Реферат: Философия

Бывают эпохи равнодушия кфилософским вопросам — эпохи вообще не худшие в истории народов. Общественнаяжизнь тогда может быть кипучей и яркой во всех ее проявлениях, экономическая иполитическая жизнь может быть высоко напряжена, научное и художественноетворчество может бить ключом. Но в обществе нет потребности в рефлексии исамоанализе, в нем не чувствуется неудовлетворенности и сомнения ее в целом. Новот — в результате ли какой-нибудь общественной катастрофы или незаметныммолекулярным процессом социальных изменений — вносится какая-либо новаяструктура в прочно положенный, по-видимому, строй мыслей и настроений.

Это состояние, напоминающеемоменты душевного кризиса у отдельной личности, когда человек как быостанавливается внезапно в беге жизни, охваченный вдруг оторопью и сомнением внужности и значительностью всего того, что он делал до сих пор.

Такие же моменты раздумьяпереживают время от времени и идейно — руководящие слои общества. Крупноенациональное бедствие, крушение идеала, к которому стремились ряд поколенийодно за другим, предчувствие нарастающего социального катаклизма это способновызвать глубокие социальные потрясения в общественной психике техидеологических элементов общества, которые являются, как бы его Я. Эти кризисыинтеллигентных настроений обыкновенно сопровождаются или выражаются в формефилософского искательства. Философия здесь призвана лечить раны, нанесенныесуровой действительностью, от нее требуют ответа на новые возникающие запросыжизни.

3

Кризис в нашемобществе, начавшийся в конце прошлого века и продолжающийся до настоящеговремени, породил целую плеяду русских мыслителей, чье творческое наследие ещетолько предстоит постигнуть нашему поколению. Одной из сложных проблем,поднимающихся в трудах русских философов, является проблема воспитания иформирования личности. Этой проблеме посвещен ряд работ Н. А. Бакунина, Н. А.Бердяева, С. Н. Булгакова, Г. И. Черепанова, А. Ф. Лосева, Л. П.Красавина, Н. Ф. Федорова, П. А. Флоренского. К сожалению, опубликованиеэтих работ в нашей литературе только планируется, однако, вышедший в светсборник " Вехи " и сборник произведений  В. В. Розанова уже даютобширный материал для размышлений и сопоставлений с нашей действительностью.

Философскийанализ системы народного образования прошлого века, анализ причин духовногообнищания общества, возможные пути выхода из сложившегося положения изложены всборнике работ. В. В. Розанова — " Сумерки просвещения ".Рассмотрим основные положения его взглядов на проблему воспитания личности.

" Впервые вистории мы наблюдаем в нашем веке, что не ученые, не церковь, не семья, нелюбители душ человеческих и знатоки ее сокровищ, но темное во всем этомгосударство, сложив оружие и, заменив бранные крики колыбельной песнью,начало пестовать юные поколения то самого раннего творчества до полнойвозмужалости. Римляне устыдились бы этого, греки разразились бы не удержаннымсмехом, и никогда вечно юные гуманисты Оксфорда и Кембриджа не допустили бы этойзамены себя княжескими или королевскими чиновниками .

Не будучи самопо себе воспитательно, но, заимствуя для воспитания элементы других сфер — античной древности, христианства, наук и философии — государство оцениваетстепень воспитания мерою материала,, который через него и

4

 усваивается. И так как каждая частьэтого материала с него лишь передается, а не усваивается, черезнепосредственное в нем содержание, то все воспитание естественно получилохарактер усвоения переданного, т. е. книжный. Для церкви " воспитанный" значит религиозный; для семьи — значит любящий, преданный; и даже длявсякого свободного мыслителя " воспитанный " значит крепкий всуждении, сильный в испытании правды. Напортив для государства, "воспитанный " — значит усвоивший правила веры, знающий сыновьиобязанности, наконец, уже достаточно обогащенный знаниями. " * Розанов,1889. Сумерки просвещения (В. В. Розанов. — М. Педагогика, 1990. — с.22) .

