Реферат: К выпуску журнала «путь к себе»

Л. КАГАНОВ

МЕДИТАЦИЯ-ПУТЬ К СЕБЕ

МОСКВА 1990


С нового года издательство «КОКОН» приступает к выпуску журнала «ПУТЬ К СЕБЕ».

«ПУТЬ К СЕБЕ» — это подробная информация по широкому кругу вопро­сов здорового образа жизни и духовного самосовершенствования.

«ПУТЬ К СЕБЕ» — это сведения о йоге и системе здоровья Порфирия Ива­нова, о ребефинге и знахарстве, о биоэнергетике и натуропатии, о философ­ских взглядах Н. Рериха и Н. Бердяева и многое, многое другое.

«ПУТЬ К СЕБЕ» — это информация о семинарах и лекциях во всех горо­дах страны.

«ПУТЬ К СЕБЕ» — это адреса обществ и клубов, кружков и ассоциаций, пропагандирующих здоровый образ жизни.

«ПУТЬ К СЕБЕ» — это редкая возможность получить постоянно пополняю­щийся справочник по здоровому образу жизни.

Наш журнал будет знакомить читателей со всем интересным, что публику­ется в советской и зарубежной прессе. Через журнал можно подписаться на дайджест советской прессы «Здоровый образ жизни и духовное самосовершен­ствование».

Наш журнал будет сообщать постоянным читателям обо всех книгах изда­тельства «КОКОН» и позволит заказать любую из них.

Подписчики журнала будут иметь возможность воспользоваться услугами библиотеки издательства, где собраны редчайшие книги по нашей тематике. Через журнал можно как купить копии этих книг, так и воспользоваться або­нементным обслуживанием по почте.

Журнал «ПУТЬ К СЕБЕ» это нетрадиционная для советской периодики форма издания. Он сделан по типу широко распространенных во всем мире «писем новостей» (News Letters) и представляет собой скорее информацион­ный бюллетень, чем журнал в традиционном его понимании. Периодичность — один раз в две недели. Журнал распространяется только по подписке.

Чтобы подписаться на журнал с января 1991 года необходимо перевести 24 руб. за один квартал, 48 рублей за полгода или 96 рублей за годовую подписку. Деньги следует отправлять почтовым переводом по адресу: 121059, Москва. 59 отделение связи, а/я № 51. На почтовом переводе следует указать: «Журнал «Путь к себе» и календарный срок подписки.

©Издательство «КОКОН», 1990 г. При участии информационного агентства «Семья и младенец»

ВВЕДЕНИЕ

Мое знакомство с медитационными состояниями сознания со­стоялось примерно за два десятка лет до того, как я впервые услыхал слово «медитация». Но расскажу по порядку.

В юные годы самым большим моим увлечением был спорт, а точнее бег на длинные дистанции. Были тому свои причины. В си­лу разных обстоятельств моей биографии я с детства испытывал различные «комплексы», мучился неверием в собственные силы. Успехи, к которым я шел через преодоление колосальных трудно­стей на беговой дорожке, делали меня в собственных глазах луч­ше, мужественней.

Тренировался я обычно в одиночестве, бегая по тропинкам и просекам Сокольнического парка. Время от времени устраивал себе «прикидки» на стадионе: зажав в руке секундомер старался пробежать 5 или 10 км за рекордное для себя время. Боясь сбить­ся со счета кругов не переставая твердил про себя в такт дыха­нию: «первый круг бегу», «первый бегу», «первый бегу». Круг за­вершался и я начинал снова: «второй круг бегу», «второй бегу», «второй бегу». И так все двенадцать с половиной кругов, если бежал на 5 км, или двадцать пять, если на десять.

И вот эти-то «прикидки» неожиданно открыли для меня дверь в мир особых душевных состояний. Даже если установить личный рекорд не удавалось, после бега меня охватывало трудновырази­мое чувство. Исчезали физическая, а за ней и душевная скован­ность, напряженность, и на финише чувствовал я себя новым, вольным, уверенным в себе человеком, способным справиться со всеми жизненными трудностями, свободным от беспокойства, густы.

Новое сознание позволяло иначе взглянуть на свою жизнен­ною ситуацию, оценить ее по новому, не теми мерками, которые были приняты в прошлом, до бега, давало большую свободу вы­бора и принятия решений, а это, в свою очередь, открывало путь к гармонии в отношениях с собой и другими. Появилась особая смелость, позволяющая полнее использовать свои возможности, жизнь ощущалась как интенсивное развитие. В себе, а не в чем-то внешнем, случайном приобретал я способность находить опо­ру, в самом себе черпать силу, на себя самого надеяться.

