Реферат: Р. И. Нудельман

Р. И. Нудельман Библейская археология: научный подход к тайнам тысячелетий ЧАСТЬ 1 КОСМОЛОГИЯ И КАББАЛА ГЛАВА 1 ВЕЛИКАЯ ПИРАМИДОЛОГИЯ
Не так давно один из израильских журналов познакомил русскоязычный читающий мир с увлекательной теорией нашего соотечественника, недавнего репатрианта Григория Айзенберга. Согласно этой теории, великая египетская пирамида Хеопса, построенная в XXVII веке до нашей эры, хранит в себе проход к некоему «золотому шару», содержащему на своих стенах «закодированную» историю исчезнувших цивилизаций и даже пророческие детали технических открытий будущих времен. Айзенбергу, скромному врачу из Винницы, как рассказывает журнал, было «видение», в котором вся эта сияющая истина явилась ему сразу, целиком, как Афина из головы Зевса, после чего он стал страстным глашатаем новой идеи и даже сумел заручиться солидной поддержкой для ее проверки.

Отдавая должное оригинальности вышеизложенной гипотезы, я, тем не менее, считаю, что ее автор, а также интервьюировавший его журналист допустили определенный просчет, хотя бы вкратце не познакомив читателей с современным состоянием той науки, в которую таким ярким метеором вторгся наш соотечественник. Я имею в виду великую пирамидологию, имеющую за собой долгую и славную историю. Думается, такое знакомство позволило бы читателям лучше оценить научное значение излагаемой теории и ее место в ряду других ей подобных. Поэтому я счел необходимым восполнить это досадное упущение. К сожалению, не всем и не каждому известно, что первые смутные догадки о наличии в египетских пирамидах закодированных тайн и пророчеств возникли еще в темные средневековые времена среди розенкрейцеров и других тогдашних оккультистов. Но становление великой науки пирамидологии как подлинной науки произошло только в середине XIX века и связано с именем некоего английского издателя Джона Тэйлора, который в 1859 году выпустил книгу «Великая пирамида: кто ее построил и зачем?». Как видно из названия, именно здесь был впервые поставлен ребром тот мучительный вопрос, который волновал затем все прогрессивное человечество на протяжении полутора последующих веков вплоть до явления Айзенберга народам.

Конечно, сегодня благодаря Айзенбергу нам уже известно, что строителями пирамид были люди, произошедшие от зеленых человечков из, летающих тарелок, то бишь от космических пришельцев. Но в середине XIX века о пришельцах еще ничего не знали, и поэтому Тэйлору пришлось искать иной ответ на поставленный им вопрос. Ход рассуждений этого родоначальника пирамидологии был весьма поучителен. Тэйлор тоже догадывался, что великая пирамида Хеопса не простых египетских рук дело, но, в отличие от Айзенберга, утверждал, что ее строителем был… праотец Ной. Этому предположению нельзя отказать в логичности. Ведь однажды Ной уже построил ковчег. Так что построить после этого пирамиду было для него раз плюнуть. Тем более что он был доверенным лицом самого Господа. А Тэйлор был убежден, что никто, кроме самого Господа, не мог бы «закодировать» в пирамиде те поразительные сведения, которые он, Тэйлор, открыл, изучая ее геометрические особенности.

