Реферат: В. И. Левашова “Брат мой – друг мой”

Рукопись В.И.Левашова

“Брат мой – друг мой”

(второе название “Имени Сергея”)
Сквозь память иду…
Мы с Сергеем прощались. Кто мог подумать, что расстаемся навсегда. Было не до слезливых рассуждений. Вчера утром трое наших были арестованы. Возможно, это еще и не провал. Но решение всем подпольщикам покинуть Краснодон уже принято.

Сергей проводил меня в поселок шахты № 12, где до войны проживала их семья и попросил бывших соседей приютить меня не на долго. Через несколько дней мне предстояло, спасаясь от ареста, уйти в соседнюю область к родственникам, а Сергею- сегодня же вернуться в Краснодон, где опасность быть схваченным пособниками оккупантов с каждым часом возрастала.

Сергей Левашов- это мой двоюродный брат. Высокий, крепкого сложения парень. Открытый лоб, волосы зачесаны назад. Нос с горбинкой. Вид представительный. А возраст… Прошло всего две недели, как ему исполнилось восемнадцать лет.

Сергей, несмотря на зимнюю стужу, был в кепке, легкой куртке. Но ему не холодно. Он закален.

Мы с Сергеем ровесники. Весной сорок второго, когда фронт проходил в десятках километров от Краснодона, вместе заканчивали десятый класс. Но так и не закончили. За три месяца до выпуска, к нашей великой радости, райком комсомола рекомендовал нас для работы в тылу противника.

Так мы оказались в разведшколе. А затем, после ее окончания, вместе были заброшены в фашистский тыл.

Волею случая мы снова оказались в Краснодоне, к тому времени уже оккупированном фашистскими войсками. Здесь мы и вступили в «Молодую гвардию»- Краснодонскую подпольную комсомольскую организацию.

Комсомольцы- подпольщики работали с увлечением. Чем опаснее было задание, тем с большей гордостью оно воспринималось. Всем хотелось ускорить разгром немецко-фашистской армии, приблизить час освобождения советской земли.

Важную работу, как подпольщик, выполнял Сергей Левашов. Это он, наладив работу радиоприемника, снабжал нас сводками Совинформбюро. Это его руками выводилась из строя фашистская техника, отремонтированная в гараже дирекциона, где работал Сергей. Вместе с товарищами он делал немало другого.

И вот аресты прервали деятельность Краснодонского подполья. Через два дня после того, как мы с ним расстались, он через сестру передал из Краснодона о том, что минувшей ночью полиция приходила за мной, но так как меня дома не оказалось, арестовали моего отца.

- Немедленно уходи!- были последние, дошедшие до меня, слова Сергея.

И я ушел. Уходя все дальше от Краснодона, с тревогой размышлял о случившемся. Больше всего беспокоила судьба товарищей: удалось ли им уйти? Если полицейские приходили за мной, то где гарантия, что не придут за другими. За Сергея я был спокоен. В момент прощания он заверил меня, что в Краснодоне долго не задержится и в ближайшее же время уйдет в Новочеркасск к сестре.

На четвертые сутки, преодолев пешим ходом около 160 километров, я прибыл на станцию Кутейниково Амвросиевского района Донецкой области, где проживали наши родственники. Они и приютили меня. Здесь я надеялся дождаться прихода Красной Армии.

Через две недели появился дядя, брат моего отца. Я первым увидел его в окно и выскочил в коридор навстречу.

- Сережу расстреляли! – тихо, едва сдерживая рыдания, произнес дядя Коля.

Здесь, в этом пристанционном поселке Сергей Левашов родился. Здесь он сделал первые в своей жизни шаги. Здесь же меня застала весть о его гибели от рук фашистских палачей. Весть тяжкая. Ведь нас связывали не только родственные узы. Мы с Сергеем были большими друзьями.

Многое из его детских лет, о чем я пишу в данной книге, он рассказывал мне сам, многое поведали его сестры, друзья. О нем, о его, пусть короткой, но замечательной жизни все по порядку.

^ Годы детства
Если ехать поездом из Москвы в Ростов-на-Дону через Донбасс, обязательно на пути, сразу после железнодорожного узла Иловайск, промелькнет небольшая станция, на которой скорые поезда и не останавливаются. Это станция Кутейниково Амвросиевского района Донецкой области. В поселке этой станции в небольшом доме под черепичной крышей у Лидии Даниловны и Михаила Ивановича Левашовых 16 декабря 1924 года родился сын Сергей. Он был третьим ребенком в семье, хотя и не последним. Старшим сестрам Евгении было четыре года, Валентине - два, а младшая, Ангелина, появилась на свет лишь три года спустя.