Нет, то, что я испытывал на финише, не было быстро прохо­дящей эйфорией, опьянением. Чувство реальности не только не

3

терялось, но даже обострялось, как и другие чувства. Краски цве­тов становились ярче, их аромат — сильнее, формы — прекраснее. Отношение к людям приобретало особую теплоту и искренность. Чувство усталости быстро проходило и сменялось неодолимым же­ланием действовать, трудиться. И не смолкала в душе мелодия счастья.

Обычный тренировочный бег, особенно на лоне природы — в лесу, парке тоже дарил хорошее самочувствие и настроение, но я отчетливо осознавал, что состояние, наступающее во время <прикидок» было качественно другим, и с тех пор постоянно использовал «прикидки» не только для контроля за своей спор­тивной формой, но и для обретения желанного состояния души.

Много позже, будучи за рубежом, я оказался однажды в уют­ном особнячке, именуемом Центром медитации. Здесь смуглоли­цый инструктор принялся обучать меня искусству вхождения в из­мененное состояние сознания, которое одни называют «сатори», другие «самадхи», а третьи «кеншо». Следуя его указаниям я изолируюсь от посторонних мыслей, раз за разом повторяют про себя особое слово — ментру и с удивлением наблюдал возвраще­ние ощущений, испытанных впервые на стадионе ЦСКА в Соколь­никах. Тогда я узнал, что мои «прикидки», требовавшие полной концентрации разума и воли на поставленной цели и подсчета кругов, были в добавок ко всему прочему и своеобразной формой медитации, и что обретение измененного состояния сознания до­ступно практически каждому, а не только тем, кто способен во всю прыть бежать 10 километров.

Тем, что я узнал о медитации и чему научился, я стал делить­ся с другими. Делать это приходилось чуть ли не конспиратив­но, ибо до недавнего времени отношение к медитации со стороны облеченных властью было, мягко говоря, неодобрительным. В уго­ду им один из ученых, вынужденно признавая лечебную и профи­лактическую эффективность методов медитации, писал тем не ме­нее еще три года назад, что «они неприемлемы», ибо, якобы, «ле­жащий в основе таких методов уход в себя... ведет к выключению человека из жизни общества, десоциализации личности, а, следо­вательно, чужд социалистическому образу жизни».

Считалось, что любая медитация непременно связана с тем или иным мистическим учением или религией как способ единения с Богом, слияния с Вселенной, постижения истины путем озарения. Но сегодня уже хорошо известно, что занятия медитацией для преодоления внутренних разладов и расширения знаний о себе возможны вне воякой связи с какими-либо религиозными или философскими убеждениями. Тысячелетиями представители поч­ти всех человеческих культур использовали ту или иную форму

медитации для обретения душевного покоя и гармонии. Благо-

творный эффект медитации обуславливается не ориентированно­стью на религию, а свойствами нервной системы человека.

4

Опыт свидетельствует о медитации как об эффективной ауто-психотехнике, то есть способе воздействия человека на свою пси­хику и управления ею в целях

предотвращения душевных надломов,

преобретения уверенности в себе,

повышения работоспособности,

развития и совершенствования личности.

Во многих странах мира, как на Западе, так и на Востоке, медитация успешно применяется для профилактики и лечения гипертонии и других сердечно-сосудистых заболеваний. Она по­могает избавиться от навязчивых состояний, тревожности, де­прессии и повышенной агрессивности. Улучшает концентрацию внимания, повышает работоспособность. Медитация может быть использована также при поиске путей решения сложных жизнен­ных проблем. Под ее влиянием возрастает способность человека использовать творческий потенциал и сделать свою жизнь более целеустремленной.

5

Часть 1

^ МЕДИТАЦИЯ С ПТИЧЬЕГО ПОЛЕТА

Стратегия медитации

Состояние, достигаемое в результате медитации, иногда назы­вают «четвертым состоянием», подчеркивая тем самым, что это и не бодрствование, и не быстрый (со сновидениями) или медлен­ный (спокойный) сон.

