Реферат: Заключение экспертной комиссии общественной экологической экспертизы

Проведение общественной экологической экспертизы материалов «Проект «Сахалин-1» – Стадия 1 Обустройства и добычи. Оценка воздействия на окружающую среду» компании «Эксон Нефтегаз Лимитед» (Сахалин, 2002)


Заключение экспертной комиссии общественной экологической экспертизы

Комментарии юриста


Заключение экспертной комиссии общественной экологической экспертизы Областная общественная организация «Экологическая вахта Сахалина»

гг. Москва, Владивосток, Южно-Сахалинск 12 июня 2002 г.


^ ОБЩЕСТВЕННАЯ ЭКОЛОГИЧЕСКАЯ ЭКСПЕРТИЗА


Утверждено приказом

Министра природных ресурсов РФ



ЗАКЛЮЧЕНИЕ экспертной комиссии общественной экологической экспертизы материалов «Проект «Сахалин-1» – Стадия 1 Обустройства и добычи. Оценка воздействия на окружающую среду» компании "Эксон Нефтегаз Лимитед".

Данная общественная экологическая экспертиза организована и проведена согласно ФЗ «Об экологической экспертизе» областной общественной организацией «Экологическая вахта Сахалина» (г. Южно-Сахалинск). Экспертиза была зарегистрирована 01.02.2002 (№ 200-01/2) администрацией г. Южно-Сахалинска в соответствие со ст. 23 п.2. ФЗ «Об экологической экспертизе».


Экспертная комиссия общественной экологической экспертизы, утвержденная приказами областной общественной организации «Экологическая вахта Сахалина» от 11.03.2002г. № 7 и от 05.04.2002г. № 15 в составе: руководителя экспертной комиссии – доктора геолого-минералогических наук, заслуженного эколога РФ Преображенского Б.В.; ответственных секретарей Баранниковой Н.А., Семенова А.В., Ермаковой Г.И.; экспертов: доктора геолого-минералогических наук Касьяновой Н.А., доктора биологических наук Лукьяновой О.А., доктора биологических наук, кандидата географических наук Минина А.А., кандидата химических наук Горохова В.К., кандидата юридических наук Мищенко В.Л., кандидата биологических наук Спиридонова В.А., кандидата биологических наук Кузьмич В.Н., кандидата географических наук Арзамасцева И.С., капитана дальнего плавания Богомазова В.В., кандидата биологических наук Ефанова В.Н., археолога Горбунова С.В., кандидата биологических наук, чл.-корр. МАНЭБ Москаленко С.А., аспиранта МГУ Цидулко Г.А. рассмотрела следующие представленные на общественную экологическую экспертизу материалы:


«Проект «Сахалин-1» – Стадия 1 Обустройства и добычи. Оценка воздействия на окружающую среду» компании «Эксон Нефтегаз Лимитед» (Далее «ОВОС Стадии 1»):




Том 1 из 9. Пояснительная записка и главы 1-5.

Том 2 из 9. Глава 6, разделы 6.1-6.7.

Том 3 из 9. Глава 6, разделы 6.8-6.15.

Том 4 из 9. Глава 7, разделы 7.1-7.7.

Том 5 из 9. Глава 7, разделы 7.8-7.18.

Том 6 из 9. Главы 8-17.

Том 7 из 9. Карты с 6.1-1 по 6.8-5

Том 8 из 9. Карты с 6.8-6 по 6.15-1

Том 9 из 9. Карты с 7.8-1 по 7.8-14




Материалы, предоставленные гражданами, общественными организациями, учеными, в рамках консультаций с общественностью по первой стадии проекта «Сахалин-1»:




Вопросы, предложения и замечания областной общественной организации «Экологическая вахта Сахалина» к компании «Эксон Нефтегаз Лтд.» по экологическим аспектам первой стадии проекта «Сахалин-1» от 06.12.2001 г.;

Результаты итогового анкетирования жителей Сахалинской области по проекту «Сахалин-1» компании «Эксон НЛ» (январь 2002 г.).;

Предложения Коалиции Дальневосточных общественных природоохранных организаций «Живое Море» по экологическим аспектам первой стадии проекта «Сахалин-1» компании «Эксон НЛ» от 28.11.2001 г.;

Замечания по «Предварительной оценке воздействия на окружающую среду по проекту «Сахалин-1» группы ученых от 06.12.2001 г.;

Предварительные комментарии к краткому изложению проекта «Сахалин-1» профессора Университета штата Аляска (США) Рика Штейнера от 20.11.2001 г.;

