Реферат: К изучению мировоззрения населения тиры в античный период

Батизат Г.В., Росохацкий А.А.


К ИЗУЧЕНИЮ МИРОВОЗЗРЕНИЯ НАСЕЛЕНИЯ ТИРЫ В АНТИЧНЫЙ ПЕРИОД


Духовная жизнь населения античной Тиры до настоящего времени остается малоизвестной. Отсутствие письменных свидетельств и ограниченный археологический материал не позволяют в полном объеме осветить идеологические представления жителей этого крупного центра Северо-Западного Причерноморья. Все имеющиеся сведения основываются на сравнительно небольшом числе эпиграфических памятников, граффити, скульптуре, монетах, мелкой пластике. В сложившихся обстоятельствах считаем весьма полезным введение в научный оборот ряда наиболее ярких материалов, касающихся религиозной жизни населения этого города, полученных в результате работы Белгород-Тирской экспедиции Института археологии Национальной Академии наук Украины в 1996–1998 гг., а также художественных артефактов из частных коллекций.

Среди этих материалов особый интерес представляет фрагмент мраморного рельефа с изображением головы бородатого мужчины с пышной шевелюрой и кудрявой бородой, являющийся случайной находкой (в настоящее время хранится в частной коллекции). Резчиком хорошо проработаны высокий плоский лоб, большие уплощенные миндалевидные глаза, длинный вытянутый нос и пухлые щеки, пышная нижняя губа и извилистый ус, покрывающий ее верх. По его вискам спускаются закрученные локоны. На голове волосы скреплены повязкой-танией. В целом лицо мужчины сохраняет спокойствие и, в определенной мере, холодную строгость. Изображение выполнено в высоком рельефе, все детали лица проработаны и отшлифованы. Размеры: 14,8×10,8×2,2 см. По технике исполнения рельеф следует датировать позднеэллинистическим временем (Рис. 1).





Рис. 1. Тира. Мраморный рельеф с изображением Зевса-Сераписа


Судя по стилю изображения, можно предположить, что на данном рельефе изображен Зевс-Серапис (Сарапис) – синкретическое верховное божество, чей культ был широко распространен в эллинистическое время по всему Средиземноморью и Понту1, иногда заменяя собой традиционный греческий культ Зевса2. Это новое греко-египетское божество, введенное при дворе Птолемея I (366–283 гг. до н.э.) в Александрии Египетской при участии двух жрецов – египтянина Манефона и грека Тимофея, представляло синкретизм двух культов: верховных божеств верхнего мира, греческого Зевса (в последствии Зевса-Аммона), египетского Осириса (Osiris-Apis) и бога подземного царства Плутона. Таким образом, универсальный культ Зевса-Сераписа-Плутона объединял в себе оба мира верхний и нижний, охватывая все мироздание3. В паре с Сераписом, в виде его божественной супруги, всегда представлена египетская богиня Исида4. Иногда она фигурирует и в паре с Зевсом, заменяя этим его супругу Геру, вобрав в себя отдельные элементы ее культа5. В частности, можно упомянуть надпись на кубке II в. н.э. из Ольвии, где белой краской по типу дипинто представлено посвящение Исиде и Зевсу. Исходя из того, что подобные сосуды использовались в погребальных обрядах и хтонических культах (см. ниже), можно предположить, что здесь Исида выступает также и в образе Персефоны, а Зевс-Серапис в роли Плутона6.

В Тире свидетельства о культе Сераписа и Исиды представлены посвятительной надписью на мраморном постаменте с упоминанием Сараписа (Сераписа), Исиды и почитаемыми вместе с ними богами (скорее всего это Гарпократ и Анубис). В.В. Латышев  предположил что данное посвящение находилось в храме упомянутых божеств7. Г. Авакян упоминает об одном граффити на остраконе с посвящением Исиде [Аполло]дора. Эта надпись была найдена в цитадели крепости8. Возможно, данная надпись также являлась посвящением в храме Сераписа и Исиды, который мог находиться на территории средневековой цитадели. Особый интерес представляет, также найденная в Тире, терракотовая головка Сераписа, датирующаяся III–II вв. до н.э. Голова Сераписа изображена в каноническом стиле с модием на голове, с пышной прической и бородой в виде локонов. Нижняя ее часть отбита. Возможно, данная статуэтка представляла собой бюст божества9. Следует упомянуть и камею из стеклопасты с изображением головы Зевса-Сераписа. Божество представлено с пышной бородой, голова увенчана модием в диадеме. Подобный тип изображений датируется II–III вв. н.э.10

