Реферат: Собриология как научная

Подспорье

Газета Союза борьбы за народную трезвость

№ 75




Собриология как научная дисциплина 2

Об употреблении спиртных напитков 6

Трезвенники 24

Вождю Третьего Рима 42



Собриология как научная дисциплина

По каналу НТВ от 11 августа 2007 года прошел сюжет о «неравном браке» 82-х летнего дедушки и 30-летней женщины. У них семеро детей и счастливая семья, и живут они в сибирской тайге вдали от населенных пунктов. Молодая женщина не видит альтернативы своему браку. Считает, что среди молодых мужчин хорошего мужа не найти. Из сорока ее сверстников сегодня в живых остались только 16. Остальных безвременно унесли из жизни алкоголь, табак и наркотики.


Действительно, в начале XXI века одной из самых злободневных проблем стало массовое приобщение к опьяняющим веществам, в первую очередь алкоголю и табаку, что привело Российское общество к серьезным медицинским и социально-экономическим последствиям, к демографической катастрофе. Проблема все больше «молодеет». Исследование красноярского ученого С.С. Аникина, проведенное в 2000-2002 гг., показало, что в Красноярске 48% первоклассников уже имели опыт употребления спиртного, а 23% – курения табака. Среди учащейся молодежи от 15 до 20 лет алкогольный опыт имели 99%, табачный 67%, а наркотический – 32% (2:7). Данные по другим регионам России, где основное население составляют русские, отличаются немногим. Лишь в регионах с прочными мусульманскими традициями ситуация иная. Положение осложняется тем, что употреблению запрещенных наркотиков всегда предшествуют наркотики легальные – алкоголь и табак. Наука сегодня неопровержимо доказала вред даже малых доз опьяняющих веществ для умственного и физического здоровья, для репродуктивной функции, для генетического аппарата, для нравственного состояния человека. Для детей и молодежи риски значительно выше, так как на растущий организм наркотические яды действуют значительно сильнее и разрушительнее.


В этих условиях проблема формирования трезвого образа жизни становится вопросом выживания нации. Чтобы эффективно решить проблему такого масштаба, нужен научный подход. И такая наука сегодня есть – собриология.

Латинское слово «sobrietas» переводится как трезвенность, умеренность, воздержанность, рассудительность; а слово «logos» – слово, учение. Следовательно, собриология – это наука о трезвости.

Термин «собриология» все шире используется в современном трезвенническом движении России. Определение этому термину мы находим в словаре профессора А.Н. Маюрова, одного из лидеров современного трезвеннического движения, «Основные термины и понятия, применяемые в антинаркотической воспитательной профилактической работе с подростками и молодежью». Собриология, по А.Н. Маюрову, это – наука о путях достижения трезвости (3:167).

Собриология – молодая наука. Она зародилась в России на рубеже 19-20 вв. в период бурного подъема трезвеннического движения.


В становление собриологии как науки в дореволюционной России внесли вклад специалисты, представляющие разные области знаний и человеческой деятельности: медики С.М.Беляев, В.М.Бехтерев, Н.И.Григорев, А.М.Коровин, И.В.Сажин, И.А.Сикорский, И.П.Павлов; педагоги М.М.Беляев, Д.Г.Булгаковский, И.И.Горбунов-Посадов, А.Л.Мендельсон, И.П.Мордвинов, С.А.Рачинский, А.В.Соболевский; юристы Д.Н.Бородин, С.Шипов; общественные деятели А.Д.Панчулидзева, М.Д.Челышев, великий русский писатель Л.Н.Толстой.

Эта эстафета подхвачена современными Российскими учеными, которые также представляют разные области человеческой деятельности, но которых объединяет одно – принципиальная трезвенная позиция. Среди них – С.С.Аникин, А.Л.Афанасьев, Н.А.Гринченко, В.Г.Жданов,А.М. Карпов, Д.В.Колесов, З.В.Коробкина, В.П.Кривоногов, В.М.Ловчев, А.Н.Маюров, Л.К.Фортова, Ф.Г.Углов, А.Н.Якушев и многие другие. Есть немало единомышленников и среди ученых ближнего и дальнего зарубежья самые известные – А.Карр (Великобритания), Х.Колстад (Норвегия), В.Штубер (Швейцария), Ф.Линдеман (ФРГ), Я.Моравский (Польша), Д.Разерфорд (Англия), В.А.Толкачев (Беларусь), А.Чекаускас (Латвия).