Медитационные упражнения многочисленны и разнообразны. Большинство из них требует от занимающихся пребывания в не­подвижной лозе, но есть и такие, которые в большей или меньшей степени включают движения. В одном случае занимающийся при­стально рассматривает какой-нибудь предмет, в другом же закры­вает глаза и раз за разом повторяет определенные звуки, в треть­ем бывает полностью поглощен наблюдением за собственным ды­ханием, в четвертом прислушивается к шуму ветра в ветвях де­ревьев, в пятам пытается найти ответ на головоломный вопрос и т. д.

Что же общего между этими столь различными приемами? Что дает основание каждый из них считать медитацией?

Прежде чем ответить на поставленный вопрос следует попы­таться дать определение медитации: это метод саморегулирова­ния, основывающийся на управлении вниманием для изменения психических процессов с конечной целью улучшения самочувствия и здоровья, расширения возможностей по управлению сознанием, развития личности.

Приняв, что в основе медитации лежит управление вниманием, мы сможем понять, почему этим термином — медитация — охва­тывается такой широкий круг не похожих, казалось бы, друг на друга упражнений.

В основе многих упражнений в йоге и дзэне лежит концентра­ция внимания на каком-нибудь одном объекте или процессе. Это может быть наблюдение за "собственным дыханием, рассматрива­ние различных предметов, изображений, рисунков («янтры» в йоге), движения, многократное повторение вслух или про себя слов или звукосочетаний («мантры»). 6

Во всех этих случаях внимание на Протяжении сеанса медита­ции бывает направлено на единственный, неменяющийся источник стимуляции (предмет, звук, процесс).

Во всех этих случаях внимание на протяжении сеанса медита­ции бывает направлено на единственный, неменяющийся источник стимуляции (предмет, звук, процесс).

Таков первый тип медитационных упражнений, предусматри­вающий прекращение на определенный период времени обработки всей поступающей в сознание информации за исключением зара­нее выбранной, на которой и концентрируется все внимание. Вот почему такую стратегию медитации называют «концентрирован­ной» или же сосредоточением.

Ей диаметрально противоположна, на первый взгляд, другая стратегия, используемая, в одной из школ дзэна («сото») и назы­вается «шикан-таза», что в переводе с японского означает «про­сто сидеть». Здесь занимающийся старается охватить своим вни­манием, воспринять все без исключения испытываемые ощущения. Вторую стратегию медитации называют «рецептивно» от слова «рецепция» — восприятие. При использовании второй стратегии сознание медитирующего лишено поддержки в виде подсчета ды­хания, изображения и т. п., а потому легко отвлечься, начать блуждать, возвращаться к прошлому, забегать в будущее. Поэто­му здесь задача, стоящая перед вниманием, особенно сложна. Оно должно быть устойчивым, неподвижным, словно скала, но в то же время чутким, гибким, готовым условить любую деталь происхо­дящего, каждый нюанс. Так что «шикан-таза» представляет со­бой, в сущности, высшую форму сосредоточения, исключающую как напряженность, так и, разумеется, всякую несобранность, вя­лость. Обращение ко второй стратегии медитации рекомендуется после того, как занимающийся овладеет методами первой группы, например концентрацией внимания на дыхании.

Именно такого рода сосредоточение как в «шикан-таза» необ­ходимо, в частности, в разного рода боевых искусствах. Не слу­чайно основу одной из древнейших на Дальнем Востоке систем рукопашного боя, известной под названием «Шаолинь-су-цзюань-фа» или «Шаолиньского бокса», составила система упражнений «Ши Па Ло Хан Шо» или «система восемнадцати рук», создан­ная индийским монахом Бодхидрамой, прибывшим в конце V или начале VI века в Китай, чтобы учить медитации.

И сегодня медитация является неотъемлемой частью подго­товки в каратэ, айкидо и других единоборствах, как в далекие времена она применялась самураями, занимавшимися фехтовани­ем на мечах. В боевом единоборстве, лицом к лицу с противни­ком, вы постоянно должны быть бдительным, решительным, гото­вым к действию. Достаточно ослабить внимание хотя бы на мгно­вение, как вы сразу же окажетесь пораженным.

7

В большинстве школ медитации используются обе стратегии («концентративная» и «рецептивная»), а также их сочетание, ког­да внимание медитирующего переключается с определенных объ­ектов или процессов (предмет, дыхание и т. д.) на чуткое, ничем не ограниченное восприятие всего происходящего, затем вновь воз­вращается к объекту и т. д.

^ Медитация в повседневной жизни

Кроме специальных медитационных упражнений, относящихся к двум названным выше группам, важной и полезной формой ме­дитации является также медитация в повседневной жизни.

