Реферат: Садовский Б. Гимн в память подвига героев Нижегородского ополчения 1611 1612 гг

МУНИЦИПАЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ КУЛЬТУРЫ

«ЦЕНТРАЛЬНАЯ ГОРОДСКАЯ БИБЛИОТЕКА

им. В.И. ЛЕНИНА


Сектор редкой книги


Листая страницы истории


«Русское сердце тебя не забудет…»


Кузьма Минин в поэзии

Нижнего Новгорода


Н.Новгород

2008


Содержание



От составителя ………………………………………………...

3

Садовский Б. Гимн в память подвига героев Нижегородского ополчения 1611 – 1612 гг.………………....

4

Чуфарин В. Обращение Кузьмы Минина к народу…………

5

Островский А.Н. Монолог Минина ………………................

7

Навроцкий А.А. Козьма Минин ……………………………..

8

Арфин А. У памятника Космы Минина …………….............

14

Сухорукова М. И уходят полки ………………………….......

14

Ильинский Н.С. Описание жизни бессмертного подвига славного мужа нижегородского купца Козьмы Минина …..

17

Народные песни о Козьме Минине и князе Пожарском об освобождении Москвы и избрании Михаила Федоровича ...

19

Садулин Е. Минин ...………………………………………….

21

Об авторах ……………………………………………………..

45



От составителя


Недалеко то время, когда на нижегородской земле будет отмечаться 400-летие подвига героев Нижегородского ополчения 1611–1612 годов.

Сборник «Русское сердце тебя не забудет» – это первая попытка собрать воедино стихотворные произведения нижегородских поэтов, написанные в разные годы и столетия и посвященные одному из героев нижегородского ополчения – Кузьме Минину.

В ближайшие годы сектор редкой книги планирует подготовить следующие выпуски поэтического сборника, посвященные Дмитрию Пожарскому, патриарху Гермогену и другим героям Нижегородского ополчения.

Данный сборник продолжает цикл ранее изданных сектором редкой книги биобиблиографических пособий под общим названием «Листая страницы истории», посвященных известным и малоизвестным страницам истории, культуры и общественной жизни старого Нижнего.

Это такие пособия:

«А.А. Бетанкур и архитектура Нижегородской ярмарки»

«Милосердие на земле Нижегородской»

«Учебные заведения старого Нижнего»

«Банки старого Нижнего»

«Библиотеки Нижнего Новгорода с 1830 – 1920-е гг.»

«Замечательные женщины-нижегородки XIX – начала XX в.»

Сборник «Русское сердце тебя не забудет» предназначен в первую очередь библиотекарям, педагогам, воспитателям, студентам и широкому кругу читателей, интересующихся историей и культурой нашего города и края.


^ О.В. Григорьева

зав. сектором редкой книги

ЦГБ им. В.И. Ленина





Обращение Кузьмы

Минина к народу


«Мир православный! – начал он –

Страдает Родина Святая,

Повсюду горе, вопли, стон,

Ручьями льется кровь людская.

Иноплеменники гурьбой

Отчизну нашу разоряют,

Владеют Русскою Землей

И нас себе порабощают.

Тиранят жен и дочерей

Враги пред нашими глазами,

И ставят в храмы лошадей,

Смеясь над верой и над нами.

Москва в плену, в стенах Кремля

Враги скопляются толпами;

Страдает Русь, ее земля

Кишит враждебными войсками.

Царя на русском троне нет,

Москвою враг повелевает,

И весь народ в годину бед

Врагу невольно присягает.

Один бесстрашный Гермоген

В священном сане патриарха

Не признает позорный плен

И иноземного монарха.

Соборам русским и церквам

Он посылает повеленья:

«Не отдавайте Русь врагам,

К Москве ведите ополченья!»

Мир православный! Иль у нас

Нет чувств и вялы мы сердцами?

Восстанем, дорог каждый час!

Восстанем, все пойдут за нами!

Освободим страну родную,

Или за Родину Святую

Все до единого умрем!»


Велик ты русский наш народ!

Когда ты Родину спасаешь –

Ты богатырь, от всех забот


Для ней себя освобождаешь!

Ты слаб, пока отвага спит,

Но если духом ты проснешься,

То бурей в битву понесешься

Тебя никто не победит!


