Лекция: ГУГЛАНДСКИЕ ТОПИ 5 страница

— А кто этот господин, Гино? — Испуганно спросил бородач. Больше он ничего не успел спросить, поскольку еще один Смертный Шар уже сорвался с кончиков моих пальцев.

— Я с тобой, хозяин. — Тут же флегматично сообщил Кирола Тахх.

— Да уж, ты со мной… — Вздохнул я. Мое загадочное могущество вообще довольно редко приводит меня в восторг, а уж в таких случаях оно обычно кажется мне совершенно отвратительным… Я повернулся к стражнику.

— Молодец, дружок, ты все правильно сделал. А теперь возвращайся туда, где тебе положено находиться. Когда окажешься в холле, ты должен забыть о нашей встрече — так, словно ее никогда не было! — а потом ты должен освободиться от моей власти. Сделай это, и я буду доволен.

— Хорошо, хозяин. — Вяло согласился бедняга Гино — кажется именно так назвал его знахарь. Он повернулся и медленно пошел прочь. За него я мог быть вполне спокоен: по крайней мере, до сих пор приказы «освободиться от моей власти» срабатывали безупречно, к моему величайшему облегчению...

— Ну вот, одной заботой меньше. — Вслух сказал я. И повернулся к своей очередной жертве. — Ты один дома, сэр Кирола?

— Я один, хозяин. — Кивнул он.

— Вот и славно. Давай зайдем в твою комнату. — Предложил я. Бородатый сэр Кирола тут же посторонился, вежливо пропуская меня в крошечный холл.

Дверь из холла вела в почти такую же маленькую гостиную — по сравнению с роскошными покоями для гостей скромное жилище знахаря казалось почти конурой. Хозяин дома выжидающе уставился на меня: он жаждал приказаний.

— Всего несколько вопросов, сэр Кирола, и ты будешь свободен. — Виновато пообещал я. — Просто расскажи мне, что ты знаешь о многочисленных побегах ваших заключенных?

— Я вообще ничего о них не знаю, хозяин. — Виновато доложил знахарь. — Я знаю только, что они имели место, но об этом знают все...

— В отчете, который ваш комендант прислал в Управление Скорой Расправы, сказано, что два из тридцати восьми побегов, случившихся за последние два года, были совершены из тюремной больницы. — Напомнил я. — О них ты тоже ничего не знаешь?

— Оба раза в больнице дежурил мой коллега, Гленке Муана. — С готовностью сообщил Кирола.

— Но ты должен знать хоть что-то с его слов! — Настойчиво сказал я.

— Я не хотел ничего знать. — Флегматично сообщил знахарь. — Мне с самого начала показалось, что так будет лучше...

— Почему? — Настороженно спросил я. — Расскажи подробно.

— Потому что… Я не знаю, как объяснить, хозяин. Два года назад, как раз на следующий день после первого побега из больницы, я решил обсудить это происшествие с Гленке: сначала оно показалось мне довольно забавным — словно списанным из каких-нибудь старинных полицейских хроник. Но Гленке не захотел говорить на эту тему. Он только посмотрел на меня: это выглядело так, словно у него в семье кто-то умер, а я позволил себе пошутить по этому поводу… И он смотрел так долго-долго, а потом отвернулся. Трудно объяснить, почему, но мне стало по-настоящему страшно, даже какой-то неприятный холодок прошел по спине, а потом я встал и вышел из его комнаты. До этого дня я считал Гленке своим хорошим приятелем — в моем случае это очень много, поскольку друзей у меня нет вовсе. Но с тех пор мы больше никогда не беседовали по вечерам за кружкой гугландского пива, только говорили о работе — и это была не моя инициатива, а его… Гленке очень изменился за последние два года.

— Как именно он изменился? — С интересом уточнил я.

— Мне трудно объяснить, хозяин. — Виновато сказал Кирола. — Гленке был немного младше меня, а выглядел совсем как мальчишка… Теперь можно подумать, что из нас двоих он старше, хотя у него не появилось ни морщин, ни седых волос — ничего в таком роде. И потом, мне стало тяжело подолгу находиться рядом с ним в одном помещении...