Ключевым понятием для собриологии является термин «трезвость» Он наиболее полно рассмотрен красноярским ученым С.С.Аникиным. Его исследование показало, что слова «трезвость», «трезвенник» и т.п. не входят в большинство известных энциклопедий и словарей. Любопытно, что даже в недавно выпущенной «Новой иллюстрированной энциклопедии», в которую все-таки вошли эти термины, под трезвенниками понимают лишь членов религиозных сект, возникших в России в конце 19-го, начале 20-го столетий, пропагандирующих трезвость и религиозно-нравственное самоусовершенствование, а под «трезвенным движением» – стихийный протест российских крестьян в 1858-59 гг. (4: 407) Между тем, в России живет и здравствует уже 5-е трезвенное (трезвенническое) движение. Миллионы россиян с гордостью говорят о том, что они трезвенники. Оговоримся сразу: сегодня под трезвостью понимают не только свободу от алкоголя, но и всех других опьяняющих веществ, в первую очередь, табака и наркотиков.

С.С.Аникин выделяет два основных признака понятия трезвость: 1) естественное биологическое состояние человека и 2) разумная сознательная жизнь без мифов и иллюзий (1:8). Следовательно, трезвенник – это человек, который сознательно живет без мифов и иллюзий относительно опьяняющих веществ и сохраняет естественную трезвость. А трезвый образ жизни – это сознательная жизнь без употребления опьяняющих веществ в немедицинских целях.

Если собриология – наука, то в ней должны быть предмет и объект исследования, свои законы или закономерности, свой понятийный аппарат.

К сожалению, в современных публикациях такие категории, как объект и предмет, не рассматриваются. Между тем, без правильного понимания того, чем занимается наука собриология, невозможно до конца понять, чем надо заниматься на практике. Кроме того, в настоящее время в России и за рубежом разработан ряд программ, направленных на формирование трезвенных знаний, убеждений и установок у детей и молодежи как основы для трезвого поведения (программы антинаркотической профилактики, превентивного обучения, уроки здоровья и т.п.). Де-факто практика опережает теорию, т.к. вопрос о том, какая наука заложена в основе этих программ, пока не решен. Здесь немного педагогики, немного психологии, немного биологии, немного химии и т.п. Между тем, и теоретиков, и практиков объединяет, по крайней мере, одно ключевое понятие – трезвость. Поэтому одним из главных объектов собриологии (объектов первой группы) является трезвость как естественное состояние человека.

Если есть трезвость, то, очевидно, имеется и противоположное состояние – нетрезвость, опьянение, зависимость от опьяняющих веществ. Следовательно, в числе объектов второй группы следует назвать алкоголизм, курение, наркоманию, токсикоманию.

Причем, первые две группы объектов, прежде всего, связаны с данными таких наук, как анатомия и физиология человека, биология, химия, наркология.

Поскольку жизнь человека реализуется в социуме, осуществляются многочисленные взаимодействия с микро и макро социальной средой, то объектами третьей группы являются все виды социальных влияний: информационные и сигнальные, политические и экономические, адаптогенные и деструктивные и т.д. Эта группа объектов, очевидно, связана с психологией личности и социальной психологией.

Наконец, пути отрезвления общества, то есть стратегии, методы, организационные формы, средства отрезвления, очевидно, следует отнести к объектам четвертой группы. Это – уже педагогика.

Таким образом, объектами изучения собриологии являются трезвый образ жизни, его противоположность – нетрезвый образ жизни, процесс взаимодействия личности с микро и макро социальной средой, а также пути отрезвления общества.

Все названные понятия относятся к человеку и связаны с человеком. Поэтому, очевидно, предметом изучения собриологии является сам человек.

Пониманию того, чем занимается собриология, способствует классификация разных разделов собриологии. Согласно словарю А.Н.Маюрова «Основные термины и понятия, применяемые в антинаркотической воспитательной профилактической работе с подростками и молодежью», собриология подразделяется на:


^ 1) собриологию быта – теорию, изучающую социальные отношения, трезвенное и алкогольное поведение людей в сфере быта;

2) собриологию воспитания – теорию, изучающую законы, закономерности и тенденции антиалкогольного и трезвенного воспитания. В отличие от собриологии образования, собриология воспитания призвана изучать проблемы не только организованных трезвенных воздействий, но и влияние неорганизованной трезвенной среды;

^ 3) собриологию культуры – теорию функционирования трезвеннической культуры в обществе, изучающую потребности разных социальных групп в отрезвлении, состояние и функционирование разных социальных институтов с точки зрения развития трезвеннической культуры;

^ 4) собриологию медицины и здравоохранения – теории, исследующей взаимосвязи медицинских проблем с проблемой формирования трезвого здорового образа жизни;