В связи с этим надо упомянуть и о новых находках последних лет. В первую очередь это керамическое вотивное приношение в виде плоского круглого диска диаметром 1,6 см, толщиной 0,4 см. На лицевой стороне вотива помещены в высоком рельефе два бюста: мужской с пышной бородой и модием на голове и женский с диском и коровьими рогами над лобной частью головы (Her. II 41; I Vat. myth. I 18, 1, 2, 5). Бюсты изображают супружескую чету египетских божеств Сераписа и Исиды. На оборотной стороне слабо оттиснутое изображение богини Ники (?) с венком в правой вытянутой руке11. Другая находка представлена фрагментом овальной плоской инталии из сердолика (1,6×1,4 см). На полированной лицевой поверхности геммы в верхней части вырезан бюст бородатого мужчины в профиль в право с модием на голове. Под ним ниже расположено изображение орла в анфас с распростертыми крыльями. Слева от бюста мужчины видны остатки звезды – космического символа. В этом сюжете представлено классическое изображение греко-египетского бога Зевса-Сераписа с его небесным посланником и символом – орлом, а также с астральным символом, указывающим на его космический характер12. Орел представляет собой атрибут верховного божества, указывая при этом на связь Сераписа с Зевсом Олимпийским и Юпитером13. Эта птица являлась также и атрибутом Зевса Бронтона в Малой Азии14.

Сераписа часто изображали с модием (modium) на голове, представлявшим хлебную меру, так как Египет являлся основной житницей Средиземноморья в эллинистический и римский периоды. Поскольку модий на публикуемом рельефе не обозначен, хотя возможно он и присутствовал, так как на макушке хорошо просматривается легкое уплощение.

Изображения головы Зевса и Сераписа часто имеют большое сходство с Асклепием (например, голова Асклепия с острова Мелос и Зевса из Отриколи, IV в. до н.э.)15.

Таким образом, фрагмент данного рельефа с изображением Зевса-Сераписа является еще одним подтверждением распространения культа этого божества среди населения Тиры в эллинистический период.

В ходе наших археологических исследований 1997 года в Тире, в эллинистическом слое III–II вв. до н.э. к северо-западу от круглой башни № 68 с ее напольной стороны был найден крупный фрагмент мраморной статуэтки, который представляет собой большую часть объемного изображения греческой богини Афродиты. Женская фигурка сохранилась от верхней части живота и до щиколоток. Размеры фрагмента: высота 12,6 см, ширина 5,7 см (в верхней части), 7,1 см (в средней) и 4,6 см (в нижней) (Рис. 2).


Изображенная Афродита имеет пышные формы, с особой тщательностью мастером проработаны торс, слегка выступающий живот и полные ягодицы, выделенные прорезанной вертикальной глубокой линией, заканчивающейся в верхней части V-образным прорезом, подчеркивающим их объемность. Внизу глубокая горизонтальная черта, ниже небольшая врезная линия, четко разделяющая правую и левую ногу. Бедра окутаны ниспадающим вниз плащом с рельефно выделенной и хорошо проработанной драпировкой, вероятно, доходившей до самых ступней. Верхний край плаща показан подвернутым, частично ниспадающим вниз. Этим приемом скульптор акцентирует внимание на то, что плащ был спущен со спины, тем самым обнажая тело богини, как бы для показа его окружающим. Материалом для статуэтки послужил ярко белый, без вкраплений, плотный мрамор хорошего качества.

В античном искусстве достаточно четко можно проследить четыре типа изображений Афродиты-Венеры.

Первый тип. Представляет Афродиту полностью обнаженной (как правило, стыдливо прикрывающую руками интимные места; ср. Apul. Met. II 17). Сюда же относятся и изображения Афродиты Анадиомены (дословно «Выныривающая», «Выходящая из моря», «Встающая из волн»; примером может служить бронзовая статуэтка Анадиомены II в. н.э. из Херсонеса) и купающейся Афродиты (известна римская мраморная копия с оригинала Дойдалса, втор. пол. III в. до н.э., она же Афродита с Эротом). В качестве наиболее яркого примера может служить Афродита Капитолийская (Пракситель, 350–340 гг. до н.э.; римская копия), Афродита Медичи, она же Венера Медицейская (Кефисодот Младший и Тимарх, III в. до н.э.; римская копия), Венера Таврическая (III в. до н.э.; римская копия), Афродита Книдская (вариант полностью обнаженной фигуры, держащей в левой руке плащ; римская копия), бронзовая Афродита из Сидона (III–II вв. до н.э.), фреска из Помпей, изображающая обнаженную возлежащую Венеру, плывущую на раковине (эллинистический сюжет), также из Помпей примечательны два изображения: Венера, снимающая или надевающая сандалию до или после купания (полихромная мраморная вставка) и статуэтка Венеры с Приапом, где она снимает или одевает сандалию, соответственно до или после купания16.