— Ты кому-нибудь говорил о своих наблюдениях? — Нетерпеливо спросил я.

— Нет. Я боялся. — Просто ответил он. — В последнее время я живу в постоянном страхе, я даже начал к нему привыкать… Я знаю, что такое иногда происходит с людьми, оказавшимися вдали от дома… но я все-таки знахарь и могу распознать приближение безумия. Поэтому я не думаю, что у меня просто сдали нервы...

— Хорошо, будем считать, что с твоими нервами все в порядке. — Рассеянно кивнул я. И задумался. По крайней мере, теперь мне было совершенно понятно, что разговор на интересующую меня тему следует продолжить с этим самым загадочным сэром Гленке. Кажется, он вполне мог оказаться счастливым обладателем какой-то совершенно эксклюзивной информации.

— Ладно. — Наконец решил я. — Теперь скажи мне: твой коллега дежурит в больнице один, или рядом с ним крутится много народу?

— Когда как. — Пожал плечами Кирола. — Конечно, у нас там всегда находятся два дежурных младших знахаря, несколько помощников из числа заключенных, и еще несколько стражников, чтобы присматривать за ними, и за нашими пациентами, заодно. Но у нас с Гленке есть свой кабинет, туда обычно никто не заходит без спроса...

— Отлично. Тогда сделаем так: сейчас ты отведешь меня в больницу, потом проводишь в этот самый кабинет, а если твоего коллеги там нет, найдешь его и скажешь, что тебе нужно поговорить с ним наедине — одним словом, придумаешь что-нибудь. И не нужно его бояться: предполагается, что я могу справиться с чем угодно!

— Хорошо, хозяин, я не буду бояться. — Покорно кивнул Кирола Тахх.

Потом он вышел в коридор, а я поплотнее закутался в свой плащ-невидимку и последовал за ним. Сутулая спина бедняги казалась мне весьма безадостным зрелищем, но я сурово напомнил себе, что приехал в Нунду работать, а не наслаждаться жизнью...

На сей раз мы довольно долго кружили по коридорам, в конце концов спустились вниз и снова начали кружить. Я с ужасом понял, что если останусь без проводника, мне грозит реальная опасность несколько дней скитаться по этим безликим переходам, дико озираясь по сторонам, пока я не решу плюнуть на конспирацию, снять свой укумбийский плащ и дурным голосом заорать: «на помощь!» Наконец мы остановились перед маленькой зарешеченой дверью.

— Эта дверь ведет в приемную, а оттуда можно попасть в наш кабинет. — Вяло пояснил Кирола.

— Ты не объясняй, а давай заходи. — Устало вздохнул я.

— Хорошо, хозяин. — Он кивнул, озабоченно порылся в карманах, раздался мелодичный звон многочисленных ключей, наконец нужный ключ обнаружился. Еще несколько секунд Кирола Тахх потратил на торопливые попытки попасть ключом в замочную скважину. В финале непослушная дверь все-таки открылась, и мы вошли в небольшую полутемную комнату. В дальнем углу слабо мерцал крошечный стеклянный шарик, наполненый светящимся газом. Мой временный «верный раб» торопливо пересек приемную и распахнул передо мной тяжелую, обитую каким-то темным металлом дверь. За дверью было гораздо светлее, чем в приемной, так что я невольно прищурился, стараясь разглядеть лицо человека, сидящего за громоздким письменым столом — кажется эта обшарпанная мебель могла считаться новой аж в веселую эпоху правления Короля Менина, да и то с натяжкой!

— Это наш кабинет. — Сообщил мой проводник.