^ 5) собриологию молодежи – отрасль собриологии, изучающую проблемы формирования трезвого здорового образа жизни молодого поколения;

6) собриологию морали – теорию, изучающую закономерности функционирования норм морали и нравственности в различных слоях общества. Объектами исследования собриологии морали является трезвая личность, трезвый коллектив и другие социальные общности;

^ 7) собриологию образования – теорию, которая изучает не только особенности образовательных антиалкогольных процессов, но и взаимосвязи учреждений образования с другими подсистемами общества. Предметом собриологии образования является процесс получения людьми противоалкогольных и трезвенных знаний, приобретение ими на основе этих знаний трезвенного опыта, а также влияние образования на трезвый здоровый образ жизни;

^ 8) собриологию свободного времени, предметом которой является изучение свободного времени людей и его использование для отдыха и занятий по выбору;

9) собриологию семьи – теорию, исследующую семью как социальный институт, и современную семью, исповедующую трезвый здоровый образ жизни (60:167-169).


Достоинством данной классификации является полнота охвата областей человеческой деятельности и бытия. Но на наш взгляд, можно было бы:

а) более четко дифференцировать гражданские институты (семья, школа, студенческий коллектив, трудовой коллектив), сферы социальной профилактики (медицина и здравоохранение, культура, образование), и, наконец, формы существования человека (быт, досуг);

б) более четко сформулировать понятие перечисленных параметров как инструментов собриологии.

Установлены некоторые законы собриологии. Среди них словарь А.Н.Маюрова называет следующие:

а) закон трех поколений, согласно которому доза и сила наркотика в процессе употребления нарастает не только в одном человеке, но и в поколениях: первое поколение начинает отравление, второе – усиливает, а третье – отравляется окончательно и вырождается;

б) закон неустранимости вреда, который гласит, что если наркотическую проблему решать только в одном направлении, то это не приводит к исчезновению проблемы в целом. Решить проблему можно только комплексно и системно. Кроме того, вредны даже малые дозы. Впервые этот закон был сформулирован С.Н.Шевердиным;

в) закон увеличения дозы утверждает, что отравление, раз начавшись, закономерно приводит человека к переходу от малых доз – к большим, от «легких» опьяняющих веществ – к более сильным (3:60-61).


Как видно из вышеизложенного, в законах собриологии, в предмете и объектах исследования, прослеживается междисциплинарный характер этой науки, и рассматриваются, прежде всего, медицинские, социальные, психологические и педагогические аспекты проблемы отрезвления человека и общества. Собриология использует данные многих наук – анатомии и физиологии человека, биологии, наркологии, психологии, педагогики и т.д. Но это – не медицинская, не психологическая и не педагогическая наука. Это – нечто качественно новое, возникшее на стыке целого ряда наук. Далее этот вопрос будет рассмотрен подробнее.

^ Наталья Александровна Гринченко,

кандидат педагогических наук,

доцент Елецкого Государственного педуниверситета


Литература


Аникин С.С. Информационное пространство как фактор становления трезвенного мировоззрения: Монография /С.С. Аникин; Краснояр. гос. ун-т.- Красноярск, 2004.- 104 с.

Аникин С.С. Педагогика информационного пространства: информационное пространство учебного заведения как условие профилактики наркотизма учащихся. / С,С. Аникин; Краснояр. гос. ун-т. им. В.П. Астафьева.- Красноярск, 2007.- 308 с.

А.Н. Маюров. Основные термины и понятия, применяемые в антинаркотической воспитательной профилактической работе с подростками и молодежью. Н. Новгород, 2004.

Новая иллюстрированная энциклопедия. Кн.9. Ск-Ун. М.: Большая Российская энциклопедия, ООО «ТД», «Изд-во Мир книги».- 2007.- 512 с.:ил.


^ Об употреблении спиртных напитков

А теперь поговорим о пьянстве, или, выражаясь так, чтоб культурней было, об употреблении спиртных напитков: о том, значит, что пить, где пить, как пить и в каких примерно количествах. На этот счет в нашей, периодической печати содержатся самые разнообразные сведения, и подчас настолько противоречивые, что человеку, даже вполне освоившемуся в этой обширной акватории, бывает не разобрать без пол-литра, в каком направлении плыть и каких берегов держаться. Так, в вопросе, что именно надлежит нам пить, одни печатные органы ратуют за пиво, другие, не менее уважаемые, подают свой голос за сухое вино, третьи, столь же уважаемые, – за «Столичную» или коньяк и т. д.

