Реферат: М. Ю. Лермонтов. «Герой нашего времени»

М. Ю. Лермонтов. «Герой нашего времени»

1. Прочитайте приведённый ниже фрагмент текста и выполните задания В1—В4

Разговор наш начался злословием: я стал перебирать присутствующих и отсутствующих наших знакомых, сна­чала выказывал смешные, а после дурные их стороны. Желчь моя взволновалась. Я начал шутя — и окончил искренней злостью. Сперва это её забавляло, а потом испугало.

— Вы опасный человек! — сказала она мне, — я бы луч­ше желала попасться в лесу под нож убийцы, чем вам на язычок... Я вас прошу не шутя: когда вам вздумается обо мне говорить дурно, возьмите лучше нож и зарежьте меня, — я думаю, это вам не будет очень трудно.

— Разве я похож на убийцу?..

— Вы хуже...

Я задумался на минуту и потом сказал, приняв глубоко тронутый вид:

— Да, такова была моя участь с самого детства! Все чи­тали на моём лице признаки дурных свойств, которых не было; но их предполагали — и они родились. Я был скро­мен — меня обвиняли в лукавстве: я стал скрытен. Я глубоко чувствовал добро и зло; никто меня не ласкал, все оскорбляли: я стал злопамятен; я был угрюм, — дру­гие дети веселы и болтливы; я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже. Я сделался завистлив. Я был го­тов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть. Моя бесцветная молодость протекла в борь­бе с собой и светом; лучшие мои чувства, боясь насмеш­ки, я хоронил в глубине сердца: они там и умерли. Я гово­рил правду — мне не верили: я начал обманывать; узнав хорошо свет и пружины общества, я стал искусен в науке жизни и видел, как другие без искусства счастливы, поль­зуясь даром теми выгодами, которых я так неутомимо до­бивался. И тогда в груди моей родилось отчаяние — не то отчаяние, которое лечат дулом пистолета, но холодное, бессильное отчаяние, прикрытое любезностью и добро­душной улыбкой. Я сделался нравственным калекой: одна половина души моей не существовала, она высохла, испа­рилась, умерла, я её отрезал и бросил, —тогда как другая шевелилась и жила к услугам каждого, и этого никто не заметил, потому что никто не знал о существовании погибшей её половины; но вы теперь во мне разбудили вос­поминание о ней, и я вам прочёл её эпитафию. Многим все вообще эпитафии кажутся смешными, но мне нет, особенно когда вспомню о том, что под ними покоится. Впрочем, я не прошу вас разделять моё мнение: если моя выходка вам кажется смешна — пожалуйста, смейтесь: предупреждаю вас, что это меня не огорчит нимало.

В эту минуту я встретил её глаза: в них бегали слёзы; рука её, опираясь на мою, дрожала; щёки пылали; ей было жаль меня! Сострадание — чувство, которому покоряются так легко все женщины, — впустило свои когти в её не­опытное сердце. Во всё время прогулки она была рассе­янна, ни с кем не кокетничала, — а это великий признак!


^ В1.Как называется повесть, из которой приведён данный отрывок?

В2. Каким термином называется воспроизведение внутренней жизни персонажа, подробная передача раз­личных душевных движений (размышлений, чувств и переживаний, эмоций и настроений)?

^ В3. Каким термином в литературоведении обознача­ется развёрнутое высказывание героя, например речь Печорина?

В4. Как называется приём противопоставления, с по­мощью которого герой воспроизводит протекание внут­ренней жизни: «я чувствовал себя выше их, — меня ставили ниже»; «я был готов любить весь мир, — меня никто не понял: и я выучился ненавидеть»?

^ 2. Задания с развёрнутым ответом ограниченного объёма (5—10 предложений) CI, C2

С1. Как ремарка Печорина— «приняв глубоко тро­нутый вид» — корректирует содержание его монолога в глазах читателя?

С2. Назовите авторов и произведения русской клас­сики, в которых даются развёрнутые картины внутрен­ней жизни героев, и укажите, в чём их сходство с рома­ном М. Ю. Лермонтова «Герой нашего времени».


Ответы:



В1

«Княжна Мери»

В2

психологизм

В3

монолог

В4

антитеза


С1. «Приняв глубоко тронутый вид», Печорин созна­тельно играет на чувствах Мери. Он не просто излагает подлинные причинно-следственные связи между собы­тиями, повлекшими за собой нравственные «увечья» (схема верна — но лишь отчасти), — Печорин знает, что его рассказ обязательно вызовет сочувствие со сто­роны Мери, девушки чувствительной и доброй. От со­страдания один шаг до влюблённости — а это полная победа Печорина над Грушницким. Такая «адресная» исповедь заставляет Печорина утрировать собственные переживания, острее обозначать противоречия собст­венной натуры. Записи в журнале — это исповедь перед самим собой, искренняя и беспощадная; монолог перед Мери — романтическая маска, условный образ, и цель его создания вполне прагматична — добиться того, что­бы девушка в Печорина влюбилась.

С2. Мастерами психологической прозы были Л. Н. Тол­стой и Ф. М. Достоевский; в «Войне и мире» и «Пре­ступлении и наказании» внутренние монологи ге­роев — важнейший приём изображения внутренней жизни персонажей. Л. Н. Толстой наследует лермон­товские принципы слежения за динамикой челове­ческих чувств и их осмыслением (внутренние моно­логи Андрея Болконского и Пьера Безухова вполне сопоставимы с записями Печорина); толстовская «ди­алектика души» есть не что иное, как совершенство­вание литературных приёмов, позволяющих фикси­ровать тончайшие душевные движения. Внутренние монологи героев Ф. М. Достоевского — это очень часто спор с самим собой, подтверждение и мгновенное опро­вержение только что выдвинутого тезиса, бесконечная «дискуссия» разных граней человеческого характера в рамках одной личности. В «Герое нашего времени» предметом размышлений Печорина была двойствен­ность его характера; в «Преступлении и наказании» расколотость души и сознания главного героя впрямую переданы антитезами во внутренних монологах. При­мером может служить размышление Раскольникова после убийства старухи: «Мать, сестра, как любил я их! Отчего теперь я их ненавижу?» Любовь и ненависть со­единяются в душе Раскольникова, споря на разные «го­лоса».