На вопрос «Сколько времени вы затрачиваете на медитацию?» некоторые мастера отвечают: «Тридцать минут утром на упражне­ния и десять-двенадцать часов в остальное время дня. Медитация в повседневной жизни заключается во внимательном отношении ко всему, чем вы занимаетесь, будь то работа, свободное время, общение. Вы должны полностью осознать, что вы делаете в каж­дый данный момент. Говоря другими словами, вы должны жить в настоящем времени. Это не значит, что вам следует совершен­но пренебречь прошлым или будущим. О них следует думать в их связи с теперешним моментом, с теперешней действительностью, когда такая связь существует. Но часто люди, занимаясь чем-ли­бо, в своих мыслях бывают где-то далеко от «здесь» и «теперь», думают о разных своих проблемах и заботах, размышляют о бу­дущем. Они, таким образом, живут не в настоящем времени, а, следовательно, не могут жить полной жизнью, получать от нее удовлетворение, хорошо выполнять работу, которую делают. По­нятно, что они не могут целиком сосредоточиться на том, чем за­нимаются. Результатом бывает не деятельность, а видимость дея­тельности.

В дзэне считается, что нет такого занятия, какое человек не мог бы использовать для воздействия на свое сознание. Просто следует относиться с полным вниманием к тому, что делаешь. В одной из старинных книг говорится: «Подметальщик улиц дол­жен считать свою работу по уборке отправным пунктом медита­ции. Каждая деятельность одинаково хороша в качества основы для медитации».

В ходе занятий медитацией вы научитесь определенное время концентрировать свое внимание на одном предмете или процессе, избегая при этом критического или оценочного отношения. Это важно для улучшения самоорганизации, повышения собранности. Возрастает ваша способность ставить перед собой цели и доби­ваться их. По мере того, как навык концентрации внимания на чем-то одном будет распространяться на другие области вашей жизни, вы обнаружите, что становитесь способны распознавать те привычные схемы восприятия, мысли и чувства, которые прежде оказывали громадное влияние на вашу жизнь, оставаясь в то же 8

время вне пределов досягаемости вашего сознания. Медитация сможет также помочь в решении различных проблем. Состояние расслабления, наступающее в ходе медитации, будет способство­вать регуляции различных физиологических процессов в организ­ме и достижению душевного равновесия. Вместе с тем вы полнее сможете ощутить свою связь с природой, с другими людьми. Каж­дому из нас знакомы особые светлые состояния души, вызванные сосновым ли бором в закатных лучах солнца, улыбкой ли ребенка, делающего первые шаги, или пришедшей вдруг любовью. Подоб­ные состояния возникают и при медитации. Они помогают осо­знать нам связь малого с великим, мимолетного с вечным, себя самого с чем-то неизмеримо большим. Нужно лишь научиться си­стематически и эффективно использовать простой и естественный процесс, доступный каждому.

Особые темы — медитация на музыке, лесе, поле, луге, цветке. Они не укладываются в рамки книги, но я все же приведу слова М. М. Пришвина: «Я один. Я слышу, как бьется мой пульс. Я ви­жу, как я тихо качаюсь от его ударов. Я слышу дыхание лилового колокольчика. Я его люблю. Он связан со мной. И через любовь мою к цветку я связан со всем великим миром».

Религиозные люди молятся перед едой, благодарят Бога за пищу. Но и атеисту прежде чем начать жевать и глотать неплохо было бы минуту-другую поразмышлять

о солнце, дожде и земле, которые в его пище,

о людях, которые растили и готовили ее,

о том, как и чем он заработал и заслужил эту пищу,

о том, что с этой пищей войдет в него жизнь,

о том, что эта пища дает ему силы идти по выбранному
пути.

Забрав вечером ребенка из детского сада, усталая и голодная вы спешите домой. Вас раздражает медлительность ребенка. «Быстрее, быстрее»,— тянете вы его за руку. Надо еще успеть сделать столько дел. И в спешке вы не замечаете настоящего чу­да: маленькой теплой ручонки в своей руке. Подумайте о том, что вас связывает. Жизнь проходит быстро, наше бессмертие только в наших детях. Подумайте об этом и вы ощутите вдруг в своей руке Вечность.