 " Всечувствуют, и уже давно, в Европе странную безжизненность возрастающихпоколений. Они безжизненны не в одном каком — ни будь отношении, они лишены некаких — ни будь даров, будучи богато отделены другими. Именно ядра в них нет,из которого растет всякий дар, всякий порыв, все энергичное в действии илитвердое в сопротивлении. Та " искра Божия ", которая светится вчеловеческом образе часто сквозь мрак, его одолевающий, сквозь его грубость,необузданный произвол невежество, в этих поколениях, ничего выдающегося недурного не делающих, как будто погасла и ее ничего не способно пробудить.Странная антикультурность, на исходе 19 века самой великой в истории культуры,поражает в них: они не только не продолжают свое время, но влечет их иубеждает не какая-нибудь из новых книг, а самая обыкновенная страница изжурнала или газетный листок. Не в способной притягательности этих низинследует видеть причину этого падения, но в слабости крыльев,, которые немогут поднять над ними душу. " *Там же стр… 12

Со множествомдеталей, за тщательным взвешиванием количества поступающих впечатлений былаупущена самая важная сторона в каждом из них

5

что лишь ничем не подрываемое, входя в душу свободно,неторопливо с ней взаимодействуя, оно оплодотворяет ее; тысячи же прерванных,оскопленных впечатлений оставляют ее бесплодной. Тот мир звуков,, которыекаждая душа в меру даров своих дает в ответ на каждое ощущение, -был забыт ипри системе учащенных, через час чередующихся впечатлений стерт, сведен кнебытию, даже погиб, не проросши из семени. И между тем в этих вздутиях души, только ожидающих из  вне прикосновения, чтобы дать трещину и обнаружить своесодержание, и скрывающиеся до времени ее невидимые крылья, освободить которыеиз сдерживающей оболочки, укрепить и научить ими управлять есть вся задачавоспитания. Здесь мы переходим к необходимости индивидуальности воспитания: наодно и тоже впечатление всякая отдельная душа ответит разно, и именно в мерутого содержания,, которое с ней послано в мир. И так именно раскрыть этосодержание должен воспитывающий, он никогда не должен обращаться с чем  — нибудь значительным по смыслу к толпе, но всегда к одному лицу.

Действие этогозакона,, который как только нарушен — воспитания нет, и обнаруживается в том,что при усиленном постоянном, но постепенно же прерываемом внушении отдельныхобязанностей интересов, склонностей в школе эти последние вовсе не прерываются, или отпадают тотчас, как только встречаются потом в жизни малейшие в себеприпядствие. Напротив, один уединенный разговор, часто с человекомодинакового развития, или случайно вычитанная мысль становится поворотнымпунктом во внутреннем развитии. Только с любовью, долго, при собственныхдарах или любящем учителе останавливаясь на самом кратком, в несколько минутпрочитываемом произведении, можно впитать в себя тот аромат,, который оносодержит в себе, живою же душой отозваться на ту жизнь, которая таинственнозавита в нем его давно умершим творцом, и, отозвавшись пластически

6

видоизменить душу прекрасным, благороднымвпечатлением, на ее павшим. Не думать, что хоть тень этого воспитывающегодействия может произойти при изучении великих произведений с циферблатом в руке, есть заблуждение,, которое поистине, нельзя не назвать безумным.

Если окинутьусталым взглядом реалии сегодняшнего дня, то после прочитанного грустнопонимаешь, как был прав в своих искренних суждениях В.В.Розанов сто лет назад:" Думать, что в отдельные циклы истории красота человеческой природы былалишь нарастающей и, что в каждом индивидуальном можно соединить ее отдельныетени, — это также ошибочно, и вытекает из отсутствия истинного знания окоторой-нибудь из этих теней. Только отряхивая с человека прежнюю красоту,отрицая ее как величайшую противоположность, появится на нем новый уборсложных идей и глубоких чувств. Лукавое перед всем преклонение, соединенное схолодной готовностью все предать, и есть истинный результат этогосинтетического воспитания,, через которое проводятся всюду подрастающиепоколения Европы. Ни любители они древности, ни истинные христиане, нисамоотверженные искатели истины — они между всем этим, вне которой-нибудь изкультур, то есть не несут на себе более одной из них. От этого присуществовании у них смутного религиозного чувства, они не знают,удовлетворить ли его христианством или буддизмом, будучи довольно начитаннымив новых книгах и, помня еще много из старого, выдумывают новую мораль, удобносоединяющую и то и другое. По своему воспитанию, по долгим годам привычки онисклонны ко всему электрическому и ни к какому сильному отрицанию или сильномуутверждению. "