— С кем это ты разговариваешь, Кир? Что-то случилось? — Флегматично осведомился высокий ломкий голос. Я решил, что выслушивать их диалог мне совершенно ни к чему, и торопливо прищелкнул пальцами левой руки. Очередной Смертный Шар послушно сорвался с кончиков пальцев и проворно устремился к моему новому знакомому. Через мгновение маленькая, опасная, пронзительно-зеленая шаровая молния с неприятным чавкающим звуком впилась в лоб Гленке Муаны. Он глухо охнул, схватившись руками за голову, привстал со стула, а потом начались настоящие сюрпризы.

Кисть его правой руки стремительно опухла: уже через секунду пальцы стали толстыми, как сардельки, а спустя несколько мгновений это было похоже на все что угодно, только не на верхнюю конечность существа, принадлежащего к роду человеческому. Потом чудовищная рука с треском лопнула, бедняга Кирола взвизгнул и отступил за мою спину — я бы и сам с удовольствием за кого-нибудь спрятался, если честно! — а его коллега, скромный тюремный знахарь, сэр Гленке Муана, хрипло рассмеялся и погрозил мне пальцем левой руки, с которой пока не происходило никаких изменений.

— Не будет тебе сегодня никаких тайн, Вершитель! — Радостно сообщил он.

После этого задушевного обещания его голова тоже начала увеличиваться в размерах. Я сразу понял, чем это закончится, и успел захлопнуть дверь. Почти сразу же из кабинета раздался громкий хлопок, а я содрогнулся от отвращения, поскольку иногда мое грешное воображение отличается излишней живостью...

— Ты же знахарь, сэр Кирола. — Виновато сказал я через несколько секунд. — Вот ты и зайди туда: посмотри, что случилось… хотя я и так догадываюсь, конечно!

— Хорошо, хозяин. — Флегматично отозвался тот. Открыл дверь, я покосился на перепачканный кровью пол и поспешно отвернулся: слишком уж неопрятно!

— У Гленке почему-то лопнула голова. — Дисциплинированно доложил Кирола.

— Вижу. — Вздохнул я. — Ладно, пошли отсюда… Проводи меня в мою комнату — ты же знаешь, где находятся покои для приезжих?

— Да, я знаю. — Согласился Кирола. Мы снова отправились в странствие по пустынным коридорам и лестницам. Мы так никого и не встретили — Нунда начинала казаться мне почти необитаемым местом! Через несколько минут я с облегчением обнаружил себя перед знакомой дверью.

— Теперь слушай меня внимательно, сэр Кирола. — Сказал я, берясь за ручку двери. — Сейчас ты пойдешь к себе в комнату, ляжешь в постель, и будешь спать, пока тебя не разбудят. А когда ты проснешься, ты забудешь обо мне, и обо всем, что случилось в моем присутствии, заодно… И вот еще: в момент пробуждения ты осовбодишься от моей власти, ясно?

— Ясно, хозяин. — Равнодушно кивнул бородач. Он развернулся и медленно зашагал по коридору. Я немного посмотрел ему вслед, потом сурово сказал себе, что с парнем все будет в порядке, а у меня нет времени на пустые размышления о том, что произойдет завтра, и толкнул свою дверь.

Оказавшись в гостиной, я первым делом полез в свою дорожную сумку за бутылкой с бальзамом Кахара: все эти неземные переживания подействовали на меня самым незамысловатым образом — я просто смертельно захотел спать. Но после небольшого глотка этого безотказного зелья я с облегчением понял, что мы еще попрыгаем! Первым делом я послал зов Джуффину: мои новости были словно специально созданы для его ушей. Шеф слушал меня не перебивая и не переспрашивая, кажется, он даже затаил дыхание — событие совершенно небывалое!

«Я начинаю жалеть, что сам не поехал в Нунду. — Наконец признался он. — Не потому, что ты не справишься, хотя все может быть, конечно… Просто мне уже так интересно — дальше некуда!»

«А мне не очень! — Ворчливо сказал я. — Еще никогда не случалось, чтобы мой Смертный Шар превращал живого человека в такую пакость! Этот парень лопнул, как гроздь мыльных пузырей: сначала рука, потом голова… Вспомнить страшно!»

