина даннойформы безработицы в том, что и люди, и рабочие места неоднородны, и поэтомутребуется определенное время для “взаимного поиска”.

Структурнаябезработица связана с изменениями в технологиях, а также с тем, что рыноктоваров и услуг постоянно изменяется: появляются новые товары, которыевытесняют старые, не пользующиеся спросом. В этой связи предприятияпересматривают структуру своих ресурсов и, в частности, ресурсов труда. Какправило, внедрение новых технологий приводит либо к увольнению части рабочейсилы, либо к переобучению персонала.

Сезоннаябезработица связана с неодинаковыми объемами производства, выполняемыминекоторыми отраслями в различные периоды времени, то есть в одни месяцы спросна рабочую силу в этих отраслях растет (и, следовательно, снижаетсябезработица), в другие уменьшается (а безработица возрастает). К отраслям, длякоторых характерны сезонные колебания объемов производства (а значит изанятости) относятся прежде всего сельское хозяйство и строительство.

Циклическаябезработица связана с недостаточным совокупным спросом на товары и услуги,который вызывает рост безработицы в тех отраслях, где эти товары производятся.

Наконец,скрытая безработица, которая характерна для отечественной экономики. Суть ее втом, что в условиях неполного использования ресурсов предприятия, вызванногоэкономическим кризисом, предприятия не увольняют работников, а переводят ихлибо на сокращенный режим рабочего времени (неполная рабочая неделя или рабочийдень), либо отправляют в вынужденные неоплаченные отпуска. Формально такихработников нельзя признать безработными, однако фактически они являютсятаковыми.

Несмотряна объективный характер безработицы, социально-экономические потери, которыеона порождает, очевидны. Во-первых, не производится какая-то часть товаров иуслуг, которые могли бы быть произведены, если бы человек работал. Во-вторых,снижаются налоговые поступления: работающий получает доход (заработную плату),который облагается налогом. В-третьих, снижается уровень жизни семьибезработного, так как пособие по безработице меньше, чем заработная плата.В-четвертых, ухудшается психологическое состояние безработного, становятсячастыми конфликты в семье и т.д.

Вэтой связи одной из функций государства становится регулирование занятости,устранение негативных последствий безработицы. В частности, в каждом городе илирайоне созданы центры занятости, которые выполняют следующие функции: выплачиваютпособия по безработице, помогают безработным найти работу, ведут переобучениеновым, пользующимся спросом профессиям. В этих центрах оказывается ипсихологическая помощь людям, оставшимся без работы. Государство, кроме того,может оказывать финансовую поддержку тем предприятиям, где планируется массовоеувольнение, с целью сохранения или модернизации рабочих мест. Далее,государство может вводить налоговые льготы для тех предприятий, которыепринимают на работу наименее защищенные группы населения (инвалиды, многодетныематери, “чернобыльцы”, “афганцы”).

Оцениваябезработицу как социально-экономическое явление, нельзя однозначно утверждать:хорошо это или плохо. С точки зрения человека, оставшегося без работы, этоможет оказаться трагедией. Однако с точки зрения экономической динамики данноеявление объективная необходимость. Другое дело, что государство должно“амортизировать” ее негативные последствия, а работники должны быть готовы кпрофессиональной и трудовой мобильности ради получения работы.

Изменениябезработицы в Восточной Европе за последние годы показаны на рисунке 1-1. Этотрисунок отражает несколько отличительных особенностей. Первая состоит в общемповышении уровня безработицы с 1990 г. Вторая выражается в неоднородности общейкартины. В то время как большинство стран в нашей выборке демонстрируют уровеньбезработицы в пределах 10-15 процентов. Чешская Республика и Россия имеютгораздо более низкий уровень безработицы. Перечень вопросов, проистекающих изрисунка 1-1. очевиден. Почему уровни безработицы возросли и почему они такразличаются? Является ли безработица застойной или она есть остановка на путиперехода с одной работы на другую работу? Будет ли уровень безработицывозрастать в дальнейшем, или она может поддерживаться на сложившемся уровне,наблюдаемом в большинстве стран? Какую политику воздействия на рынок трудаследует выдвигать правительствам? Следует ли им держать курс на прекращениевыплат пособий по безработице через шесть месяцев или же через год? Этонекоторые из вопросов, которые рассматриваются в данной главе. В ней мыпроанализируем вместе явления, которые базируются на информации, полученной врезультате изучения отдельных стран. Сперва, прежде чем представить основнойэскиз общей картины, мы намечаем рамки нашего анализа. В последующих разделахмы углубляемся в детали.

Рамки анализа

Общиерамки, в которых следует рассматривать безработицу в процессе перехода ясны. Содной стороны, некогда господствовавший государственный сектор неуклонноразрушается, Государственные фирмы теряют работников; некоторые фирмыреорганизуются, другие закрываются. Новый частный сектор возникает и растет.Безработица есть результат этого процесса перераспределения. Ноперераспределительные процессы протекают в различных формах. Рассмотрим двакрайних взгляда. Согласно первому из них, главной силой является коллапсгосударственных предприятий, неспособных приспособиться к рыночной среде.Частный сектор, находящийся в эмбриональном состоянии, растет, но недостаточнодля того, чтобы занять множество высвободившихся работников. Согласно этойточке зрения, переход быстро ведет к высокой безработице и безработица быстростановится застойной. Рабочие, которые имеют несчастье потерять работу, весьмавероятно, выбывают из состава рабочей силы или становятся

безработнымина длительный срок. Высокая безработица представляет высокие экономические исоциальные издержки это угрожает реформе, замедляет желаемую реорганизациюгосударственного сектора и дискредитирует реформаторские правительства.Согласно второму взгляду, главной силой является быстрый рост частного сектора,который перехватывает рабочих из государственных предприятий и, тем самым,создает сразу стимулы, и возможности для их реорганизации. С этой точки зрения,безработица является результатом здорового процесса перераспределения. Дажеесли количество безработных велико, их состав характеризуется высокойоборачиваемостью и является центральным звеном эффективного перераспределения.Как получить данные, позволяющие выяснить, какой взгляд, правилен или, скореевсего, где истина, лежащая между двумя точками зрения?

Общая картина.

Сокращениезанятости в государственном секторе.

Таблица1-1 дает оценки изменениям занятости в государственном секторе за период1990-92 гг. Общая картина ясна. Налицо значительное сокращение занятости вовсех странах. По причине слабого прогресса средней и большой приватизации,динамика показателей отражает не столько изменение статуса предприятий, сколькоправдиво свидетельствует о действительном снижении занятости. Исключение составляетРоссия, где снижение занятости объясняется, главным образом, изменением статусапредприятий и занятость на государственных фирмах снизилась почти на 4 процентав 1992 г.

Приведенныев таблице показатели, однако, скрывают различия, характерные для отдельныхпериодов времени и для отдельных стран. Чтобы понять это, следует подумать овнутренней и внешней обстановке, в которой действуют государственные фирмынакануне приватизации. Это особенно важно потому, что приватизация оказаласьвесьма медленным процессом. В отдельных странах и в каждой стране фирмыразличаются как своей первоначальной позицией так и масштабами шока, которыйони испытали. Некоторые фирмы потеряли весь свой рынок в результате распадаСЭВ. И некоторые страны, такие как Болгария, были значительно сильнее другихстран затронуты первоначальными шоками В различных странах фирмы различаютсясвоими внутренними побудительными мотивами. В большинстве стран решения,принимаемые предприятиями, отражают интересы менеджеров и рабочих. Однако относительнаязначимость этих социальных групп зависит от институциональных и историческихфакторов. Цели каждой группы также различны; здесь исключительно важныперспективы приватизации и ожидаемые выгоды каждой группы, и когда началсяпереходный этап, эти ожидания изменились. Наконец, различна сама внешняя среда,в которой функционируют фирмы. В большинстве стран фирмы быстро столкнулись сжесткими бюджетными ограничениями, поскольку субсидии и другие виды поддержкибыли резко сокращены и правительства достаточно долго не отступали от своихпервоначальных планов жесткой политики, что привело к закрытию многихпредприятий. Кое-где текущие или ожидаемые бюджетные ограничения намного мягчеи до сих пор фирмы могли избегать самого тяжелого выбора. Как сочетались этифакторы? В Польше, Венгрии и Чешской Республике можно наблюдать несколькоэтапов перехода. В начале перехода фирмы старались удерживать работников.Сокращение занятости шло медленнее, чем сокращение выпуска. Большинствоувольнений были добровольными или, по крайней мере, относительнобезболезненными, например, путем досрочного выхода на пенсию. Заработная платабыла установлена таким образом, что включала большую часть прежней прибыли, иэто не угрожало занятости. Но по прошествии времени усиливаются признаки того,что потеря работы выходит за рамки фрикционной безработицы. Увольнения побольшей части становятся вынужденными, люди увольняются по преимуществу не сцелью перехода на другую работу, а для того чтобы пополнить ряды безработных.Фирмы принимают решения с учетом все более длительной перспективы, даже доприватизации. Другие страны делятся на две группы. С одной стороны, Болгария,где первоначальный шок был намного сильнее, а амортизаторы намного слабее, гдепервоначальное сокращение выпуска и занятости в государственном секторе былонеобычно сильным. С другой стороны, Россия и, в меньшей степени, Румыния, гдеболее мягкие бюджетные ограничения до сих пор позволяют государственным фирмамограничить потери в занятости на уровне много более низком, чем масштабысокращения выпуска.