Так, он нашел, что если разделить высоту пирамиды Хеопса на удвоенную длину ее основания, то получится число, очень близкое к знаменитому «пи» (отношение длины окружности к ее диаметру). А если разделить радиус Земли на 400 000, то получится в точности та библейская мера длины, «локоть», которая лежит в основе всех геометрических размеров пирамиды. Одновременно этот «локоть» — та самая мера, которую, согласно Библии, Ной использовал при конструировании ковчега, а Соломон — при создании Храма. Этот «локоть», по Тэйлору, равен примерно 25 дюймам. Для тех, кого даже эти поразительные совпадения не убеждали в сверхъестественном происхождении пирамид, Тэйлор припас другие неопровержимые доводы. Так, у Исайи сказано: «И в те дни будет алтарь Господу в середине Египта». А у Иова говорится: «Кто же положил те основания, если не Ты, о Господи, и задал те меры, если не Ты, о Господи?» Но убедительней всего — цитата апостола Павла: «Сам Иисус положил тот краеугольный камень, дабы сложить храм Господу». Хотя ни в одной из этих цитат ничего не говорится о пирамидах, но неутомимый и проницательный Тэйлор сообразил, что речь идет именно о них, а из этого следует, помимо всего прочего, что пирамида Хеопса была задумана как прообраз иерусалимского Храма и будущей христианской Церкви. Так что наш Айзенберг не одинок, когда утверждает, что в пирамидах хранятся тайны будущих технических свершений. Апостол Павел утверждал то же самое.

Дело Тэйлора получило развитие в трудах профессора астрономии Эдинбургского университета Чарлза Смита, который в 1864 г. опубликовал 664-страничную книгу «Наше наследие в Великой Пирамиде», где тоже предвосхитил некоторые будущие прозрения Айзенберга. Прежде всего Смит занялся прямоугольником, лежащим в основании пирамиды. Правда, о существовании под ним «золотого шара» он не догадался, но зато, разделив ширину этого основания на размер тех камней, которыми в старину была облицована пирамида, он получил 365, то есть точное число дней в году. Значение этого открытия и его точность представляются особенно поразительными, если вспомнить, что сами камни тогда еще не были найдены и поэтому Смит в своей оценке их размеров был вынужден опираться на смутные воспоминания египетских феллахов. Тем не менее отсутствие камней не остановило пытливого исследователя. Продолжая вникать в тайны Великой Пирамиды, Смит догадался разделить длину облицовочного камня (тоже приблизительно показанную одним из феллахов) на число 25 и с помощью этой гениально простой догадки нашел величину так называемого «Божественного дюйма», который Ной по научению Господа положил в основу своих инженерно-технических расчетов. Оказалось, что этот спущенный сверху дюйм в точности равен одной десятимиллионной земного радиуса.

К сожалению, Смит не указал, какого именно радиуса (Земля, как известно, не вполне сферична, и потому различные радиусы имеют разные длины), но эта мелочь нисколько не уменьшает значения других открытий, совершенных неутомимым пирамидоведом с помощью найденного им «Божественного дюйма». Прилагая его ко всем мыслимым размерам пирамиды, Смит обнаружил огромное множество поразительных совпадений. Так, высота пирамиды, умноженная на десять в девятой степени, оказалась равной расстоянию от Земли до Солнца. Другие расчеты позволили установить плотность Земли, период колебаний земной оси, среднюю температуру земной поверхности и многое-многое другое. Как видим, пытливый ум Смита извлек из одной-единственной пирамиды куда больше откровений, чем иной ленивый ум мог бы извлечь даже из Британской энциклопедии.

Но самое удивительное вскрылось, когда Смит приступил к внутренним проходам пирамиды. Тщательно измерив длину каждого прохода в «Божественных дюймах» и приняв один дюйм за год, он показал, что в этих размерах закодированы все важнейшие даты прошлой и даже будущей истории Земли. А также всей Вселенной! Выяснилось, что Вселенная была создана ровно за 4004 года до рождества Христова; были установлены точные даты потопа, исхода евреев из Египта и постройки самой пирамиды; были найдены закодированные в заднем (извините!) проходе пирамиды даты рождения Иисуса Христа, его казни, нисхождения в ад и воскресения; а при подъеме вверх по тому же заднему (извините опять) проходу удалось предугадать и дату его Второго Пришествия — между 1882-м и 1911 годами нашей эры.