Второй тип. Представляет богиню полуобнаженной, где ягодицы наполовину или полностью прикрыты драпировкой. Сюда можно отнести знаменитую Венеру Мелосскую (или Милосскую, так как она была найдена на о. Милос, в древности называвшемся Мелос, датировка широкая от III–II вв. до н.э., нач. II в. до н.э. и до ок. 120 г. до н.э., предполагаемый скульптор Александр из Антиохии на Меандре), не менее знаменитую Афродиту Книдскую (Пракситель Младший, 350 г. до н.э.; римская копия; см. у Luc. Duae amor. 14–16, где описывается храмовая статуя Афродиты Книдской Праксителя, она же Эвплоя (Евплоя, т.е. «Счастливого плавания»), где ее культ был распространен на этом острове под данной эпиклезой (Ibid. 11), а статуя находилась в одном из трех храмов на о. Книде, посвященных этой богине), Афродиту из Арля (Пракситель, 350–340 гг. до н.э.; римская копия), Венеру из Капуи (II в. до н.э.; римская копия). К этому типу, в частности, относится и костяная статуэтка из Тиры, найденная в 1999 году, изображающая Афродиту Понтию–Пелагию–Лимнею–Эвплойю («Морскую»–«Портовую» – «Счастливо плавающую», III–II вв. до н.э.)17.

Третий тип представлен полуобнаженной Афродитой – так называемая Афродита Каллипига. Она представлена двумя прекрасными экземплярами: Афродита-Венера Каллипига из Неаполя (III в. до н.э.; римская копия) и из Рима18.

Четвертый тип, редко встречающийся, это одетая или почти одетая Афродита. Хорошим примером здесь служит мраморное изображение полностью задрапированной до шеи Афродиты с рельефа на так называемом троне Лудовизи со сценой ее рождения из морской пены (470–450 гг. до н.э.). Есть изображение Афродиты в «Садах» в длинном хитоне без рукавов с открытой левой грудью (скульптор Каллимах, 440/420–430/410 гг. до н.э.; римская копия; Павсаний упоминает об Афродите в «Садах» работы Алкмена; Paus. I 19. 2). В этом случае драпировка только подчеркивает всю ее женственность. Также отметим полностью одетую в непрозрачную тунику Афродиту на лебеде с краснофигурного килика «мастера Пистоксена» (ок. 475 г. до н.э.), полностью одетую Афродиту, сидящую на стуле (краснофигурный килик «художника Лиандра») и Афродиту с эротами на апулийском лекифе (ок. 380 г. до н.э.), где она одета в роскошную и пышную тунику, расшитую орнаментами. Сюда же можно отнести и изображения вооруженной Афродиты (Paus. II 4. 7; III 15. 10) и Афродиту Морфо («Дающая красоту (форму)»), изображенную сидящей под покрывалом (Ibid. III 15.10).

Кроме того, Павсаний указывает на редкое изображение Афродиты Урании в виде четырехугольной гермы, стоявшей недалеко от храма (Paus. I 19. 2)19.

Подобная градация изображений существовала в мелкой пластике и на резных камнях20. Этим же, упомянутым выше канонам (даже иногда в деталях), придерживались и художники эпохи Возрождения и Барокко21.

По типу положения драпировки и степени обнаженности изображение публикуемой Афродиты относится ко второй группе. Однако отдельные элементы указывают на то, что это могла быть и Афродита Каллипига22.

По стилю и технике исполнения, найденную в Тире статуэтку Афродиты следует датировать III–II вв. до н.э. Этому не противоречат и другие археологические материалы: чернолаковая керамика, фрагменты амфор и амфорных клейм, происходящих из слоя III–II вв. до н.э., в котором она была обнаружена. Несомненно публикуемая статуэтка Афродиты является копией крупного статуарного оригинала из мрамора или бронзы. Центрами изготовления могли быть родосская, малоазийская или египетская (александрийская) мастерские. Возможен и какой-нибудь западнопонтийский центр.

До последнего времени свидетельства почитания культа Афродиты в Тире прослеживались весьма слабо23.