Такой весьма популярный орган, как, например, «Неделя», в статье «Кружка пива» свидетельствует: «Пиво не алкоголь, – говорят врачи, – оно даже полезно». (Какие врачи это говорят, заметим в скобках, еженедельник не сообщает, но мы и без врачей знаем, что пиво не алкоголь, и с таким же успехом могли бы ответить этим «врачам», что и водка не алкоголь. Как пиво, так и водка лишь содержат алкоголь, то есть винный спирт, но в различных пропорциях, и именовать их алкоголем было бы не совсем точным). Сообщив ряд интересных подробностей о пиве, автор статьи спрашивает: «А можно ли опьянеть от пива?» И отвечает на этот вопрос утвердительно: все в конечном счете зависит от количества выпитого. Выходит – сплошная выгода: и не алкоголь – и опьянеть можно, и пьян ходишь – и алкоголиком никто не назовет.

Другой, не менее авторитетный печатный орган, а именно газета «Культура и жизнь», в статье «Солнце против «Змия» приводит высказывание одного профессора виноделия о том, как он лично, будучи на Кавказе в 1918 году, излечился от «самой настоящей чахотки» путем употребления сухого вина марки «Каберне». (Сколько именно надо выпить вина этой марки, чтоб исцелиться от самой настоящей чахотки, профессор не сообщает). Остается лишь пожалеть, что этот случай чудесного исцеления от чахотки (если, конечно, ее не прикончил целебный кавказский воздух*) не был использован в медицинской практике. Трудно даже вообразить, сколько десятков тысяч несчастных были бы возвращены к жизни за те тридцать лет, которые прошли с 1918 года до того, как этой ужасной болезни был наконец нанесен сокрушительный удар с помощью стрептомицина!.. В общем, профессор всячески рекомендует к употреблению сухие вина и уверяет, что водки и крепленой гадости в рот не берет (что именно в данном случае подразумевается под крепленой гадостью – не совсем ясно).

Третий, на этот раз ежемесячный орган «Знание – сила», внушающий в силу своего «знания» особенное доверие, не ограничивает пользу, получаемую человечеством от алкогольных напитков, сухим вином, а трактует этот вопрос более расширительно, в статье «Поднимем бокалы» пишет: «Купите как-нибудь «Пино-Гри» или «Токай», «Узбекистон» или «Малагу», попробуйте. Жалеть вам не придется. (Еще бы! – Н. Н.) А несравненные крымские мускаты: белый, розовый, черный! Их по праву считают лучшими в мире».

Еще один автор, пострадавший в свое время, как он сам признается, от «снисходительного отношения к рюмке», но не ставший от этого, как он с удовлетворением констатирует, «угрюмым трезвенником», обращается к читателям со страстным призывом. «Я хочу, – пишет он, – лишь, чтобы замечательные грузинские вина, прославленная во всем мире «Столичная» (40°!), знаменитый армянский коньяк всегда были для наших людей источником радости…» Право, заслушаться можно – какие эпитеты! «Замечательные», «Знаменитый», «Прославленная во всем мире!», «Источник радости». Сколько любви, я бы даже сказал, обожания к предмету! Оно и не удивительно. Разговор ведь идет не о молочных продуктах, явно не способных внушить подобного рода эмоции.

Таким образом, по вопросу о том, что пить, в нашей прессе выступают представители различнейших направлений, начиная от желающих ограничивать утоление жажды одним пивом до включающих в «букет» не только крепленые вина, коньяки, ликеры, но и саму матушку-сорокаградусную. Нет, правда, агитации за употребление чистого 96-градусного спирта в неразбавленном виде. Это можно отметить как единственное упущение.

В вопросе о том, где пить, потребителям спиртопродуктов также предоставляется полная свобода выбора, если не считать того, что некоторые печатные органы вполне резонно возражают против такого, действительно мало располагающего к произнесению заздравных тостов места, как обычная подворотня, столь сугубо абонированная приверженцами распития «на троих».

Что касается вопроса о том, как пить, то все или почти все печатные органы высказываются в том смысле, что пить можно как угодно, только, как говорится, не до чертиков, не до положения риз, не до свинского состояния. И это понятно. «Ничего – слишком», – как сказал древний философ. В конце концов, даже хлеб (не то что водка!), принятый внутрь в излишнем количестве, может повредить организму. Кто этого не знает!