Внимательно присмотревшись к пирамиде, Смит и Тэйлор пришли к выдающемуся выводу, что она (с учетом) основания пятигранна. Этот поразительный факт неизбежно привел их к выводу, что — число пять имеет в пирамидологии огромное символическое значение. Мало того, что пяти граням пирамиды отвечает пять углов, но ее «Божественный дюйм» также заложен в пирамиду Тем, кто дал нам пять пальцев на каждой руке и ноге, пять органов чувств, пять книг Моисеевых и дважды пять его заповедей. С этим нельзя не согласиться. Отчасти это даже ставит под сомнение гипотезу пришельцев. Пришельцы, у которых, как известно, вместо пальцев сплошные щупальца, всего этого дать людям не могли. Если бы человечество рассчитывало только на этих безобразных зеленых человечков, оно, скорее всего, не получило бы ни Пятикнижия, ни заповедей, ни даже органов чувств.

Под влиянием всех этих замечательных открытий Тэйлора и Смита в 1879 году в Америке, в городе Бостоне, был основан специальный «Институт точных пирамидологических измерений», призванный периодически уточнять все размеры пирамид с помощью наиновейших методов исследования. Второй задачей Института была объявлена борьба за низвержение принятой на европейском континенте «безбожной метрической системы» и замену ее системой, основанной на «Божественном дюйме». Книги Тэйлора и Смита дали также толчок многим другим исследованиям. Так, полковник Карнье сумел установить, что уточненные размеры пирамиды дают основание ожидать Второго Пришествия не в 1911-м, а в 1920 году. Как известно, оно в тот год почему-то не состоялось, и тогда Уолтер Уинн предпринял новые расчеты, которые показали, что в расчеты Карнье вкралась досадная ошибка и в действительности Второе Пришествие состоится в 1933 году. Однако пастор Чарлз Рассел опроверг это утверждение, заявив, что более детальные пирамидологические расчеты приводят к намного более удивительным выводам. Оказывается, Второе Пришествие на самом деле уже состоялось! Произошло это в 1874 году, «незримо» для всех, кроме самого пастора, который тут же вычислил, что вслед за этим начнется некий 40-летний цикл, к исходу которого, в 1914 году, все истинные праведники будут спасены, а грешники — подвергнуты каре.

Как мы помним, в 1914 году указанные 40 лет действительно истекли, но завершились не столько спасением, сколько умерщвлением множества праведников в ходе первой мировой войны. На этом основании очередной глава секты «расселитов», судья Резерфорд, выдвинул радикально новую теорию, согласно которой Великая Пирамида на самом деле — вовсе не творение Господа, а наваждение Сатаны. Разочарованные «расселить!» отошли от занятий пирамидологией, но их идеи были почти тотчас подхвачены новой сектой — англо-израэлитов, которая утверждала, что англо саксонские и кельтские народы ведут прямое происхождение от десяти исчезнувших колен Израиля и потому унаследуют все те обетования, которые Господь дал Аврааму. Основатель секты, инженер Дэвидсон, опубликовал очередное пирамидоведческое сочинение «Великая Пирамида и ее Божественное Послание», в котором заявлял, что спасение потомков Авраама в Великобритании начнется в 1928 году и протянется до 1936 года, после чего этот «истинный» Израиль соберет армии народов всего мира против Гога и Магога, и настанет Армаггедон, за которым и последует долгожданное Второе Пришествие. В Соединенных Штатах эту благую весть подхватил некто Джордж Рифферт. Однако когда суматоха прошла, а Второе Пришествие опять не наступило, Рифферт выпустил новую книгу, в которой писал, что нужно подождать еще немного — и тогда «вавилонская блудница капитализма окончательно исчезнет, уступив место духовному Израилю англосаксонских наций с его новым экономическим порядком». Поскольку это предсказание основано на точных данных великой пирамидологии, стоит, думается, все-таки подождать. Может быть, и России, и нашему Израилю найдется место под солнцем нового англосаксонского экономического порядка. Если, конечно, открытие Айзенберга еще раньше не выведет всех нас в первые ряды преемников великих пирамидных обетований.