Письмо от 06.12.2001г. на имя вице-президента «Эксон НЛ» Д. Симерки от группы ученых;

Репортаж со Дня открытых дверей, проведенного компанией «Эксон НЛ» 25 октября 2001г., в рамках программы консультаций с общественностью по проекту «Сахалин-1»;

Выписка из протокола № 3 совместного заседания НКС по морским млекопитающим Межведомственной ихтиологической комиссии и РОО «Совет по морским млекопитающим» 19.11.2001г.;

Решение Межведомственного совещания («круглого стола») «О современном состоянии корейско-охотского стада азиатской популяции серого кита и мерах по его охране» в Институте биологии моря (Владивосток) и дополнение (особое мнение) общественной организации «Экологическая вахта Сахалина» к этому решению (13.12.2001 г.);

Брошюра «Профилактика разливов нефти и подготовка к борьбе с ними в Принс-Уильям-Саунд», Аляска, США (1999);

Заметки о поездке на Аляску в рамках обмена опытом по строительству и эксплуатации трубопроводов, организованной PERC с 03 по 17 июня 2001г.;

Об общественных слушаниях по проекту Сахалин-1 (ноябрь 2001г.), предложениях и вопросах рыбацкой общественности. Письмо от 07.12.01 № 255 от Ассоциации рыбопромышленников Сахалина компании «Эксон НЛ».


3. При составлении заключения использованы дополнительные материалы:

Сводное заключение экспертной комиссии государственной экологической экспертизы Минприроды России по рассмотрению технико-экономических расчетов целесообразности освоения Чайвинского, Аркутун-Дагинского и Одоптинского месторождений на шельфе острова Сахалин (проект «Сахалин-1»), 21.09.1994г.;

Отчет Счетной палаты РФ о результатах проверки проектов Сахалин-1 и Сахалин-2 (Москва, 2001);

Научные отчеты ряда институтов, входящих в систему Российской Академии Наук и Госкомрыболовства РФ;

Диссертационные работы специалистов на темы, связанные с различными аспектами проекта «Сахалин-1»;

Научные публикации отечественных и зарубежных ученых;

Официальные пресс-релизы государственных органов России и США.



^ 1. История вопроса



Площадь проекта «Сахалин-1» включает три морских месторождения на северо-восточном шельфе острова Сахалин: Чайво (открыто в 1979г.); Одопту (открыто в 1977г.); Аркутун - Даги (открыто в 1989г.).

С целью освоения вышеуказанных месторождений создан международный Консорциум в современном составе: оператор проекта – зарегистрированная на Багамских островах компания “Эксон Нефтегаз Лимитед” (30%), японская компания “Сахалин Ойл Девелопмент Кооперейшн Компани, ЛТД” (СОДЕКО) (30%), российские компании ЗАО “Сахалинморнефтегаз – Шельф” (СМНГ) (11,5%) и ЗАО “Роснефть - Астра” (8,5%), индийская компания «ОНГК Видеш Лтд» (20%).

В 1994 г. Технико-экономические расчеты целесообразности освоения Чайвинского, Аркутун-Дагинского и Одоптинского месторождений на шельфе острова Сахалин (проект «Сахалин-1») получили отрицательное заключение государственной экологической экспертизы.

В 1995 году Правительством Российской Федерации, Администрацией Сахалинской области и участниками Консорциума было подписано Соглашение о разделе продукции (СРП) по проекту «Сахалин-1». После объявления о вступлении в силу Соглашения о разделе продукции, Консорциум заявил о начале оценочного бурения по геологическому изучению недр в рамках проекта «Сахалин-1», которое продолжалось до 2001 г. Результаты геологического изучения недр показали, что все три месторождения (Чайво, Одопту, Аркутун-Даги) являются рентабельными.

Первая стадия разработки проекта «Сахалин-1», как указывается разработчиками «ОВОС Стадии 1», базируется в основном на добыче нефти, но предусматривает также продажу некоторой части газа на российском рынке. Суммарная добыча нефти на всех трех месторождениях может поддерживаться на уровне 12 млн. тонн в год в течение более 10 лет, а экспорт газа может обеспечиваться в течение более 40 лет. Согласно прогнозов, экспорт газа в Японию начнется не позднее 2008 г. с выходом на стабильный уровень 22 млн. м3/сут. к 2015 г. Капиталовложения в рамках Стадии 1 проекта «Сахалин-1» составят 4,5 млрд. долларов США.