^ Из стихотворения В. Чуфарина

«Минин и Пожарский» 1897 г.


Монолог Минина


«Кто на Руси за правду ополчится?

Кто чист пред Богом? Только чистый может

Святое дело честно совершить.

Народ страдает, кровь отмщенья просит…

О пойте! Громче пойте! Соберите

Все слезы с матушки широкой Руси…

Пусть все они в одну вольются песню

И рвут мне сердце, душу жгут огнем

И слабый дух на подвиг утверждают.

О Господи! Благослови меня!

Я чувствую неведомые силы,

Готов один поднять всю Русь на плечи,

Готов орлом лететь на супостата,

Забрать под крылья угнетенных братий

И грудью в бой кровавый и последний.

Час близок! Смерть злодеям! Трепещите!

Из дальнего кремля грозит вам Минин.

Со всех сторон мне шепчут голоса:

«Восстань за Русь, на то есть воля Божья!»

Друзья и братья! Русь Святая гибнет!

Друзья и братья! Православной вере,

В которой мы родились и крестились,

Конечная погибель предстоит.

Святители, молитвенники наши,

О помощи взывают, молят слезно.
Вы слышите их слезное прошенье!

Поможем, братья, Родине Святой!

Что ж! Разве в нас сердца окаменели?

Не все ль мы дети матери одной?

Не все ль мы братья от одной купели?»


^ Отрывки из стихотворной драмы

А.Н. Островского

«Козьма Захарьич Минин-Сухорук». 1862 г.


Козьма Минин


Царство распадалось. Вековые корни

Обрубил безумно царь самодержавный;

Налетели ветры вражьей непогоды,

Расшатали древо Руси православной.


Как без матки пчелы, разбрелись бояре;

О раденье царству не было помину;

Кто стоял за вора, кто склонялся к шведу,

Кто чинил присягу Сигизмунда сыну.


Ляхи и казаки, сброды лиходеев,

Как зимою волки, рыскали повсюду,

Грабя, выжигая города и села,

Не чиня пощады и простому люду.


Царство распадалось… Грех княжеубийства

Искупали тяжко не одни лишь дети

Хитраго1 Бориса; но вся Русь страдала,

Путаясь в искусно настланныя сети.


Все вокруг кипело смутой и раздором,

И в Кремле Московском потешались ляхи;

Лишь в одной священной Сергиевской Лавре

Все еще держались воины-монахи.


Разсылали письма, убеждали слезно

Не губить державу во пору лихую,

А смиренно каясь во грехах великих,

Ополчиться дружно за страну родную.


Разлетались всюду вещия посланья.

Где не всех сгубила страшная невзгода,

Там они читались с паперти, с амвона,

Западая в душу русскаго народа.


Той порой лихою в Нижнем-Новограде,

Посреди потомков смолкнувшаго веча,

Жил, во страхе Божьем, гражданин смиренный,

Соблюдая душу, душу человечью.


К родине любовью сердце в нем горело,

Тяжко отзывалось на родное горе;

Жгли его – безправье, рознь, междоусобье,

Вопли разоренных, слез народных море.


Слушали они посланья Сергиевской Лавры,

И увет духовный старца Гермогена,

Кто звучал глаголом смелым и призывным,

Не боясь мучений вражеского плена.


Изстрадалась тяжко в нем душа живая –

И свои, и вражьи всюду супостаты.

И в дневной работе, и в тиши покоя

Думою одною были в нем объяты


Голова и сердце. Горячо и слезно

Дома и во храме день и ночь молился

Он за Русь родную; наконец, надумал –

Сергием подъятый возбудить уснувших,

На великий подвиг помощи решился.


За обедней ранней, вознесяся к Богу

Всей своей душою чистой и смиренной,

Отстояв молебен, вышел он на паперть,

Обратясь к народу с речью вдохновенной.


Развернув печальный, полный мук и горя,

Полный оскуденья свиток всех страданий,

Дикаго разгула сброда лиходеев,

Распрей – и крамолы страшных злодеяний,





– «Братья – молвил Минин – вспомним Божье слово,

Что сегодня в храме слушали с амвона,

Чтобы наше сердце было ежечасно

Все отдать на пользу ближнего готово;


Не жалеть достатка, не жалеть и жизни,

Ближнего от смерти, от нужды спасая,

За святую веру, за родную землю,

За родное царство душу полагая.