Я не умещусь в рамках данной книги, если начну, в дополнение к уже сказанному, пересказывать еще и те тайны Великой Пирамиды, которые открылись разным оккультистам, начиная с мадам Блаватской, согласно которой пирамида Хеопса была местом ритуала, изложенного в египетской «Книге мертвых», и, кончая неким Рандольфом Скиннером, который утверждал, что в пирамиде якобы закодированы тайны еврейской Каббалы. Лучше я посвящу оставшееся место краткому ответу на вопрос: что же все это означает?

Краткий ответ состоит в том, что все сказанное свидетельствует о пользе неполного среднего образования. Получив такое образование, любой любознательный человек научается неполно читать, неполно считать и получает смутные сведения о существовании великой пирамиды Хеопса. Посчитав пальцы на руках и ногах и обнаружив, что их там дважды пять, он во всеоружии этих познаний приступает к решению мировых проблем посредством упомянутой пирамиды. Все дальнейшее зависит исключительно от его изобретательности. Комбинируя размеры пирамиды с мировыми константами, он подгоняет одно к другому и находит желаемые ответы. Поскольку размеры эти весьма приблизительны, четырех правил арифметики вполне хватает, чтобы сотворить истинные чудеса. Скажем, упомянутые выше облицовочные камни существуют в десятках разновидностей. Каждый пирамидолог-любитель может выбрать нужный по вкусу и желанию. Если же и это не, поможет, можно взять любое число наугад, помножить его на какое-нибудь другое, вычесть что-нибудь подходящее, возвести в требуемую степень и затем добавить лаврового листа и маринованного винограда, а также соли и перца по вкусу. На самый худой конец к желаемому результату всегда удается прийти методом одного американского пирамидоведа, которого известный археолог Петри как-то застукал возле пирамиды Хеопса в тот самый момент, когда тот подтесывал найденный в песке облицовочный камень, чтобы получить очередную точную дату Второго Пришествия. Очень помогают также откровения, пророческие сны, всевозможные сведения из брошюр об Атлантиде и упоминание пришельцев. Пирамидология открыта всем и каждому, нужно только знать, с какой стороны к ней подойти. Так что смело за работу, господа. Сорок веков, как говаривал Наполеон, смотрят на вас с вершины пирамид, храня тайны праотцев, атлантов и зеленых человечков! Не говоря уже о Золотом шаре, в котором, как в Торе, закодировано вообще все! Если, конечно, верить господину Айзенбергу.

А почему бы, собственно, ему не верить? Особенно если очень хочется.
^ ГЛАВА 2 МЕМУАРЫ СПЕРМАТОЗОИДА
Книга эта называется «Дианетика». Ее втором является некто Лафайетт Рональд Хаббард, в прошлом моряк, ветеран и инвалид второй мировой войны, пламенно-рыжий и столь же. пламенно темпераментный американец, немного инженер, немного летчик, немного музыкант, немного яхтсмен, не успевший по причине всех своих многочисленных увлечений получить никакого законченного образования. Что не помешало ему, написать толстую книгу и, как вы увидите, еще несколько таких же книг, выдержавших в одной только Америке несколько десятков изданий.

Любителям фантастики Хаббард известен как необычно плодовитый автор множества научно-фантастических рассказов и повестей. Собственно, фантастика и была отчасти виновницей того, что Хаббард написал свою эпохальную книгу, положившую начало одному из самых странных, долгих и шумных увлечений нашего века. Дело было в конце 1940-х годов, когда Хаббард принес свои первые рассказы в журнал «Поразительная научная фантастика». Редактор журнала, Джон Кемпбелл-младший, страдал хроническим синуситом, и Хаббард взялся его лечить. Лечение оказалось настолько успешным, что Кемпбелл тут же предложил Хаббарду опубликовать в журнале краткое изложение его медицинских методов. Публикация вызвала огромный интерес, и вдохновленный этим Хаббард тут же сел за более подробное изложение, из которого ровно через три недели образовалась объемистая книга под названием «Дианетика, или современная наука ментального исцеления».