^ 2. Основные проектные решения

2.1. Освоение месторождения Чайво планируется вести с берега и с морской платформы «Орлан» (ранее разведочная платформа для моря Бофорта, год постройки - 1984), которая будет установлена на глубине 15 м, в 11 км от берега. С платформы планируется пробурить 20 эксплуатационных скважин. С буровой площадки, расположенной на берегу Охотского моря, на Чайвинской косе, планируется пробурить 11 эксплуатационных скважин. В 8 км от буровой площадки, вблизи мыса Нгаян, в 1 км к западу от залива Чайво планируется построить Береговой комплекс подготовки продукции (БКП), на котором будет обрабатываться нефть, добываемая на месторождениях Чайво и Одопту. Платформа «Орлан» и БКП будут соединяться двумя трубопроводами 19 км длиной, из которых 11 км морской участок.

2.2. Месторождение Одопту, расположенное в 7 – 24 км от берега, планируется разрабатывать с двух береговых площадок – северной (№2) и южной (№1), расстояние между которыми 9 км. Буровые площадки должны находиться в центре Пильтунской косы. На площадке № 1 в течение 7-8 лет планируется пробурить 21 скважину, а на площадке № 2 – 17 скважин. Рядом с площадкой № 1 на Пильтунской косе планируется построить БКП «Одопту». Буровые площадки и БКП будут соединяться трубопроводами.

2.3. С обоих месторождений планируется добывать:

нефти - 12 млн. тонн в год (40 тыс. тонн в сутки);

газа – 31,2 млн. м3 в сутки. 1,1 млн. м3/сут. сухого обработанного газа будет использоваться как топливо для БКП, до 2,8 млн. м3/сут. пойдет на продажу на местном рынке.

2.4. От БКП Одопту до БКП Чайво по территории острова планируется проложить нефтепровод длиной 67 км, пересекающий залив Пильтун. От БКП Чайво проектировщики предполагают вести нефтепровод на терминал в пос. Де-Кастри (Хабаровский край), пересекая пролив Невельского от мыса Уанги до мыса Каменный. Длина нефтепровода до пос. Де-Кастри 221 км, диаметр 610 мм. Согласно предлагаемого в «ОВОС Стадии 1» основного маршрута, нефтепровод пересекает 24 дороги, 129 водных преград с общей длиной их пересечения 492 м. Длина пересечения пролива Невельского 20 км. Отключающие задвижки на нефтепроводе планируется установить на обоих берегах пролива Невельского, в местах пересечения крупных водных преград, сейсмически активных разломов.

2.5. Предполагается, что с терминала Де-Кастри нефть будет перевозиться круглогодично танкерами через Татарский пролив в Японию и страны Азиатско-Тихоокеанского региона. Танкеры будут с двойным корпусом и водоизмещением до 110 тыс. тонн. Каждые 2-3 дня нефть будет отгружаться на 6 танкеров. Четыре ледокола будут использоваться для обеспечения прохода танкеров в Татарском проливе и подхода к терминалу во льдах в течение 3-4 суровых зимних месяцев.

2.6. ПЛАНИРУЕМЫЕ СРОКИ наиболее важных этапов реализации проекта:

Строительство БКП и буровой площадки на Чайво – 3 квартал 2002 г.

Бурение на Чайво – 4 квартал 2002г., добыча – 4 квартал 2005 г.

Строительство на Одопту – 1 квартал 2004г., добыча – 4 квартал 2007 г.

Терминал в Де-Кастри – строительство и дноуглубительные работы – 4 квартал 2002 г.

Морская платформа «Орлан» – установка – 2 квартал 2004 г.

Сухопутный трубопровод – строительство- 3 квартал 2002 г.

Морской трубопровод – 3 квартал 2004 г.

Ввод в эксплуатацию платформы «Орлан», БКП Чайво и терминала Де-Кастри в конце 2005г., БКП Одопту в 2007г.

^ 3. Общие замечания о качестве представленных материалов

3.1. Все эксперты отмечают явную недостаточность представленных материалов для проведения экологической экспертизы Стадии 1 проекта «Сахалин-1». Материалы «ОВОС Стадии 1» содержат лишь самую общую информацию о работах по проекту и не дают точных данных о конкретных технических решениях, по которым можно сделать полные выводы о всех потенциальных рисках проекта и его воздействии на окружающую среду.