Соберемся дружно все под стяг единый,

Кликнем клич призывный на святое дело

Родины спасенья, встанем поголовно –

И пойдем на битву мы с врагами смело!


Сила супостата только в нашей розни;

А сберемся в кучу, с волею единой,

И не страшны будут вражеския рати,

Расточатся живо перед нашей силой.


С верой в Божью милость, не кичась гордыней,

А с молитвой жаркой на устах смиренных,

Призовем на помощь наших страстотерпцев,

Благостью Господней дивно вдохновенных.


Неужели, други, нам смотреть не стыдно

На достатки наши, когда Русь родная,

В судорогах смертных, словно птица бьется,

В заревах пожаров кровью истекая?


В этакое время стыдно хорониться

От мирского дела, дорожа казною,

Дорожа прибытком для своей утробы,

Дорожа стяженьем, да корыстью злою.


Для почина, братья, все, что я имею,

Все я полагаю в складчину мирскую

И молю смиренно – не оставьте, други,

Вы в годину бедствий нашу Русь родную.


Все сюда несите – деньги и товары.

О священной жертве да никто не тужит,

Все – и крест нательный, и оклад с иконы,

Все добро земное делу да послужит!


Соберем достатки, снарядимся сами,

Выберем по сердцу рати воеводу,

И пойдем на помощь гибнущему царству.

Гибнущему в муках русскому народу.


Братья! сестры! други! не останьтесь глухи,

Не замкните сердца на мои призывы,

Или Русь уж больше нам не мать родная?

Или человечьи души в нас не живы?


Мати Пресвятая, помоги нам грешным

Не забыть и ныне Божии заветы,

Да любовью чистой к родине и к ближним

Будем мы повиты, будем мы согреты!»


И дошла до сердца речь его простая.

Нес свои достатки бедный и богатый;

Покрывалась паперть жертвою народной,

Высился горою дар их тароватый.


Все, с поклоном низким, принимал Захарыч;

Все одушевлялись мыслию одною;

Зачиналось дело общее, святое,

Загорался светоч над страной родною.


Собрались в дружину, отписали письма

В города и веси, слезно призывая

Бросить все раздоры и идти поспешно

На защиту Руси и родного края.


Выбрали по сердцу рати воеводу.

Кто в годину бедствий не с изменой,

Не служил корысти, не дружил с врагами,

Пользуясь искусно самозванцев меной.


Двинулись с молитвой, с причтами, с крестами,

Порешив: – постыдно вспять не возвращаться,

Или всем погибнуть, иль в отважных битвах,

Через вражьи трупы до Москвы добраться.


И Господь склонился на святое дело,

Долетел до неба стон многострадальный,

Долетели звоны храмов и погостов,

Звон скончанья Руси тяжкий, погребальный.


Как зимой ком снега, рать все возрастала;

Шли к ней отовсюду вольныя дружины;

Все к ней устремлялось, как стремятся к морю

По рекам весною таящия льдины.


Грозной русской силой смелой и отважной,

Рать к Москве священной тихо подходила.

Подошла – широким станом развернулась

И кольцом железным город окружила.


Шаг за шагом, мерно, дружно надвигалась;

Уж Кремля пред нею высились твердыни;

Уж была готова, с верою в победу,

Ринуться на приступ занятой святыни…


И сдался′ пред нею ляшский воевода,

В Кремль Московский стройно Божья рать вступила;

С мудростью исконной русскаго народа

Лихолетье злое скоро прекратила.


Выгнали поляков, справились с ворами –

И в кремле собравшись, выборная сила

На престол Московский избрала, с молитвой,

Доблестнаго рода отпрыска – Михаила.


Кончил свое государское дело,

Кончил почетно Захарыч Козьма.

Перед великой народною силой

Скоро исчезла налетная тьма.


Там, в своем Нижнем, в Кремлевском соборе,

В церкви подземной лежит его прах;

Часто там молятся русские люди

Жаркой молитвой на скромных устах.


С чувством священным пред этой могилой,

Там, далеко от мирской суеты,

Перед родною почившею силой

Клонят главу до холодной плиты.