Опыт, полученный в медитации, помогает лучше понимать дру­гих людей. Общаясь с человеком, мы часто видим не его, а ту или иную категорию людей, которую он. по нашему мнению, пред­ставляет: «толстяк», «баба>, «бюрократ», «нерусский». Бесстраст­ная позиция наблюдателя, непринужденный подход, какому учит медитация, необходим, чтобы освободиться от клише и увидеть человека таким, какой он есть: уникальным, неповторимым. От­кажитесь от попыток анализировать его, искать какие-то скрытые мотивы. Разглядите в нем просто человека. В разговоре, а это лучший способ познания, внутренняя позиция собеседников пусть будет такой же, что и в медитации: ненапряженность, отказ от

9

категорических оценок. Ты интересен мне. Я буду откровенья с тобой, но навязывать своего мнения не стану. Молчание — элемент медитации. И в нашем разговоре главное, может быть, не слова, а молчание, умение слушать. Как часто в диалоге мы внимаем только самому себе! Упиваемся своим остроумием и красноречи­ем. Важно услышать не только то, что собеседник старается об­лечь в слова, но и то, что остается несказанным. Порой это и есть главное.

Механизмы медитации

Как же «работает» медитация, вызывающая порой такие рази­тельные перемены в человеке, как в его организме, так и лично­сти? Какова их причина? В настоящее время во всех изучающих сложные системы науках, от квантовой физики до нейрофизиоло­гии, отвергаются как анахронизм попытки объяснить то или иное явление одной единственной причиной. В различных странах ми­ра, в первую очередь в США, Японии, ФРГ, ЧССР, были прове­дены научные исследования медитации. При этом использовалось самое совершенное оборудование для выявления происходящих в организме электрофизнологических, метаболических и биохимиче­ских изменений. На основании полученных экспериментальных ре­зультатов, изучения отчетов медитирующих, опроса их родных и близких, а также психологического тестирования многие исследо­ватели приходят к выводу, что занятия в группах медитации ве­ли к изменениям, не отмечавшимся в контрольных группах. Эти изменения свидетельствовали об улучшении психического здо­ровья, благоприятных сдвигах в личностных характеристиках, по­вышении способности к самореализации.

Медитация, как можно считать, вызывает изменения на всех уровнях функционирования человека, от психологического до мо­лекулярного, причем реакции, наступающие на одном уровне, мо­гут выполнять роль пусковых механизмов для других уровней.

Одним из наиболее интересных механизмов, выделяемых мно­гими исследователями, является изменение доминантности полу­шарий в процессе медитации. Он заслуживает того, чтобы уделить ему побольше внимания.

Полярность нашей психики

Древние восточные учения, а позже проницательные писатели, философы и психологи отмечали полярный характер целого ряда качеств человеческой психики. Они видели различие между интуи­цией и рассуждением, воображением и анализом, артистичностью и критицизмом, подсознанием и сознанием, вдохновением и тру­дом.

Академик И. П. Павлов пришел к делению людей на художе­ственный и мыслительный типы: «Жизнь отчетливо указывает на две категории людей: художников и мыслителей. Между ними рез-

10

кая разница. Одни — художники во всех родах: писатели, музы­канты, живописцы и т. д.— захватывают действительность цели­ком, сплошь, сполна, живую действительность без всякого дроб­ления, без всякого разъединения. Другие — мыслители — именно дробят ее и тем самым как бы умерщвляют ее, делая из нее ка­кой-то временный скелет и затем только постепенно как бы снова собирают ее части и стараются их таким образом оживить, что вполне им все-таки так и не удается» *.

Исследования головного мозга, осуществленные за последние два десятилетия, приближают нас к научному пониманию явле­ний, на которые обратили внимание и древние учителя Востока, и великий физиолог. Оказалось, что полушария головного мозга специализированы: каждое из них обладает определенными функ­циями. В ведении левого полушария находятся такие виды дея­тельности, как речь, чтение, письмо, счет, решение задач, требую­щих применения логики. Левое полушарие ведает рациональным, аналитическим мышлением. Правое же полушарие имеет прямое отношение к образному, синтетическому, «целостному» восприя­тию действительности, без ее дробления.

Полушария мозга соединяются мозолистым телом — пластом нервных волокон. Оно делает возможной коммуникацию между полушариями со скоростью, измеряемой тысячами импульсов в минуту.

При доминантности левого полушария у человека наблюдается стремление к надежному, известному, проверенному, желание из­бежать нового, некоторая замкнутость, скованность в поведенче­ских реакциях, некоторая жесткость и упрямство, гибкое «я».

При доминантности правого полушария человеку в большей степени присуще стремление к новому, неизвестному, открытость и непринужденность в поведении, гибкость и уступчивость в кон­тактах, меняющееся, гибкое «я».