Рост занятости в частном секторе.

Какпоказано в таблице 1-1, частный сектор быстро растет. Причем в большой степениэтот рост, опять же за исключением России, может быть отнесен на счет ростанового а не приватизированного частного сектора. До сих пор этот рост отражал,главным образом, процесс структурного приспособления, заполнение характернойдля социализма бреши в торговле и услугах. И природа нового частного секторабыла сформирована как особенностями самой торговой деятельности, так и обилиемжестких барьеров от ограниченного доступа к кредиту до отсутствия экспертизы.Частный сектор состоит из множества мелких фирм, которые финансируются за счетвнутренних источников, и, если принять в расчет другие аспекты компенсациипомимо зарплаты, обычно платят своим работникам меньше, чем государственныефирмы. Широкие потоки уволенных, а также ушедших с работы по собственномужеланию свидетельствуют о высоком уровне банкротств и непрестижном характересамой работы, которая к тому же отличается высокой неопределенностью. Некоторыестраны, такие как Польша и Венгрия, находятся на той стадии, когда доляторговли и услуг приближается к соответствующим показателям в других рыночныхэкономиках с примерно таким же уровнем дохода. Это поднимает вопрос о том,будут ли нивелироваться межстрановые различия в темпах создания рабочих мест вчастном секторе. Мы находим мало оснований считать, что частный сектор где-либов промышленности, например, может непрерывно расти одним и тем же темпом.

Безработица.

Эволюциябезработицы следует из нашей характеристики развития частного игосударственного секторов. Сфокусировав внимание сперва на Венгрии, Польше иЧешской Республике можно наблюдать как с течением времени меняется природабезработицы. Первоначальное сокращение занятости в государственном секторепроисходило как путем прямого перехода работников на другую работу, так и путемвыбытия из состава рабочей силы посредством досрочного выхода на пенсию. Длятех, кто имел несчастье стать безработным, перспективы были туманными,показатели уровня оттока из рядов

Таблица1-1. Занятость по формам собственности.

  В тысячах   Доля в общей занятости

Показатели 1990 1991 1992 1990 1991 1992

Венгрия

Общаязанятость  4699,0 4334,0 4120,0

Государственныйсектор 2860,4 2645,0 66,0 64,2

Частныйсектор  1473,6 1475,0 34,0 35,8

ПОЛЬША

Общаязанятость  16511,0 15601,0 15379,0

Государственныйсектор 10963,4 9313,8 8550,7 66,4 59,7 55,6

Частныйсектор  5547,7 6287,2 6828,3 33,6 40,3 44,4

ЧешскаяРеспублика

Общаязанятость  5351,0 5059,0 4880,0

Государственныйсектор 4917,0 4052,0 91,9 80,1 -

Частныйсектор  434,0 1007,0 8,1 19,9 -

СЛОВАКИЯ

Общаязанятость  2478,0 2281,0 2160,0

Государственныйсектор 2357,0 1989,0 1793,0 95,1 87,2 83,0

Частныйсектор  121,0 292,0 367,0 4,9 12,8 17,0

БОЛГАРИЯ

Общаязанятость  4097,0 3564,0 3113,0

Государственныйсектор 4097,0 3204,0 2673,0 100,0 89,9 85,9

Частныйсектор  360,0 440,0 10,1 14,1

РУМЫНИЯ

Общаязанятость  10840,0 10786,0 10205,0

Государственныйсектор 10041,8 8980,4 93,1 88,0

Частныйсектор  744,2 1224,6 6,9 12,0

РОССИЯ

Общаязанятость  75400 73800 72300

Государственныйсектор 66900 60300 53600 88,7 81,7 74,1

Частныйсектор  8300 13500 18700 11,0 18,3 25,9

нетданных.

Примечание:давние по Польше в 1989 г. состовляют, соответственно, i7600, 12126 в 5474, чтодает долю мытых в государственном секторе 68,9 процентов и в частном секторе31.1 процента. Источник; Employment Observatory, оценка Роскомстата иВсемирного банка безработных, особенно уровня трудоустройства, были низкими. Стечением времени, когда увольнения стали преимущественно недобровольными,увеличился приток в состав безработных как с государственных, так и с частныхфирм: правда выросли и обратные потоки из состава безработных. Перемещение сработы на работу происходит теперь через безработицу. Низкий уровеньбезработицы в Чешской республике сравнительно с Польшей и Венгрией порожден какболее интенсивным ростом частного сектора (при меньшей исходной базе), так иболее жесткими ограничениями на право получать пособие по безработице. Неследует, однако недооценивать эти изменения, которые претерпевает с течениемвремени природа безработицы. В сравнении с западными странами, текучестьсостава безработных остается низкой. В сегодняшней Польше и Венгрии, месячныйпоказатель уровня трудоустройства из состава безработных до сих пор недостигает 3 процентов; для сравнения в США в 1992 г. он составлял 25 процентов.Средние цифры скрывают значительные региональные различия. Уровень безработицысильно варьирует по регионам в каждой стране по двум причинам: в результатеразличий в темпах сокращения государственного сектора и в темпах роста частногосектора. Ограничения на передвижения рабочей силы усиливают эти региональныеразличия. Другие страны опять же подразделяются на две группы. В Болгариивысокая безработица порождается сочетанием сильного сокращения занятости вгосударственном секторе и слабого компенсирующего роста занятости в частномсекторе. Похожая в общих чертах картина, хотя с другой временной траекториейпотоков рабочей силы, исходящих из государственного сектора, характерна дляСловакии. В противоположность Чешской Республике, частный сектор был здесьизначально намного меньше, что обусловило значительно более низкие показателиперехода на другую работу у теряющих место в государственном секторе. ДляРумынии и России более низкая безработица на старте перехода есть, преждевсего, результат более слабого сокращения занятости в государственном секторе.Последующее повышение безработицы в Румынии в 1992 г. отражает некотороеужесточение бюджетных ограничений, хотя изменения в экономической политике быличастыми и непредсказуемыми.

Практическая классификация.

Вцелом мы наблюдаем три формы развития. Первая форма характерна для трехнаиболее развитых стран центральной Европы Польши, Венгрии и Чешской Республикигде государственный сектор сокращается и преобразуется, а частный секторрасширяется. Здесь два спорных вопроса. Сколько работников должно высвободитьсяс государственных предприятий? И что произойдет с ростом занятости в частномсекторе, когда процесс структурного приспособления подойдет к концу? Втораяформа наблюдается в Болгарии и, в меньшей степени, в Словакии, где сокращениегосударственного сектора было сильным, рост частного сектора слабым ибезработица выросла очень сильно. Очевидный вопрос состоит здесь в следующем:позволит ли экономическое и политическое давление безработицы и депрессиипродолжать реформу?