3.2. При рассмотрении документов не представляется возможным установить разработчика ОВОС или ответственного за его разработку. Неизвестно, к какой стадии проектирования подготовлена ОВОС (Стадия «Обоснование инвестиций», стадия «Технико-экономическое обоснование» или стадия «Рабочий проект»?). Не указано, какими СП или СНиПом руководствовались разработчики «ОВОС Стадии 1». Эти вопросы являются основополагающими при подготовке разделов «Оценка воздействия на окружающую среду». В соответствии с «Практическим пособием к СП (Строительным правилам) 11-101-95 по разработке раздела «Оценка воздействия на окружающую среду» при обосновании инвестиций в строительство предприятий, зданий и сооружений» (Разработчик ГП «Центринвестпроект Госстроя России, М., 1998) указанный раздел должен иметь определенную схему, которая совершенно не выдержана. Таким образом, представленные на экспертизу проектные материалы по своей сути не соответствуют современной российской нормативно-правовой базе на проектирование промышленных объектов.

3.3. Общий анализ представленных на экспертизу материалов ОВОС показал, что в целом информация недостаточна для работы экспертной комиссии. По ряду критериев представленные материалы мало соответствуют требованиям, предъявляемым к ОВОС.

Воздействие на окружающую среду со стороны любого проектного решения должно быть предельно конкретно и не может быть выражено в общих категориях. Материалы для составления Оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС) по своей сути также должны быть весьма конкретны и содержать необходимый минимум информации, включающий конкретные описания сред, подвергающихся воздействию. Все черты проектных решений, способных оказать воздействие на окружающую среду, должны характеризоваться весьма конкретно, и экспертизе должны предлагаться конкретные качественные и количественные показатели данного воздействия. Отсутствие в материалах «ОВОС Стадии 1» точных и полных характеристик проектируемых объектов не позволяет рассмотреть действительное воздействие на различные среды. Это воздействие в проектных материалах в основном представлено в декларативной форме, нежели в расчетной.

3.4. Необходимой частью процедуры оценки воздействия на окружающую среду является точное адресное определение объектов воздействия и определение степени повреждения (по максимуму) с последующим определением стоимости потерь, определение формы компенсации, выраженной как в натуральных, так и в денежных измерениях, разработкой инженерных мер по компенсации потерь. Это, собственно, и составляет сущность процедуры оценки воздействия на окружающую среду (ОВОС). Ни один из этих операционных моментов не нашел своего отражения в материалах, представленных компанией «Эксон НЛ» на экспертизу. Стало быть, именно того, что от них требовалось, Оценки воздействия проекта на окружающую среду, авторы проекта и не произвели.


4. Правовая оценка материалов


4.1. На общественную экологическую экспертизу (далее – ОЭЭ) представлены материалы описательного характера под названием «Проект «Сахалин-1» – Стадия 1 Обустройства и добычи. Оценка воздействия на окружающую среду». Между тем, материалы ОВОС являются лишь частью документации, представляемой на экологическую экспертизу, что прямо указано в п. 1 ст. 14 Федерального закона «Об экологической экспертизе» (1995); п.п. 2.1 и 2.3 Регламента проведения государственной экологической экспертизы, утвержденного приказом Госкомэкологии России от 17 июня 1997 г. № 280; п. 3 приказа Госкомэкологии России от 16.05.2000 № 372 «Об утверждении Положения об оценке воздействия намечаемой хозяйственной и иной деятельности на окружающую среду в Российской Федерации»; п. 2.2 и 3.3.2 данного Положения (далее – Положение об ОВОС).

Представление на ОЭЭ некомплектных материалов является нарушением п. 3 ст. 22, п. 1 ст. 14, ст. 11 ФЗ «Об экологической экспертизе», в соответствии с которыми общественные организации, осуществляющие такую экспертизу, имеют право получать от заказчика документацию в полном объеме, установленном для объектов государственной экологической экспертизы (далее – ГЭЭ).

4.2. Кроме материалов ОВОС, на экологическую экспертизу должен быть представлен, в первую очередь, сам объект экспертизы – документация и материалы, определенные ФЗ «Об экологической экспертизе (п. 2 и 4 Положения о порядке проведения государственной экологической экспертизы, утвержденного постановлением Правительства РФ от 11 июня 1996 № 698, далее – Положение о ГЭЭ). В соответствии с п. 1.4 Приложения к Положению об ОВОС выделяются следующие типы обосновывающей документации в инвестиционном проектировании (к которому относится данный проект): ходатайство (декларация) о намерениях, обоснование инвестиций, технико-экономическое обоснование (проект), рабочий проект (утверждаемая часть). Как вытекает из представленных материалов «ОВОС Стадии 1», процедура ОВОС была проведена в рамках разработки документа «Обоснование инвестиций» (Глава 1, стр. 1-1), которое и является в данном случае объектом экологической экспертизы (как общественной, так и государственной), подпадающим под ст. 11 ФЗ «Об экологической экспертизе» как вид документации, обосновывающая хозяйственную и иную деятельность, которая способна оказать прямое или косвенное воздействие на окружающую природную среду в пределах территорий двух или более субъектов РФ.