Спи, гражданин – почивай безпробудно;

Дело великое ты совершил,

Дело народное, дело святое,

Дело любви ты во-очью свершил.


Свят и велик твой прославленный подвиг,

Верил ты в жизненность русской земли,

И пред твоею великою мощью

Прахом крамолы и смуты легли.


Русское сердце тебя не забудет,

Ты наша гордость, наш кровный родной!

И без конца притекать к тебе будет

Русский народ перекатной волной.


Сумрачен храм, где лежат твои кости,

В скромной могиле сокрыты они;

Слабо мерцая, святыя иконы

Света лампад озаряют огни.


Но величава, в сказаньях правдивых

Славы народной, былина о том,

Как своей мощной разумною силой

Ты прекратил нашей Руси погром.


Светом любви она светит и греет

Русское сердце в теченьи веков,

Из-за могилы его охраняя

От себялюбия страшных оков.


И не умрет твоя слава, в народе

Подвиг любви твой запал глубоко.

Спи, гражданин! В судный час воздаянья

Будет тебе благодатно легко.

...................................................


В ожерелье дивном деятелей правды

Из среды народной, славою покрытый,

Светился алмазом – Руси православной

Сын Козьма Захарыч Минин именитый!


^ Навроцкий А.А.2


У памятника Космы Минина


Как много говорит

бездушный этот камень,

Как много говорит он

каждому из нас!..

В груди Космы святой

любви зарделся пламень,

И он, мясник простой,

свою отчизну спас!


Он звал народ на площадь,

громко умоляя:

«Идите все, кому Россия

дорога!

В конец разорена,

зовет страна родная –

Поднимется зараз

на дерзкого врага…


Иль силы нет у нас?

Или казны не хватит?

Заложим жен, имущество,

детей…

Спасем святую Русь!..

Отчизна нам заплатит:

И вечной памятью

почтит она своей».





И как всегда у нас

в тяжелые годины,

Вставала земщина

за родину свою, –

Все, жертвуя собой

и следуя призыву,

За дело русское –

готовы пасть в бою!


Доселе земляка-героя

прославляют

И память Минина

нижегородцы чтят…

На памятник его

восторженно взирают, –

Любовью сильною

к отечеству горят.


Арфин А.3


^ И уходят полки


Даль в тумане предвешнем, синем

Повстречаться спешит с зарей.

Вот из земства выходит Минин –

Ополченец, трибун, герой.


Собираются нижегородцы

И бросают в казну Руси:

Злато, серебро, деньги, кольца,

Умоляя: «Господь, спаси!


От поганых да гордых панов

Нашу веру и наш народ».

А заря над землей, что рана,

Кровью в мартовский снег течет.


Тучи мрачные в небе бродят,

Отражаясь в глазах Козьмы,

И уходят полки, уходят, чтобы свет воссиял из тьмы…


Сухорукова М.4





^ Описание жизни бессмертного подвига

славного мужа нижегородского

купца Козьмы Минина

(Отрывки из стихотворения)5


На месте том стоя, где Минин погребен,

Казалось будто я в те веки принесен,

В которые сей муж усердьем воскрыленный,

Увидя6 пламенник, врагами воспаленный;

Сынов Отечества, внимая скорбный стон,

Попранну веру зря, и Божеский закон,

И самую Москву носящу тяжки узы,

Разрушенну любовь, прерванныя союзы;

Воззри на тьмы врагов, лиющих Русску кровь,

Слезами грудь кропя, возчувствовал любовь;

И пламень искренний в душе своей питая,

Из челюстей врага России свобождая,

Сокровище свое к сему он посвятил,

Безсмертным подвигом всех спас и защитил.





Се здесь, я возопил! тот прах неоцененный,

Что был толикою любовью оживленный,

Кто спас Отечество, Монархов Росских Трон,

Кто веру подкрепил и Божеский закон;

Кто Россам показал к безсмертию дорогу,

Любить отечество, и жертвовать всем долгу.


Се подвиг Минина, преславный и несравненный!

Хераскова пером, мы зрим изображенный!