В результате проведенных нами археологических исследований в Тире в 1996 году в районе между куртиной № 212, кладками № 552 и 550 была обнаружена в слоях эллинистического времени III–II вв. до н.э. женская терракотовая головка, представляющая протому с изображением лица молодой женщины (Рис. 3, 1). Ее волосы по верху обвязаны плотным платком на узел. Узел завязан над лобовой частью головы женщины. Из-под платка свисают локоны пышных волос, а уши украшены тяжелыми серьгами в виде удлиненных лепестков. Лицо имеет мягкие черты. Нос немного загнут и слегка выступает вверх. Полные губы слегка открыты. Глаза слегка сужены и отчетливо выделены. Выпуклые щеки подчеркивают пышность лица. Шея полноватая и вытянутая. Хорошо проработаны хвосты завязанного платка. Размеры: высота 8,2 см, ширина 6,5 см (Рис. 3, 1).



Рис. 3. Тира. 1 – протома Деметры; 2 – мраморный рельеф с изображением фракийского всадника.


По типу изображения и чертам лица можно заключить, что данная терракота представляет богиню плодородия Деметру24. Иногда довольно сложно подобные протомы отнести непосредственно к Деметре или к Коре-Персефоне, так как протомы матери и ее дочери в основном изображались одинаково. Иногда Деметра держит в руке пшеничное зерно, а Персефона – гранат, что дает им точную идентификацию на основе их атрибутов. Как правило, Деметру отличают от Коры по чертам лица, указывающим на возраст, соответственно старший для матери, а молодой для дочери25. На голове у них обычно полос или венок из цветов, иногда платок или накинутый плащ.

Культ Деметры в Тире имел самое широкое распространение, что нашло свое отражение в монетной чеканке полиса на всем протяжении его существования26, а также в коропластике27 и в монументальной скульптуре28.

Важное значение в изучении духовной культуры Тиры римского времени представляют два фрагмента мраморных рельефов.

Первый фрагмент представлен обломком верхней части мраморного вотивного рельефа с изображением фракийского всадника. Верхний край плиты оформлен в виде треугольного фронтона. Сохранилось до пояса изображение скачущего влево всадника, за спиной которого развивается короткий плащ, скрепленный на плече круглой фибулой. Туловище изображено в профиль с небольшим разворотом вправо, голова передана в фас. Детали лица весьма схематичны, вьющиеся волосы обозначены небольшими насечками. Судя по обломку, правая рука всадника была свободно опущена вниз и, очевидно, держала поводья. Размер сохранившегося фрагмента: 6,3х13, толщина 1,7 см (предполагаемая первоначальная высота изображения 18 см) (Рис. 3, 2).

Второй фрагмент представляет собой обломок верхней части мраморного вотивного рельефа. Сохранилось изображение головы, повернутое в фас и относящееся к скачущему влево всаднику. В левой части рельефа на уровне шеи всадника просматривается верхний край пышной конской гривы, где она загибается в сторону опущенной головы лошади. У самого левого края композиции видны остатки кроны дерева с хорошо обозначенными тремя ветками. Лицо выполнено в высоком рельефе и хорошо проработано во всех деталях: глубокие глаза, вытянутый нос и полные губы. Вьющиеся волосы обозначены небольшими насечками. Размер сохранившегося фрагмента: 9,8×14, толщина 2 см (предполагаемая первоначальная высота изображения 23 см) (Рис. 4)





Рис. 4. Тира. Мраморные рельефы с изображением всадников.


В целом эти фрагменты можно считать частями идентичных по стилю и сюжету небольших рельефов.

Данные вотивы относится к типу IIа по К. Скорпану29, хронологические рамки которого не выходят за общепринятые (II–III вв. н.э.). Второй рельеф, вероятно, изображал всадника перед священным деревом, обвитым змеей, как это представлено на известном целом рельефе из Тиры (тип такого же изображения дерева с обвитой вокруг его ствола змеей, использовался и на ритуальных пластинках, применявшихся в культе фракийского Сабазия). Скорее всего они выполняли роль каменных иконок и могли выставляться в храмиках, посвященных фракийскому всаднику или даже одеваться на шею для ношения на груди, подобно крупным амулетам.

Ранее в Тире уже были выявлены два рельефа с изображением фракийского всадника, которые неоднократно публиковались30.