4.3. Кроме того, п. 1 ст. 14 ФЗ «Об экологической экспертизе» обязывает заказчика включать в состав представляемой документации положительные заключения и (или) документы согласований органов федерального надзора и контроля и органов местного самоуправления, а также материалов обсуждения объекта экспертизы (т.е. обосновывающей документации) с гражданами и общественными организациями (объединениями), организованных органами местного самоуправления. Законодатель выделяет последнее в качестве отдельного документа, в отличие от материалов общественных обсуждений, проводимых заказчиком на стадии подготовки материалов ОВОС и являющихся необходимой частью окончательного варианта материалов ОВОС (п. 3.3.1 Положения об ОВОС). В случае рассмотрения объекта экологической экспертизы федеральными органами исполнительной власти, в состав представляемых материалов также включаются заключения этих органов. Следует подчеркнуть, что п. 4 Положения о ГЭЭ разрешает как включать данные по ОВОС в состав разделов объекта экспертизы, так и представлять их в виде приложений к представляемой документации (но не наоборот! Включение обосновывающей документации в состав материалов ОВОС законодательством не разрешено).

Таким образом, на ООЭ представлена лишь одна часть необходимых материалов, что является нарушением вышеуказанного законодательства и не дает основания считать проводимый анализ экологической экспертизой в правовом смысле этого понятия.

4.4. Эксперты отмечают достаточно большое количество существенных замечаний по представленным материалам «ОВОС Стадии 1», а также рекомендаций, которые необходимо направить в Минприроды РФ и экспертную комиссию ГЭЭ по данному проекту (в порядке ст. 19 ФЗ «Об экологической экспертизе», а также ст.ст. 11, 12 и 32 ФЗ «Об охране окружающей среды» от 10.01.2002 г.).

Минимальное типовое содержание материалов ОВОС в инвестиционном проектировании определено Приложением к Положению об ОВОС. Сразу же следует подчеркнуть, что представленные материалы «ОВОС Стадии 1» неполны, поскольку не содержат следующих обязательных компонентов или содержат их в неполном объеме:

Отсутствует характеристика типа обосновывающей документации (п. 1.4 Приложения).

Отсутствует пояснительная записка по обосновывающей документации (п. 2 Приложения).

Присутствует только описание альтернативных вариантов достижения цели намечаемой деятельности, причем очень краткое (п. 4 Приложения), но фактически не проведена ОВОС намечаемой деятельности по альтернативным вариантам, в т.ч. оценка достоверности прогнозируемых последствий намечаемой инвестиционной деятельности (п. 7 Приложения).

Нечетко обоснован выбор варианта намечаемой деятельности из всех рассмотренных альтернативных вариантов (п. 11 Приложения).

Отсутствуют материалы об участии общественности на первом этапе данной ОВОС, а именно – на стадии составления технического задания (ТЗ) на проведение ОВОС и подготовки предварительного варианта материалов ОВОС (п.п. 2.5, 3.1.1, 3.2.2, 3.3.3 Положения об ОВОС, п. 12 Приложения).

Отсутствуют данные о публикации информации в официальных изданиях федеральных органов исполнительной власти, а данные о публикации в соответствующих изданиях регионального и местного уровня являются неполными (п. 4.3 и 4.8 Положения об ОВОС, п. 12.1 Приложения).

Отсутствует ТЗ, которое должно являться обязательной частью материалов ОВОС (п. 3.1.2 Положения об ОВОС).

Отсутствует резюме нетехнического характера, содержащее результаты и выводы ОВОС (п. 5.1. Положения об ОВОС, п. 13 Приложения), вместо этого отдельные общие положения разбросаны по тексту, например, во Введении, в составе которого содержится Заключение (?), в подразделе «Результаты» Главы 15 «Общественные консультации» и др.