Не слезы я теперь над прахом сим Лию,

Но славою пленяясь, безсмертной, вопию:

Почий великий муж! почий к тебе вещаю,

Ты друг отечества! сердечно я желаю,

Да память дел твоих до толе не пройдет,

Пока земный сей шар, разрушася падет.


^ Ильинский Н.С.7


Народные песни

о Козьме Минине и князе Пожарском,

об освобождении Москвы

и избрании Михаила Федоровича


Как в старом-то было городе,

Во славном и богатом Нижнем,

Как уж жил тут поживал богатый мещанин,

Богатый мещанин Кузьма Сухорукий сын.

Он собрал-то себе войско из удалых молодцов,

Из удалых молодцов Нижегородских купцов;

Собравши их, он речь им взговорил:

«Ох, вы гой еси товарищи Нижегородские купцы!

Оставляйте вы свои домы,

Покидайте ваших жен, детей,

Вы продайте все ваше злато-серебро,

Накупите себе вострыих копиёв,

Вострыих копиёв, булатных ножей,

Выбирайте себе из князей и бояр удалова молодца,

Удалова молодца воеводушку;

Пойдем-ко мы сражатися

За матушку за родну землю,

За родну землю, за славный город Москву»





Молодые ратнички Нижегородские купцы,

Выбрали себе удалова молодца,

Удалова молодца воеводушку,

Из славнага княжескага роду

Князя Дмитрия по прозванию Пожарский

За славный Москву-город сражатися.


Уж привел-то славный князь Пожарский своих храбрых воинов,

Привел ко Московским стенам;

Становил-то славный князь Пожарский своих добрых воинов

У Московских у крепких стен;

Выходил-то славный князь Пожарский перед войско свое,

Как уж взговорил он своим храбрым воинам:

«Ох, вы гой еси храбрые солдатушки,

Храбрые солдатушки, Нижегородские купцы!

Помолимся мы на святыя на врата Спаския,

На пречистый образ Спасителя!»

Помолившись, дело начали.

Как разбили-проломили святыя врата,

Уж взошли-то храбрые солдатушки в белокаменный Кремль,

Как и начали солдатушки Поляков колоть, рубить,

Колоть, рубить, в большия кучи валить;

Самого-то Сузмунда в полон взяли,

В полон взяли, руки-ноги ему вязали,

руки-ноги вязали, буйну голову рубили.

Собралися все князья, бояре Московские,

Собралися думу думати.

Как и взговорють старшие бояре, воеводы Московские!

«Вы скажите, вы бояре, кому царем у нас быть?»

Как и взговорють бояре, воеводы Московские:

«Выбираем мы себе в цари

Из бояр боярина славнага –

Князя Дмитрия Пожарскаго сына».

Как взговорить к боярам Пожарский князь:

«Ох, вы гой еси бояре, воеводы Московские!

Не достоин я такой почести от вас,

Не могу принять я от вас царства Московскаго.

Уж скажу же вам, бояре, воеводы Московские:

Уж мы выберем себе в православные цари

Из славнаго, из богатаго дому Романова –

Михаила сына Федоровича».

И выбрали себе бояре в цари Михаила сына Федоровича.


^ Записано со слов старой жительницы села Слобода Боровского уезда Калужской губернии в 1868 г.8


Минин


Всем нижегородцам,

сложившим свои головы

во славу Отечества,

посвящается.


I


Как над градом, что над Волгою

На горе высокой царствует,

Черные тучи собираются…

Грозовые тучи черные,

Всем грозя бедой великою.


И не спится добру молодцу,

Сыну Мины Анкундинова,

Что спустился к Волге-реченьке

С Часовой горы по тропочке

Прямо к илистому бережку.


Песнь ему запала в душеньку

Про родимую сторонушку,

Что намедни пел у паперти

Православным старец с гуслями

Христа ради с юным отроком.


Песню мудрую старинную.

И в глазах незрячих странника

Слезы горькие томилися,

Навевая думы тяжкие

По России родной матушке.


II


Что молчишь ты, красный молодец?

Отчего ты пригорюнился?

Али сабля затупилася?

Али счастье отвернулося?

Отчего так приклонилася

Твоя буйная головушка

Потянуло ль в путь-дороженьку?

Аль не стал ты мил зазнобушке?


Выйдь на берег Волги-матушки,

Глянь ты с берега высокого

На родимую сторонушку

Взглядом острым, как у сокола.

