Доклад: Сложное решение.

— Позвольте спросить вас, почему вы не смогли изгнать Анубиса сразу?

— Он был слишком силен, даже для совместных усилий.

— Как вы объясняли эту его силу?

— Двойное вознесение – и гуаулд, и его носитель одновременно.

— Мои силы сейчас – не меньше. Как объяснить это? Я один.

— Этого мы не знаем. До сих пор мы были уверены, что Анубис – неприятное исключение из правил. [Но как оказалось таури такие таури. Мы теперь кусаем локти. Позволили тебе Вознестись. Мы тут теперь стоим-боимся J]

— Почему вы заблокировали мне память о жизни на Земле?

Вознесшиеся переглянулись, и Ома сказала:

— Но ты так хотел узнать наш Путь… Хотя, лично я не сомневалась, что ты сможешь снять блок. И я не понимала, зачем тебе это?

— Тем не менее, я смог. Так почему?

— Такая процедура применяется ко всем, чтобы легче было привыкнуть и настроиться на нужный лад. Забыть о страданиях и сделать следующий шаг.

— Но вы использовали часть моей памяти, когда отправляли меня к Джеку, чтобы помочь ему вознестись, хотя он в этом и не нуждался.

— Да, но мы посчитали, что из-за нашей оплошности он получил запретные знания об оружии, которое могло нарушить ход естественной эволюции разумных рас. Позже мы поняли, что ошибались.

— Как долго продолжается ваше существование?

— Какими единицами времени ты хочешь это измерить?

— Относительно хочу измерить. Ваша жизнь является вечной?

— Разумеется.

— Тогда могу ли я поговорить с Амелиусом, создателем Звездных врат?

Вознесшиеся снова переглянулись, и один из них спросил:

— Зачем тебе это? Ты хотел раскрыть нам какую-то истину, разве нет?

— На слово вы мне не поверите, мне был нужен свидетель – или же опровержение. Так что с Амелиусом?

— Он отсутствует.

— Позвать можно?

— Нет, нельзя.

— Хорошо, тогда – его спутница, которая вознеслась вместе с ним – Делия. Можно ли увидеть ее?

— Нет. К чему был этот вопрос?

— Обобщу: кого из современников Амелиуса можно сейчас застать среди вас?

— Никого из них нет, Даниэль, — пояснила Ома. – Все мы вознеслись не раньше, чем Галактику поразила чума.

— Ну, хоть какой-то ориентир, — улыбнулся Даниэль, — значит, вам всем не более десяти миллионов лет.

— Большинству — меньше, на самом деле, — отозвалась одна из женщин, с интересом слушавших вопросы Даниэля. – К чему ты нас ведешь?

— Когда первые из вас вознеслись, был ли кто-то здесь?

— Разумеется, были. Это вечная жизнь, как мы и говорили.

— Но, если вы здесь самые старшие, где же те, кто вас встретил?

— Они пошли дальше, им нет дела до нас.

— И куда же они пошли?

— Туда тебе еще рано, даже нам рано.

— У меня закончились вопросы, и я готов изложить вам свою теорию.

— Наконец-то, — некоторые рассмеялись, но Даниэля это не разочаровало. Он начал говорить:

— Задавая вам вопросы, я всего лишь хотел уточнить несколько моментов. И я выяснил то, что мне было нужно. Если вы сочтете себя оскорбленными после моих слов, прошу заранее простить. Я вижу истину так. Вознесение есть краткий путь воссоединения с энергоинформационным полем Вселенной. Вы все время твердите о постижении Знания, ставите это целью и делаете способом существования. Даже помогая вознестись мне и кому-либо другому, ты, Ома, всегда смотришь на то, как человек относится к знаниям, получению новой информации. Пока нет возражений?

— Примитивно, но в целом верно, — согласился один из присутствующих. – Человек должен быть достоин Вознесения. Но Вознесение – это не только Знание. Жизнь Вознесшегося многогранна.

— И чем же вы занимаетесь еще?

— Мы постигаем разные стороны бытия, путешествуем во многих мирах. Исследуем то, что не возможно исследовать смертным.

— То есть это все равно получение новой информации?

— Разве может быть иначе?

— Например, наслаждение, которое можно испытывать от звуков музыки, от красоты произведений искусства.

— Это интерпретации Низшего мира, у нас все воспринимается по-другому.

— Вы не можете испытывать чувств. Познание заменяет вам все, что было полноценной жизнью в материальном мире.

— Это – просто следующий шаг. Чувства не позволяют его сделать. И это – одна из причин того, что мы частично блокируем память о прошлом.

— Как же вы сохраняете личность в таких условиях?

— Как видишь, мы делаем это довольно успешно.

— Вы уже не можете назвать себя людьми. Вы уже – нечто иное. Таким образом, постепенно, по мере постижения новой информации, вместо прежних чувств и представлений, вы приобретаете знания, на основе которых формируете собственную позицию заново. Я не случайно спросил про тех, кто был до вас. Вы не можете с ними связаться, потому что их больше не существует.