«Не преувеличивай, Макс. — Сухо отозвался Джуффин. — Ну лопнула у него голова — тоже мне трагедия всех времен и народов… Но твой Смертный Шар тут не при чем — вернее, почти не при чем. Просто на этого беднягу кто-то наложил очень хорошее заклятие: думаю, парень действительно кое-что знал о последних событиях в Нунде. Я и сам имею в своем арсенале парочку подобных заклятий: они срабатывают не после того, как человек нарушит обет молчания, а заблаговременно. В тот момент, когда Гленке Муану поразил твой Смертный Шар, и он поневоле приотовился сделать все, что ты пожелаешь, в том числе и ответить на все твои вопросы, это таинственное заклятие показало себя во всей красе, со всеми вытекающими последствиями… Не бери в голову, Макс. И вообще, не отвлекайся на всякие глупости. Вы с Нумминорихом влипли в довольно опасную переделку — гораздо опаснее, чем я полагал с самого начала… Знаешь, у меня есть очень хорошая идея. Не надо вам сидеть в Нунде и коллекционировать доказательства того, что в этом гиблом месте творится что-то неладное: на мой вкус, теперь это совершенно очевидно. Лучше, если ты просто спрячешь господина коменданта в своей пригоршне, и вы быстренько смоетесь из Нунды — прямо сегодня ночью. Будете ехать так быстро, как только возможно, и даже еще быстрее. Привезешь мне этот подарок, а уж я его как следует допрошу: я здорово подозреваю, что на нем вполне может лежать такое же заклятие, как на этом бедняге знахаре, но смею надеяться, что я справлюсь с любым заклинанием...»

«Ладно. — С облегчением согласился я. Немного подумал и на всякий случай спросил:

— А вам не придется скандалить по этому поводу с Магистром Нуфлином?»

«Можешь не переживать. Как только Нуфлин узнает подробности смерти Гленке Муаны… Да он с удовольствием подпишет приказ об аресте всех служащих Нунды поголовно — так, на всякий случай!»

«Тогда нет проблем. Честно говоря, я с удовольствием переложу это нехорошее дельце на ваши могучие плечи, а сам пойду смотреть кино: с меня, пожалуй, пока хватит!»

«Ну, вообще-то ты можешь не слишком тешить себя иллюзиями насчет грядущих кинопросмотров. — Злокозненно хмыкнул мой шеф. — Но вот в Нунде вам с Нумминорихом пока делать нечего, это точно… И не забудь отправить мне зов после того, как вы окажетесь за воротами: услышав сию утешительную новость, я лягу спать с легким сердцем.»

«Хорошо, не забуду.» — Пообещал я. И отправился будить Нумминориха.

Когда мне приходится вытаскивать из постели ни в чем не повинного живого человека, я чувствую себя законченной сволочью. Массовые убийства — это я еще понимаю, а вот будить ближнего своего я, как правило, отказываюсь наотрез… Но будить сэра Нумминориха Куту я бы согласился хоть по дюжине раз на дню! Этот замечательный тип начал улыбаться еще до того, как открыл глаза.

— Никогда в жизни не видел, чтобы человек просыпался с таким удовольствием! — Уважительно сказал я.

— Почему? — Удивился он. — Все-таки каждое пробуждение — это возвращение к жизни...

— Твоя правда. — Задумчиво согласился я. — А мне и в голову не приходило… Все-таки хорошая формулировка — великая сила! Ладно, идем, выпьем какой-нибудь обворожительной дряни из иного Мира: после всего, что случилось, пока ты спал, я не рискну вызывать местную обслугу и требовать камры — чего доброго, мои давешние глупые шутки насчет яда окажутся самым что ни на есть зловещим пророчеством!

— Ого! — Глаза Нумминориха стали совсем круглыми от любопытства, он пулей вылетел из-под одеяла и поспешил вслед за мной в гостиную, на ходу кутаясь в теплое темно-вишневое лоохи.