Третьяформа наблюдается в России и, в меньшей степени в Румынии, где мягкие бюджетныеограничения позволяют государственным предприятиям поддерживать занятость ценойгрозящей гиперинфляции. Безработица низка, но перемены уже начинаются. Ииздержки, связанные с неспособностью стабилизировать экономику и обеспечитьсреду для длительных структурных преобразований явно велики. В последующихразделах рассматриваются различные части общей картины, занятость вгосударственном секторе, занятость в частном секторе и безработица болеедетально. В последнем разделе рассматриваются предположения о будущем развитии.

Решения в области занятости и заработнойплаты на государственных предприятиях: рамки анализа

Ссамого начала реформы государственные предприятия находились под фактическимконтролем своих рабочих и управляющих. Формальный, юридический собственник,обычно представленный государственным казначейством или заново созданнойгосударственной организацией, в значительной степени уклонялся от контроля. Небыло формального защитника интересов капитала.

Отсюдане следует, однако, что здесь верна стандартная модель фирмы, управляемойработниками. Здесь более подходят модели принятия решений на фирме, гдедоминируют “инсайдеры” (т.е. уже занятые на данном предприятии впротивоположность потенциальным “новичкам”) подобные тем, которые развиты длярыночных экономик. Данные модели предсказывают, что заработная платаустанавливается на таком высоком уровне, какой возможен при поддержаниистабильного уровня занятости среди работающих на предприятии (Commander,Coricelli i и Staehr 1992 и Lane и Dinopoulos 1991 обосновывают приемлемостьэтих моделей в контексте переходного периода). Но они приемлемы только с тремяважнейшими оговорками. Первая оговорка касается относительной роли рабочих посравнению с управляющими. Институционально роль рабочих существенно различна вразных странах. Проанализированные практические ситуации показывают сильнуюзависимость между институциональной организацией и реальными действиями. К 1992году чехословацкие и венгерские промышленные рабочие в целом не играли илииграли небольшую роль в принятии решений, в то время как польские и румынскиерабочие были существенно более влиятельны (Estrin, Schaffer и Singh, 1993).Кто-то может спросить, как управляющие вообще способны иметь какую-то власть нафирмах при фактическом отсутствии конечного собственника. Ответ проистекаетчастично из формы институтов такой, как право рабочих советов в Польше смещатьуправляющих, частично из того, что рабочие нуждаются в опыте управляющих, дабыфирма выжила в трудные времена. Вопрос здесь состоит в том, какова связь междусилой профсоюзов и влиянием рабочих внутри фирмы. Численность профсоюзовостается большой во всех странах, но их воинственность сильно различается.Численность и воинственность профсоюзов явно были выше в Болгарии и Румынии,воинственность, в известной степени, обеспечивалась “новыми” боевыми союзами,численный состав старыми профсоюзными структурами. Хотя данные о забастовках недоступны, ясно, что забастовочное движение достигло самого высокого уровня вРумынии, Польше и Болгарии. Воинственность профсоюзов в бывшей ЧСФР и Венгриипочти полностью отсутствует. Кажется, что сила профсоюзов в различных странахсвязана с властью рабочих на предприятиях, но следует, вероятно, рассматриватьоба эти явления скорее как отражение одной и той же причины общей роли рабочихв переходном процессе, а не как явления причинно связанные друг с другом.

Втораяоговорка касается перспектив рабочих и управляющих, которые (перспективы), всвою очередь, зависят от процесса приватизации. Подходы к приватизации вотдельных странах различались очень значительно, по масштабам, процедуре и повремени осуществления (см. Fridman, Rapacjzynsky in Earle 1993).

Внекоторых странах, таких как Болгария и Румыния, несмотря на тщательноразработанные планы, было достигнуто немногое (за исключением малойприватизации преимущественно в розничной торговле). И, за исключением России иЧешской Республики, большая приватизация осуществлялась медленно,действительная смена права собственности и прав контроля существеннозапаздывала по сравнению с объявленным распорядком.

ВРоссии работники поощрялись к тому, чтобы взять фирмы в свои руки, при этомуправляющие получали несоразмерно большую долю в капитале (Boyko, Sheifer иVishny 1993). В отличие, от этого чешская и румынская массовая приватизацияпредоставила более ограниченные права “инсайдерам”, но в обеих странах все ещене вырисовывается сколько-нибудь определенный результат. Польша занимаетпромежуточное положение. В целом по прошествии времени вероятность того, чтоработники предприятий получат существенные права возросла; в основном это можнорассматривать как политическую цену, уплачиваемую за то, чтобы приватизациядействительно осуществлялась. Это важно потому что это формируетпредприватизационные ожидания и рабочих, и управляющих. Когда в начале реформыприватизация казалась очень близкой, а доли сегодняшних работников в капиталефирм после приватизации представлялись маленькими, для управляющих и длярабочих было мало оснований работать на длительную перспективу и приступать кструктурным преобразованиям. В некоторых случаях как в Польше в 1991 г. этопривело к требованиям повышения зарплаты и ассоциировалась с поведением,направленным на декапитализацию фирмы. Но замедление приватизации и болеевысокая доля работников в приватизируемом капитале заставили фирмы работать наболее отдаленную перспективу. Это становится характерным и для Польши (Pinto,Belka и Kzajewski 1993). Однако это хрупкое равновесие и замедлениеприватизации может быть симптомом растущей неспособности к достижениюконсенсуса, необходимого для смены формы собственности. В таких случаяхБолгария и Румыния, возможно, лучшие примеры выигрыши от дальновидногоповедения менее очевидны и может последовать действительная декапитализация.

Нетнеобходимости специально подчеркивать, что требования высокой заработной платы,низкие инвестиции и отсутствие структурных изменений являются здесь наиболеевероятными последствиями. Третья оговорка состоит в том, что внешняя среда, вкоторой функционируют государственные фирмы, существенно отличается от тойсреды, в которой действуют фирмы в западных странах. Особо значима здесьстепень текущих и перспективных бюджетных ограничений. В большинстве странвновь за исключением России, само осуществление реформы, так же как и ужасающаяситуация с государственным бюджетом, быстро ведут к ужесточению бюджетныхограничений для государственных предприятий. Динамика субсидий приведена втаблице 1-2. Существенное сокращение субсидий наблюдается в большинстве стран,кроме России и Румынии.

Таблица1-2. Субсидии гос. предприятиям (процент от ВВП)

Страны 1990  1991  1992

Венгрия 3,2  2,6  2,1

Польша 6,2  3,1  1.4

ЧСФР 14,1  9,7  5,5

Словакия9,6  5,5  4,1

Болгария8,8  3,0  3,2

Румыния 3,6  2,5  2/3

Россия   28,7

нетданных.

Фирмамтребуется время для осознания того факта, что ограничения стали жесткими ибудут оставаться таковыми и в дальнейшем. Кроме того, субсидии составлялиобычно лишь одно из измерений жесткости бюджетного ограничения. В большинствеслучаев другие механизмы, такие как задолженность по уплате налогов, неуплатаотчислений по социальному страхованию, дешевые кредитные линии, способствовалисмягчению бюджетных ограничении или, по крайней мере, существенно смягчаливидимую жесткость экономической политики. Как только изменились ощущения фирм относительножесткости бюджетных ограничений, они начинали сокращение заработной платы изанятости. В свете этого нужно рассматривать динамику заработной платы изанятости с самого начала переходного этапа. То, что мы видим, и что детальнопредставлено ниже, за некоторыми оговорками, точно соответствует модели. Вначале реформ сокращение занятости было незначительным и часто происходило засчет увольнений по собственному желанию и досрочного выхода на пенсию.Заработная плата была установлена либо ниже, либо близко к потолку, которыйдиктовался политикой доходов (Blanchard и Layard 1992, Jackman и Pages j.993).По мере продолжения реформы, ориентация на более длительную перспективу иощущения более жестких бюджетных ограничений заставляют фирмы быстрее высвобождатьработников. Число недобровольных увольнений увеличивается. В то же времязаработная плата растет, но обычно в связи с общим состоянием дел на фирм е.

Занятость и заработная плата вгосударственном секторе

Сокращениевыпуска.

Нарисунках 1-2 и 1-3 показано снижение ВВП и промышленного производства постранам с 1990. ВВП в известной мере отражаем развитие частного сектора, но впромышленном производстве очень сильно доминируют государственные фирмы.