Отец работал шофером. Тогда это была редкая профессия. Сережа помнил его всегда в кожаной куртке, кожаных галифе и высоких сапогах. Даже фуражка была кожаной. И еще помнилось, что его одежда всегда немного пахла бензином.

Мать постоянно возилась с малышами. Приучала их с малых лет к труду, прививала уважение к старшим. Учила добру.

По выходным, когда в сборе была вся семья и Михаил Иванович брал на себя заботы по хозяйству, Лидия Даниловна усаживала всю четверку перед собой и начинала читать. Она читала словно актриса, подражая голосам зверей и птиц, героям злым и добрым. Все слушали как зачарованные. Перед ними открывался удивительный мир сказок. Сестры вспоминали потом, что Сережа слушал, подперев кулачком подбородок, не пропуская ни единого слова. Особенно любили все сказку о царе Салтане, басни Крылова. Беспечную стрекозу, которая все лето только пела, не любили, муравей больше импонировал детскому воображению.

Сережа рос тихим, но любознательным мальчиком. Он постоянно о чем-нибудь спрашивал старших. Если в доме проводились какие-нибудь работы, Сережа молча присоединялся к работающим.

Часто по утрам Сергей вместе с дедом шел в столярную мастерскую, при этом говорил: “Иду на работу”. Рядом с высоким худощавым дедом он казался совсем маленьким, но старался не отставать, быстро семенил своими ножками.

В мастерской для него всегда находилось какое-нибудь дело. То выметал стружку, перекладывал с места на место деревянные заготовки, то подавал деду инструмент или просто вертелся у его ног. А вечером во время ужина всем рассказывал:

- Я с дедушкой хату строил!

Когда Сереже исполнилось пять лет, семья Левашовых переехала в Краснодон. Здесь Сережа пошел в подготовительный класс средней школы № 1 имени Горького. Из школы пришел восторженный. Со всеми охотно делился впечатлениями.

- У нас такая хорошая учительница.

- Чем же она хорошая?- спросила Лидия Даниловна.

- Она старенькая, но добрая. Федосья Алексеевна зовут.

Год спустя Левашовы перебрались в поселок шахты № 3-бис. Приближался Новый год. Михаил Иванович привез откуда-то елку. Сережа впервые видел в доме настоящее, пахнущее хвоей зеленое дерево. Все были оживлены и озабочены, как лучше нарядить елку.

Вечером вся семья засела за дело. Сережа из разноцветных полосок бумаги мастерил фонарики, корзиночки, домики. Девчонки клеили цветы. Лидия Даниловна читала ребятам трогательный рассказ Ф.М.Достоевского “Мальчик у Христа на елке”. Попритихли, опечалились дети. Всем было жалко маленького мальчика, у которого в холодном подвале умерла мама.

Лидия Даниловна всегда потом вспоминала именно этот предновогодний вечер. “Нужно читать детям что-то более жизнерадостное”,- думала она.

Самые яркие воспоминания детства у Сергея сохранились от того времени, когда семья проживала в поселке шахты № 3-бис.

Сережа рано начал увлекаться авиацией. Он носился по улицам шахтерского поселка, держа перед собой сделанный из бумаги самолет. Несовершенство конструкции компенсировалось воображением: главное быстрее мчаться и громче жужжать, подражая звуку пропеллера. Вначале Сережа увлек самолетом мальчишек, затем и одноклассницу Лену Шитикову. Теперь они гурьбой носились и жужжали, словно целая эскадрилья.

Вскоре пришло новое увлечение - рыбная ловля. Вместе с Леной и младшей сестренкой Линой Сережа, захватив хлеба, на целый день уходили на Каменку. Сколько было радости, если ребятам удавалось поймать хоть одну крупную рыбешку. Усталые, промокшие, но счастливые приносили они добычу домой и варили уху, вкуснее которой не было ничего на свете.

Лена вспоминала, как однажды они втроем затеяли игру в Чапаева. Из детского велосипеда сделали пулемет, консервные банки превратили в гранаты. Посредине двора устроили баррикады. И подняли такой шум и трескотню, что лопнуло терпение у соседей. Лидия Даниловна не стала ругать детей, но только строго сказала:

- Все уберите после себя. Полейте цветы на клумбе.

Сережа и Лена подружились. Они стали намного старше и уже все меньше затевали шумные игры. Чаще сидели на веранде и мечтали о том, кем станут после окончания школы. Им хотелось скорее стать взрослыми.

В школе Сергей учился только на “отлично”. А еще он с удовольствием посещал струнный кружок, где играл на мандолине, учился фотографировать.