Еще полчаса моей жизни были прожиты самым приятным образом: я извлек из Щели между Мирам здоровенную кружку горячего шоколада для Нумминориха и чашку кофе для себя, с удовольствием закурил и принялся подробно излагать ему историю своей первой самостоятельной прогулки по Нунде. Парень был в таком восторге, словно я рассказал ему страшную сказку.

— И что мы теперь будем делать? — Бодро спросил он, когда я умолк и отставил в сторону опустевшую чашку.

— Брать в плен господина коменданта и удирать отсюда. — Вздохнул я. — Собственно, поэтому я тебя и разбудил. Ты же сможешь найти дорогу туда, где мы с ним ужинали, а потом пойти по его запаху?

— Легко! — Гордо улыбнулся Нумминорих.

— Тогда пошли. — Я неохотно покинул свое кресло: дай мне волю, я бы все дела на свете отложил на потом — только ради того, чтобы дать своей заднице еще немножко погреться на мягком сидении! Друппи неохотно поднял сонную морду и вопросительно посмотрел на меня одним глазом — второй глаз был закрыт и наверняка смотрел на какой-нибудь замечательный собачий сон.

— Тебя это приглашение не касается, счастливчик, так что можешь дрыхнуть дальше! — Улыбнулся я. Друппи удовлетворенно закрыл глаз и сладко засопел, а я повернулся к Нумминориху.

— В свое время сэр Кофа и леди Кекки опытным путем обнаружили, что эта могущественная тряпочка вполне может спрятать от любопытых глаз двух человек одновременно. — Торжественно сообщил я, потрясая перед носом Нумминориха старым укумбийским плащом. — Так что будем гулять в обнимку, душа моя!

— Как скажешь. — Согласился он. — Если начальство велит с собой обниматься, значит надо слушаться… Ты же у нас начальник, сэр Макс?

— Ага. — Хмыкнул я. — Еще какой!

Шутки шутками, а бродить по коридорам, закутавшись в один плащ на двоих оказалось весьма сомнительным удовольствием. Хорошо еще, что мы с Нумминорихом почти одного роста! Впрочем, после того, как нам навстречу попалась группа мускулистых ребят в форменных коротких лоохи — очевидно, это было что-то вроде патруля, следящего за порядком — и мирно протопала мимо, не обращая на нас никакого внимания, я тут же смирился с временными неудобствами: что бы мы делали без этого замечательного укумбийского талисмана!

— Ну вот, за этой дверью и находится зал, где мы ужинали. — Шепнул Нумминорих, останавливаясь в том самом холле, в котором я недавно побывал.

Вообще-то, он мог не очень стараться понижать голос. Стражник — кажется, это был тот самый парень, которому «посчастливилось» испытать на себе странное воздействие моего Смертного Шара — не обращал на нас никакого внимания, спасибо древней магии укумбийских колдунов! Я осторожно взялся за ручку двери, и мы вошли в парадную столовую. Теперь она была пустой, темной и, как положено по законам жанра, жутковатой.

— Нверное сэр Андагума вышел отсюда через какую-то другую дверь. — Тихо сказал Нумминорих. — Здесь его запах очень слабый. Идем к тому месту, где он сидел… Ага, совсем другое дело! Он пошел куда-то туда.

— Ну, тогда и мы пойдем «куда-то туда». — Согласился я.

Мы пересекли просторный зал, потом прошли в какое-то маленькое помещение, уставленное столами, на которых громоздились пустые подносы.

Небольшая стеклянная дверь бесшумно отодвинулась в сторону при нашем приближении, и мы попали на кухню — впрочем, я тут же понял, что это была не настоящая кухня, а что-то вроде промежуточной станции между собственно кухней и обеденным залом: судя по всему, именно здесь еду аккуратно раскладывали по тарелкам прежде, чем она попадала на стол.

— Подожди минутку, Макс. — Смущенно попросил Нумминорих, нерештельно останавливаясь. — Я хочу как следует разобраться. Кухонные запахи очень сильные, они мешают сосредоточиться.

