Шпаргалка: Гомеровский вопрос
«Гомеровский вопрос» возник в эпоху эллинизма, когда некоторые филологи александрийской школы, т.н. «разделители» («хоризонты»), опираясь на текстологический анализ, выдвинули предположение, что «Илиада» и «Одиссея» созданы двумя разными поэтами. Вообще, величайшее почтение к Гомеру не помешало античным мыслителям высказывать и критическое отношение к нему — в плане религиозном, морально-педагогическом, эстетическом. Поэт и философ Ксенофан Колофонский (VI в. до н.э.) резко порицал антропоморфное изображение богов.
Платон, восхищаясь поэтическим мастерством Гомера, в то же время готов изгнать его из государства, так как его поэмы кажутся философу безнравственными и развращающими юношество. А печально известный критик Зоил (IV в. до н.э.), который, согласно сведениям древних, за «поношение» Гомера был предан позорной казни (распят на кресте, сброшен со скалы и т.п.), с позиций рационализма высмеивал «Илиаду» и «Одиссею» за «нелепые» мифологические «вымыслы» и «странные» речевые обороты. В своем утилитаристском отвержении гомеровского искусства Зоил как бы предшествует Д. Писареву, смело развенчивавшему Пушкина.
Софист и философ-киник Дион Хризостом (I — II вв.) в т.н. «Троянской» речи остроумно и во всеоружии обширных знаний по мифологии, истории, политике, искусству доказывает, что неверна сюжетная основа «Илиады», что Троянская война на самом деле закончилась победой троянцев и бесславным возвращением домой остатков греческого войска. Эта «серьезно-смеховая» критика гомеровского текста имела и политическую подоплеку: римляне, которым служил Дион, считали себя потомками троян. Вообще, во II — III вв. н.э. в античной литературе намечается серьезное переосмысление и сюжетов и всей образной системы Гомера, что особенно заметно в «Диалоге о героях» софиста-ритора Филострата, «Дневнике Троянской войны» (фиктивный автор его — участник осады Трои Диктис) и повести «О гибели Трои», созданной якобы троянцем Даресом. В этих греческих произведениях, не отличающихся большими художественными достоинствами, авторы прямо критикуют Гомера за различные «неточности» в передаче событий, из «идеализацию» некоторых героев, например Одиссея и пр. Эпический гомеровский мир подчеркнуто прогнозируется, осовременивается в соответствии с духом позднеэллинистической эпохи. А отсюда уже и выход к средневековым поэмам о Троянской войне, к пьесе Шекспира «Троил и Крессида».
Хотя в античности заметно преобладало восторженное отношение к Гомеру, оно не мешало вдумчивому анализу его текстов (основная часть этих исследований не сохранилась). Аристотель первым стал толковать Гомера с позиций имманентных искусству законов жанра, композиции, образной системы. А ученик Анаксагора Метродор Лампсакский (V в. до н.э.) ввел «аллегорический» метод объяснения гомеровских образов, согласно которому фигуры богов в «Илиаде» и «Одиссее» представляют лишь выражение различных сил природы — в XIX в. на подобном приеме основывалась т.н. «мифологическая школа» (А. Кун, М. Мюллер, А.Н. Афанасьев, Ф.И. Буслаев и др.).
Основоположник школы александрийских филологов Зенодот (III в. до н.э.), разделивший «Илиаду» и «Одиссею» на 24 песни по числу букв греческого алфавита, в своем стремлении восстановить «подлинного» Гомера доходил до гиперкритического отношения к его текстам, удаляя из них все, по его мнению, «неподобающее», в том числе и замечательный экфразис — описание щита Ахилла. Более осторожным в своих подходах к Гомеру был выдающийся ученый Аристарх Самофракийский (III — II вв. до н.э.), который восстановил многие места из гомеровских поэм, выброшенные Зенодотом и его учениками. Опираясь на взгляды Аристотеля, Аристарх истолковывал Гомера именно как великое произведение искусства, вопреки мнению «хоризонтов», он отстаивал авторство Гомера по отношению к обеим поэмам. Завершается античное гомероведение исследованиями неоплатоников, среди которых выделяется трактат «Гомеровские вопросы» философа Порфирия (III в. н.э.). Гомер объясняется здесь в основном аллегорически — то в философском, то в филологическом плане.
Сохранение и дальнейшее комментирование «Илиады» и «Одиссеи» — это заслуга византийских ученых, среди которых выделяются, в частности, анонимный автор литературной энциклопедии «Суида» (X в.), комментатор и поэт Иоанн Цец (XII в.). В странах Западной Европы подлинный Гомер вплоть до эпохи Возрождения был неизвестен. Начиная с XVI в. гомероведение возрождается, причем особенно интенсивно оно развивается последние двести лет. Аббат Ф. д'Обиньяк (XVII в.) считает, что «Илиада» — это совокупность нескольких малых поэм, соединенных почти без плана неким редактором. Это соображение оказалось основополагающим для Ф.-А. Вольфа, который в работе «Предисловие к Гомеру» (1795) заново сформулировал т.н. «гомеровский вопрос» и вызвал мощную волну критических откликов. В XIX в. оформляются три конкурирующих теории, которые в различных своих модификациях доживают и до наших дней. К. Лахман становится «охотником за малыми песнями», из которых, по его мнению, и складывается гомеровский эпос. Позиции «унитариев», т.е. сторонников единства двух поэм, защищает Г.-В. Нич. Дж. Грот отстаивает теорию «основного ядра» — гомеровского текста, на который позднее наслаивались различные добавления. Новый импульс спорам между этими направлениями был дан в конце XIX в. знаменитыми раскопками Трои, проведенными Г. Шлиманом и другими археологами, открытиями в области эгеистики.
В.С. Вахрушев
ИСТОЧНИК: Зарубежные писатели. Биобиблиографический словарь. Ч. 1. — М., 1997. — С. 201-207.