Как-то Лидия Даниловна спросила:

- Сережа, мне кажется, ты мало занимаешься.

- А я на уроках внимательно слушаю все, что говорит учительница, и запоминаю.

Дома он все время что-то мастерил. Родители выписывали детям журнал “Юный натуралист”. Особенно увлекался им Сережа. Он не только внимательно читал его, но и старался предлагаемые опыты проверить на практике. Так появился огурец в бутылке. Следуя рекомендациям журнала, Сергей терпеливо выращивал огурец в обычной стеклянной бутылке, а затем законсервировал его. И вот уже десятки лет этот огурец экспонируется в музее “Молодая гвардия”.

Затем Сергей стал посещать авиамодельный кружок. В доме появились чертежи, собирались и склеивались какие-то конструкции. Период, когда увлечение авиацией носило характер детской игры, давно миновал. Теперь Сергей трудился над созданием летающей модели самолета. И вот, наконец, модель была создана. Для запуска ее Сережа выбрал самое высокое место. Туда пришли школьные товарищи, Лена Шитикова и сестренка Лина. Сергей поднял на вытянутых руках свое изделие, легонечко толкнул и белоснежная модель стремительно понеслась над степью. Ребята с криками бросились вдогонку. Самолет плавно приземлился, сохранив мечты, породив надежды.

Теперь Сергей с еще большим желанием, чем прежде, занимался в авиамодельном кружке. Лене Шитиковой он сказал:

- Моя мечта - поступить в училище военных летчиков.

Тогда всех восхищал подвиг наших летчиков, которые мужественно сражались в интернациональных бригадах на стороне испанских республиканцев против фашистов.

Все мы тогда прониклись любовью к Испании, к ее гордому свободолюбивому народу. Хотелось увидеть, какие они, испанцы. И вдруг новость. В поселок шахты № 3-бис приезжают испанские ребята - дети бойцов-республиканцев. Встречать юных гостей вышел весь поселок. Затем собрались в школе. От имени пионеров испанских ребят приветствовал Сергей.

С ответным словом выступил черноглазый паренек. Он благодарил за гостеприимство, за помощь Испанской республике и в заключении преподнес Сергею “испанку”- головной убор бойцов-республиканцев. Он напоминал пилотку, но с более высоким верхом и кисточкой впереди. Более желанного подарка было просто не придумать. Ведь в то время многие дети и взрослые нашей страны в летнее время носили “испанки”. Конечно, местного изготовления. А Сергей был обладателем “испанки” из самой Испании.

После теплых, волнующих встреч гостей торжественно проводили. А вскоре после этого провожали и Сергея. Ехал мой брат в столицу. Его, как лучшего ученика школы, премировали путевкой на экскурсию в Москву.

Сколько потом было восторженных рассказов об увиденном в поездке. Ведь Сергей был единственным в поселке, кто побывал в столице. Он там ходил по Красной площади, прикасался к Кремлевской стене, был в Мавзолее, видел Ленина. Обо всем подробно он рассказывал и в школе, и дома. С восхищением вспоминал Сережа подземные мраморные дворцы московского метро, подъем и спуск на эскалаторе. Рассказывал и о том, как он в начале спотыкался, нерешительно ступая ногой на эскалатор. И всем, кто его слушал, казалось, что они тоже побывали в Москве.
^ Принят в комсомол
В 1939 году Сереже исполнилось 15 лет. Он вырос, возмужал, стал усиленно заниматься спортом и военной подготовкой. Сергей научился метко стрелять из винтовки, сдал нормы военно-спортивного комплекса “Готов к труду и обороне”. Каждый день Сергей делал упражнения с гирями. Их было две, весом в двадцать килограммов каждая. Сначала выжимал одну гирю то левой, то правой рукой. Затем сразу обе. Для тренировки кистей рук и пальцев придумал себе упражнения с утюгом, подвешенным на округленный шест.

Каждое утро после физических упражнений Сережа обтирал себя смоченным в холодной воде полотенцем, а в зимнее время снегом. Зимой он всегда ходил в кепке, кожаной неутепленной куртке, без перчаток.

Закалка организма этим не ограничивалась. Для Сергея она нередко продолжалась и тогда, когда он спал. На деревянный настил он рассыпал зерна ячменя или кукурузы, накрывал его тонким байковым одеялом и ложился спать.

Конечно, здесь сказывалось влияние образа Рахметова из романа Н.Г.Чернышевского “Что делать?”.

- И зачем тебе все это? – спросила однажды сестра.

- Жизнь длинная, - ответил он, - чтобы чего-то достичь, сделать нужное, полезное, нельзя быть неженкой.