— Охотно верю. — Усмехнулся я. — Они даже мне мешают сосредоточиться, хотя я вроде бы не нюхач… и не такой уж голодный!

— Все, идем. — С облегчением сказал Нумминорих через несколько секунд.

— Я уже разобрался. Он пошел туда!

Мы отправились в дальний конец кухни, где обнаружилась совсем уж крошечная дверь, ведущая на лестницу.

— Да, здесь в одном плаще на двоих не попрыгаешь! — Вздохнул я. — Ладно, пусть он будет на тебе: все-таки ты идешь впереди… А я как-нибудь выкручусь, в случае чего.

— Спасибо. — Вежливо поблагодарил Нумминорих — можно было подумать, что я отдал ему свою последнюю конфету! Он закутался в плащ и решительно зашагал вниз по ступенькам, а я отправился за ним, бурча себе под нос, что, дескать, «мальчика нашли по ступенькам скакать». Собственное ворчание как всегда приподняло мое настроение — не то что бы такое уж плохое, но все-таки порядком подпорченное недавним «взрывом» в тюремной больнице: на мой непритязательный вкус это уже ни в какие ворота не лезло!

Мы спускались все ниже и ниже. Когда я начал подозревать, что нам довелось влипнуть в самый незамысловатый вариант бесконечного путешествия, случайно обнаружив лестницу, ведущую к центру планеты, Нумминорих внезапно остановился, так что я на полном ходу врезался в его спину — все-таки этот грешный плащ сделал его настоящим невидимкой! — и мы оба чуть не грохнулись на земляной пол.

— Смотри, Макс, что здесь творится! — Изумленно сказал Нумминорих, оглядывая темный тоннель, озаренный слабым светом одного-единственного стеклянного шара со светящимся газом. — Ты знаешь, что это такое?

— Можешь себе представить, кажется знаю! — Не менее изумленно отозвался я, а потом нервно рассмеялся: меньше всего на свете я ожидал обнаружить здесь рельсы, да еще и на глубине нескольких дюжин метров под землей — это было здорово похоже на самое настоящее метро!

— Там, где я родился, люди нередко пользуются подземным транспортом. — Отсмеявшись сказал я. — Прокладывают под землей такие же странные дорожки — это называется «рельсы» — а по ним ездят поезда. Они похожи… черт, вообще-то, они не похожи ни на что из того, что тебе доводилось видеть!

— Ну, если они ездят, они должны быть хоть немного похожи на амобилеры.

— Рассудительно сказал Нумминорих.

— Боюсь, что нет. — Улыбнулся я. — Скорее уж они напоминают узкие коридоры, в которых стоит много-много кресел… только у этих коридоров есть колеса, и они передвигаются по рельсам с довольно большой скоростью.

— Странно. — Пожал плечами Нумминорих. — Ладно, все это пустяки, а вот куда подевался господин комендант? Сначала я подумал, что его спальня находится в подземелье, но здесь нет ничего похожего на спальню… И его запах очень сильный в том месте, где мы с тобой сейчас стоим — очевидно, комендант топтался здесь не меньше полудюжины минут, а потом исчез: его след обрывается, и все!

— Наверное, он просто уехал. — Задумчиво сказал я. — Сэр Капук Андагума уехал от нас на метро… С ума сойти можно!

Но я не стал сходить с ума, а просто послал зов Джуффину. Коротко изложил ему суть проблемы и выжидающе умолк.