4.5. Поскольку инвестиционная деятельность, как и любая другая, может осуществляться только в правовых рамках, особого внимания заслуживает Глава 2 представленных материалов «Обзор законодательных и нормативных актов». Следует отметить, что обзор этот далеко не полон, кроме того, содержит искаженную трактовку некоторых актов, включает документы, не относящиеся к таковым актам, а также отмененные акты:


- Раздел 2.2.1 содержит крайне бедный список международных договоров, применимых к данному проекту, так, например, отсутствуют такие важнейшие конвенции как «О предотвращении загрязнения моря нефтью» (Лондон, 1954, с поправками 1962 и 1969), «О территориальном море и прилежащей зоне» (Женева, 1958), «О гражданской ответственности за загрязнение нефтью» (Брюссель, 1969), «О водно-болотных угодьях, имеющих международное значение…» (Рамсар, 1971), «О трансграничном воздействии промышленных аварий» (Хельсинки, 1992), «Об ответственности и компенсации за ущерб в связи с перевозкой морем опасных и вредных веществ» (Лондон, 1996), «О биологическом разнообразии» (Найроби, 1992). Кроме того, не упоминается, что в соответствии со ст. 15(4) Конституции РФ составной частью российской правовой системы являются не только международные договоры РФ, но и общепризнанные принципы и нормы международного права, а именно в законодательстве об ОВОС и экологической экспертизе содержится обязательное требование руководствоваться пока еще не ратифицированной нашей страной Конвенцией «Об оценке воздействия на окружающую среду в трансграничном контексте», Эспо, 1991 (п. 2.9 Положения об ОВОС, ст. 11 ФЗ «Об экологической экспертизе»).


Четкий анализ международных договоров особо важен потому, что ст. 82 нового ФЗ «Об охране окружающей среды» (2002) содержит ранее отсутствовавшее положение о том, что «международные договоры Российской Федерации, не требующие для применения издания внутригосударственных актов, применяются … непосредственно…». Это – конкретизация ст. 15(4) Конституции.




Регулирующая роль Соглашения о разделе продукции (СРП) необоснованно завышена, весьма сомнительно и включение его анализа (правда, весьма куцего) в раздел нормативно-правовых актов, коим СРП, безусловно, не является. Как акт международного частного права, оно является обычным договором гражданско-правового характера и регулирует лишь отношения подписавших его сторон, т.е. их права и обязанности по отношению друг к другу. Поэтому более чем спорными представляются утверждения о том, что СРП «регулирует отношения охраны окружающей природной среды»1 (приведенный на с. 2-3 пример говорит лишь об установленной данным соглашением обязанности компании применять признанные на международном уровне стандарты).




Разработчики Материалов сами себе противоречат, указывая ниже (стр.2-3—2-4), что «в целях обеспечения рационального использования природных ресурсов и охраны окружающей природной среды Консорциум руководствуется общеприменимыми законами и нормативными актами Российской Федерации и Сахалинской области».




Во многих местах текста (стр. 2.5, 7.4-7 и др.) по некомпетентности либо намеренно «перепутаны» обязательные платежи, налоги, сборы, компенсация запланированных правомерных убытков (освобождение от которых, действительно, возможно по соглашению сторон) и меры ответственности – штрафные санкции в случае нарушений, возмещение внедоговорного вреда, в том числе, вреда третьим лицам (не являющимся стороной в договоре). Соответственно, делается неправомерный вывод о том, что компания вообще освобождена от любого вида платежей и ответственности вообще. Такое заключение глубоко ошибочно, поскольку не основано на законе. (Кстати, речь об освобождении от ответственности не идет и в приведенных выдержках из СРП, в тексте «ОВОС Стадии 1» сделана лишь попытка неправомерной расширительной трактовки этого соглашения.) Так, если взять платежи за загрязнение, то ФЗ «Об охране окружающей природной среды», принятый еще ДО подписания СРП – 19.12.1991г., установил плату за выбросы и сбросы загрязняющих веществ в природную среду. Как сказано выше «…Консорциум руководствуется общеприменимыми законами и нормативными актами Российской Федерации…», поэтому в случае с платежами за загрязнение компания «Эксон НЛ» должна взять на себя обязательство по исполнению требований закона РФ, либо НЕ производить выбросы и сбросы в окружающую среду, что влечет за собой прекращение всех работ по проекту.


Что касается платежей за сверхнормативное загрязнение (которое является правонарушением), то это штрафная мера ответственности, к регулированию которой СРП не имеет абсолютно никакого отношения, и которую компания обязана нести, как и любое другое юридическое лицо, совершившее правонарушение на территории нашей страны. То же самое касается и возмещения вреда, который причиняется действиями компании как владельца источника повышенной опасности (ее техникой, оборудованием, процессом строительства и пр.). Это внедоговорная гражданско-правовая ответственность независимо от вины, установленная со времен древнеримского права. В современном российском праве она закреплена ст. 1079 Гражданского кодекса РФ «Ответственность за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих». Никакое СРП не может освободить от такой ответственности, причем это касается ответственности не только за экологические, но и дорожно-транспортные и другие правонарушения.