В предвоенные годы шло быстрое развитие советской авиации. В газетах часто появлялись призывы: “Трудовой народ – строй воздушный флот!”. И флот создавался. Он уже заявлял о себе дальними беспосадочными перелетами В.П.Чкалова на Дальний Восток, через Северный полюс в Америку, многими другими достижениями советских авиаторов.

Вот тогда Сергей еще больше размечтался об авиации. Он видел себя в будущем то за штурвалом стремительно несущегося истребителя, то в авиационном конструкторском бюро в качестве создателя боевых машин. Сергей стал изучать специальную литературу по авиастроению, читал все, что писалось в газетах и журналах по данному вопросу.

В те насыщенные важными международными событиями дни, когда к нашему порогу приближалась война, Сергей готовился к вступлению в комсомол. Естественно ему хотелось какими-нибудь полезными делами зарекомендовать себя с положительной стороны.

В школе поселка шахты № 12, где он теперь учился, не было авиамодельного кружка. Не попробовать ли создать самому такой кружок и возглавить его работу?

Вначале Сергей считал нескромным предлагать себя в качестве руководителя кружка, который обычно возглавляет преподаватель, как правило мужчина. Но вскоре Сергей преодолел это предубеждение. В комитете комсомола он сказал, что желает создать авиамодельный кружок. Предложение Сергея было одобрено и вскоре он активно взялся за дело.

Сергей написал объявление, в котором указал, что именно к нему следует обращаться по вопросу записи в авиамодельный кружок и вывесил на видном месте. Желающих оказалось значительно больше, чем позволяли возможности выделенной для этих целей комнаты. Явно сказывался высокий авторитет организатора.

Хотя авиамоделизмом Сергей занимался с шестого класса и в свое время создал несколько удачных моделей, с которыми не раз участвовал в районных соревнованиях и даже занимал призовые места, знаний для руководства кружком ему все же не хватало. Однажды, в газете “Пионерская правда” Сергей прочитал статью авиаконструктора Яковлева А.С. (будущего генерального конструктора, создателя превосходных истребителей, а в послевоенное время – пассажирских ЯК-40, ЯК-42), в которой он излагал рекомендации по авиамоделизму. Сергей сразу же написал письмо авиаконструктору. Радости не было предела, когда от Яковлева А.С. пришел ответ с чертежами авиамоделей и некоторыми советами по руководству кружком. И авиамодельный стал набирать силу. Вскоре первая модель, собранная руками кружковцев, совершила успешный полет.

- Принят! – громко прокричал Сергей, вбегая в дом. Я теперь комсомолец! Он стоял у дверей радостный, улыбающийся. Подбежали с поздравлениями сестры Валентина и Ангелина. Затем появилась мать.

- Поздравляю, Сереженька! – ласково произнесла Лидия Даниловна и приложила голову к груди уже совсем повзрослевшего сына.

- Я знала, что тебя примут и испекла пирог. Можешь приглашать друзей.

Вечером пришли одноклассники Аня Карлова, Люся Обухова, Ваня Карцев, Толя Галаев, Ваня Трофименко. Дом наполнился веселыми голосами. Все расселись за столом, на котором появился самовар и праздничный пирог.

Рядом с Сергеем Аня Карлова. Еще год назад этому факту никто не придал бы значения. Сергей ко всем девушкам относился одинаково, по-товарищески. А если кого-то и выделял, то не из-за личных симпатий. До недавнего времени Сергея часто можно было видеть с Люсей Обуховой. Но они встречались как товарищи, которых сближали общие увлечения книгами, изучаемыми предметами. Им было о чем поговорить.

Чаще всего Сергею приходилось бывать защитником девочек от обидчиков – мальчиков. Об этом в школе знали все. И когда какую-нибудь ученицу мальчишки пытались обидеть, она предупреждала:

- Отстань, а то Сергею скажу!

И все знали, какому Сергею и что за этим последует.

Ане Карловой Сергей явно симпатизировал. Это заметили и в школе, и дома. Аня – скромная девушка, мягкая, душевная. Более всего Сергея подкупала в ней незащищенность. Он, крепкий физически, испытывал какую-то потребность оберегать ее от возможных обидчиков. У Ани в семье случилось большое несчастье. Во время аварии на шахте погиб ее отец. В связи с этим обстоятельством Сергей в какой-то мере и себя почувствовал ответственным за судьбу этой девушки.

А началось это однажды поздним вечером. В первый день нового учебного года после занятий все остались в классе. Делились впечатлениями о прошедшем летнем отдыхе и засиделись допоздна. Всем было интересно и никто не хотел уходить. А когда стемнело, всем классом пошли провожать тех, кто жил в соседнем поселке, в пяти километрах от школы.