«Вот оно как! А я-то, наивный человек, надеялся, что по ночам сэра Андагуму можно застать в его спальне… Говоришь, все это ужасно похоже на подземные пути твоего Мира, которые я видел в кино? А знаешь, кажется я догадываюсь, чье это наследство. — Задумчиво сказал мой шеф. — Еще задолго до начала Смутных Времен неподалеку от Нунды была воздвигнута самая роскошная из многочисленных провинциальных резиденций Ордена Семилистника: кто-то из Гуригов — то ли Пятый, то ли Шестой — даровал им чуть ли не половину земель за Гугландским Заливом, с условием, что Орден возьмет на себя дополнительную обязанность: будет присматривать за Королевской Каторжной тюрьмой. Думаю, что ребята из Семилистника вполне могли построить подземную дорогу между своей резиденцией и Нундой: удачное сочетание практического удобства и романтической таинственности, такие штучки вполне в их стиле! А потом дела Ордена пошли так хорошо, что ребята окончательно забросили свою самую удаленную от столицы резиденцию, так что о подземном пути попросту забыли за ненадобностью… Между прочим, эти самые земли Магистр Нуфлин великодушно пожаловал нашим старым приятелям...»

«Ордену Долгого Пути? — Перебил я. — Эти милые „зловещие мертвецы“, будь они неладны! Ох, Джуффин, кажется, сейчас я начинаю понимать, чем тут может пахнуть!»

«Только сейчас?» — Невозмутимо переспросил мой шеф.

«Между прочим, я с первого дня нашего знакомства пытаюсь вам объяснить, что я идиот, а вы не верите! — Злорадно сказал я.»

«Ну, считай, что ты меня наконец убедил!» — Не менее злорадно отозвался Джуффин.

«Ладно, все это хорошо, — вздохнул я, — а вы можете подсказать мне, как пользоваться этой самой подземкой?»

«Не могу. — Невозмутимо ответил Джуффин. И тут же великодушно добавил:

— Но я знаю одного парня, который точно может дать тебе самую квалифицированную консультацию. Сейчас пошлю зов Нуфлину: кому и быть в курсе всех тайн этого грешного подземелья, как не ему! Подождите несколько минут, ладно?»

«А куда мы денемся!» — Ухмыльнулся я.

«Только один вопрос, Макс, напоследок. — Мягко сказал мой шеф. — Как обстоят дела с твоими мудрыми сердцами? Тебя не терзают предчувствия неминуемой беды, и все в таком духе?»

Я тут же провел краткую ревизию своих потаенных ощущений и с удивлением обнаружил, что ничего меня не «терзает» — даже странно, учитывая сложившиеся обстоятельства!

«Ничего. — Честно сказал я Джуффину. И нерешительно добавил:

— Но вообще-то не такие уж они мудрые, мои сердца! По крайней мере, не всегда!»

«Не всегда. — Согласился он. — Только в случае смертельной опасности.

Ну что ж, будем считать, что она вам пока не угрожает… Ладно, ждите, сейчас мы разберемся с Магистром Нуфлином и его подземным чудом.»

Я присел на корточки и с удовольствием закурил. Нумминорих молча устроился рядом и вопросительно посмотрел на меня.

— Ждем. — Лаконично объяснил я.

— Ага. — Согласился он.

Через несколько минут я обнаружил, что среди моих немногочисленных мыслей появилась одна чужая. Безмолвная речь Великого Магистра Нуфлина Мони Маха оказалась настолько вкрадчивой, что я чуть было не пропустил начало нашей беседы.

«Что, ты-таки хочешь сказать, что добрался до моей Глупой Темной Тропы, мальчик?» — Одобрительно спросил он.

«Глупая Темная Тропа? Вы хотите сказать, что это так называется?» — Удивленно переспросил я.

«Можешь себе представить. Когда старый Нуфлин еще не был таким старым, он тоже любил чуть-чуть пошутить.» — Туманно объяснил он. Я уже давно заметил, что за стариком водится привычка говорить о себе в третьем лице, но в сочетании с Безмолвной речью его манера выражаться окончательно сбивала меня с толку: мне все время казалось, что никакого диалога между нами нет, просто мне в голову лезут какие-то странные мысли о Магистре Нуфлине.

«А ты уже видел такие дороги раньше?» — Тем временем спросил он.

«Да. — Ответил я. Немного помялся и нерешительно добавил:

— Такие подземные дороги есть там, откуда я пришел… Вы же знаете историю моего появления в Ехо, я ничего не путаю?»