В целом для городов Северо-Западного Причерноморья находки подобных рельефов единичны. Исследователями отмечено их нахождение в местах дислокации римских гарнизонов, в состав которых входили выходцы из Фракии. В античных центрах Западного Понта подобные находки имеют массовый характер. К востоку от Дуная их число заметно уменьшается. Среди городов Северо-Западного Причерноморья Тира на протяжении своего существования поддерживала наиболее тесные контакты с античными полисами Западного Понта и Фракией. Обычно находки вотивных рельефов с изображением всадника связаны с местами длительного пребывания римских войск. В городах Северо-Западного Причерноморья римские гарнизоны формировались из солдат дунайских легионов, среди которых были и фракийцы. В ономастике Тиры засвидетельствовано присутствие жителей фракийского происхождения, которые наряду с воинами римского гарнизона могли быть адептами культа фракийского всадника.

Трактовка культа фракийского всадника не совсем ясна. Исследованиям культа фракийского всадника посвящен ряд работ, в которых авторы, в зависимости от тех или других местных условий, видят в нем различных богов, имевших широкую популярность. Сюда относится синкретическое божество, в котором были соединены черты Диониса-Сабазия и Асклепия, а также Зевс, Аполлон, Арес, Митра и другие. Они склоняются к мысли, что это был синкретический бог, воплощавший в себе много образов. Не касаясь конкретно этой проблемы, так как она достойна особого рассмотрения, обратим внимание на один интересный аспект, подмеченный Е.М. Штаерман31, которая видела в иконографии Героя – фракийского всадника изображение героизированного умершего. Другие исследователи видели в нем греческих богов-всадников Аполлона и всадника-Геракла. Они также отмечают большую роль почитания малоазийских богов-всадников, которые являлись охранителями гробниц умерших, в местных религиозных культах. Возможно, почитание данных божеств укрепляло веру в единство живых людей и их связь с прошлыми поколениями. Это ощущение также могло усиливаться еще и тем фактором, что большинство жителей малоазийских провинций были переселенцами из других районов Империи.

Образ всадника весьма близок к локальным культам восточных конных божеств и целителей, например, египетский бог Гор на коне, поражающий Сета в образе крокодила или Соломона сидящего на лошади, поражающий лихорадку в виде обнаженной женщины. В раннехристианское время в той же иконографии изображался св. Сисиний, сидевший на коне и поражавший копьем лихорадку в виде обнаженной женщины и св. Георгий Победоносец также на коне поражавший своим копьем злого демона в виде дракона. Во всех перечисленных типах изображений отражена идея борьбы доброго и злого начал, имевшая в первые века н.э. особое распространение в религиозных учениях, например, в митраизме, манихействе и других религиях.

В начале 1990-х гг. в Тире в западном борту Центрального раскопа местными искателями древностей был обнаружен in situ комплекс одноручных кубков, насчитывающий не менее одиннадцати экземпляров, из которых археологически целыми сохранились девять сосудов, два других представлены отдельными фрагментами. В дальнейшем, два кубка были переданы в Белгород-Днестровский краеведческий музей (инв. № А-9571, А-9572), остальные сосуды оказались в частной коллекции. Нам представилась возможность внимательно изучить, зарисовать и сфотографировать весь комплекс, включая и маловыразительные обломки от неподдающихся восстановлению сосудов. Все сосуды однотипные: красноглиняные, тонкостенные, шаровидные, одноручные кубки. Они имеют шаровидный корпус, невысокий плитчатый поддон, петлевидную ручку и четко профилированный отогнутый наружу венчик, который при переходе к тулову отделен слегка выраженным рельефным валиком. Метрические параметры, фактура теста, техника формовки и техника обжига позволяют утверждать, что все они были изготовлены в одной мастерской. Присутствие шероховатости на донышках отдельных сосудов указывает, что в быту эти сосуды практически не употреблялись. В тоже время их подлинность не вызывает сомнения. Имеется сообщение, что во время обнаружения этих кубков были найдены две монеты Септимия Севера и Каракаллы, что вполне допустимо, учитывая общепринятую на сегодняшний день датировку данных сосудов в пределах II–III вв. н.э.

Характерной особенностью обнаруженного в Тире комплекса кубков является нанесение по корпусу сосудов надписей и орнаментального декора, нанесенного белой краской (Рис. 5, 1–4; 6, 1–2; 7, 1–2; 8, 1).




Рис. 5. Тира. 1-2 – красноглиняные кубки с надписями – дипинти;
3-4 – красноглиняные кубки с растительным орнаментом.


На двух сосудах белой краской нанесен орнамент в виде опоясывающей ветки хвойного дерева, ниже которой в придонной части идет горизонтальный ряд крупных точек (Рис. 5, 3–4). На одном сосуде нанесена опоясывающая ветка плюща, ниже расположен горизонтальный ряд точек (Рис. 8, 1). На двух сосудах имеются однотипные надписи: , на одном , на двух кубках краской нанесена надпись  и еще на одном сосуде имелась надпись . Если к имеющимя посвящениям  добавить две аналогичные надписи на сосудах, обнаруженные в 1958 году, то общее их количество достигает четырех32. Общее количество сосудов с надписью  с учетом ранее обнаруженных, также составляет четыре экземпляра.