В свое время там жила семья Левашовых. Но из-за отсутствия средней школы переехала в поселок шахты №12. Сейчас там жили несколько одноклассников Сережи, в том числе Аня Карлова.

Светила луна. Легко различались степные тропы. По двое, по трое шли по ним одноклассники. Каждый беседовал с тем, кто был рядом.

Сережа шел с Аней. Они разговорились и отстали от группы. Сережа решил, что наступил удобный момент для признаний в своих чувствах.

- Аня, давай с тобой дружить! – сказал он негромко, когда в разговоре появилась пауза.

- Сережа, разве мы не дружим?

- Дружим всем классом, но я имею в виду другое.

- Что ты имеешь в виду? – спрашивала Аня, стараясь продлить объяснение.

Сережа не договорил, так как уединение было нарушено. Их поджидали. Пришлось присоединиться ко всей группе и включиться в общую беседу. Возобновить прерванный разговор в тот вечер так и не удалось. Вскоре распрощались с теми, кого провожали, а сами отправились в обратный путь.

На другой день утром встретились у школы. По сиянию глаз, по улыбке, предназначенной только ему, Сережа понял, что продолжать разговор уже не нужно.

Сережа был первым из собравшихся, кого приняли в комсомол, поэтому разговоров на эту тему было много.

- Сережа, что у тебя спрашивали, когда принимали? – поинтересовалась Люся Обухова.

- Спросили о международном положении и том, как готовлюсь к защите Родины.

Ответы Сергей на вопросы ребят вылились в общую беседу о событиях в мире. Военная опасность для нашей страны все возрастала. На западе она исходила от фашистской Германии, на востоке – от империалистической Японии.

Затем разговор перешел на школьную тему. Все увлеклись беседой. Никто не торопился уходить, хотя некоторым ребятам было далеко до дома.

Сережа пошел проводить Аню Карлову. К ним присоединился Ваня Трофименко. На обратном пути Ваня разоткровенничался:

- Сережа, завидую тебе. У вас такая дружная семья.

Ваня в доме Левашовых не впервые. Он знал, что праздничный пирог по случаю вступления Сергей в комсомол – не исключение. Торжественно отмечать дни рождения каждого из членов семьи или иные важные события давно стало семейной традицией. Каждый, например, хорошо помнил дни рождения родителей, сестры, брата и заранее обдумывал, какой знак внимания проявить. Сергей любил мастерить. Он всегда заблаговременно готовил ко дню рождения матери, отца, сестер какую-нибудь поделку, изготовленную собственными руками. Родители и сестры, разумеется, помнили и о нем.

В семье всегда сохранялась атмосфера сердечности, доброты, уважения друг к другу. А семья ведь не маленькая и матери вечно приходилось хлопотать по хозяйству. Но Сергей и сестры поочередно включались в эти хлопоты в качестве помощников.

Однажды вечером, согласно очереди, готовить чай, собирать на стол пришлось Сереже. Он сделал нужные приготовления, пригласил всех к столу, потом подошел к матери:

- Мама, пойдем пить чай!

- Некогда, Сереженька, вот доштопаю чулки, тогда и приду.

Сережа какое-то мгновение стоял около матери, огорченный ее занятостью, а потом поднял ее вместе со стулом и отнес к столу. А когда вечерний чай был окончен, таким же образом отнес ее на прежнее место.

Так же внимателен был Сережа и к сестрам. Но случалось, ради озорства подшучивал над ними. Больше всех доставалось, конечно, самой младшей, Ангелине.

Как-то она обратилась к брату:

- Сережа, хочу, чтобы волосы были волнистыми. Как это сделать?

Сережа задумался. Затем серьезным тоном произнес:

- У нашей коровы скоро появится теленок. Как только он уверенно встанет на ноги, подставь ему свою челку. Он лизнет твои волосы своим шершавым языком и они станут волнистыми.

Лина рекомендацию брата приняла всерьез и действительно подставила свою прическу недавно народившемуся несмышленышу. Тот мгновенно захватил челку губами и вырвал у Лины клок волос.

Такого финала Сережа не хотел и не предвидел. Ему жаль было видеть плачущую сестренку. И это было для него больнее того наказания, которому его подвергли родители.

Когда Лина перешла в пятый класс, с огорчение заметила, что она самая высокая из всех одноклассниц. Это ее стало беспокоить и она пожаловалась Сереже.

- Не хочу быть высокой. Даже мальчишки ниже меня ростом. Что мне делать?