Я вспоминаю далекие школьные годы, урок, на котором пре­подавательница вызвала Тимошу — мечтательного, всегда погру­женного в себя мальчика по прозвищу Иллюзия, и попросила дать определение бесконечности. Тимоша долго мялся, перемина­ясь с ноги на ногу, и наконец сказал: «Ну, это как коробка с мар­меладом». Класс содрогнулся от взрыва хохота. Тимоша попытал­ся что-то объяснить, но дикий рев заглушил его слова. Смеялась и учительница. Когда мы немного успокоились, она задала все тот же вопрос отличнику Кокушу. Тот без запинки повторил на­писанное в учебнике: «Бесконечность есть ничем не ограниченное пространство, время или качество». Учительница одобрительно кивнула. На перемене мы, конечно, принялись донимать Тимошу насмешками. «Как же вы не понимаете? — отбивался он,— Ведь на коробке изображен человек, который держит в руках такую же

* Павлов И. П. Полное собрание сочинений, т. III, кн. 2, М.-Л. 1951 г., с. 213.

11

коробку, а на той коробке тоже человек с коробкой. И на той коробке тоже...». Мы смеялись: «Эх ты, Иллюзия». А вот сейчас я понимаю: прав был Тимоша. Он, «правополушарный», сумел представить бесконечность по своему, отличник же всего лишь вызубрил определение.

Особенности «правостороннего» восприятия действительности иллюстрирует и известный рассказ Карела Чапека. Единственным свидетелем ночного дорожного происшествия (мчащаяся машина сбила прохожую) оказался поэт, тут же запечатлевший увиден­ное в стихах: «В далекий Сингапур вы уносились в гоночной ма­шине. Повержен в пыль надломленный тюльпан. Умолкла страсть. Безмолвие. Забвенье. О шея лебедя! О грудь! О барабан и эти палочки — трагедии знаменье!»

В момент происшествия поэт был «под мухой» и ничего более существенного, что могло бы помочь следствию, вспомнить не мог. Инспектор Мейзлик раскрыл преступление только благодаря тому, что сумел перевести язык правого полушария поэта, видя­щего и думающего образами, на общепонятный язык: автомобиль преступников был коричневого цвета (в «далеком Сингапуре» живут смуглые малайцы), а шея лебедя, грудь и барабан означа­ли (по сходству начертаний) 235 — номер машины.

А вот противоположный пример, пример только «левосторон­него» мышления. Психологи исследовали способности человека с поврежденным правым полушарием головного мозга. Оказалось, что речь его, в общем нормальная, имела две особенности: он мог отвечать лишь на вопросы, предполагавшие буквальное пони­мание, и говорил лишенным выражения «компьютерным» голосом. Когда его попросили объяснить значение пословицы «У семи ня­нек дитя без глаза», он мог сказать лишь: «Это значит, что если нянек, присматривающих за ребенком, много, то ребенок может остаться без глаза». Любой человек с нормальным интеллектом и правильно функционирующим правым полушарием слегка заду­мается и объяснит, что пословица может иметь отношение к вос­питанию ребенка, дрессировке собаки, проектированию здания, созданию произведения искусства и т. д.

В жизни функции двух полушарий дополняют друг друга. Правое имеет преимущество в сфере неизвестного, нового, пара­доксального, неопределенного, нешаблонного. Левое упорядочива­ет и систематизирует опыт, позволяет избежать хаоса и неразбе­рихи.

У детей преобладает целостное, с участием обоих полушарий восприятие, но к 9—12 годам в ходе полового созревания мозо­листое тело начинает в определенных ситуациях изолировать по­лушария друг от друга. Большинство школьных предметов требу­ет логического мышления, левое полушарие становится домини­рующим. Правое же полушарие обычно не получает достаточных стимулов для развития, и дети — природные бегуны, поэты, ху­дожники— с возрастом утрачивают свой дар. Исключение состав-

12

ляют лишь те, кто от природы исключительно способен или под-

держивает талант упражнениями. Да, увеличиваются наши интел­лектуальные способности, но сталкиваясь в окружении и в самом себе с тем, что трудно понять умом и нельзя объяснить логикой, мы игнорируем неясное, не используем наше подсознание, отка­зываясь тем самым от важных источников информации. В ре­зультате часто принимаем далеко не лучшие, вынужденные реше­ния, функционируем хуже и как личности, и как организмы.