— Это – не правда. Наша жизнь – вечна. Им просто нет дела до того, что происходит у нас. Как и нам нет дела до того, что происходит в Низшем мире.

— Разумеется, им нет дела. Потому что их самих больше не существует. Они слились с энергоинформационным полем Вселенной, стали его частью, энергией, потерявшей направленность живого разума. Их знания и энергия больше не организованы в личность. Они растворились, оставив все свои знания. Знания, которые вы с таким усердием продолжаете постигать. Таким образом, я прихожу к выводу, что вы не вечны, в отличие от знаний.

— Ты судишь примитивно, тебе не понять.

— Просто мне нравится осознавать себя как личность. А вам?

— Мы все осознаем себя как личности.

— Пока – да. А вот ваши предшественники, увы, нет.

— Ты опровергаешь то, что мы – бессмертны? Ты считаешь, что мы обманываем людей, обещая вечную жизнь?

— Я бы так не сказал. Для простого человека, даже для гуаулда, миллионы лет – это уже вечность. Дальше. Амелиус создал Звездные Врата, будучи смертным. Можно брать другие примеры, но я перейду сразу к выводам. Никто из вас не создал ничего нового, находясь на уровне Вознесения. Все знания, которыми вы овладели, принесли сюда смертные. И я не уверен, что все из них были вознесены. А это значит, что энергоинформационное поле подпитывается постоянно – ведь во Вселенной полно мыслящих существ. Я не прав?

— Дело не в том, что мы не способны создавать что-то новое, просто…, — начал говорить и тут же стушевался один из Вознесшихся.

— Просто нет такой необходимости, да? – с готовностью подхватил Даниэль,

— Наверное, — еще более неуверенно произнес Древний.

— Таким образом, вы возноситесь, впитываете знания, которые привносите сами наряду с другими мыслящими существами. Затем вы постепенно теряете личность, заменяя ее знаниями, и наконец, полностью в этих знаниях растворяетесь. Я ничего не упустил? Ну, разумеется, на весь процесс уйдет десяток-другой человеческих миллионов лет.

— Допустим, это так. Хотя никто из нас не задумывается над этим, конечно. Но зачем тебе, а главное, нам, это?

— Ни я, ни Анубис не потеряли связь с прежней жизнью. Я думаю, поэтому у нас больше силы. Она имеет направленность, осмысленную цель. У него – уничтожить, у меня – спасти. Лично мне пришлось потратить много сил на то, чтобы вспомнить, кто я есть. Это было больно. Но, обратившись к своей прошлой жизни, я обрел смысл в этом существовании. У меня появилась цель.

— Но ты нарушишь правила, если станешь помогать друзьям из своего прошлого!

— Я говорю не о помощи своим друзьям, а о том, как воспоминания о них вернули мне личность и цель существования здесь. Только поэтому я смог противостоять Анубису. Только осознав себя как Даниэля Джексона, археолога, лингвиста, члена отряда ЗВ1, я смог найти в себе мужество и волю, чтобы сразиться с ним.

— И что же теперь? Ты будешь навязывать нам свою точку зрения, как делал это на Земле, среди своих коллег?

— Я просто озвучу ее, а уж решать вам.

— Так в чем же смысл твоей речи?

— Смысл в том, что я призываю вас не забывать о собственном происхождении. Не забывать о своих личностях. Ваши предшественники создавали правила именно для того, чтобы не навредить потомкам, живущим в Нижнем мире, Младшим расам. Но теперь ваши правила действуют только для того, чтобы они навек оставались таковыми, не двигаясь вперед в своем развитии. Вы ограничиваете им доступ к знаниям.

— Они должны постигать все самостоятельно, а не пользоваться нашими технологиями, или технологиями других Высших рас.

— Тогда почему вы не уничтожили все Чапаай в Галактике?

Вознесшиеся переглянулись, и один из них сказал:

— Чапаай уже открыли гуаулды, нет смысла уничтожать Врата теперь – это будет вмешательством и нарушением правил.

— Тогда почему вы закрываете людям, которые борются с гуаулдами, доступ к записям об оружии, способном уничтожить гуаулдов?

— Потому что люди могут уничтожить сами себя этим оружием.

— То есть, то, что это оружие уничтожает людей руками гуаулдов – вам безразлично?

-Все не так, как кажется, Даниэль, — вмешалась Ома, — люди эволюционируют, развиваются морально и интеллектуально. Когда-нибудь они достигнут того уровня, когда смогут и справиться с гуаулдами, и вознестись.

— Они не достигнут его, пока вы не скажете, как это сделать.

— На самом деле, многие из нас пытались, но не преуспели. Например, религия – один из путей к спасению. Правда, Орай извратили эту идею. Но есть и другие.