Первое издание расхватали, издатели тут же выпустили второе, третье и так далее; дианетика стала бешено модной в Голливуде и университетских кампусах всей Америки, и вскоре в Нью-Джерси был заложен специальный Исследовательский институт дианетики с ответвлениями в сотнях городов и со своим журналом, который назывался «Дианетический бюллетень». Распространению нового метода весьма способствовала его простота и доступность. Всего за 500 долларов каждый мог пройти в институте шестинедельный курс инструктажа и получить сертификат «врача-дианетика».

Что же такое дианетика? И какое, собственно, отношение она имеет к упомянутым в нашем заглавии воспоминаниям?

В основе дианетики лежит утверждение, что наш мозг функционирует как гигантский компьютер. Компьютер этот состоит из двух частей — сознательной, или «аналитической», и бессознательной, или, в терминологии Хаббарда, «реактивной». Аналитический мозг управляет нами, когда мы находимся в сознательном состоянии, и управляет в общем-то безупречно. Но он может дать сбой, когда «реактивный» мозг подаст ему неверные данные. А это происходит каждый раз, когда мы на время теряем сознательный контроль над собой — например, когда спим. Или когда нам очень больно. Хаббард утверждает, что есть много состояний, когда реактивный мозг захватывает власть над аналитическим. На нашу беду. Дело в том, что реактивный мозг — это дебил, как говорит Хаббард. Программы, которые он выдает сознанию, — ошибочные программы. Они запечатлеваются в реактивном мозгу под влиянием восприятий, поступающих от наших органов чувств, когда мы находимся в бессознательном состоянии. Вот, — например (цитирую Хаббарда): «Женщина сбита машиной. Ее окружают прохожие, водитель кричит, что она сама виновата, в ее глазах мелькают вспышки света, она ощущает запах бензина и асфальта, вкус крови во рту. Реактивный мозг запечатлевает все эти ощущения в виде «энграммы» — целостной записи происшествия со всеми сопровождающими его ощущениями». Ключевое слово произнесено. Энграммы, по Хаббарду, это и есть те ошибочные, неправильно отражающие реальность «записи», которые реактивный мозг будет позднее выдавать аналитическому, вызывая всевозможные неврозы, психозы и психосоматические болезни, вплоть до рака и диабета (рак и диабет, по Хаббарду, именно психосоматические болезни, они возникают, грубо говоря, от «психа»). А самый вредный вид таких «записей» — это утробные энграммы. То есть те, которые запечатлелись в нашем реактивном мозгу, когда мы еще пребывали в материнской утробе. Как, утверждает дианетика Хаббарда, именно эти энграммы вызывают большинство наших неврозов и болезней.

Вот как Хаббард объясняет образование утробных энграмм: «Мама чихает — плод содрогается в конвульсиях; мама натыкается на стол в кухне — у ребенка ощущение жуткого удара по голове; мама икает — ребенку кажется, что он попал в нутро грохочущей стиральной машины. Папа ночью вошел в азарт — ребенку кажется, что он попал под паровой молот. Мама зашлась в истерике — у ребенка образуется энграмма. И так без конца».

Мы и не подозревали, что в матке царит такая чудовищная какофония. «Стуки, лязги, грохот, скрежет, чваканье, бурленье, оглушительный шум текущих вод, громыханье прорывающихся газов…» Бедное дитя! «В его ушах стоит непрерывный шум. Ему душно, больно, тесно и страшно». И вдобавок ко всему в его крохотном мозгу запечатлеваются все произносимые снаружи слова. Папа кричит маме: «Возьми это! Возьми!!» — а позже, уже во взрослом возрасте, реактивный мозг истолковывает эту энграмму с буквализмом идиота, и вы становитесь клептоманом. Мама кричит папе: «Ты ни на что не способен!» — ребенок вырастает с комплексом неполноценности. Мама жалуется подруге: «На черта мне эта беременность!» — и ребенок вырастает с сознанием своей ненужности в семье. Но есть еще более ужасная ловушка, куда мы все неизбежно попадаем, даже если в матке нам было хорошо и уютно. Эта ловушка — энграммы, возникшие на доутробной стадии!