Сережа подумал минуту, потом ответил:

- Утром, как только встанешь с постели, надень на голову сито и не снимай его целый день. И так повторяй в течение всей недели. После этого рост прекратится.

Лина послушала брата. На следующий день утром она надела сито на голову и до самого вечера отсиживалась в сарае. Там ее с ситом на голове и обнаружила Лидия Даниловна. Она не сразу сообразила, в чем тут дело. А когда поняла, долго не могла успокоиться от смеха.

Сергей активно занимался общественной работой и тогда, когда был пионером. Со вступлением в комсомол нагрузок прибавилось. Сергей продолжал руководить авиамодельным кружком, был избран членом ученического комитета школы, а затем стал его председателем. В классе он был старостой.

Сергей успевал всюду. Он не просто числился исполняющим те или иные обязанности, а исключительно добросовестно их выполнял, вкладывая в каждое дело свое умение, свой талант.

Всю разнообразную общественную работу Сергей успешно совмещал с учебой. Все годы учебы в школе он успевал только на “отлично” и по окончании каждого последующего класса награждался похвальной грамотой.

Сергей, как староста, не только подавал пример в учебе, но также заботился об успеваемости всех учеников класса. Он был противником подсказок, списываний и когда замечал такое у кого-нибудь, старался пресекать. В то же время Сергей был безотказным, когда кому-то из товарищей нужно было помочь. На помощь одноклассникам в учебе он времени не жалел.

Как-то две девочки обратились к нему:

- Сережа, ты задачу по физике решил?

- Решил, конечно, - ответил Сергей, догадываясь, что за этим вопросом последует просьба разрешить заглянуть в его тетрадь с домашним заданием. Но давать списывать он не собирался.

- А у нас не получилось.

Упреждая просьбу и неизбежный отказ, Сергей сказал:

- Завтра приходите за час до уроков и я объясню вам, как решается эта задача.

Сергей с большим уважением относился к своим учителям. Для него не существовало нелюбимых преподавателей. Как и любой другой ученик, кому-то из них он симпатизировал больше, кому-то меньше. Но относился ко всем с одинаковым уважением и всячески поддерживал авторитет каждого из них.

Однажды в классе расшалившиеся ребята решили подшутить над учителем биологии Григорьевой Е.В. Кто-то из них перед ее приходом в класс мелом испачкал стул, на котором обычно сидит учитель. Пришедшая на урок Григорьева Е.В. не заметила этого и села на стул. Когда, объясняя урок, она поднялась, весь класс увидел испачканный костюм. Кое-кто начал хихикать. Тогда Сергей поднялся из-за парты и сказал:

- Евгения Валерьевна, у Вас костюм испачкан мелом. Разрешите я помогу Вам почистить!

Через несколько минут урок продолжался. Теперь уже никто не смеялся.

По окончании урока все остались в классе.

- Кто же это сделал? – строго спросила учительница. Все молчали.

Тогда Сергей на правах старосты сказал:

- Я знаю кто это сделал, но пока не скажу. Если виновник злой шутки не трус, пусть сам подойдет и извинится за свой “рыцарский поступок”.

Большая семья Левашовых всегда довольствовалась скромным достатком. Четверо детей и двое взрослых требовали не малых расходов. А единственным кормильцем, приносящим в дом зарплату был Михаил Иванович. Но вот стали взрослеть дети. Увеличились расходы на еду, одежду, обувь. К тому времени старшая сестра Сережи Женя поступила в институт и проживала по месту учебы в городе Новочеркасске. Ей тоже нужно было помогать. Все это сказалось на материальном положении семьи. И Лидии Даниловне пришлось устроиться на работу.

В этой обстановке Сергей всерьез задумался, не последовать ли ему примеру матери. Он уже готов был оставить школу и наравне со взрослыми работать в шахте. Пусть хоть сестры учатся.

Как-то вечером он поделился своими соображениями с родителями. Лидия Даниловна и Михаил Иванович, даже не дослушав объяснения Сергея до конца, решительно воспротивились:

- Ни в коем случае! – сказал отец,- выбрось эти мысли из головы. Если потребуется твоя помощь, мы сами об этом скажем. А пока учись.

Сергей, продолжая учебу, все больше задумывался о материальном положении семьи. Он не мог оставаться равнодушным к тем трудностям, которые испытывали родители и очень хотел хотя бы немного им помочь.

В то время Сергей заканчивал восьмой класс. Приближались летние каникулы. Целых три месяца не нужно ходить в школу. А что, если на этот срок устроиться на работу? Учебный год еще продолжался, а Сергей уже присматривал себе работу. Он искал ее там, где не станут уточнять, сколько тебе лет. Парень высокий, крепкий. По внешнему виду вполне взрослый. Что еще нужно?