В этом аспекте вопрос «как пить?» смыкается с вопросом «сколько пить?», но так как давно известно, что у каждого своя норма, то установить здесь какие-то точные количественные показатели не представляется возможным, и все рекомендации сводятся к тому, чтобы пить с умом, с головой (не теряя, значит, соображения). В целом ряде статей указывается на то, что пить надо уметь, а мы как раз этого и не умеем: пьем зачастую помногу и притом в некультурной обстановке: в каких-то тесных пивных, заплеванных забегаловках, а то и просто на улице, во дворе или темном подъезде. По мнению ряда авторов, дело сразу пойдет на лад, если мы научимся пить как следует. Так, один автор пишет, что необходимо «создать в нашем повседневном быту такие условия, которые учили бы пить, то есть учили бы культуре потребления вина. Ведь именно культуры потребления нам не хватает», – взывает он.

Эту же мысль подхватывает другой автор. «Вместо того чтобы проклинать крепкие напитки, – пишет он, – вместо того чтобы тратить деньги на плакаты, о «злодейке с наклейкой», не лучше ли позаботиться о новой, так сказать, современной застольной культуре. Да, да, именно культуре, то есть целом комплексе житейских обычаев и кулинарных законов(?), под действием которых употребление напитков превращается в церемонию красивую, сопряженную с радостью человеческого общения, а не с потерей дара вразумительной речи. Начинать можно с воспитания в народе хорошего, даже гурманского – не побоимся такого слова – вкуса к вину».

Оно, конечно, красиво, что и говорить, да, видать, немало придется насосаться всякого рода жидкостей, пока воспитаешь в себе этот истинный гурманский вкус и достигнешь полной нирваны!

«Вино требует к себе внимания и уважения, – развивает эту же мысль третий автор. – Налитое в обычный стакан, оно никому своей прелести, своего букета не откроет. Существует какая-то трудно определимая эстетическая ассоциация между тем или другим вином и формой и цветом бокала. Предпочтительнее всего бокалы из тонкого стекла, бесцветного, без какого-либо рисунка. Они элегантны и не мешают любоваться самим вином».

Вот она где, подлинная, так сказать, эстетическая культура и элегантность! Тут тебе и форма, и цвет, и всяческая ассоциация. Это тебе не то что дербалызнуть «на троих» в подворотне!

Впрочем, так ли уж виноваты эти «трое из подворотни» в том, что не могут приобщиться к настоящей культуре? Нет! Тысячу раз нет!

«Сейчас посидеть с товарищем за рюмкой водки можно лишь в ресторане. А там эта рюмка в копеечку влетает: очень высоки наценки. Вот и сколачиваются «на троих», – свидетельствует очередной поборник культуры и ратует за то, чтобы водку продавали и в кафе, и в закусочных, и в привокзальных буфетах, и везде, где только можно, без всяких наценок.

К счастью, прогрессивные идеи, как говорится, носятся в воздухе, то есть приходят в голову сразу многим. В Ленинграде, оказывается, уже даже приступили к овеществлению этой передовой мысли. Еще один автор из числа выступающих за культуру пьянства, то бишь за культуру поглощения алкогольных напитков, пишет в своей статье: «В Ленинграде теперь открыты «рюмочные», где подают с закуской. Хорошо? Если хорошо, то нужно ли, чтобы люди толпились у дверей этих НЕМНОГИХ «рюмочных»? И если хорошо, то почему только в Ленинграде?»

И верно! Почему только в Ленинграде? Валяй, открывай всюду! Один из представителей Министерства торговли очень обрадовался, ознакомившись с этой статьей, и в свою очередь пишет: «Надо создавать условия, которые учили бы культуре потребления вина. В статье упоминаются ленинградские «рюмочные». Разве это плохо? Захотел выпить – получай за полтинник 50 граммов «Столичной» и бутерброд. Мы намерены рекомендовать опыт ленинградцев другим городам. И вообще этого принципа следовало бы придерживаться везде, где подают крепкие напитки».

Так что лед тронулся, господа присяжные заседатели, как любил говорить Остап Бендер. Теперь, когда за дело возьмется Министерство торговли и повсюду откроются эти высококультурные заведения, действующие по принципу «Захотел выпить – получай за полтинник 50 граммов «Столичной» и бутерброд», все любители сообразить «на троих» перекочуют из подворотен туда, и никто больше не будет наблюдать этого безобразия. Со своей стороны, мы можем порекомендовать Министерству торговли устроить повсеместно автопоилки, действующие по принципу «Захотел выпить – опускай гривенник и подставляй рот». Главное ведь, чтоб было дешево, быстро, культурно, без драки – и тогда пьянство исчезнет как бы само собой.