Небольшие красноглиняные кубки с округлым шаровидным корпусом на кольцевом поддоне, с небольшой петлевидной ручкой в ряде случаев с нанесенными дипинти довольно распространены по всему Средиземноморью и Понту. Помимо Тиры кубки данного типа были обнаружены в Херсонесе, на Боспоре, в Ольвии, в могильниках Юго-Западного Крыма, на территории Болгарии, Румынии (Фракия и Мезия), Италии, Малой Азии, на островах Эгейского моря и в других регионах античного мира, которые в этот период находились под властью Римской Империи. Везде они датируются II–III вв. н.э.33


^ Красноглиняные кубки с дипинти, обнаруженные в городах Северного Причерноморья


№

п/п

Место

находки

Содержание

надписи

h

(см)



(см)

Место

хранения и инв. №

Условия

находки

1

Херсонес

 («Зевс»)

8,5

6,1

Архив ГХМ, инв. № 21317

1911 г., могила № 42

2

Херсонес

, ‘ («Зевс, Гера»)

9

6,1

ГХМ, инв. № 17147

Раскопки Костюшко-Валюженича

3

Херсонес

  («Пей, радуйся!»)

9,3

7,2

Эрмитаж, инв. № Х.1896.

48

(опуб. в ОАК за 1896 г.)

Склеп № 680

4

Херсонес

  («Пей, радуйся!»)

—

—

Архив ГХМ, д. 14, к.л. 33

1905 г., склеп № 2055

5

Херсонес

 («Счастье»)

8,7

6,8

Эрмитаж, инв. № Х.1908.

239

1908 г., склеп № 2684

6

Херсонес

 («Счастье»)

8,7

7

Эрмитаж, инв. № Х.1908.

428

1908 г., склеп № 2791

7

Херсонес

 («Серапис»)

9,5

7

ГХМ, инв. № 17053

Раскопки Костюшко-Валюженича

8

Херсонес

 («Серапис»)

9,5

6,4

Обл. краевед. музей Симферо-поля, инв. № 1132

Н.В.

—

9

Херсонес

 («Серапис»)

—

—

ГХМ, инв. № 21639

(утерян)

1911 г., могила № 31

10

Херсонес

 («[С]ера[пис]»)

—

—

Архив ГХМ, д. 58,

альбом IV,

фото № 28

Раскопки Костюшко-Валюженича

11

Херсонес

 («Исида, Зевс»)

8

6,2

Эрмитаж, инв. № Х.

1892.21

1892 г., могила № 127

12

Херсонес

 («Помилуй меня бог» или «Да будет милостив ко мне бог»)

9,2

7,5

Эрмитаж, инв. № Х.

1896.49

1896 г., склеп № 680

13

Херсонес

 («Помилуй меня бог» или «Да будет милостив ко мне бог»)

8

5,5

ГХМ, инв. № 20879

1910 г., могила с подбоем

14

Херсонес

 («Помилуй меня бог» или «Да будет милостив ко мне бог»)

8,8

6,4

ГХМ, инв. № 410

Раскопки Костюшко-Валюженича

15

Херсонес

 («Помилуй меня бог» или «Да будет милостив ко мне бог»)

9,5

6,5

Архив ГХМ, д. 816,

л. 20–24, рис. 32

1961 г., могила с двумя подбоями

16

Херсонес

 («Помилуй меня судьба (она же богиня Тихэ)» или «Да будет милостива ко мне Судьба (Тихэ)»)

8,8

6,5

ГХМ, инв. № 33113

1913 г., могила № 5

17

Пантикапей

‘ («Гермес»)

7,5

7

Эрмитаж, инв. № П.1859.6

1859 г., гробница № 11

18

Пантикапей (?)

 («Серапис»)

9,6

6,5

Эрмитаж, инв. № Б.8634

Куплен в 1912 г. у антиквара

19

Ольвия

 («Исида, Зевс»)

8,3

6,4

Эрмитаж

инв. № Ол. 1735

1906 г., раскопки римской цитадели

20

Ольвия

, ‘ («Зевс, Гера»)

—

—

Фонды

ИААН Украины

—

21

Ольвия

 («Ф», возможно, это две начальные буквы греческого алфавита «фи», вероятно, означающие имя Ферсефона, т.е. Кора-Персефона)

8

6,2

Инв. № А-26624; по Штерну III 3739)

Фонды ОАМ АН Украины

Куплен Э. Штерном

22

Ольвия или Тира

 («Помилуй меня бог» или «Да будет милостив ко мне бог»)

8

5,7

Эрмитаж

инв. № Б 2337

1900 г., куплен с вещами из с. Парутино или Аккермана

23

Тира

  («Пей, радуйся!»)