«Почти каждый мой пациент, — утверждает Хаббард, — признавался во время сеанса, что не раз переживал во сне ощущение, будто он стремительно плывет по какому-то узкому каналу или лежит у какой-то стены в ожидании пронизывающей боли чьего-то проникновения». Поначалу Хаббард не придавал особого значения этим снам. Но потом его осенило. Он понял, какие переживания они отражают. Это, провозгласил он, не что иное, как «реальные переживания, которые мы испытывали на стадии сперматозоида или яйцеклетки».

Эти «воспоминания сперматозоида» ужасны тем, утверждает Хаббард, что они являются самыми ранними, самыми глубинными, самыми базовыми из всех наших энграмм. А согласно дианетике, для излечения человека от неврозов и прочих недугов нужно прежде всего «стереть» его базовые энграммы. Тогда более поздние сотрутся легче. Воспоминания сперматозоида уж такие базовые, что дальше буквально некуда. Поэтому их следует стирать в самую первую очередь.

Методы дианетики очень просты, Пациент ложится на кушетку, а врач-дианетик соответствующими, фразами погружает его в «дианетический транс». Наступление этого транса опознается по частому трепетанию век. Доведя пациента до трепета, врач начинает задавать ему серию вопросов, понуждая его «вернуться вспять» по его «временной траектории», чтобы вспомнить все прежние энграммоформирующие переживания. Стоит пациенту припомнить какую-нибудь энграмму, как она тут же теряет свою силу. Ослабление энграммы сопровождается беспричинной зевотой и потягиванием, а ее полное «стирание» — столь же беспричинным приступом смеха. За пять-шесть таких сеансов все энграммы стираются, и пациент выходит от врача, излеченный от всех неврозов и недугов. Включая рак и диабет. Излеченные пациенты становятся «абсолютно чистыми». Они настолько здоровее всех остальных людей, что Хаббард даже опасается, не станут ли они «аристократией будущего». Впрочем, он тут же оговаривается, что это не так уж страшно — ведь «абсолютно чистые» вместе с энграммами утрачивают и все свои дурные помыслы и даже способность к ним. Дианетика оказывается также способом совершенствования общества и культуры.

Но это уже проблемы метафизического свойства. Им Хаббард посвятил другую свою не менее толстую книгу — «Наука выживания», написанную уже не за три недели, а всего за три дня. Кроме того, он опубликовал также «Детскую дианетику», посвященную методам лечения детей. Еще одна его книга, «Превентивная дианетика», излагает приемы предотвращения энграммобразования. Приемов, собственно, немного. Строго говоря — всего один. Нужно поменьше разговаривать вблизи беременной женщины. «Всякая речь, любое громко произнесенное слово угрожает душевному здоровью плода. Молчите!»

Если ваши родители не воспользовались этим мудрым советом, пока вы пребываете в материнской утробе, вам не миновать образования энграмм и всех неприятностей, с ними связанных. А значит, вам не миновать и кушетки врача-дианетика. Не пугайтесь. Вас не будут допытывать, хотели вы обладать своей мамой или прикончить своего папу. Ассистент Хаббарда и пламенный энтузиаст дианетики (позднее, впрочем, в ней разуверившийся) доктор Винтер так описывает свой предварительный разговор с пациентом. «Что вы чувствуете сейчас? — Мне хочется почесать глаз. — Чем, по-вашему, вызвано это желание? — Наверно, пылинка попала. — Подумайте еще. — Ну, не знаю. — Я могу подсказать вам несколько предположений, которые вы, конечно, не обязаны принимать. Не чешется ли ваш глаз потому, что у вас наворачиваются слезы? — Пожалуй. — В таком случае постарайтесь вспомнить, когда у Вас впервые в жизни было такое ощущение. Не чесался ли у Вас глаз в момент вашего рождения?»