Уникальная особенность медитации заключается в том, что при ней уравновешивается деятельность полушарий. Ученые, изу­чавшие биоэлектрические явления в коре головного мозга испы­туемых, обнаружили, что в ходе медитацнонных упражнений йоги наступало выравнивание активности полушарий за счет сниже­ния активности левого полушария. Этим и объясняют исследова­тели, в частности проф. Д. Эберт из ГДР, изменения в состоянии медитирующих. Надо думать, что дальнейшие исследования про­льют свет на малоизученный пока феномен, на механизмы вза­имодействия сознания и подсознания, делающие медитацию столь эффективным методом саморегуляции.

Три стадии процесса медитации

Как же происходит в ходе медитации уравновешивание актив­ности полушарий? Процесс медитации включает три стадии:

расслабление,

сосредоточение,

собственно медитационное состояние, глубина которого мо­
жет быть различной и зависит, в частности, от опыта занимающе­
гося и продолжительности сеанса.

Рассмотрим названные стадии по порядку.

Расслабление. Устранение чрезмерного нервно-мышечного на­пряжения (релаксация) является непременным условием начала медитации. Но развиваясь и переходя в сосредоточение, процесс медитации способствует дальнейшему расслаблению, здесь дейст­вует механизм положительной обратной связи.

Чтобы облегчить расслабление и сосредоточение, медитировать следует в спокойном месте, обеспечивающем изоляцию от шума, яркого света и прочих внешних раздражителей. Это требование обязательно для начинающих, но когда человек овладеет искусст­вом медитации оно становится менее категоричным. Лучше всего медитировать сидя на полу в позе, исключающей излишнее мы­шечное напряжение, но не лежа, поскольку это положение спо­собствует засыпанию. Наиболее распространены поза сидя со скре­щенными ногами (руки на коленях) и поза сидя на пятках, когда колени сведены, носки держатся вместе, пятки слегка разведены, а ладони лежат на бедрах. В любом случае голова, шея и туло­вище должны находиться на прямой линии. Йоги медитируют в позе «лотоса». Можно заниматься медитацией и сидя в кресле или на стуле, но и здесь туловище следует держать прямо.

13

Сосредоточение. Оказавшись в спокойном месте и приняв удоб­ное, расслабленное положение, мы сократили число нервных импульсов, идущих к центральной нервной системе от внешнего мира и мышечного аппарата нашего организма. Однако в таких условиях левое полушарие головного мозга продолжает активно функционировать и в начале каждого сеанса медитации в голову сами собой приходят различные мысли. Для успеха медитации следует, однако, эту активность прекратить или свести к мини­муму.

Чтобы отключиться от мыслей необходимо создать нейтраль­ный фокус внимания. Таким фокусом может стать дыхание меди­тирующего, вновь и вновь повторяемые им слова или сочетания звуков, геометрические фигуры, рисунки.

Концентрация на выбранном объекте — дело для начинающе­го не простое: внимание неизбежно будет рассредотачиваться, появятся блуждающие мысли. Не следует бороться с ними, гнать их прочь. Важный принцип медитации — пассивность отношения, «пусть это произойдет само собой». Пусть мысли приходят и ухо­дят, не старайтесь активно отделаться от них. Мягко вернитесь к объекту внимания, не заботясь о том, сколько раз приходится направлять сознание к выбранному объекту фиксации.

Как мы уже говорили, существуют и другие способы медита­ции, например концентрация внимания на движении. Медитирую­щий может, например, последовательно касаться большими паль­цами рук всех остальных пальцев, полностью концентрируясь на этой процедуре.

В Ридзай-дзэне основным методом медитации является реше­ние иррациональной загадки, размышление над алогичным во­просом (коан). Пример коана: «Мы знаем звук хлопка двумя ладонями, но как звучит хлопок одной?». В тщетных попытках найти ответ левое полушарие терпит неудачу и, образно говоря, капитулирует. Происходит то же, что и при полной концентрации внимания: доминантность левого полушария снижается.

Собственно медитационное состояние. Правое полушарие го­ловного мозга, прежде подавлявшееся своим соседом, создает те­перь свою, целостную, яркую картину бытия. Психологи указы­вают, что человек обычно отсекает часть доступной ему инфор­мации, воспринимает ее выборочно, на происходящее отвечает за­ученными реакциями. Это не позволяет индивиду полностью осо­знавать свое существование, мешает его развитию. В такой пер­спективе медитация предстает попыткой на какой-то период вы­ключить концептуальную систему, временно прекратить процессы обработки входящей информации.