На родимой на сторонушке

Травы сочные до пояса

Колосится рожь высокая,

Наливаясь спелым колосом.


Ой, Вы други, разудалые,

Добры молодцы, любимые...

Разболелось сердце верное

За сторонушку родимую.

Все князья теперь служилые

Разбежались в разны стороны,

А над родною сторонушкой

Закружили черны вороны.


Метят стрелами калеными

В то, что сердцу любо-дорого…

На родимой на сторонушке

Не терпеть нам злого ворога.

Гей, ты русская дружинушка!

Кто же выйдет в чисто полюшко,

Постоять за землю русскую,

За родимую сторонушку?..


III


Горе бродит по Руси…

Горе!.. «…Господи, спаси

От нашествия лихого

И от ворога лютого,

От чужого воронья

И от подлого ворья,

От напасти иноземной

И от нечисти неверной!


Русь святую сохрани

От властителей лихих,


Нечестивых и незваных,..

Особливо самозваных!


От измены огради

И терпеньем награди!..»

Ибо Бог оставил людям:

«Кто терпел – спасенным будет!»


IV


Бог терпел и нам велел,..

А на грешной сей земле

Трон Московский слаще меда

И уж тут не до народа,

И уж тут не до чего,..

Тут уж, просто, кто кого:

Или шапка Мономаха,

Аль веревка или плаха…


V


Смута,.. смута на Руси!..

Смута!.. Господи, спаси!!..


Царь Иван предстал пред Богом,

У него своя дорога:

От престола в аккурат

Прямиком с чертями в ад.


Он, опричных дел игумен,

Средь волхвов и средь колдуний,

Царь-упырь всея Руси

Не жалел ни сна ни сил,

Даже собственного сына

Чтоб опричная дубина

По Руси гуляла всласть,

Укрепляя трона власть.


Федор – сын его блаженный,

Перед Богом раб смиренный.

Без потомства на земле

Скромный свой оставил след,

Управляя с Божьим словом,

Опираясь на Иова.


Но не даром он все дни

Был у шурина в тени,

У Бориса Годунова…

Тот сказал позднее слово,

Трон московский укрепив,

Искупав его в крови.


Всемогущий повелитель,

Государств двух управитель,

Кто врагам своим назло

Земский собирал собор.


Но не смог умерить смуту

Зять кровавого Малюты

И смотрел как недород

Добивал простой народ.


Как людей со страшной силой

Смерть косой своей косила.

И как ворон на пиру

Громко каркал не к добру.

Словно зная как нелепо

Смерть Боголепа.


После Федор – сын его,

Не успевший ничего

Вместе с матерью-царицей

В неприветливой столице.


VI


Русь дотла разорена

И унижена она

Так, что некуда уж больше:

На престоле вор из Польши!..


Проходимец-лицедей,

Не известно чьих кровей,

Лжедмитрий – царь Московский

Подкаблучник подлый польский,

Кто для многих был родней

Крестной матери своей.


Император самозваный,

Царский трон обрев желанный,

Обманул себя и всех

Ради собственных утех.


И на радость православным

Свой конец нашел бесславный:

Был застрелен и сожжен,

Вместе с прахом вышел вон…


После царь Василий Шуйский,

Из князей исконно русских,

Словно он не царь, а тать

Русь продолжил разорять

На Московском троне царском

Под боярскую указку.

Заговорщик и колдун,

На язык его типун.


А народ, собравши силы,

Как всегда взялся за вилы,

Ведь недаром русский бунт

На царей бывает крут.


И особенно как оный

Царь Василий вероломный,

Обманувший свой народ.

И его при шел черед,

Чтоб без чести и без славы

Сгинуть пленником Варшавы.


Познавая жизни суть,

Свой земной закончить путь

Из князей до вертопраха,

От престола до монаха.


VII


Где царей хороших ждут

Самозванцы тут как тут…


Новый «сын царя Ивана» –

Вор из Тушино незваный


Возле царского венца,..

А раздорам нет конца…

Да к тому еще по-русски

Умер странно Скопин-Шуйский.


Семь предателей бояр

Сей продолжили пожар

Воровства и беззаконья

И опять поляк у трона…


Королевич Владислав

Царь от папского креста,

Кой предатели-бояре,

Сговорившись, целовали.