Рисункиуказывают на очень значительное сокращение производства, которое затронуло всестраны с самого начала перехода. Общее сокращение ВВП с 1929 года варьирует от12% в Польше до 40% в Болгарии. Общее сокращение промышленного производстваварьирует от 31% в Венгрии до 54% в Болгарии. Даже если мы уверены в том, чтоофициальная статистика преувеличивает размеры падения выпуска, мы всеравномобнаруживаем значительное сокращение объемов производства, которое пришловслед за предшествующим замедлением роста. При более близком рассмотрении виднавременная разница в развитии событий по отдельным странам. В трех самыхразвитых центральноевропейских странах наибольшее сокращение выпуска произошлов тот год, когда переход начался всерьез 1990 г. в Польше, 1991 г. в двухдругих. К середине 1.992 г. в Польше появились признаки стабилизациипромышленного выпуска и в первой половине 1993 г. он был примерно на 10% выше,чем в предшествующем году. В Венгрии и Чешской Республике выпускстабилизировался в 1993 г. и теперь налицо слабые признаки подъема, Болгарияотличается в этом плане; хотя здесь также наибольшее сокращение приходится наначало реформы, темп сокращения все еще высок в 1992 г. И в России, и в Румыниитемп сокращения еще возрастает в 1992 г. Хотя это и не является нашей главнойтемой, понимание того, почему выпуск сократился так сильно, существенно важнодля нашей задачи. Из сведений, собранных другими исследователями так же, как ииз данной работы, следует, что сокращение выпуска в большинстве стран, видимо,имеет две концептуально различные причины. Первая, которая доминирует в началеперехода, это общий шок, сочетание снижения совокупного спроса и сужениякредита. Вторая причина, значимость которой возросла, это перераспределение,сдвиги в относительных издержках и в относительных размерах спроса. Такая интерпретациябазируется на многих ключевых моментах. Один из них это малые различия вотносительной динамике выпуска между секторами в начале перехода и рост этихразличий во второй и третий годы перехода. Изменения указанных различийпоказаны в. таблице 1-3. Исключением из общей картины представляется Венгрия,где структурные изменения играли более важную роль прежде и до 1990 годанаблюдалась явно асимметричная динамика в различных секторах. Другой ключевоймомент это корреляция между относительными ценами в отдельных секторах иизменениями выпуска. Если бы шоки относительного спроса доминировали на стартеперехода, можно было бы ожидать положительной корреляции между относительнымиценами и выпуском. И, за исключением Венгрии и Болгарии, в течение первого годареформы корреляция была очень низкой по абсолютному значению величиной. ВПольше незначительная отрицательная корреляция в 1990 г. превратилась вположительную и существенную в 1991 и 1992 гг. (Borensztein, и Ostry, 19931глава 2 настоящего издания). Что интересно (но это может сказать больше опоказателях, чем о ситуации в Центральной Европе), корреляция междуиндикаторами предполагаемых сравнительных преимуществ, такими, как внутренниеиздержки на факторы производства и величина выпуска, незначительна для любой израссматриваемых стран.

Изменениезанятости.

Нарисунке 1-4 представлена динамика занятости, выпуска и производительности трудав промышленности по различным странам, начиная с 1989 г, для Польши и с 1990 г,для других стран.

Имеющиесяданные позволяют нарисовать более детальную картину, согласно которойувольнения с работы были сперва добровольными, а стали все в большей меревынужденными. Подход фирм состоял сперва в использовании сокращенного рабочегодня, и административных отпусков, а также в использовании правительственныхпрограмм, которые финансировали добровольные ранние выходы на пенсию. В Польшев 1990 г. по крайней мере, 70 процентов сокращения занятости было получено засчет преждевременного выхода на пенсию; и, хотя в других странах соответствующиепоказатели были ниже так в Венгрии между 1990 и 1992 гг. этим путем былодостигнуто 20 процентов сокращения занятости такая реакция явно является общей.

Далее,вынужденные увольнения с работы были сконцентрированы на категориивспомогательных рабочих, включая административный персонал и канцелярскихработников. Это может частично объяснить изначально высокий удельный вес женщинв составе безработных. Оказывается, что только в Венгрии, где мы наблюдаемболее существенные структурные изменения к 1992 г., безработица среди мужчиндоминирует над женской безработицей.

Темне менее с течением времени наблюдается явный рост вынужденных увольнений сработы в. ЧСФР, Венгрии и Польше с 1991 г. и в Румынии с 1992 г. При этомважное значение имеют способы выхода из состава рабочей силы. Массовыеувольнения были редкими. Это может быть отнесено за счет законодательныхпрепятствий, высоких издержек по увольнению и, несомненно, сохраняющегося праварабочих сильно влиять на решения по вопросам занятости. Последний факторпредставляется особенно важным дал Польши, Румынии и России. Кроме того, заисключением Венгрии с 1992 г. ни в одной стране не было действующей процедурыбанкротства, что делало решения о широкомасштабных увольнениях и возможнойликвидации фирм более трудными.

Припервом рассмотрении эти цифры говорят о том, что государственный секторполагается сначала на то, что все утрясется само собой и только затем проводиттребуемое для его выживания сокращение занятости. Но это лишь часть истории.Другой набор цифр количество принятых на работу в государственном сектореуказывает на то, что наша общая картина должна быть, по крайней мере,усложнена. В странах, по которым мы имеем данные, потоки вливающиеся в составзанятых в государственном секторе далеко не были незначительными. В Польше в1992 г., в то время как поток из состава занятых в государственном секторесоставил 20 процентов, обратный приток превысил 10 процентов удивительновысокий показатель. В Венгрии поток из состава занятых в государственномсекторе составил 22 процента и обратный приток 10 процентов. В России цифрыбыли и вовсе удивительные 22 и 19 процентов, соответственно. Хотя этипоказатели интенсивности потоков в состав занятых в государственном секторедалеки от уровня в 35 процентов, который наблюдается на рынке труда США, они,тем не менее, значительны.

Мыполагаем, что причины столь высоких показателей, характеризующих прием наработу, различны. Высокие показатели в России, вероятно, отражают комбинациюфакторов, включающих право фирм на получение повышенных субсидий при наймедополнительных рабочих, сверхоптимистичные виды на будущее развитие и динамикувыпуска, технологию со свойствами, описанными Леонтьевской производственнойфункцией (Commander и Jackman 1993). Это, однако, едва ли может объяснить ситуацию в Венгрии иПольше в 1992 г. Здесь частичным объяснением может служить неоднородностьрабочих и необходимость заменить некоторых уволившихся работников даже передлицом сокращения занятости. Другим объяснением может быть неоднородность фирм,в том смысле, что некоторые фирмы расширяются даже в сокращаюшихся секторах.Представляется, что венгерские данные о найме работников фирмами подтверждаютэту точку зрения, но сведения о том, как распределяется изменение занятости поотдельным фирмам фрагментарны.

Трудноответить на вопрос, сколько еще предстоит потерь и структурных изменений всфере занятости. Обзор подготовленный Pinto, Belka.Krajewski (1993) содержитоценки менеджеров фирм о сохраняющейся избыточной занятости в середине 1992 г.в Польше. Медиана лежит между 5 и 10 процентами, а средняя величина составляет12 процентов при том, что на прибыльных фирмах избыточная занятость все ещесоставляет 10 процентов.