— О, ты имеешь в виду буддизм? Очень честная религия, которая, кстати, не обещает вечной жизни, наоборот, призывает избавиться от личности и раствориться в божестве. То, о чем я и говорил. Христианство также работает в этом направлении, несколько упрощая цель и средства. Но все религии сходятся еще в одном: презирайте то, что есть сейчас, отказывайтесь от настоящего и следуйте к светлому будущему.

— А есть какой-то другой путь?

— Разумеется. Вы всегда можете вернуться к смертному существованию, чтобы понять…

— Нет! – его прервал крик сразу нескольких голосов Вознесшихся.

— Нисхождение – это проклятие!

— Но ваши предшественники не поместили его в список запретов. Свободная воля – прежде всего, разве не так?

— Нисхождение заставит потерять все знания, которые приобретаются здесь!

— Зато позволяет снова обрести личность. Должны существовать пределы, в которых сохраняется память о пребывании здесь у тех, кто возвращается. И вы сможете вознестись снова, но до того обогатив Космос новыми идеями, вашими идеями. А какой-нибудь смертный сможет понять вас, и на основе ваших знаний изобрести что-то новое, осуществив прогресс всего разумного населения Галактики. Вы можете не только копить знания, но и делиться ими.

— Но Нисхождение, возвращение к смертному существованию – это зло!

— Нет, не зло. И не говорите мне, что среди вас нет того, кто проделал это, а затем снова возносился.

— Ты говоришь о своем друге, Анне Кес? Она не с нами, как ты видишь.

— Нет, не о ней. И даже не об этерианцах, которые, кстати, открыли вам и путь сюда, и Звездные Врата, и многое другое.

— Ты не можешь этого утверждать.

— Спускайтесь вниз и спрашивайте их сами. Они могут многое вам рассказать. Кстати, они даже старше вас, однако пользуются всеми преимуществами смертной жизни, оставаясь Высшей расой.

— Они не могут быть живы. – Безапелляционно заявил мужчина-Вознесшийся, — выжить способны только те, кто прошел Вознесение. Анна Кес всего лишь нашла записи и, будучи харсизисом, смогла их интерпретировать более или менее правильно. Этерианцы сегодня – это миф.

Даниэль удивленно оглядел собравшихся: они так и не поверили в возрождение этерианцев? Ома стояла, опустив голову. А ведь она могла бы подтвердить его правоту. Впрочем, это – их проблемы, не стоит заострять внимание на этерианцах.

— Каждый этерианец в свое время прошел этот этап, но все они вернулись. Но о них разговор отдельный, а я призываю вас вспомнить, например, Мирдина Эмриса, известного на Земле как Мерлин. Сколько раз он возносился? И каждый раз это был его выбор, его воля.

— Мирдин был очень силен, — печально сказала Ома, — но его тоже нет среди нас. И это — его собственный выбор.

— Думаю, он бы тоже смог справиться с Анубисом, — добавил Даниэль.

— Ты утверждаешь, что мы не только постепенно умираем здесь, но и теряем силу? Это – абсурд!

— Проверьте сами, а мне пора.

— Куда? – удивилась Ома.

— Назад, к друзьям, — не менее удивленно ответил ей Даниэль, — я ведь сразу предупреждал, что надолго здесь не задержусь.

— Но ты нужен нам, Даниэль, — сказала одна из Вознесшихся.

— Я уже сделал для вас все, что мог. На самом деле, вам нужен не я, вы сами себе нужны. Вам надо только вспомнить себя самих.

— Ты не сможешь оставить себе те знания, которые ты получил! Мы не можем этого допустить!

— Я понимаю. Я добровольно откажусь от подавляющей части тех знаний, которую получил здесь. Но знания о себе, о своих исследованиях, связанных с Нижним миром, я оставлю.

— Нет, ты не должен брать с собой никаких знаний, и это опасно для тебя самого.

— Я вернусь на Землю в то тело, с которым уходил. С памятью о своей личности и своей жизни в Нижнем мире. И в свое время. Никаких блокировок памяти, как у Анны.

— Это – твое право, Даниэль Джексон. Ты не нарушил правил, но показал силу и разум. Ты вернешься так, как считаешь нужным. Но ты должен сделать это сам, мы не будем тебе помогать. И мы не верим, что у тебя будет возможность сюда вернуться.

— Я знаю путь назад. Эта информация, как и любая другая, доступна каждому из вас, лишь нужно захотеть ее найти. Но вот что я еще хочу сказать вам. Вы по мере своих сил пытаетесь уберечь человечество от беды, скрыть технологии, которые могут навредить. Это мы ценим и понимаем. Но, совершив Нисхождение, вы могли бы помочь еще больше. И не только оружием, а своим опытом, своей мудростью, да самим своим присутствием. На Земле мы были бы очень рады видеть своих прародителей. Как этерианцев, так и вас. Просто подумайте над этим, хорошо?

Молчание было ответом Даниэлю, и он сосредоточился на поставленной цели: вернуться на Землю, как и задумал. Ома с грустью смотрела ему вслед: она так и не поняла, выполнил ли Даниэль хоть одно из своих предназначений?

Мощно! Он их сделал! J