Все сказанноеотносится к нравственной стороне, но едва ли не важнее еще здесь сторонаумственная: ребенок должен быть свободен, то есть окружающие его вещи и людине должны стоять слишком высоко над его умственными силами, не

7

 должны его подавлять. Ребенокзаброшенный, едва ли допускаемый на глаза, растущий на кухне, с прислугой,- не только образец кротости, душевного благородства, но и сосуд яркосветящихся умственных даров; другой, не спускаемый с глаз любящих родителей,с приставленными мамками учителями, вечно спрашиваемый и развиваемый, тупнравственно и умственно до степени, которая граничит с уродливостью. Избедных, необразованных семей вышли едва ли не все те независимые умы и смелыехарактеры, которые в разных сферах становились реформаторами человеческихобществ. Трудом и нуждою воспитывается духовно здоровое, сильное; гениальное жев уме или способное в характере воспитывается бедствием, незаслуженнымнесчастьем, продолжительным горем. Оно только одно истинно углубляет сердце изатворяет разум — сообщает второму великую, поражающую всех прозорливость,первому дает совет, всех привлекающий к человеку, всех ему покоряющий .

Индивидуализм,замкнутость в себе человека — это есть следствие разлагающей эпохи, но в нем жетаится возможность возрождения эпохи новой.Неисповедимы пути истории, невскрыты ее законы; отчаиваясь, мы бываем  иногда накануне самой светлойрадости, радуясь, стоим на краю гибели.

Каждое время, всущности, имеет такую школу, которую оно заслуживает. Идеи в устроении такточно отвечают главному в нас, что каковы мы — так учим и воспитываем детей.Школа -это, скорее всего, симптом, показатель нашего внутреннего " Я". Это пульс, который бьется тревожно, и мы ясно его нащупываем, когдаболезнь еще глубоко сохранена внутри организма.Школа есть симптом не толькоболее ясный, но проявляющийся в органе, который наиболее ярко чувствует,сильнее всего болит; вот почему целить ее мы призваны, но, быть может, исами исцелимся через нее .

Возвратимсявновь к детям. Как это не удивительно, индивидуум прочнее общества,долговечнее; и то, что ближе всего стоит к нему,

8

 - семья, она может быть еще тепла,религиозна, может гореть полной жизнью, когда этой жизни нет уже нигде кругом. Причина этого кроется в мистических основах семьи, которых не имеетобщество: через нее именно, а не через общество индивидуум сливается со всемродом человеческим и также соприкасается с тайнами жизни и смерти. Лишь, когдасемья сформировала ребенка, дала ему веру и серьезность — это все она толькоможет дать ему, — в насыщение, в пособие, как средство, как посох страннику, пусть дает ему школа все остальное, второстепенные сведения .

Как же печальнои тяжело осознать роль и функции семьи и школы в воспитании детей в наши дни.Школа вобрала в себя весь возраст девочки и мальчика от 8 и до 17 лет. Семьеоставлен только труд родить и дать первое " молочко ". Однако от 9 летона уже дает своему ребенку только ночлег, на вечер — комнату и керосиновуюлампу, поутру — чай и еду. Семья превращена в квартиросодержание собственногосына или дочери, где " права " квартиросодержателя оборваны, ивообще во всем отступают перед требованиями школы, каковы бы и в чем бы они низаключались. Семья опустела и запустела; она немного развратилась, она, вовсяком случае, стала бессодержательна и как бы несколько глупа, чуть-чутьотзывается последствиями, коих не загладить отличным зубрением самых "одобренных " учебников по самым хитроумным предметам и программам .