Хоть и избран, да не царь…

И не зван, да у крыльца

Не тесового простого,

А Московского престола!..


Смута, смута на Руси!..

Смута!.. Господи, спаси!!.


VIII


А вокруг… кому не лень

Грабят Русь и ночь, и день,..

День и ночь… И год за годом

Внять не могут воеводы,

Что предательство и лесть

Не спасут добро и честь.


А захватчикам-уродам

Нету дела до народа,

До того, кто Русь любя,

Ждет законного царя…


И с тугим ярмом на шее

Окромя креста имеет

И бояр, и воевод,

Да еще лихой народ…


И за барскую «подмогу»,

Целый день взывая к Богу,

Выбиваясь из сил,

Пропадет на Руси…


IX


А по градам и по весям

Бродит люд простой не весел,

И у всех один вопрос:

Сколь я буду гол и бос?!


Будет Русь доколе нищей?!

И доколь Марина Мнишек

Будет зариться на трон

Со «воренком» во двоем?!.


И доколь простому люду

На престоле чтить иуду,

Зло терпеть и видеть блуд

Иноземцев там и тут?!.


Слышишь стон Руси великой?..

Это алчная клика

Принесла ей столько бед…

И кого здесь только нет,


Самозванцы, шведы, ляхи,..

Как голодные собаки

Русь клыками жадно рвут…

Люди мрут и мрут, и мрут…


Даже некому в бурьяне

Крест поставить безымянный,

Под которым Божий раб

Мир покинуть был бы рад.


Кровь людская – не водица,

Не умыться, не напиться…

Трупы, трупы вдоль дорог!..

Позабыл, видать, нас Бог…


X


Русь святая, непорочная,

Позабыл, видать, нас Бог,..

Если власть твоя непрочная,

Если гости на порог,..

Если гости те незваные,

Позабыв про стыд и честь,

Басурманами Неждаными

Норовят на горб твой влезть.


Сесть покрепче на закорки

Во твоих же теремах,

Чтобы ржаной лишней корки

Не оставить в закромах…


Из-за распрей бесконечных

Русь распята на кресте…

И опять вопрос извечный:

Кто же правый во Христе?


Горе,.. горе!.. горе!!. горе!!!.

Горе!!!!. горе!!!!!. на Руси!..

Но чтоб царственный католик

Вольно правил на Руси!..


Не бывать такому долго

На святой Руси у нас:

Нижний Новгород на Волге

Сделать этого не даст!


XI


Горе бродит по Руси…

Горе!.. Господи, спаси!!.


Говорят, коль Бог не выдаст,

То свинья тогда не съест.

Если Бог ТАКОЕ видит,

То зачем тогда Он Есть?


Неужели Богу нужно,

Чтобы Русь страдала так,

Как не делано ей хуже

И зам многие лета…


И нельзя ей сделать хуже:

Не у храма на Нерли –

У Кремля в «поганой луже»

Русь купается в крови.


Со времен царя Ивана,

Нахлебавшись допьяна,

Русь в одной рубахе рваной

Горьку чашу пьет до дна.


Все от Бога… Все от Бога!..

Все от Бога на земле…

Быть кому врагом народа,

Если враг засел в Кремле?


Голод,.. холод,.. гибнут люди…

Мертвым сраму не иметь…

Что с Россией дальше будет?!

Дальше хуже: только смерть!..


XII


Сме-е-е-р-ть… Но грамоты нетленны

Патриарха Гермогена,

Что томится в подземелье

В монастырской темной келье,

Призывая люд честной

Звать захватчиков на бой.


Не об этом ли народ

Речи страстные ведет?..


На Покров и сход назначен,

Где базар сулит удачу.

В ожидании вестей

Сотни,.. тысячи людей…


Все слилось в едином море…

На Руси беда!!. и горе!!.

До торгов ли нам теперь,

Если враг стучится в дверь?


Сила есть… Наставь нас, Боже,

Как нам ворога побить?

И никто нам не поможет

Окромя же нас самих!


XIII


Бочка с квасом… То ли диво?

Тоже… чудо на Руси…

Благодатна и красива…

Выпил квасу – будешь сыт.