На основании СРП можно освободить компанию от выплат лишь в пользу другой стороны этого соглашения, т.е. государства в лице федеральных и/или региональных органов исполнительной власти.

Что же касается каких-либо выплат третьим лицам, как за правомерное (т.е. в результате разрешенной деятельности), так и за неправомерное (т.е. в порядке ответственности) причинение вреда, то компания обязана эти выплаты осуществлять. Например, если причиняется вред в результате изъятия частных земельных участков, родовых угодий коренных малочисленных народов, в результате сокращения поголовья оленей или уловов рыбы, то компания обязана возместить ущерб всем третьим лицам, потерпевшим от ее деятельности, поскольку они – самостоятельные субъекты права, не являющиеся сторонами в СРП.

В соответствии со ст. ст. 130-133 Конституции РФ, органы местного самоуправления не входят в систему органов государственной власти и не являются сторонами в СРП, поэтому компания обязана также возместить ущерб, понесенный этими органами (например, вызванный ухудшением почв, вырубкой муниципальных лесов и зеленых насаждений и пр.). Ссылка авторов «ОВОС Стадии 1» на ст. 13 ФЗ «О соглашениях о разделе продукции» в обоснование своей позиции (стр. 2-5) неосновательна, поскольку в данной статье речь идет об освобождении (или льготах) от налогов, сборов и иных обязательных платежей, к которым никогда не относились и не относятся возмещение вреда и штрафные санкции.

Ст. 77 (п. 2) нового ФЗ «Об охране окружающей среды» прямо и недвусмысленно устанавливает внедоговорную обязанность заказчика (субъекта хозяйственной и иной деятельности) возместить вред, причиненный окружающей среде, даже в случаях имеющегося положительного заключения ГЭЭ на проект деятельности, включая деятельность по изъятию компонентов природной среды.

Таким образом, утверждение о том, что компания ЭНЛ и Консорциум «Сахалин-1» освобождены от компенсационных выплат за ущерб окружающей среде и природным ресурсам, является абсолютно неправомерным. Это очень существенный момент, и только лишь по этому основанию представленные на экологическую экспертизу материалы должны быть переработаны. В противном случае (даже при представлении на экологическую экспертизу вместе в ОВОС остальной необходимой документации) заключение экологической экспертизы должно быть отрицательным, т.к. предполагаемая инвестиционная деятельность в данном виде не соответствует российскому законодательству.

Еще одним очень серьезным основанием для такого вывода является тот факт, что весь документ базируется на Законе РСФСР «Об охране окружающей природной среды», который уже утратил силу. В настоящее время действует новый Федеральный закон «Об охране окружающей среды», вступивший в действие с 12 января 2002 г. (т.е. с даты первой официальной публикации). Новый Закон очень существенно отличается от предыдущего: содержит ряд инновационных положений, детализирует ранее действовавшие нормы (в том числе и в отношении ОВОС, участия общественности), устанавливает специальные требования к объектам нефтегазовой промышленности, включая деятельность в акваториях водных объектов (ст. 46). Следует подчеркнуть также, что в соответствии с новым Законом первым принципом хозяйственной и иной деятельности всех юридических и физических лиц является «соблюдение права человека на благоприятную окружающую среду», в число принципов также вошли «приоритет сохранения естественных экосистем…», «... использование наилучших существующих технологий…», «сохранение биологического разнообразия», «.. участие граждан в принятии решений…» и другие (ст. 3). П. 3 ст. 4 Закона устанавливает, что «особой охране подлежат … исконная среда обитания, места традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Российской Федерации [к таким местам относится территориальное море и прилегающая зона о. Сахалин – авторы заключения],… континентальный шельф и исключительная экономическая зона Российской Федерации, а также редкие и находящиеся под угрозой исчезновения … животные и другие организмы и места их обитания». Гражданам и общественным организациям теперь предоставлено право предъявлять иски о возмещении вреда окружающей среде (ст. 11 и 12 Закона), причем по таким делам установлен 20-летний срок исковой давности (п. 3 ст.78); общественным организациям – также организовывать и проводить общественные слушания вне зависимости от процедур ОВОС (ст. 12).

Ссылки на некоторые законы даны совершенно некорректно, например, на стр. 2-7 материалов «ОВОС Стадии 1» статья 12 ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» дважды названа в качестве общерегулирующей для определения мест строительства объектов, между тем как эта статья определяет санитарно-эпидемиологические требования к планировке и застройке городских и сельских поселений.