7

6

Фонды ИА НАНУ, п.о. № 1146

Раскопки 1958–1959 гг.,

помещение № 24

24

Тира

  («Пей, радуйся!»)

7

6

Фонды ИА НАНУ, п.о. № 1208

Раскопки 1958–1959 гг.

25

Тира

 («Помилуй меня бог» или «Да будет милостив ко мне бог»)

7,6

6,1

Фонды ИА НАНУ, п.о. № 1208а

1959 г., помещение № 24

26

Тира

 («Судьба

(или богиня Тихэ) (?)»)

—

—

—

1961 г., яма № 4, кв. № 3

27

Тира

ветвь хвойного дерева

8,5

6

В частной коллекции

—

28

Тира

ветвь хвойного дерева

8

5,8

В частной коллекции

—

29

Тира

ветвь плюща

8

6

В частной коллекции

—

30

Тира

 («Сильная жажда» или «Опион жаждет» или «Помоги (мне) в жажде»)

8

5,8

В частной коллекции

—

31

Тира

 («Пей, радуйся!»)

8

5,8

В частной коллекции

—

32

Тира

 («Пей, радуйся!»)

8

6

Б-ДКМ-

№ 45667

А № 9572

—

33

Тира

 («Помилуй меня бог» или «Да будет милостив ко мне бог»)

8

6

В частной коллекции

—

34

Тира

 («Помилуй меня бог» или «Да будет милостив ко мне бог»)

9

5,2

БД-

№ 45665

А № 9571

—

35

Тира

 («Единый Зевс»)

8

5,2

В частной коллекции

—


В Херсонесе были обнаружены 16 кубков с дипинти. Их Тиры происходят 11 целых сосудов. В Пантикапее найдено два, в Ольвии 3. Также, как и на тирских, на горшочках этого типа встречаются надписи-дипинти с растительным орнаментом, нанесенные по корпусу сосудов белой краской. Среди надписей на кубках преобладают имена греческих и египетских синкретических божеств в той или иной мере, связанных с хтоническими представлениями и культами: Зевс-Серапис, Исида, Гера и Тихэ. Возможно, что подобные кубки с посвящениями божествам в могилах выполняли роль апотропеев и были связаны с верой в покровителей мертвых, по представлениям древних, охранявших погребения от грабителей и заботившихся о душах, обеспечивая им бессмертие и вечное блаженство. Некоторые из этих кубков могли входить в состав погребальных даров, приносимых для покойного в процессе погребальной церемонии, а также они использовались в домашних святилищах34. Есть предположение, что одноручные кубки могли использоваться в очистительных обрядах, как ритуальные серные курильницы35.

Надписи на кубках прорисованы белой краской, являющейся символикой ритуальной смерти. Есть примеры, когда в погребальных обрядах разных народностей и эпох в могилу клали кусочки мела. Титаны в культе Диониса Загрея () появляются с выкрашенными мелом лицами в момент заманивания его в ловушку. Мел указывает на их минерально-хтоническое происхождение ( и , «гипс, известь, мел»36).

Обратимся к самому содержанию всех имеющихся надписей-посвящений, происходящих из Тиры:

1. , «единый Зевс» (Рис. 5, 1);

2. , «помилуй меня бог» или «да будет милостив ко мне бог», «будь сострадательным, жалостливым ко мне бог»37 (Рис. 6, 1; Рис. 7, 2);

3. , «пей, радуйся» (Рис. 5, 2; Рис. 7, 1);

4. , «Опион (?) жаждет», (буквально «жажда Опиона» или, если данное слово не является именем, тогда возможен перевод «сильная (?) жажда» или «помоги (?) в жажде»38); возможен вариант от глагола: , эпич. , «назад, позади; потом, после, опять, снова», т.е. в этом случае можно интерпретировать данное понятийное значение, как «опять жажду», «утоли мне снова жажду (хочу опять пить)» (Рис. 6, 2).





Рис. 6. Тира. 1-2 – красноглиняные кубки с надписями – дипинти.