ВВенгрии доля фирм, отчитавшихся о найме новых работников, стабильно возрасталас примерно 10 процентов во второй половине 1991 г. до приблизительно 25процентов в первой половине 1993 г. Стабилизация занятости в государственномсекторе в некоторых странах может служить свидетельством того, что приурегулировании прав собственности мы наблюдаем окончание спада. Но это можетотражать также нежелание государства допускать большое сокращение занятости.Этим можно объяснить последние изменения занятости в государственном сектореБолгарии, где бюджетные и политические проблемы связанные с дальнейшимсокращением занятости побуждали правительство фактически субсидировать фирмы,что вело к сохранению численности персонала. Но это поднимает вопрос о том, чтопроисходит по мере того, как приватизация действительно осуществляется. Регрессионныеуравнения связывающие изменения занятости с действительными или планируемымиизменениями в формах собственности в Венгрии показывают достаточно сильнуюобратную зависимость. Но в целом имеется немного строгих свидетельств того,чтобы изменения наименования или формы собственности устойчиво представляли вобласти занятости меру изменения режима функционирования фирм. Примечательно,что в Чешской Республике, несмотря на принятие закона о банкротстве (апрель1993 г.) и завершение первого раунда ваучерной приватизации, закрытияпредприятий не приобрели сколько-нибудь существенных масштабов. Похоже, чтобанки боятся вызвать широкую волну вторичных банкротств. Общая картина состоит,таким образом, в сокращении занятости государственными фирмами, в ходе которогоизменения наименования фирм слабо отражают структурные изменения. Ранее мыобосновали, почему это именно так.

Динамика заработной платы.

Рисунок1-5 детализирует динамику реальной заработной платы с учетом потребительскихцен, реальной заработной платы с учетом цен производителей и удельных затрат наоплату труда с 1989 г. для Польши и с 1990 г. для остальных стран.

Втаблице 1-4 та же информация представлена другим путем через компонентыпоказателя удельных затрат на оплату труда. Удельные затраты на оплату трудамогут быть выражены как произведение реальной заработной платы с учетомпотребительских цен, отношения дефлятора потребительских цен к показателюуровня цен производителей и показателя, обратного производительности труда.Таким образом, удельные затраты на оплату труда возрастают, если растетреальная заработная плата с учетом потребительских цен или если ускоряется ростпотребительских цен по сравнению с оптовыми, или если падает производительностьтруда. В таблице представлен вклад каждого из трех компонентов.

Рисуноки таблица говорят о том, что для всех стран характерна очень похожая картина.Во всех случаях, начало переходного этапа было связано с резким падениемреальной заработной платы с учетом потребительских цен. Падение реальной заработнойплаты с учетом потребительских цен в первый месяц реализации стабилизационнойпрограммы наблюдалось в размерах от 27% в ЧСФР до 57% в Болгарии. К концупервого года сокращение реальной заработной платы с учетом потребительских ценсоставило от 18 до 40 процентов в Болгарии, бывшей ЧССР, Польше, Румынии иРоссии. Только в Венгрии, где рост уровня цен был намного меньше, ненаблюдалось или наблюдалось очень небольшое снижение реальной заработной платы.Можно было бы ожидать, что такое снижение заработной платы происходит врезультате установления потолков заработной платы, которые ведут к неполнойиндексации. И действительно, именно для этого и были введены такие потолки. Нопервоначально во всех странах, кроме Венгрии, заработная плата была установленаниже потолков, определенных государственной политикой заработной платы. Этоможет быть отнесено на счет ряда причин, наиболее важными из которых былиосторожность в условиях неопределенности и желание поддержать уровеньзанятости; обе причины были вызваны сокращением ликвидных средств (Calvo иCoricelli 1993). За первоначальным снижением реальной заработной платы с учетомпотребительских цен последовал/о частичное восстановление ее уровня. Но к концу1992 г. реальная зарплата с учетом потребительских цен все еще была на 20-35процентов ниже ее предреформенного уровня; исключением вновь является Венгрия,где реальная заработная плата с учетом потребительских цен почти не изменилась.

Динамикареальной заработной платы с учетом цен производителей отражает увеличение клинамежду потребительскими ценами и ценами производителей (ускоренный рост первых иотставание последних), которое обусловлено продолжающимся процессомлиберализации цен. Поэтому, после первоначального снижения, реальная зарплата сучетом цен производителей выросла быстрее, чем реальная зарплата с учетомпотребительских цен. В то время как реальная зарплата с учетом потребительскихцен в Болгарии составляет 50 процентов от дореформенного уровня, реальнаязарплата с учетом цен производителей выше, чем была перед началом переходногоэтапа. Резальная зарплата с учетом цен производителей равна 100 процентампредреформенного уровня в Польше, 90 процентам в бывшей ЧССР, НО процентам вВенгрии и 80 процентам в Румынии.

Таблица1-5. Валовая прибыль к объему реализации 1989-92 гг., %

Страны1989 1990 1991 1992

Венгрия5,0 3.3 -1,1

Польша28.0 23,3 6,9 3.0

ЧСФР9.2 9,4 9,8

Словакия14,4 6,1 0,8

Болгария34,7 14,7 8,2 -2,4

Румыния4,2 3,7

Добавим,что динамика удельных затрат на оплату труда отражает снижениепроизводительности труда. В итоге удельные затраты на оплату труда не меняютсяили повышаются по сравнению с предреформенным уровнем. Оборотная сторона этогоявления очень низкие прибыли. Поведения фирм в области заработной платы изанятости было таким, чтобы распределять  между занятыми большую частьдоступной прибыли. С учетом всех надлежащих предостережений о достоверностиизмерения прибыли, таблица 1-5 ясно показывает резкое снижение доли волновойприбыли в стоимости реализованной продукции, за исключением Чешской Республикидо 1992 г. Показателем масштабов падения прибылей в Польше является то, что кначалу 1992 г. более 45 процентов польских фирм стояли бы перед необходимостьюликвидации, если бы была введена процедура банкротства (Uiszei 1993).

Хотямы не приводим в таблице данных по России, быстрый рост цен производителей посравнению с потребительскими ценами в 1992 г. и размеры шока реальнойзаработной платы с учетом потребительских цен компенсируются здесь значительнымпадением производительности труда. Как это ни парадоксально, но мы можемнаблюдать сдвиг в пользу прибыли даже в то время, когда нелегко определить, ктоже является капиталистами.

Можемли мы рассказать больше о факторах, определяющих заработную плату,сравнительной значимости заработной платы и занятости при принятии решений оповедении фирмы на рынке труда, и о роли условий самого рынка труда? Даже еслимы не имеем еще точной картины, мы имеем теперь несколько ключей к ответам.

Вовсех случаях зарплата в принципе регулировалась правительствами посредствомполитики доходов. Представляется, что это должно было уменьшать разброс визменениях зарплаты по секторам и отраслям. Но более дезагрегированный анализ,как, например, на базе Венгерских отраслевых данных, указывает на большие различияи сильные отраслевые эффекты. Подобные расхождения мы находим и между странами.В России реальная заработная плата едва сдвинулась от уровня, сложившегося врезультате ценового шока в январе i992 г. Впечатление явно таково, что рабочиесогласились со столь незначительным повышением заработной платы в обмен настабильную занятость. Это может также быть результатом предприватизационныхожиданий, когда работникам представляется, что после приватизации заработнаяплата значительно возрастет. Там, где макроэкономическая и структурная политикабыли непоследовательны Румыния, трудоустроенные рабочие больше требовалиповышения зарплаты, чем сохранения уровня занятости.

Появляетсянеожиданная корреляция между условиями рынка труда и изменениями заработнойплаты. Согласно одной из точек зрения, страны с более Щедрыми пособиями побезработице характеризуются более сильным давлением на заработную плату (Burda1993), о чем свидетельствуют различия между Венгрией и Чешской Республикой.Кто-то, тем не менее, может спросить, является ли такая связь причинной связью.Высокие коэффициенты возмещения пособием трудовых доходов для некоторыхкатегорий работников, преимущественно, неквалифицированных, в Венгрии не могутобъяснить продолжительность безработицы или изменение состава безработных и непредставляются мощным фактором длительного воздействия. Но в более общем плане,ясно, что уровни пособий по безработице низки во всех странах, где коэффициентывозмещения резко снижаются за пределами короткого периода, который обычноустанавливается различными режимами пособий по безработице. (Scarpetta, Boeri, andRenterswand 1993).