Как не вспомнить двух предприимчивых евреев, в голодные годы отправившихся на село зарабатывать фокусами: «Хаим, отгадай, в какой руке у меня монета. — В левой. — А подумав? — В правой. — (Селянам, торжествующе): Вот видите!»

Тем, кому врач не по карману, Хаббард предлагает домашнее руководство под названием «Излечись сам!». К этой книге прилагаются специальные картонные диски двух цветов с соответствующими надписями. Поворачивая диск, вы можете сами получить дианетические ответы на все свои медицинские вопросы, а также стереть все свои вредные энграммы. Эффективное, быстрое и полное исцеление гарантируется. Еще за 100 долларов можно приобрести специальный «электропсихометр», который позволит вам «объективно» измерять стресс в процессе своего дианетического самоисцеления. Прибор градуирован в специальной «хаббардовской шкале» и «немедленно выявляет особо прочные энграммы». Прибор выпускается и в упрощенном варианте, который называется «миниметр» и стоит всего 40 долларов, но с этой дешевкой вам в такую глубь своей биографии проникнуть не удастся.

Дианетика возникла около полувека назад. Хаббард уже умер. Но его дело живет и продолжает распространяться по всему земному шару, находя миллионы новых адептов. Учение Хаббарда всесильно, потому что оно вульгарно. Когда-то Ильф и Петров подметили: стоит в «большом мире» начаться, скажем, штурму Северного полюса, как в «малом мире» тотчас рождается шлягер: «Нам с милкой и на полюсе тепло». Стоит в большом мире начаться штурму подсознания, как в малом рождается дианетика и прочие «современные науки ментального исцеления». Сразу от всех недугов. Включая рак и диабет.

Да, чуть не забыл. Вскоре после выхода «Дианетики» Джон Кемпбелл-младший снова заболел синуситом, от которого уже не избавился до самой своей смерти.
^ ГЛАВА 3 ГЛАШАТАИ КАТАСТРОФ
Все астрономы сегодня согласны, что Земля возникла миллиарды лет назад и с тех пор продолжает с невозмутимой регулярностью вращаться вокруг Солнца. Но для некоторых рядовых граждан все, что вызывает единодушное согласие ученых, тотчас становится подозрительным. Им это кажется догмой или — того хуже — преступным сговором. Такие граждане, если они наделены достаточным воображением и хотя бы обрывками школьных знаний, немедленно принимаются за работу и создают собственные теории, разоблачающие этот сговор и открывающие миру «подлинную истину». Чаще всего такие теории остаются достоянием узкого круга знакомых и друзей. Но иногда они выходят за его пределы и захватывают воображение множества других рядовых граждан. Почему это происходит с одними теориями и не происходит с другими, не очень понятно. Может быть, стоит рассмотреть некоторые из таких случаев, чтобы лучше понять, что же способно увлечь массы.

Среди теорий, опровергающих общепринятые среди астрономов взгляды на историю Солнечной системы, наибольшая популярность в новом времени выпала на долю четырех. Об одной их них, принадлежащей Иммануилу Великовскому, я уже рассказывал в своей предыдущей книге «Загадки, тайны и коды Библии». Великовский был родом из Москвы, сыном известного еврейского купца и сиониста, который позднее эмигрировал в Палестину. Великовский и сам некоторое время жил в Палестине, где имел врачебную практику и занимался психоанализом. Позже он переехал в США, где и создал свои прославленные книги. Первая из них, «Миры в столкновении», вышла в свет в 1950 году. Она сразу же стала бестселлером среди широких читательских масс вроде нынешнего «Кода да Винчи», хотя и на другой манер. Среди ученых она вызвала бурное возмущение. Великовский утверждал, что не в столь далеком прошлом некая гигантская комета, исторгнутая из недр Юпитера, дважды прошла вблизи Земли, после чего была заторможена Марсом и превратилась в нынешнюю планету Венеру. Первая встреча, или «столкновение», этой кометы с нашей планетой произошло, по Великовскому, в 1500 году до н. э. и заставило Землю замедлить свое вращение или даже полностью остановиться, что вызвало катастрофические последствия: горы стали рушиться, моря расступились, метеоры посыпались с неба, реки окрасились кровью и огненный столб огромной молнии соединил Землю с кометой. Все это, утверждал Великовский, и было запечатлено в библейской книге Исхода в виде явлений, сопровождавших исход евреев из Египта.