На Руси народ, известно,

Не набалован в еде.

Есть везде для кваса место,

Нету кваса – быть беде!


А уж если корка хлеба

Выпадает в горький час…

Где бы ты на свете ни был,

Сразу вспомнишь русский квас.


Квас простой,.. на черных корках…

А уж коли на меду!..

То тогда любой Егорка

Отведет рукой беду.


Но беда она такая,

В одиночку не придет

и со снегом не растает,

Коль Господь не отведет.


Так и бочка, что стояла

В земской праведной избе,

Словно тоже понимала:

«Русь великая – в беде!»


XIV


Эх ты, Устя Копосовка!..

Эх, Кунавино слободка,

Позади Оки-реки

Рыбаки-стерлядники,..

Кузнецы, да бронники,

Гончары, да плотники.

Бондари посадские –

Водохлебы хватские.


Колотырные ряды

Растопырили зады.

Не спроста ладонь горит,

Значит кто-то будет бит.


Эй ты, бочка из под кваса,

Нынче в чем твоя вина?

После яблочного Спаса

Опорожнена до дна.


На твоей дубовой крышке

Человек большой стоит…

!Эй, посадские, потише:

Минин будет говорить!»


XV


Кто он Минин?.. И откуда?..

Говорят из Балахны.

Из простого, видно, люда.

Сам Кузьма и Мины сын.


Из «работных» по истокам,

Как говаривали встарь.

Но гласит молва далеко:

«По уму – так просто царь!»


Муж, что «родом был не славен»,

Земским старостой поставлен

Всем народом над собой.

Сам кряжистый, с бородой.


Кудреват, а под кудрями

Взгляд орлиный над бровями.

Справедлив, плечами крут…

Уважает его люд.


Слово молвит, как отрубит.

Значит так тому и быть:

«Цыц, посадский! Тихо, люди:

Минин будет говорить!!»


XVI


«Горе бродит по Руси…

Горе!.. Господи, спаси!!.


Только мы не лыком шиты,

Даром что ли много биты,..

А за битого на круг

Завсегда полней дадут.


По униженной Отчизне

Нам не гоже править тризну.

Коли в дом забрался вор,

Нечто нам терпеть позор!


Хватит нам, простому люду,

В доме чествовать паскуду,

Коим Русь разорена!..

Нечто проклята она?..


И доколь терпеть все ЭТО

Без достойного ответа?!.

Слава Богу, силы есть

Отстоять Отчизны честь.


Призывает под знамена

Нас Казанская икона,

Что прислал нам Гермоген

Ради веры и побед.


Раз лиха беда настала,

Нам бояться не пристало!


Боевую, видно, рать

Надо сызнова сбирать,

И захватчиков постылых

Бить как следует по рылу,


Чтобы помнил каждый тать

Как добро чужое брать.


Чтоб ударит по врагу,

Надо «пятую деньгу»

В городах собрать по кругу.

Я тому порукой буду.


Если в дом пришла беда –

В шапку все свое отдам!

Перстни, бусы, украшенья…

Все годно для ополченья.


Живота не пожалеть –

Надо вора одолеть!

Во главе всего народа –

Князь Пожарский – воевода!


Он-то знает как враг

Взять покрепче за рога…


Коль возьмемся миром смело,

Бог поможет – выйдет дело!»


XVII


Зашумел народ честной:

«… Правда,.. Минин! Мы с тобой!»


«Больше нам терпеть нет силы!

Постоим за мать-Россию!!»


«…Чай, не даром славен Нижний,

Что сосед Москве он ближний!..»


«…И не даром крестный ход

Призывает весь народ

Встать под ратные знамена!..»


«…Нам Казанская икона,

Будет путь благословлять

До Московского кремля…»


«… Нечто дальше горе мыкать,

Коль беда пришла велика!..»


«… Коли ты нам бил челом –

Нам не жалко ничего!»


XVIII


Вот служилый шапку снял,

Своего коня отдал.

Вот боярин тороватый

Сундучок несет богатый,

В коем яхонты горят…


Все записывает дьяк,

Не спеша, пером гусиным

Приношения: …братины,

Кубки, серьги, жемчуга,

Злато-серебро,.. меха…


Вот купец в кафтане длинном