«Ну, как тебе сказать… Считается, что знаю. То есть, я знаю ту версию, которую счел подходящей для ушей старого Нуфлина этот хитрый кеттариец, твой непосредственный начальник. — Усмехнулся Великий Магистр. — Впрочем, старику Нуфлину вполне достаточно выслушать все те глупости, которые наспех выдумал Джуффин, чтобы сформулировать свою собственную версию… Ладно, мальчик, все суета сует, а уж наши с Джуффином попытки обвести друг друга вокруг пальца — и подавно! Знаешь, а ведь я увидел эту „Глупую Темную Тропу“ в одном из своих снов: когда-то, очень давно, мне тоже снились сны, и это было довольно забавно… Думаю, мне просто приснился твой Мир, или еще какой-нибудь, похожий. А когда в моем распоряжении оказались все подземелья, прорытые под Гугландскими болотами, я вспомнил свой странный сон про подземную дорогу и решил пошутить — правда, никто кроме меня не имел счастливой возможности посмеяться над этой шуткой!»

«Еще бы! Самые лучшие шутки всегда предназначены только для двоих: для того, кто шутит, и еще для некоего гипотетического невидимого, вездесущего и всепонимающего собеседника, которого скорее всего попросту не существует. — Понимающе отозвался я. — В общем, я знаю, что вы имеете в виду!»

«Пожалуй. — Удивленно согласился он. — Ладно, теперь о деле. Насколько я понял со слов твоего начальника, тебе необходимо воспользоваться моей тропой. Посмотри внимательно: где-то там на рельсах должны быть колеса.

Встань на четвереньки, приладь эти колеса к своим конечностям и громко крикни: „Я готов“. Тут же позади появится черный человек, даст тебе хорошего пинка, так что ты опомниться не успеешь, как будешь на месте...»

Я не мог поверить, что Великий Магистр Нуфлин Мони Мах действительно изволил сказать именно то, что я услышал. Я не решался даже переспросить, только тупо смотрел в темноту перед собой, поскольку не мог ошеломленно уставиться на своего далекого собеседника. В данный момент я хотел понять только одно — кто из нас сошел с ума: я, сэр Нуфлин, или мы оба?!

«Не обращай внимания, мальчик!» — Внезапно рассмеялся Нуфлин. До сих пор я думал, что Безмолвная речь не годится для того, чтобы смеяться, но оказалось, что я ошибался: Безмолвный смех Великого Магистра Нуфлина был похож на довольно сильную щекотку, притаившуюся где-то в глубине моего тела.

Я с облегчением вздохнул: кажется, ничего страшного не случилось, просто самая важная персона в Соединенном Королевстве шутить изволит, а я-то, дурак, переполошился!

«Это была моя любимая шутка лет четыреста назад. — Наконец объяснил Нуфлин. — В то время такого рода инструкцию получал от меня всякий новичок, которому нужно было отправиться в Нунду по моей подземной дороге. Они говорили „ой“ и хватались за голову, но шли вниз: приказ есть приказ! А я сидел в своем кабинете и ждал, когда очередной бедняга пришлет мне зов, растерянно скажет, что на рельсах нет никаких колес, и испуганно спросит, что ему теперь делать… Ладно, повеселились — и хватит. На самом деле, все еще проще, мальчик. Нужно топнуть ногой и сказать: „я жду“. Через несколько минут за тобой приедет такая забавная тележка. Она быстро довезет тебя до нижнего этажа моей бывшей резиденции, так что от тебя не требуется никаких экстравагантных действий… И заметь: тебе даже не придется платить за билет, так что можешь сказать мне спасибо!»

«Тем лучше для Королевской казны! — Бодро отозвался я. — Я же здесь по служебным делам, так что сэру Донди Мелихаису пришлось бы возмещать мне дорожные расходы, а с меня бы вполне сталось несколько исказить цифры — в свою пользу, разумеется!»