Что же школа? Вовсем есть две стороны: внешняя и механическая, внутренняя и субъективная. Посамим элементам школы — урок, учебник, учитель, высиживающий 25 лет, — дляэтих элементов доступна работа только над внешними и механическими сторонамиобразования. Выучить по Катехизису столько-то страниц, не забыть пройтипунические войны, неопределенные уравнения она может; но то, для чего все это, сама цель " прохождения " — это недоступно ей по самому существучерствых, несколько деревянистых элементов, из коих она сложена и всегда

9

останется сложена.

" В толках, время от времени поднимающихся и у нас и на Западе о средней школе, всегдабывает, слышен один лозунг: " школа с одним древнем языком! "," школа с двумя древними языками ", " латинский язык, начинаяс четвертого класса ", " увеличить преподавание философии "," ввести в программу естественные науки " — и ничего еще, ничегодругого мы не услышим, никому не приходит на ум поднять вопрос о существованиисамой трафаретки, выбивающей штемпель " интеллигентности " наребенке, после чего он оказывается негодным или мало годным к какому-нибудьупотреблению. " * Розанов. Педагогические трафаретки (В.В.Розанов. — М.Педагогика, 1990. -с. 169).

" Школанового типа, у нас и на Западе, вообще бескультурна; она бескультурна смалыми программами, как и с большими, естественными науками, как и с древнимиязыками. И очень ясна причина этой бес культурности. Задача и способыобразования и особенно воспитания в ней преобразованы исключительно стребованиями бюрократического удобства, бюрократических навыков,установившихся способов руководить, работать, воздействовать, наконец,наблюдать, размышлять .

Восемь летделать видимость умственного труда без всякого действительно умственного труда, без развития, без возрастания, без озарения, без просветления — к этомуспособны, это могут вынести лишь вялые, инертные души .

Тайна вразвенчании бюрократических форм, примененных к духовному деланию,, в которомони вовсе не применимы; в создании условий культурного труда, культурноговоздействия учителя на ученика, культурного восприятия учеником этихвоздействий; в выработке идеальных способов воздействовать на духовные стороныв мальчике, юноше, девушке. Дайте нам просвещенного, образованного

10

 человека, дайте нам человека не насловах гуманного — вот чего мы днем с огнем не можем отыскать; а уж будет ли онинженер, чиновник, учитель — это второстепенно. " *там же, с.172.

Пять уроков вдень, пять разнородных предметов внимания в утреннюю половину дня, в классноевремя, и столько же предметов внимания во вторую половину дня, во времяприготовления уроков на завтра. Десять разнородных интересов за день; десятьпережитых впечатлений, между собою не связанных и не связуемых. Вот где ненайденный, никому не приходивший на ум корень опустошительного действия новойшколы, не у нас только, но и в целой Европе: ибо каким же мелкими, тусклымичерточками ложатся эти впечатления на душу; какая же нужна душа, чтобы,равнодушно покидая один предмет, бесстрастно переходить к другому, но и нанем, как и на предыдущем, не держать внимания более чем 55 минут .

Не ясно ли, гдеисточник упадка духовных сил всей Европы за последние полвека, то есть именноза то время, когда школа из захудалой, заброшенной, руководимой частнымчеловеком или духовной корпорацией, стала интенсивно работающей фабрикой поднаблюдением государственных инспекторов и с государственными рабочими,некоторым интенсивным производством душ человеческих почти по тому способу,как некогда Парацельс производил своего гомункула .

11

Три принципаобразования видятся равно нарушенными во всех типах школ, во всех борющихсясистемах; и от этого нарушения результаты всех их так сомнительны, так горькидля самих образующихся. Эти принципы следующие:

1. Принципиндивидуальности. " Он требует, чтобы как в образуемом (ученик), так и вобразующем (учебный материал) была по возможности сохранена индивидуальность,это драгоценейшее в человеке и в его творчестве. Где она не сохранена,подавлена или в пренебрежении, там образования совершенно не происходит — вотмоя мысль; только как личность, как этот определенный человек, а не "человек вообще ", я могу быть наиболее изобретателен в мыслях, своихчувствованиях, упорен, тверд в стремлениях. " Личность " — вотвысшее, глубочайшее определение; и, отвечая этому определению, каков бы нибыл тип школы, система образования только та будет образовательною, где небудет нарушен этот принцип индивидуальности. Как это может быть сделано? Чтоэто значит?