Такая работа для Сергея нашлась. Он оформился грузчиком на лесной склад. Конечно, Сергей мало представлял чем ему придется там заниматься. Но понимал, что будет нелегко. В первый же день он это испытал. Ему пришлось вместе с другими, вполне взрослыми мужчинами, то выгружать из вагонов, то перетаскивать в определенное место тяжелые бревна и складывать их в штабеля.

Первые дни Сергей приходил домой очень уставшим. Но никому в этом не признавался. На все вопросы о работе отвечал стандартной фразой:

- Все нормально!

Около двух месяцев трудился Сергей на лесном складе, наравне со взрослыми выполняя, а иногда даже перевыполняя норму. Теперь он втянулся и готов был продолжать работать и дальше. Но лесной склад пришлось оставить, так как срок сезонных работ был окончен.

После этого Сергей устроился на работу в совхоз. Через три дня после оформления на работу мы с ним встретились.

Взаимные посещения друг друга у нас с Сережей стали правилом еще с детских лет. То он приходил в нашу семью в гости на несколько дней, то я шел к ним в поселок. Когда я приходил, Сергей старался придумать какое-нибудь развлечение. В одном случае это было фотографирование или настраивание самодельного радиоприемника, в другом – интересная книга или увлекательная игра. А однажды Сергей преподнес мне в подарок кавалерийскую шашку – предел мечтаний любого мальчишки. Он нашел ее в степи, где, судя по другим найденным в том месте предметам еще в гражданскую войну произошла кровавая схватка двух отрядов всадников – красных с белыми. Шашка была найдена без ножен. Вероятно, тот, кто ею владел, погиб, не успев вложить клинок в ножны.

Теперь мы стали почти взрослыми. Иными стали увлечения, расширился круг интересов. Но традиция периодически навещать друг друга осталась неизменной.

В этот раз я Сергея дома не застал. Он работал в совхозе и появился только вечером. Но пришел с работы бодрым, полным оптимизма, словно с прогулки.

Весь вечер мы провели вместе. Сергей рассказывал о делах, своей работе, делился планами на будущее. А потом неожиданно предложил:

- Пойдем завтра со мной в совхоз? Денек поработаешь.

Весь день, прерываясь лишь на обед, трудились мы на совхозной плантации. Убирали помидоры, складывали их в ящики, переносили к месту транспортировки. К вечеру я уже имел полное представление о том, каким образом Сергей вносил свой вклад в семейный бюджет.

Начался следующий учебный год. Теперь Сергей учился уже в девятом классе. Оставлять школу он уже не порывался. Убедился, что и за летний сезон, если хорошо потрудиться, можно кое-что заработать. И он, действительно, заработал значительно больше, чем предполагали родители. Воодушевленный результатами своих стараний, Сергей задумывался о предстоящих летних каникулах. Куда пойти работать? И вдруг новость: Сергея, как лучшего ученика школы премировали путевкой в дом отдыха.

Новость не столько обрадовала Сергея, сколько огорчила. В обстановке, когда нужно помогать материально родителям, ему предлагается отдыхать.

Дома он рассказал родителям о путевке и сразу же добавил:

- От путевки я откажусь. Буду устраиваться на работу.

Но родители решили по-другому. Они вначале посоветовались, а затем Лидия Даниловна сказала:

- Отказываться от премии неприлично. Ведь путевка тебе выделена заслуженно. Побудешь две недели в доме отдыха, а затем пойдешь на работу.

Сергей всегда обезоруживала убедительность доводов матери. Она не повышала голоса, не оказывала давления, а воздействовала силой убеждения. Так было и в этот раз. Сергей молча согласился и стал собираться в дорогу.
^ Война началась
22 июня 1941 года. Воскресенье. Обычный летний день. С утра теплый, со второй половины дня – жаркий. Около одиннадцати мы с дядей Колей, братом моего отца направились из Краснодона в поселок шахты №12 – в гости к родственникам. Мне не терпелось увидеть Сережу. И он, и я недавно окончили девятый класс. Хотелось обменяться впечатлениями.

Шли степью. В пути вели разговоры на разные темы. Но больше всего рассуждали о том, будет ли война с Германией. Когда вошли в поселок, обратили внимание на необычное оживление среди жителей. Чем-то они были возбуждены. Спросили первого встречного мужчину:

-Что здесь происходит?

-Как что? Разве не слышали? Война началась.