Наивно? Казалось бы! Можно подумать, что авторы выше цитированных статей решили включиться в откровенную пропаганду пьянства. Но это не совсем так, уважаемые читатели! Тут дело глубже и имеет, как мы сможем убедиться в дальнейшем, философскую подоплеку.

Целый ряд авторов, объединенных общностью взглядов в вопросе борьбы с антиалкоголизмом, предлагает нам обратить свои взоры по ту сторону границы и абсорбировать все полезное, что может представиться в этой области. Один из представителей этой группы, опубликовавший статью «Пить или не пить», но, очевидно по рассеянности, оставивший ее без подписи, взволнованно сообщает: «Пример винодельческих стран и краев всегда перед глазами – во Франции, в Италии, у нас в Грузии и Молдавии вино пьют каждый день, между тем пьяниц там почти нет, на улице, по крайней мере, не встретишь человека, упившегося до положения риз. Это потому, что вино уважают, чтят, как дар земли и солнца, как непреходящую радость бытия».

Вона куда махнул! Дар земли и солнца! Непреходящая радость бытия! Пьют каждый день и не пьянеют!.. Что же это с ними? А привыкли, потому как – культура! Это мы по своему невежеству пьем лишь от случая к случаю, по праздникам там, или в дни получек, или по поводу покупки новых ботинок, а вот пили бы каждый день регулярно, и тоже втянулись бы: научились бы и винцом непрерывно накачиваться, и сохранять вертикальное положение торса, да еще на работу ходить, и там как-то с затуманенными мозгами мараковать.

Оно, конечно, заманчиво, что и говорить! Жаль только, что утверждение, будто во Франции да в Италии пьют каждый день, как-то маловато дает для того, чтобы тут же приступить к освоению этого ценного опыта. Что значит «пьют каждый день»? Ежедневно пьют за завтраком, обедом и ужином? Или так просто, походя, вместо воды хлещут? И потом, кто пьет? Все поголовно? И мужчины, и женщины? И, может быть, дети?

Невольно начинаешь следить за газетами, стараясь не пропустить каких-нибудь новых сведений. И попадается кое-что, конечно. Не без того. Вот, например, ценное свидетельство некоего служащего, застенчиво подписавшего свою статейку лишь двумя буквами Т.Г.: «У нас есть целые республики, где производится (не только на вывоз) огромное количество вина и спирта и где – в силу воспитываемых с детства национальных традиций – человеческое достоинство и за столом, и на улице всегда оказывается сильнее пьяного дурмана».

Вот, стало быть, как! С детства надо воспитывать в себе традиции. Коли выдержишь за детские годы эти традиции (ежедневное накачивание винцом) – вырастешь человеком, умеющим поддерживать свое человеческое достоинство в любой компании, за любым столом. А не выдержишь…– туда тебе и дорога! Наша непреходящая радость по этому поводу все же несколько омрачается, когда из авторитетного источника мы узнаем, однако, что «в странах, где население употребляет преимущественно вина (Италия, Франция), как и в наших винодельческих республиках (Молдавия, Грузия, Армения), заболевания хроническим алкоголизмом и алкогольными психозами отнюдь не исключение».

Вот тебе, как говорится, и нá! В одном месте вам объясняют, что в винодельческих странах пьяниц нет, в другом – даже разобъясняют, почему именно нет, а в третьем – бац, словно поленом по голове: «Заболевания хроническим алкоголизмом отнюдь не исключение». Поскольку это утверждение высказано не кем-то, пожелавшим остаться неузнанным, и не безвестным служащим, укрывшимся за двумя буковками, а известным врачом, кандидатом медицинских наук Г.Энтиным, который, надо полагать, лучше нас с вами знает, на какой почве успешнее взращиваются алкоголики, то невольно засомневаешься, стоит ли торопиться с новомодной методой и приучать с детских лет свой неокрепший организм к ежедневному винопитию, или, может быть, все же лучше продолжать пить по старинке, от случая к случаю? По крайней мере, не так безнадежно втянешься и при необходимости (мало ли что может случиться) легче будет отвыкнуть.

Предоставим, однако, слово поборникам перенимания передового опыта. «Пиву, – пишет один из этих поборников, – можно сказать, «все возрасты покорны»: в Чехословакии, например, выпускают сорта пива специально для детей. И не надо этому удивляться. Ведь, давая детям обычный хлебный квас, немногие, вероятно, знают, что и он содержит до полпроцента спирта».