Венгерскиеданные свидетельствуют о достаточно сильной связи между переменными параметрамирегиональных рынков труда и изменениями заработной платы, и региональныйуровень безработицы показывает традиционную обратную связь с заработной платой.В Чехии и Словакии движение заработной платы к прежнему уровню также указываетна сильное воздействие региональной безработицы. Обобщенные данные и данные поотдельным фирмам в основных отраслях промышленности России свидетельствуют отом, что заработная плата была чувствительна к масштабам сокращенияпроизводства, и отношение региональных изменений заработной платы кскорректированному уровню безработицы (те, кто ищет работу, плюс отправленные ввынужденный отпуск и вынужденные работать неполное рабочее время)характеризуется слабой обратной зависимостью; более высокий уровень незанятостиоборачивается меньшими изменениями в заработной плате. В Болгарии региональныеданные за 1991 и 1992 годы раскрывают развивающуюся традиционную обратную связьмежду поведением относительной заработной платы по регионам и региональнойбезработицей.

Безработица и уровень оплаты труда вчастном секторе.

Получитьточные данные о размерах частного сектора и объеме выпуска в нем весьма сложно,поскольку официальная статистика занижает размеры частного сектора так же, каки его рост. В частности, информация об очень небольших по размерам фирмах,которые, главным образом, и влияют на показатель роста частного сектора,является неполной. Зная о расхождениях в статистических данных, мы в этомразделе частично полагаемся на результаты наблюдений.

Таблица1-1 уже содержит наши оценки занятости в частном секторе по годам и странам.Умозрительно мы могли бы сопоставить эти оценки с информацией о вкладе частногосектора в создание ВВП. Однако точно это сделать невозможно, так как оценкизанятости широко варьируют и часто весьма изменчивы. Но тем не менее, данные позанятости дают нам возможность приблизительной оценки изменении этогопоказателя.

Так,занятость в частном секторе повысилась во всех странах, часто с помощью явныхили неявных налоговых льгот. Наивысшей отметки этот уровень достиг в Польше иВенгрии. Занятость в частном секторе обеих стран составила более 35 процентов.Относительно Польши это свидетельствует о том, что имело место расширениесельскохозяйственного сектора, который в основном является частным. Аотносительно Венгрии о наличии в предыдущие годы значительного по размерамнерегистрируемого частного сектора экономики, который постепенно стал легальными пополнил данные статистики. В странах с низким уровнем традицийпредпринимательства, таких как Болгария, Румыния, Россия и Словакия, ростзанятости в частном секторе незначителен, и занятость в данном секторе ниже10-25 процентов. Только в России рост занятости в частном секторе отражаетзначительную приватизацию средних и больших предприятий.

Новый и старый частный сектор.

Суммарныепоказатели скрывают важные структурные изменения уменьшение размера старогочастного сектора и развитие нового. Часть первоначально существовавшегочастного сектора или использовала благоприятные возможности, имевшие место всоциалистических экономиках, или была тесно связана с государственнымипредприятиями. Неудивительно, что эта часть частного сектора испытываеттрудности. В Польше, где можно точно определить эти структурные изменения, в1990 г. банкротства и приостановки деятельности “старых” фирм преобладали надпоявлением новых фирм в течение почти всего года, так что число разорившихсяфирм составило за год примерно 90 процентов от числа вновь созданных фирм.Аналогично в России уменьшение числа кооперативов означает поражение “старого”частного сектора.

Корочеговоря, в основном рост числа занятых в частном секторе происходит за счетновых фирм, часть которых возникает в результате некоторых измененийюридического статуса. Приватизация сказывается на росте небольших по размерампредприятий розничной торговли. Почти все появившиеся фирмы, составляющие большинствоот указанных малых фирм, были приватизированы посредством сдачи в аренду иликомбинаций с выкупом доли, или продажи с аукционов (ЕСЕ, 1993).

Природа новых фирм частного сектора.

Нашиданные говорят о преобладании в частном секторе небольших, часто основанных надомашнем хозяйстве фирм с ограниченным использованием наемного труда,занимающихся, как правило, торговлей. Они свидетельствуют о начальной стадииразвития, когда “шум”, вызванный либерализацией цен и выборочным ослаблениемторгового контроля, способствует получению сверх нормальной прибыли, а мелкиепредприниматели используют преимущества временных рент и рыночных ниш. Этообычно сопровождается сохранением работы в государственном секторе, посколькутаким образом отдельные работники ограждают себя от риска возможных потерь впереходный период. Через некоторое время, как только относительные ценыустанавливаются на определенном уровне, временные высокие прибыли сокращаются,оставляя большую часть работников сферы услуг со значительно более низкимидоходами. В этом положении частный сектор экономики представляет собой сферу снизкой заработной платой, низкой производительностью, низким уровнемкапитализации и очень ограниченным доступом к внешнему финансированию.

Фирмы,как правило, являются мелкими работодателями, обычно используя труд не болеепяти десяти работников, не имеют своего профсоюза и разобщены по рынкамразличной продукции. Фирмы, реализующие свою продукцию непосредственно домашнимхозяйствам, оказываются наиболее незащищенными от давящего влияния реформ. Вцелом, мы видим довольно высокий уровень банкротств с последующим возрождениемфирм, даже если по объективным причинам их число трудно измерить. Ростзанятости в этих фирмах имеет место не более, чем в течение двух лет со дня образованияфирмы.

Ограниченнаяинформация о заработной плате подтверждает мнение о торговле и сфере услуг како сферах менее привлекательных, чем работа. в государственном секторе.

Представлениео соотношении заработной платы в частном и государственном секторах экономикидает таблица 1-6. Анализируя эти данные, следует помнить, что, как правило,частные фирмы не предоставляют никаких, либо предоставляют незначительныепособия, социальные выплаты или льготы по сравнению с государственными, так чторавный частному сектору уровень заработной платы в государственном сектореявляется, вероятно, белес привлекательным. Максимально неденежные пособия могутсоставлять до 35 процентов заработной платы, как в России (Commander и Jackman,1993) или какой-либо другой стране, где неденежная составляющая меньше, нотакже значима. Анализ данных по Венгрии и Польше показывает большие различия lстепени распределения пособий в государственном и частное секторах.

КромеРоссии, в других странах средний уровень заработной платы значительно неразличается по двум секторам экономики. В Польше, где данные собирались втечение трех лет, практически не наблюдалось изменений в общем соотношениимежду уровнями оплаты труда в государственном и частном секторах 32 1991, 1992и первую половину 1993 гг. Заработная плата I частном секторе оставаласьпримерно на уровне 90-95 процентов от заработной платы в государственномсекторе; для промышленных предприятий это отношение было несколько ниже. Междукатегориями работников “белых” и “синих воротничков” также< существуетнебольшое различие в уровне данного коэффициента Для Венгрии мы можемосуществить контроль за показателями более точно. Результаты показывают, чтозаработная плата заработок и доход все они выше в частных фирмах, но в последнихболее длительный рабочий день, и поэтому фактические уровень почасовой оплатыниже.

Последующийанализ данных об уровне заработной плата различных стран показываетнезначительные отличия в разрезе секторов экономики, так что только малая частьразличий в уровне заработной платы может быть объяснена различиями двухсекторов экономики в таких странах, как Болгария, Венгрия и Польша. Важнымявляется размер фирмы и различия в величине оборота, причем размер заработнойплаты обычно прямо зависит от размера фирмы в Болгарии и Венгрии, но не вПольше. Представляется, что здесь существует слабая, но объяснимая связь уровнязаработной платы с уровнем образования и другими профессиональнымихарактеристиками, что является начальным моментом разрыва с соответствующим уровнемоплаты труда различных профессий в государственном секторе. Почти во всехслучаях заработная плата женщин ниже. Обследования показывают, что выпускникиуниверситетов составляют большую долю предпринимателей в сфере современныхуслуг и производственном секторе, и такое распределение в какой-то мереобъясняет (для Болгарии и Польши, где имеются соответствующие данные) болеевысокий уровень оплаты труда лиц с высшим образованием, особенно высокую долюлиц с заработком, зависящим от результатов деятельности фирмы. Но в целом,связь оплаты с уровнем образования и другими профессиональными характеристикамиостается незначительной.

Различия по странам и в динамике.

Какимобразом, кроме ссылки на начальные условия и особенно на прежний размерчастного сектора экономики, мы можем объяснить различия в разрезе отдельныхстран? В этой стадии мы можем отважиться на некоторые научные предположения.“Плохие” исходы реформ, которые выражаются в устойчиво слабом развитии частногосектора, могут быть приписаны различиям в общеэкономической ситуации.