В дзэне медитирующим ставится задача: полностью сохраняя сознание остановить всю умозрительную деятельность.

Говоря другими словами, процесс медитации можно в опреде­ленной степени сравнить с отпуском. Возвращаясь к внешнему ммру после кратковременной «отлучки», мы находим его «новым», 14

«другим». Наше сознание избавляется от автоматизма, поднима­ется на более высокий уровень.

Во время медитации занимающиеся порой испытывают силь­ные переживания, которые высвечивают их жизнь, заставляют взглянуть на нее по новому, позволяют увидеть ее смысл, поста­вить перед собой новые цели и установить новые отношения не только с самим собой, но также с другими людьми, со своим окружением.

В традиции йоги считается, что цель медитации — достижение «самадхи», особого состояния интеграции всех элементов лично­сти, в котором в человеке пробуждается вдруг способность видеть и принимать явления, обычно недоступные сознанию. В этой свя­зи описываются многочисленные случаи, которые могут быть от­несены к разряду парапсихологических.

В дзэне о медитации говорят как о пути к «сатори», пробуж­дению. Почему к пробуждению? Дело в том, что в восточных уче­ниях обычное состояние человека характеризуется как «глубокий сон» или «слепота», как ориентированность на второстепенные,не­существенные аспекты мира и жизни.

Вышеприведенные утверждения йоги и дзэна звучат для нас странно, но метафоры эзотерических учений могут быть переведе­ны на язык современной психологии как описывающие ограничен­ность, специфическую направленность нашего сознания, нашу при­верженность стереотипам мышления, пребывание в плену опреде­ленных категориальных систем. В результате медитации приходит понимание того, что наши представления часто бывают условны и если и не искажают действительность, то соответствуют лишь очень приблизительно. Устраняется автоматизм сознания. Вос­приятие окружающего мира становится более глубоким и ясным. Освободившись от цензуры логики мы освобождаем путь интуи­ции и иногда вдруг мгновенно получаем ответ на самые трудные вопросы. Мы пробиваемся к сокровенной глубине своего сущест­вования, открываем свое подлинное «я». Сознание проясняется, а ведь это и есть пробуждение.

^ Медитация и психологическое благополучие

Иногда во время медитации возникают необыкновенно яркие зрительные образы, исключительно приятные переживания. Их описания занимающимися порождают опасения: не действует ли эта психотехника как некий одурманивающий препарат, вызываю­щий галлюцинации? Ничего общего здесь нет! Итогом применения наркотических средств неизбежно бывает потеря воли и, в конеч­ном итоге, разрушение личности. Медитация же, расширяя созна­ние, укрепляет внутренний стержень человека. Он открывает в се­бе резервы силы, о которых раньше и не подозревал. Известны случаи, когда занятия медитацией избавляли от страшной болезни наркоманов, признанных наркологами неизлечимыми и утратив*

15

ших было всякую надежду. Успешно применяется медитация в борьбе с алкоголизмом и курением.

Следует сказать, что состояния подобные «пробуждению» на­ступают обычно у опытных медитирующих с продолжительным стажем занятий. Не каждый сеанс медитации приводит к потря­сающим открытиям, но почти каждый, будучи проведен правиль­но, дает отдых нервной системе, повышает работоспособность. Противоречивые, желания, капризное настроение больше уже не терзают вашу душу, в ней мир и покой. И готовность к творче­скому решению задач, которые перед каждым из нас ставит жизнь.

Основываясь на изучении кожно-гальванических реакций испы­туемых американский исследователь Д. Орме-Дженсон приходит к выводу, что в процессе медитации возрастает устойчивость ве­гетативной нервной системы. Этот благоприятный эффект сохра­няется и после того, как завершив сеанс медитации человек пере­ходит к обычной деятельности. Здесь одно из объяснений того, почему занятия медитацией помогают переносить стрессовые си­туации, избегать психосоматических заболеваний, конфликтов в межличностных отношениях. Укрепление нервной системы ведет к более ясному восприятию, пониманию, активации мышления, повышению результативности в любом занятии.

Особое место занимает медитация среди средств борьбы со стрессом. Стрессовые ситуации, которыми изобилует жизнь, вы­зывают в организме сложную цепь реакций, заканчивающихся выделением адреналина, получившего название «гормон стресса»; Интересно, что какими бы ни были стрессоры — поломка автобу­са, из-за которой мы опаздываем на работу, неп