Ну хоть бы детишек оставили в покое! Неймется им! Узнав, что в квасе содержится какая-то доля спирта, можно было бы сказать: полпроцента – не велика штука, но детский организм – нежная вещь! – надо подумать, стоит ли давать детям квас; может быть, до детальной проверки следует воздержаться? Мысль, однако, с каким-то злонравием развивается совсем в другом направлении: раз в квасе есть спирт, а квас дают детям, то можно давать им и пиво (а раз можно пиво, то и вино, и водку, чего уж там!).

Просто диву даешься, до чего железная логика! Но погодим удивляться. Все это имеет свое теоретическое обоснование.

Уже цитированный нами еженедельник сообщает:

«Там, где пьют МНОГО пива, не в почете крепкие вина и водка, – свидетельствуют социологи (вот уже социология появляется!). – Низкое содержание спирта – от 6 процентов в самом крепком из светлых сортов – «Ленинградском», до 2,8 процента в «Жигулевском» – обещает пиву большое будущее. Оно, по нашему мнению, призвано вытеснить и заменить в употреблении крепкие спиртные напитки».

«Борясь с алкоголизмом, надо стремиться к тому, чтобы виноградные вина вытеснили водку и ее многочисленную «родню». Поднимем, за это бокалы!» – это уже из журнальной статьи.

«В городе (разговор идет о городе Куйбышеве) – культ пива. Пожалуй, в других городах не видел я, чтобы пиво так вошло в быт людей. И в этом ничего плохого нет. Пиво может вытеснить водку. Должно вытеснить».

Вот какие слова все: «Пиво», «Культ пива», «У него большое будущее», «Оно призвано», «Оно может», «Оно должно», «Вытеснить», «Заменить», «Поднимем бокалы», «Ничего плохого»… Оказывается, пока мы бездумно пили, не отдавая себе отчета в том, что и зачем пьем, в головах социологов созрела хитроумная теория механической перекантовки алкоголиков с водки на пиво или хотя бы на вина. Расчет простой (все гениальное просто): пусть лучше пьяница выпьет не 150 граммов водки, от которой его физиономию перекосит на сторону, а кружку пива, отчего никакого перекоса произойти не может.

Забывается при этом все же, что пьяница тоже не дурак. Он лучше нас знает, что ему лучше. Вместо одной кружки он хватит две или четыре, и все равно не сумеет сохранить симметрию на лице. Увлеченные, однако ж, своим мировым прожектом, апостолы перекантовки развивают между тем деятельность в широких масштабах.

«В Москве, – узнаем мы из очередной статьи, – в широких масштабах должна быть организована бестарная система перевозок и продажи, открыты десятки новых пивных залов и баров, в том числе фирменных». «За два года мы должны открыть 25 баров, – обнадеживает нас другой печатный орган. – Уже разработан проект ресторана на полторы тысячи мест, который будет находиться на ВДНХ. Скоро откроется пивной зал в Столешниковом переулке. Интересный бар будет в Киевском районе. Над ним берет шефство коллектив пивзавода имени Бадаева. Там вы сможете попробовать все сорта пива, выпускаемые предприятием». (Вот уж напробуемся!).

«О том, что «рюмочные» – это, наверное, неплохо, уже писали. А пивные? – вопрошает один из адептов пивного культа и разъясняет авторитетно: – Хорошая культурная пивная не рассадник пьянства, а своеобразный форпост против него. Нужно только, чтобы это были действительно хорошие пивные. С большим выбором сортов пива. Чтобы в них были и раки, и вобла, и моченый горох, и ржаные сухарики, и соленые орешки. Пьяных же – не было».

А куда же они денутся, эти пьяные, позвольте спросить? Если будут ржаные сухарики, да моченый горох, да раки, да вобла, да соленые орешки, то есть предметы, на то и созданные, чтоб возбуждать жажду, то будут и захмелевшие, в этом можно не сомневаться… Впрочем, и беспокоиться нечего, так как из каждого положения отыщется выход. На первое время можно будет организовать специальные линии маршрутных такси, курсирующих между этими своеобразными форпостами культуры и ближайшими вытрезвителями, и пьяные исчезнут как пить дать. Впоследствии и еще кое-что можно будет придумать.

Конечно, провозвестники пивного и винного Ренессанса понимают, что пьяницы не так легко пойдут на перекантовку с крепких, забористых напитков на жиденькие водянистые, и пытаются хоть чем-нибудь соблазнить их, уверяя в своих статьях, будто пиво не алкоголь, что оно вкусно, полезно и даже питательно, вроде хлеба (и углеводы-то там, и витамины-то там, и калории-то там, и чего-то там только нет!), а вот вина – так это просто какие-то чудодейные средства от всех болезней.