Кроме этих полных надписей на почти целых кубках, имеются еще фрагменты как минимум от двух горшочков, где сохранились только отдельные буквы (). Таким образом, общее количество известных горшочков-кубков с надписями из Тиры представлено в количестве девяти экземпляров, если считать ранее опубликованный кубок с надписью , происходящим не из Ольвии, а из Тиры39.

Первая надпись  («единый Зевс»)40 является традиционной для первых веков нашей эры и связана с унификацией языческих богов в одно верховное божество или три божества, чему способствовал синкретизм восточных и греко-римских божеств, проявившийся под влиянием иудаизма, а в последствии и христианства. Также языческий монотеизм непосредственно формировался и под воздействием теологии неопифагореизма и неоплатонизма, а через это далее развился в универсальный солярный культ (см. Macrob. Satur.; Julian. Apost. Hym. ad Helios), черпая свои источники в ближневосточной теологии41. Например, в конце магической молитвы-заклинания, обращенного к богу Гелиосу находится предписание: «Когда ты закончишь посвящение, скажи: «Един Зевс Серапис!» и ниже в конце заклинания, обращенного к универсальному божеству Властелину мира, величайшему из богов, вечному Господу, Агатодаймону, Саваофу (Сабаоту), Адонаю, Великому Богу, сверкающему Солнцу, Великому Змею, Богу богов, Сарузу (); «Когда ты производишь (магическую) операцию, говори: «Есть только один Зевс Серапис» ()» (PGM IV 1596–1715)42.

Вторая формула  («помилуй меня бог») может быть как языческой, так и иудейской или раннехристианской43, где причащение, как сосуществование или соединение со Христом выражалось в определенной формуле. Например, подобная формула известна у язычников в виде:  с изображением головы Зевса или  с изображением Тихэ и раннехристианская надгробная формула:  (контрактура) . Также с этой надписью можно сравнить и гемму – амулет из Эрмитажа, где на сардониксе вырезана женская фигура, стоящая на коленях, датируемая III–IV вв. н.э. Справа по вертикали от нее имеется однострочная надпись: , «смилуйся, помилуй»44.

Подобная формула впервые появляется у язычников, а в последствии и у ранних христиан из древнееврейских источников (см. греческую версию Ветхого Завета, Септуагинту и Новый Завет). Она была особенно распространена в римское время под влиянием притока иудейских общин в Италию, Грецию, Адриатику и Крым через Египет, Палестину и Малую Азию. В этот период язычество все больше и больше прибегало к милости Божией, чем к угрозам и требованиям от божества немедленных действий и результатов.

Третья надпись  («пей, радуйся»), также как и четвертая  («Опион (?) жаждет» или «сильная (?) жажда», «помоги (?) в жажде»), была связана с погребальным ритуалом и дальнейшим пребыванием души в загробном (элизийском) мире. Как уже говорилось выше, подобные горшки, клались в могилу или в склеп и были распространены по всему Средиземноморью45. По верованиям древних, утоление жажды для души является необходимым условием ее раскрепощения и оживления после долгой спячки в материальном теле (), как считали орфико-пифагорейцы и стоики. Возможно, в подобных надписях говорится о воде источника Мнемосины, которую должен пить умерший для достижения бессмертия46.

Третья и четвертая надписи связаны с сакральными вакхическими возгласами-символами: , bibe, vive, «пей и будешь жить», «пей, живи», широко использовавшимися мистами Диониса-Либера, а также употреблявшимися на пирах и на надгробных надписях. Подобные выражения писались на особых сосудах (часто стеклянных) –  (Svet. Nero. cap. 7)47.

По всей видимости, в этих сосудах находилась вода. Шероховатость их поверхности и отсутствие следов от употребления в быту, указывают на то, что они предназначались для погребальных церемоний или ритуальных целей и, в любом случае, были непосредственно связаны с культом воды в загробном существовании душ.

В древней мифологии вода была первейшим элементом в космогонических мифах творения48. В Библии – это первичные воды океана, над которым носился Дух (Пневма – , Эфир – ; Gen. 1:2). Подобная космогоническая ситуация описана и в шумерских и аккадских источниках (см. «Сказание о Гильгамеше»), а также и у египтян при описании сотворения богов и мира, где из мировых вод появляется лотос порождающий бога солнца Ра в виде младенца (см. «Гелиопольское сказание»: «Книга познания творений Ра»; «Мемфисское сказание»; «Гераклеопольское сказание»)49. У греков – это Океан, как источник всего живого (см. Hes. Theog.). В культовой практике вода вместе с огнем имела важное значение в очистительных обрядах и друг