В некоторых разделах ссылки абсолютно неграмотны: например, на стр. 7.10-1 «нормативным документом» названы Сборник нормативных актов (М., 1996) и Сборники "Оценка и экологический контроль» изд-ва МГУ (2002 и 2001 г.г.).

Совершенно недопустимым является тот факт, что в материалах «ОВОС Стадии 1» не только не анализируются, но даже и не упоминаются в списке литературы (стр. 2 П1-1 – 2 П1-7, 17-1 – 17-6) некоторые федеральные законы, на которых должна базироваться деятельность по проекту: такие, например, как «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» (1997), устанавливающий обязательные требования по разработке декларации промышленной безопасности и ее экспертизе, обязательному страхованию ответственности за причинение вреда и пр.; «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» (1994); как минимум, три закона о правах коренных малочисленных народов и их общин; законодательство об информации и пр.


5. Анализ материалов по оценке воздействия на окружающую среду


5.1. Геологические условия

5.1.1. Эксперты отмечают, что анализ предоставленных на экспертизу материалов «ОВОС Стадии 1» показывает недостаточность исходной информации о геологическом строении региона и геологических процессах, а именно:

А) Отсутствуют традиционные региональные и локальные геологические и гидрогеологические разрезы и информация, освещающая литолого-стратиграфическую характеристику пород разреза с указанием их коллекторских свойств (пористость, проницаемость) по разрезу и водонапорный режим глубинных горизонтов. Приведенные в ОВОС «геологические профили» для территории 1-го и 2-го участков проекта – территории Чайво-Одопту и центральной части трубопровода (Карта-схема: 6.8-2. Лист 1 и 2) на самом деле не являются таковыми, скорее их можно назвать геоморфологическими профилями, поскольку информация на них ограничена глубиной всего 30-50 м. Приведенный геологический профиль для материковой части (Карта-схема: 6.8-2. Лист 3) носит очень обобщенный характер, пропущено много крупных разломных зон. Следует привести геологические разрезы последних лет, а не 60-х-70-х гг. Рисунки (каротаж, сводный литолого-стратиграфический разрез и пр.), приведенные в «Описании проекта разработки месторождений» (Том 1. Глава 4) не читаемы даже с помощью лупы.

Б) Отсутствуют специальные карты глубинных разломов. Информация о плановом положении глубинных разломов в ОВОС разрозненна. Общее представление о разломной сети Сахалина можно получить только из «Схемы тектонического районирования о.Сахалин и прилегающей части материка», причем очень мелкого масштаба – М: 1:2500000 (Карта-схема: 6.8-1). Для того, чтобы оценить риски при строительстве и эксплуатации нефтегазовых объектов необходима детальная тектоническая карта более крупного масштаба, на которой все разломы должны быть продифференцированы по рангу, причем для каждого из них должен быть указан свойственный ему характер тектонического напряжения. Рекомендуется привести в «ОВОС Стадии 1» копию «Карты сдвиговой тектоники о.Сахалин. Масштаб 1:500 000. 1994г. Авторы В.С. Рождественский, Т.И. Горбачева).

В) Отсутствует информация о глубинном строении морского участка трассы нефтепровода через пролив Невельского, что является крайне тревожным фактом. С этим участком связаны большие риски: трасса пересекает один из крупнейших и активных в современное время глубинных разломов северо-западного простирания. Без точных и полных характеристик данного разлома невозможно спроектировать нефтепровод с достаточной степенью безопасности.

Г) Описание сейсмичности ограничено только ее плановым распространением, при этом ничего не сказано о том, как же сейсмичность распределяется во времени в целом по о. Сахалин и какова тенденция развития сейсмических процессов конкретно для каждого района работ? Что может ожидать промышленные объекты по проекту хотя бы в ближайшем будущем? Кроме того, не освещены механизмы землетрясений, что дало бы возможность иметь представление о характере современной динамики напряженного состояния земной коры, что, в свою очередь, важно знать для прогноза характера и степени будущих деформаций нефтегазовых объектов. Данная информация доступна и необходима для эффективного управления рисками, связанными с аварийностью на скважинах, нефтепроводе, БКП и терминале в Де-Кастри.

Д) Существенным недостатком исходной информации «ОВОС Стадии 1» является отсутствие данных о пространственно-временных закономерностях динамики современных тектонических движений земной коры как в пределах о. Сахалин, так и материковой части. Скудно приведенная в ОВОС (6.8.1.4, стр. 6.8-10) информация о современных