«Пиво – «жидкий хлеб», старинный народный напиток. Оно обладает освежающим свойством, тонким солодовым и хмелевым вкусом и ароматом. Оно полезно всякому здоровому человеку». Читаешь эти строки, и невольно слюнки бегут, а от газетной страницы уже веет не типографской краской, а этим изумительным, подлинно жигулевским запахом (галлюцинация, что ли!).

«Много неприятностей человеку, особенно под старость, доставляет холестерин, накапливающийся в крови: атеросклероз, желчнокаменная болезнь – это все из-за него. Твердо установленный факт: при потреблении вина свободный холестерин накапливаться уже не может… Болезнетворные бактерии погибают в вине за 30 минут».

Вот видите – «твердо установленный факт»! Но если это настолько твердо установленный факт, то куда же врачи наши смотрят? Или им хочется, чтоб нас этот проклятый холестерин до конца заел, чтоб нас атеросклероз замучил?

Дадим, однако, слово врачу, уже упоминавшемуся нами кандидату медицинских наук Г.Энтину:

«Бывают ли алкоголики, употребляющие только вина? – спрашивает он и отвечает: – Безусловно. Зайдите на сеанс лечения в отделение больных, страдающих алкоголизмом, и вы увидите на столе не только водку, но и вина, в том числе такие, как гурджани, цинандали, а также и пиво. Их приносят сами больные для выработки отвращения к спиртным напиткам, которые они обычно употребляют».

Как-то живо представляешь себе скромного человечка с бутылочкой любимого цинандали в руках и врача в белом халате, готового приступить к сеансу «лечения». И невольно хочется крикнуть зарвавшемуся эскулапу: «Остановись, несчастный, ибо не ведаешь, что творишь! Неужели ты хочешь, чтоб бедняга, отвратившись навсегда от вина, начал накоплять холестерин в крови и заболел желчнокаменной болезнью и атеросклерозом?»

Читаем, однако ж, дальше:

«Систематическое употребление пива приводит к повышенной нагрузке на сердце, к перерождению его мышцы. Это заболевание вошло в медицинскую литературу под названием «пивное сердце»… Цирроз печени – страшное заболевание, которое приводит к сморщиванию печени, водянке живота и к смерти, – наиболее распространен во Франции, где пьют натуральные сухие вина. В винодельческих районах Франции наибольшее количество умственно неразвитых детей – следствие употребления спиртных напитков: слабых вин, сидра (яблочного кваса) их родителями, частично и самими детьми…»

«Пивное сердце», цирроз печени, водянка живота, умственная неразвитость, не говоря уже о болезнях желудочно-кишечного тракта, целой оравы нервных и психических заболеваний, истерии, шизофрении, белой горячке, а также водянке головного мозга, которым подвержены алкоголики, – все это вещички, способные свести человека на нет задолго до того, как у него начнется накопление свободного холестерина (о котором, кстати сказать, толком еще никто ничего не знает). В общем, так или иначе, а тут уж начинаешь задумываться, что тебе лучше: цирроз печени или водянка мозга, «пивное сердце» или желчнокаменная болезнь? Однако закончим нашу выписку:

«Подобных фактов бесчисленное множество. В то же время нет ни одного факта, свидетельствующего о полезности спиртных напитков. «Губительное» влияние их на микробы – возбудители заразных заболеваний, «тонизирующее» действие и т. д. – давно разоблаченные наукой выдумки невежд».

Вот и опять мы лицом к лицу с этой пресловутой двоистостью. С одной стороны, человек, по всей видимости, хорошо разбирающийся в содержании винных бутылок, сообщает, что польза от вина – «твердо установленный факт», а с другой стороны, врач, посвятивший свою жизнь ликвидации печальных последствий всей этой «пользы», утверждает, что «нет ни одного факта, свидетельствующего о полезности спиртных напитков». С одной стороны, человек, по-видимому, слыхавший звон, но так и не узнавший, где он, уверяет, что «болезнетворные бактерии погибают в вине за 30 минут», а с другой стороны кандидат наук, оперирующий точными экспериментальными данными и обобщенным опытом науки, свидетельствует, что «губительное» влияние спиртных напитков на микробы – «давно разоблаченные наукой выдумки невежд».

По правде, нам и самим показалась подозрительной столь решительная декларация о пагубности вина для каких-то микробов. Есть ведь микробы, которые не только живут в вине, но от которых само вино болеет, чахнет и даже гибнет, превращаясь в какую-то несусветную дрянь. Но даже если болезнетворные микробы и погибают в чистом вине за 30 минут, то в кровеносных сосудах