Сохранитеребенка как можно долее в семье, поставьте его потом как можно ближе к Церкви — вот требование этого принципа в том, что касается образуемого (ученик): посамой своей природе семья и Церковь индивидуальны в способах своего воздействия, в своем воззрении на человека — в том, как относятся к нему " .*                                                                   Розанов. Три главные принципа образования (В.В.Розанов.-М. Педагогика ,  1990.-с.92).

И в обратностьэтому, менее всего доверяйте большим, хорошо дисциплинированным школам.Можно быть уверенным, все недостатки школы здесь есть в увеличенном виде," течение всех болезней дурно ". Берегите маленькие школы, плодитеих и недоверчиво смотрите на всякую огромную, в 2-3 этажа, педагогическуюмахину, со многими сотнями учеников, десятками учителей. В маленькой школевсякий недостаток ученика рано виден; всякая мать может прийти в такую

12

 школу с указанием необходимостиобратить внимание на тот или иной недостаток сына. Здесь возможно общение,которое, в сущности, не возможно между семьей — слишком малым миром и гимназией- миром слишком большим и сложным, " высокоумным " .

 2. Принципцелости. " Он требует, чтобы всякое входящее в душу впечатление непрерывалось до тех пор другим впечатлением, пока оно не внедрилось, неокончила своего взаимодействия с нею, потому что лишь успокоенный в себе,незанятый ум может начать воспринимать плодотворно новые серии впечатлений.Отсутствие разорванности в группах знаний, в художественном чувстве в волевомстремлении -вот требование этого принципа; он указывает, что нельзя дробитьочень сильно значения, ощущения; что, так раздробленные, будучи и вполнеприняты, они уже вовсе не оказываются тем, чем были в начале, что они суть всебе самих, в своей целостности. Именно культурного, образующего,воспитывающего значения они не удерживают в себе при этом ". * там же, с.96.

Школа, гденарушен принцип индивидуальности, не воспитывает, не образует; где нарушенпринцип целости — не влияет, не сообщает, каких либо убеждений, не дает верыво что-нибудь. Но удивительное ли это явление, что в новых иезуитских, всредневековых схоластических, наконец, в древних греческих школах юношавходит всюду с верой, с преданностью тому, чему его, хотя и немного,несовершенно, грубо, учили ,- с верой в культуру, в образование, в гражданственностьсвоего времени; и только в школах современного типа, так изощренно трудящихсянад нашими детьми, и, несомненно, трудящихся в полном согласии с духом ивоззрениями отцов, дети почему-то становятся безразличными ко всему, чему этиотцы верят, что они исповедуют, в чем их, наконец, воспитывают? Почему вшколе не завязываются

13

никакие сильные впечатления,интересы, привязанности — умственные, эстетические, религиозные, гражданские? Частопредставляются вопросы: отчего случайная встреча с человеком, даже одинаковогоумственного развития, но противоположного склада убеждений, иногда неизгладимовлияет на нас, преображает нас? И от чего никогда эти действия не оказываетшкола, школа именно нового типа? Где лежит разница и в чем вообще заключаетсятайна влиятельности?