Новость ошеломляющая. Несколько минут мы стояли, не зная куда идти. Затем все же пошли к родственникам. Но там задерживаться не стали и вскоре направились домой. С Сергеем встреча так и не состоялась. Три дня назад он уехал в дом отдыха. Вернувшись в Краснодон, мы узнали, что по радио выступал Молотов В.М. В его выступлении было сказано, что на рассвете без объявления войны войска фашистской Германии совершили внезапное нападение на нашу страну и пересекли западную границу СССР на всем ее протяжении от Баренцева до Черного моря. Варварской бомбардировке были подвергнуты города Мурманск, Каунас, Минск, Киев, Одесса, Севастополь, железнодорожные узлы, аэродромы, районы расположения советских войск.

Весть о войне всколыхнула все население страны. Но вызвала она не смятение, а повышенную активность, особенно у молодежи. Многим из нас хотелось сразу же, без промедления отправиться на фронт. С такой просьбой мы, группа комсомольцев школы №1 имени А.М.Горького, и направились в райком комсомола. Там все работники были уже на местах. Один из них выслушал нас внимательно, записал наши фамилии. Однако, на фронт отправлять нас пока не обещал. Но поручил нам ночное дежурство в райкоме.

Через два дня после начала войны возвратился из дома отдыха Сергей. Настроение у него было боевое. Он сказал всем, что будет проситься добровольцем на фронт. Вместе со своими товарищами из поселка он с этой целью пришел в Краснодон.

Идти в райком комсомола я ему отсоветовал. Вместе со всеми его товарищами пошли в райвоенкомат. Но уже издали увидели огромную массу людей на площади перед входом в райвоенкомат. Это были те, кого в первую очередь мобилизовали и готовили к отправке на фронт. Ясно, что пробиться к кому-нибудь из работников военного комиссариата – несбыточная мечта. Но мы попробовали. Нам удалось остановить одного работника, когда тот вышел из кабинета по какому-то делу. Мы окружили его и стали излагать свою просьбу послать нас на фронт. Он выслушал нас, задав несколько вопросов, а потом сказал:

- Ребята, вы же видите, идет мобилизация. Нам сейчас не до вас. Заканчивайте десятилетку тогда пошлем вас в военные училища.

Мы обиделись. Пока будем заканчивать десятый класс, война кончится.

Вскоре нашей энергии все же нашли применение. Всех старшеклассников направили в колхоз помогать сельским труженикам убирать урожай. Мы радовались возможности быть всем классом вместе и работали с энтузиазмом. В свободное от работы время много спорили, обсуждая обстановку на фронте. У каждого были свои предположения о том, как долго война продлится, каких рубежей достигнет противник, продвигаясь на восток по советской земле, прежде чем будет разгромлен. Но никто тогда не допускал мысли, что враг придет даже сюда, в Донбасс.

Работали мы в колхозе до конца лета. Затем всех отпустили по домам. Нужно было готовиться в школу.

Новый учебный год начался без задержки. Но уже чувствовалось приближение фронта. В городе появились беженцы, в школе – новые ученики. Вскоре занятия были прерваны. Всех старшеклассников снова направили в колхоз. Теперь мы видели, как по дорогам с запада на восток двигались эвакуированные. Советские граждане западных и центральных областей Украины, которым удалось избежать фашистской оккупации, на автомашинах или в повозках, запряженных лошадьми, следовали в восточном направлении. Наступил октябрь. Мы все еще работали в колхозах. Но чувствовали, что руководителей хозяйств это уже мало интересовало. Им, вероятно, уже было не до нас. И мы возвратились домой.

А фронт все приближался. Занятия уже не возобновлялись. В нашей школе теперь размещался военный госпиталь.

Райком комсомола превратился в военный штаб и нас, комсомольцев постоянно направлял на задания: то помогать транспортировать раненых из санитарного эшелона в госпиталь, то разносить по адресам повестки мобилизованным на фронт, то совместно с военными патрулями в ночное время проводить проверку документов с целью выявления вражеских агентов.

Фронт был уже совсем близко. Началась эвакуация учреждений, предприятий. То, что невозможно было вывезти, уничтожалось. Взрывались шахты.

В один из этих дней мои родители получили похоронку. Под Ленинградом от пули фашистского снайпера погиб мой старший брат Петр. Он был в звании капитана, командовал артиллерийским дивизионом.

Выразить нашей семье соболезнования вместе с родителями пришел и Сережа. Мы с ним долго беседовали. Для нас обоих Петр был примером во всем. Сергей сказал, что пока никуда уходить не будет, с приближением фронта вступит в Красную Армию. Печальное известие о гибели Петра укрепило в нем эту решимость.

Многие жители покидали город. Мы вместе с одноклассником Борисо