Одноиз них, которое выявляется при обобщении опыта Болгарии, касается излишнесильной реакции государственного сектора на раннем этапе проведения реформ.Значительное сокращение рабочих мест в государственном секторе сопровождаласьзначительным изменением налоговой политики и снижением уровня государственныхрасходов. Эти рецессионные эффекты потопили возможность быстрого роста частногосектора. Например, в Словакии, а также регионах с медленно развивающимсячастным сектором, таких как северо-восток Венгрии, рост частного секторасдерживался региональными или местными особенностями. Простейший пример, когдапроцесс разрушения государственного сектора происходит в рамках конкретногорегиона, в экономике которого доминирует какая-либо одна отрасль, и в этомслучае удар по региональной экономике, усиленный немобильностью трудовыхресурсов, оказывается весьма ощутимым, что и определяет низкие темпы развитиячастного бизнеса.

Другойвариант Румыния, где рост частного сектора сдерживался слабой обоснованностьюпрограммы реформ и сохранением мягких бюджетных ограничений в государственномсекторе. Стимулирование создания рабочих мест в частном секторе в связи спонижением заработной платы, что возможно изза сокращения занятости, или в связис вовлечением работников, освобождающихся из государственного сектора секторе,в данном случае отсутствует. Данный вариант развития имеет место в такойстране, как Россия, где рост не связанного с приватизацией частного секторасконцентрирован в отраслях с коротким сроком оборота капитала и максимальнымуровнем ренты, что является результатом нестабильности экономической иполитической среды.

Противоположнымявляется пример “хорошего” исхода в Чехии, Венгрии и Польше, достигнутогопосредством сочетания обоснованной макроэкономической политики, близостьюсильных рынков соседних стран, увеличивающимся притоком прямых иностранныхинвестиций, а также наличием привлекательных мест, таких как Прага илиБудапешт.

Однаиз основных проблем, связанная с будущим экономическим развитием, заключается втом, что произойдет, когда закончится процесс акционирования в торговле и сфереуслуг. Здесь решающее значение имеет рост нового частного сектора впроизводственной сфере. Занятость в частном секторе промышленности все ещеостается небольшой. Средний размер частной фирмы в промышленности Польши,занятость в котором в конце 1992 года составляла более 35 процентов от общегочисла занятых в частном секторе в целом, был менее 10 процентов от размерагосударственного промышленного предприятия.’ Многие из таких фирм остаютсятесно связанными с государственным сектором, либо как поставщики, либо какпотребители. Это ведет к тому, что реформа неоднозначно сказывается на такихфирмах. Те из них, которые в целом процветают, обычно имеют более сильнуюориентацию на экспортные сделки и практически не поставляют товары навнутренний рынок. Хотя доступ к финансовым институтам здесь шире, чем у фирм,работающих в торговле и сфере услуг, однако мы обнаружили ряд свидетельств,ограниченности доступа к кредитным ресурсам. Равно как есть свидетельства того,что промышленные фирмы имеют более устойчивый уровень занятости и более высокийуровень оплаты, чем большинство работ в сфере услуг.

Наконец,мы заметили, что росту частного сектора способствовало уменьшение налоговогобремени. В некоторых случаях это был определенный путь стимулированияинвестиций, более простой, чем уклонение от налогов. Доступные данные, хотя иограничены, но позволяют показать, что вклад частного сектора в общую величину налоговыхпоступлений значительно ниже, чем вклад в выпуск продукции. В Польше в 1992 г.доля частного сектора в общем товарообороте составляла 46 процентов, а в сумменалоговых поступлений 27 процентов. Эти цифры дают возможность оценить масштабуклонения от налоговых платежей.

Даннаяситуация изменится, как только правительства постараются ликвидировать пробелыв фискальном законодательстве, посредством которых извлекаются более высокиедоходы. Но, по этой же причине, действия по внедрению более эффективногоналогового законодательства скорее всего скажут тормозящее воздействие на ростчастного сектора.

Безработица

Природабезработицы.

Ранеемы проводили сопоставление двух крайних взглядов на природу безработицы впереходный период. Первый связан с состоянием стагнации, когда невелик уровеньперехода безработных в категорию работающих второй с высокой текучестью рабочейсилы, когда состояние безработицы является промежуточной стадией между двумяработами. В большинстве стран действительность ближе к первому объяснению, чемко второму. Таблица 1-8 содержит коэффициенты притока в состав безработных иоттока из него за 1992 г. для различных стран.

Вовсех странах, кроме Чехии и России коэффициенты трудоустройства ниже 5процентов и изменяются в пределах от 0,9 процента в Румынии (ожидаемаяпродолжительность поиска работы 8 лет) до 4,8 процента в Словакии (ожидаемаяпродолжительность 2 года).

Сдругой стороны, ситуация в Чехии и России противоположна другим странам, однакопричины этого для данных стран различны. В обеих странах среднемесячные уровникоэффициентов трудоустройства велики, удерживаются на уровне 18 процентов.Можно по-другому оценить ситуацию в Чехии, рассчитав коэффициенттрудоустройства по отношению к численности занятых, а не безработных этот коэффициентравен 0,55 процентам, что примерно соответствует данному показателю для ПольшиО, 34 процента. Если бы мы добавили поток из состава экономически неактивногонаселения в число занятых, который, как мы видели, вероятно, выше в Чехии, токартина показала бы более интенсивный процесс создания рабочих мест, болеенизкую безработицу, а, следовательно, более высокие коэффициентытрудоустройства. Несмотря на то, что право считаться безработным былоужесточено и ограничено шестью месяцами, более двух третей вышедших из составабезработных находят работу, а не становятся экономически неактивными. В Россиивысокий уровень коэффициента оттока из безработицы корреспондирует с низкойдолей трудоустроенных среди выбывающих из состава безработных, и эти показателиотражают высокий уровень текучести кадров в государственном секторе, который вконечном счете может быть вызван продолжающейся практикой мягких бюджетныхограничений.

Повышениеуровней безработицы и низкие коэффициенты оттока сталкиваются с решительными ужесточениямизаконов о праве считаться безработным. Эти изменения в законодательствеобусловлены ростом бюджетного дефицита в каждой стране на уровне 5-9 процентовот ВВП в 1992 г. и большим желанием усилить поиски путей сокращения дефицита.

Хотярасходы на пособия к 1992 г. редко превышали 2 процента ВВП и часто былинамного ниже, такие изменения исключают социальную помощь тем, что не имеетправа на получение пособий и других выплат, а это приводит к роступреждевременных уходов на пенсию и в состав экономически неактивного населения,что равносильно увеличению пособий. Общие расходы на программы социальнойподдержки безработных варьируют в пределах 8-25 процентов ВВП, имея тенденцию кросту.

Чтокасается охвата безработицей различных групп населения по полу, возрасту иуровню полученного образования, то рисунок 1-6 дает представление о том, чтотакое распределение безработицы не очень отличается от стран Западной Европы,имеющих аналогичный уровень безработицы. Кроме Венгрии, уровень безработицынесколько выше среди женщин, чем среди мужчин. Однако это различие, как видноиз диаграмм, менее значительно для Франции и Испании. Хотя можно ожидать, чтосокращение государственного сектора ведет к более высокой безработице средивпервые вступающих в состав рабочей силы, и действительно, уровень безработицысреди молодежи более высок, чем среди работников со стажем, он не отличаетсясущественно от уровней Франции и Испании, и не наблюдается необычно низкогоуровня безработицы для высококвалифицированных работников.

Существеннымиостаются региональные различия. Существует значительная дисперсия в уровняхрегиональной безработицы. Даже страны, экономика которых в настоящее времянаходится на подъеме, такие как Венгрия и Польша, имеют большие региональныеразличия. Причин такой ситуации несколько. Некоторые являются следствиемдолговременных различий, относящихся к прежней политике размещения производствтяжелых отраслей промышленности в “отсталых” районах. Поскольку в настоящеевремя производство данных отраслей снижается, то удар по занятости местногонаселения весьма основателен. Действительно, такая и еще более худшая ситуациядосталась в наследство экономикам Словакии и Болгарии и в меньшей степенисеверовостоку Венгрии. Аналогично, регионы с гипертрофированным развитиемотдельных отраслей промышленности и низкой диверсификацией производствапережили сильные неблагоприятные потрясения, дающие незначительные возможностидля компенсации со стороны развивающегося частного сектора.