3. Принципединства типа есть третий и последний, на котором может быть построеноистинное образование. " Он состоит в требовании, чтобы все образующиевпечатления, падающие на данную единичную душу, или, что тоже, исходящее изданной единичной школы, были непременно одного типа, а не разнородные или непротивоположные. Иными словами: они должны идти из источника однойкакой-нибудь исторической культуры, где они все развились друг из друга, а недруг против друга или друг подле друга, как это было в смежных, сменявшихсяво времени цивилизациях. Нужно оставить попытки соединить христианство склассической древностью, или жития святых с алгеброй, думая, что все этотакже удобно совмещается в душе ребенка, как учебник алгебры и Катехизиссовмещаются в его сумке. Никогда этой сумкой не станет человек -напрасны наэто надежды: тайком, с непреодолимым отвращением он выкинет из себя иКатехизис и алгебру и останется пустым, открытым для всех влияний — как это иесть, как это мы наблюдаем с ужасом, не понимая, что своими рукамиподготовляем этот ужас. Есть в природе закон, по которому два луча света,известным образом направленные, взаимно интерферируются и вместо того, чтобыпроизводить усиленное освещение, производят темноту; есть нечто подобное и вдушевной жизни человека: и в ней также интерферируются образующие впечатления,если они противоположны по своему типу, и вместо того ,

14

 чтобы просвещать ум и сердце,погружают их в совершенный мрак. Этот мрак хаоса, когда сведения есть, когдазнаний много и, однако, нет из них ни одного дорогого, не осталось и тениверы во что-нибудь, убеждения, готовности, потребности, — кто теперь неузнает его в себе, не скажет: " Это — я, это — моя пустота? " *                                

                          там же с. 100.

15

Современноесостояние общества, резкий недостаток в нем ярких личностей, критическоеположение системы народного образования, бесполезные попытки ее реформироватьничего не меняя в корне, показывает, что не верны сами принципы формирующиеличность .

Со времениоктябрьской революции формирование " гармонически развитой " личностибазируется на принципе коммунистического воспитания, которое предполагаетформирование такой личности путем планомерного и целеустремленного воздействияв процессе построения социализма и коммунизма .

Для достижениявсестороннего развития человек, прежде всего, должен обладать последовательным коммунистическим мировоззрением. Всестороннее развитие личности означает такжереформирование у нее высокой общественной культуры, широкого научного итехнического кругозора, приверженности к прекрасному в жизни и искусстве.Именно поэтому коммунистическая партия выдвинула принцип комплексного подхода квоспитанию, включающему образование, идейно политическое, правовое,атеистическое, нравственное, трудовое, эстетическое и физическое воспитание...

То, к чемуможет привести общество подобная система образования мы ясно ощущаем сейчас.Но ведь об этом писали еще в начале века! Так Сергей Булгаков в работе "Героизм и подвижничество " предупреждал нас о грозящей катастрофе:

" Задачинародного просвещения понимаются просветительски, то есть, прежде всего, какразвитие ума и обогащение знаниями. Впрочем, за недостатком времени,возможности и, что еще важнее, образованности у самих просветителей, этазадача заменяется догматическим изложением учений, господствующих в данноевремя в данной партии (все это под маркой самой строгой научности), или жесообщением разрозненных знаний из разных областей. Во всяком случае,

16

задача просвещения ставится впередипервоначального обучения, то есть сообщения элементарных знаний или простограмотности.

Все мы ужевидели, как содрогнулась народная душа после прививке ей в значительной дозепросвещения в указанном смысле, как прискорбна была ее реакция на эту духовнуюопустошенность в виде роста преступности сначала под идейным предлогом, а потоми без этого предлога. Ошибочно думать, что русское просвещение и русскаякультура может быть построена на атеизме, как духовном основании, спренебрежением религиозной культуры личности и с заменой всего этого простымсообщением знаний. Человеческая личность есть не только интеллект, но преждевсего воля, характер, и пренебрежение этим жестоко мстит за себя. Разрушениев народе вековых религиозно-нравственных устоев освобождает в нем темные стихии, которых так много в русской истории, глубоко отравленной злой татарщиной иинстинктами кочевников-завоевателей. Интеллигентское просветительствопробуждает эти инстинкты и возвращает Россию к хаотическому состоянию .

Отсюда понятныпричины глубокой духовной распри, раздирающей Россию в настоящее время..." * Булгаков, 1909. Героизм и подвижничество (С.Н.Булгаков Вехи.-М. 1990. с.48).