Какуказывалось ранее, это свидетельствует о том, что рост частного сектора былсконцентрирован в крупных городах и в приграничных районах. Уровень безработицыв городах, как правило, значительно ниже национального уровня, рассчитанногодля всей страны. Объясняющими факторами является сочетание изначально болеедиверсифицированного государственного сектора с концентрацией рынка длянарождающегося частного сектора.

Взглядна общие потоки.

Каковаполная картина изменения безработицы в сравнении с изменением численностиэкономически неактивного населения, снижения производства и занятости вкупе свысокой текучестью кадров в государственном секторе, а также ростом частногосектора? Существуют только две страны, где такое сравнение можно сделать,используя данные обследований домашних хозяйств, регистраций безработных исведения о размере и структуре уволенных и принятых фирмами. Эти страны Польшаи Венгрия, для которых данные за 1992 г. сравниваются с аналогичными за 1991 г.

Полнаякартина потоков для обеих стран представлена на рисунках 1-8 и 1-9. Потоки дляПольши относятся к 1992 г. и получены путем обобщения данных о фирмах исведений о регистрации безработных. Потоки для Венгрии относятся к изменениямза период с марта 1991 г. по март 1992 г. и, главным образом, получены врезультате обследования домашних хозяйств. Цифры, отмеченные звездочками,являются результатами вычислений, которые частично основаны на предположениях;другие данные прямо взяты из различных источников.

Рисунокдля Венгрии за 1991-1992 гг. интересен по двум причинам. Во-первых, это другойобъект обследованиям во-вторых, он дает нам представление о состоянии экономикиприблизительно через один год после начала перехода к рынку, в то время как вПольше эти процессы идут третий год. Таким образом, он дает нам псевдовременноеизмерение.

Многиехарактеристики для Венгрии аналогичны данным для Польши. Оба частный игосударственный секторы показывают умеренно высокую текучесть кадров скоэффициентом приема на работу не менее 5 процентов в свертывающемсягосударственном секторе и не менее 12 процентов в частном секторе. Но есть одноразличие. Намного большую часть входящего и исходящего потоков в оба секторасоставляют уволившиеся по собственному желанию в связи с переходом на новуюработу, а не те, кто подвергся принудительным увольнениям. Отношениедобровольных увольнений к численности уволенных по сокращению равно 1,12, чтоне сопоставимо с уровнем для Польши, примерно равным 0,50,8 (от чего зависятвеличины показателей, необходимых для расчета этого отношения, указывалосьвыше). В результате величина перетока из категории работающих в работающиебольше, чем величина потока из категории безработных в работающие. Безработицарастет при низком коэффициенте трудоустройства безработных.

Этиразличия между Польшей и Венгрией хорошо согласуются с концепцией переходногопериода, которую мы разрабатывали ранее, согласно которой сокращение занятостина начальном этапе главным образом обусловлено увольнениями по собственномужеланию, и безработица играет второстепенную роль, но с течением времени увольненияпо инициативе руководства растут, и безработица все больше становятсяцентральным элементом процесса адаптации рынка труда.

Заключение

Мыпопытались связать вместе переходные этапы в различных странах и получите ясноепредставление о более широкой картине. Мы видим две группы проблем: проблемырынка труда, которые мы рассматриваем как центральные для будущего этих стран,и то и другое тесно связано неразрешенные исследовательские проблемы, накоторых мы хотим сфокусировать внимание во второй части нашейнаучно-исследовательской программы.

Длятрех главных центральноевропейских стран Польши, Венгрии и Чешской Республикиплохой сценарий мог бы развиваться по следующим направлениям. Сокращенияработников! продолжается быстрыми темпами в государственном и частном секторахи процесс структурного приспособления, который до сих пор обусловливал быстрыйрост нового частного сектора подходит к концу. Безработица далее возрастает,подвергая опасности реформу, так как негативно воздействует на бюджетно-налоговуюситуацию и подрывает политическую поддержку реформы. Мы не считаем, чтовероятность такого сценария высока.

Работаетмножество механизмов обратной связи, обеспечивающих самокоррекцию. Некоторые изних традиционны. Чем выше безработица и ниже показатели найма на работу, темвыше, обычно, желание сохранить работу на государственной фирме, что большенацеливает на уступки и делает требования по заработной плате более умеренными,ослабляя тем самым процесс выталкивания работников с предприятий. Другие механизмыболее характерны для переходного этапа. Понятно, что скорость приватизацииявляется эндогенной переменной; приватизация снизу, которая все большестановится нормой, требует одобрения работников предприятия. Ухудшение условийрынка труда и альтернатив для тех, кто теряет работу, вероятно, замедляетприватизацию и тем самым высвобождение рабочей силы. Приватизация сверху,навязанная предприятиям, имеет ограниченное значение. Но даже ее темпы оченьсильно зависят от политических процессов, которые, в свою очередь, очень сильнозависят от типа переходного этапа. Недавние выборы в Польше могут служитьиллюстрацией этого механизма обратной связи. Мы убеждены в том, что, если ростчастного сектора замедлится, это приведет скорее к замедлению структурныхизменений в государственном секторе, чем к росту безработицы. Есть, тем неменее, риск, что на государство будет оказано давление с целью заставить егосубсидировать государственные фирмы, попавшие в трудное положение. До сих порэтого удавалось избегать.

Исследовательскиевопросы, которые ассоциируются с такой аргументацией, ясны.

Онивключают определение того, какое количество потерь рабочей силы остается надолю государственного сектора и будет ли (и насколько быстро) расширятьсячастный сектор за пределами сферы торговли и услуг. Они включают определениеэластичности сокращения работников и роста частного сектора по заработной платеи условиям рынка труда. Они включают понимание динамики приватизации снизу.

Вдругих странах картина скорее грустная, чем веселая. Плохой сценарий легчепредставить для Болгарии и, в меньшей степени, для Словакии. Грубо говоря, этопродолжение текущей депрессии. То, что здесь происходит, мы рассматриваем какотражение более сильного шока и двух порочных механизмов обратной связи. Слишкомсильное сокращение занятости в государственном секторе может включить обамеханизма, может понизить спрос так сильно, что это создаст трудности длясколько-нибудь существенного роста в частном секторе и может так понизитьфискальные доходы, что это создаст либо кризис бюджета, либо сильное сокращениекруга государственных мер, призванных помочь осуществлению перехода.

Этоставит перед нами набор исследовательских вопросов, о которых мы упоминали вразличных местах этой главы, но не изучали систематически это вопросывзаимодействия между переходными процессами и фискальной политикой. Присвоениеренты на государственных предприятиях перед приватизацией привело кисчезновению прибыли и, следовательно, налогообложения прибыли. Приватизацияпредприятий может, в конечном счете, восстановить базу налога на прибыль, носокращение работников ведет к увеличению безработицы и повышению общественныхрасходов. Рост частного сектора обещает усиление экономики и увеличениеналоговой базы.

Нодо сих пор частный сектор смог избежать большей части налогового бремени.

Новыеналоги с широкой базой, такие как НДС, были введены совсем недавно.Настоятельно необходимы эмпирические и аналитические исследования этихвзаимодействий и общего подтекста фискальных возможностей для выработки решенийна государственном уровне.

Остаетсяпоследняя группа стран, Россия и Румыния. В России, несмотря на прогресс вприватизации, процесс перехода занятости из государственного сектора в частныйедва начался. Государственные предприятия все еще функционируют в условияхмягких бюджетных ограничений, и одним из последствий этого является остраямакроэкономическая нестабильность, представляется, что Румыния в настоящиймомент продвинулась дальше. Спорные вопросы здесь недвусмысленны, будут ли, каки насколько быстро будут ужесточены бюджетные ограничения. Попытки сделать этослишком быстро, могли бы привести к болгарскому результату. На нынешней стадииэто представляется политически маловероятным.

Список литературы

Дляподготовки данной работы были использованы материалы с сайта www.ef.wwww4.com/