Воздействием кометы он объяснял и последующие события еврейской истории, как они описаны в той же Библии. Например, извержения, землетрясения и прочие жуткие явления в ходе получения Моисеем Торы на горе Синай были, по его мнению, следствием краткого возвращения кометы к Земле; манна небесная, кормившая евреев все 40 лет странствий в пустыне, образовалась из углеводородов, составлявших хвост кометы (из них же позднее образовались земные залежи нефти); а та знаменитая остановка Солнца над долиной Айялон по приказу Иисуса Навина, что произошла 52 года спустя, была вызвана повторным «столкновением» Земли с кометой. Одно из вызванных этим столкновением землетрясений обрушило и знаменитые стены Иерихона. А вот катастрофические события, произошедшие семь столетий спустя, в восьмом веке до н. э., когда Сеннахериб осаждал Иерусалим и отступил от него, напуганный землетрясениями, имели причиной уже не саму эту комету, а планету Марс, который под воздействием всё той же неприкаянно блуждавшей по Солнечной системе кометы вдруг резко приблизился к Земле и вызвал все эти катаклизмы. Кстати, этим же приближением Марса Великовский объяснял и знаменитую «загадку Свифта». Дело в том, что автор «Путешествий Гулливера», описывая вымышленную им страну Лапуту, походя заметил, что у Марса есть два спутника. А земные астрономы открыли эти спутники только через 156 лет после написания Свифтом этих строк! Более того, в этом же своем рассказе Свифт совершенно точно указал, что один из этих спутников движется вокруг Марса быстрее, чем вращается сама планета. Откуда он мог это знать? Великовский утверждает, что Свифт вычитал все это в манускриптах древних астрономов, которые разглядели эти спутники невооруженным глазом во время вышеупомянутого приближения Марса к Земле. Представляете, как близко он подошел?!

Великовский вообще имел привычку обосновывать свою теорию «космических катастроф» ссылками на всевозможные древние рукописи, легенды и сказания самых разных народов. Обилие использованных им фольклорных источников изумляет. Столь же изумляет непредвзятого читателя способ их использования. Автор «Миров в столкновениях» привлекал себе в поддержку те материалы, которые ему подходили, и совершенно спокойно игнорировал все те, которые противоречили его теории. Точно так же он игнорировал все те научные факты и законы, которым эта теория сама противоречила. Как закон тяготения Ньютона, так и открытые им законы движения не допускают такой эквилибристики небесных тел, какую постулировал Великовский. Остановка или даже приостановка вращения Земли должны были вызвать куда более трагические последствия, вплоть до уничтожения всего живого. Нефть образовалась на Земле совершенно иным путем. Геологические данные начисто отрицают наличие тех следов, которые должны были оставить на лике планеты «катастрофы Великовского». Но автора теории «столкновений» все это нисколько не смущало. Как не смущало его, например, то простое обстоятельство, что «кометная манна» должна была выпадать на евреев непрерывно, а не с теми перерывами на субботу, которые описываются в Библии. Для Великовского всё, что было написано в Библии, сомнению не подлежало, — оно подлежало «объяснению». И он последовательно находил такие «объяснения» каждой фразе, каждому слову Библии. К своей «теории катастроф» он пришел как раз движимый жгучим стремлением «научно» объяснить библейское описание чудес еврейского исхода из Египта. Все остальное в этой теории было попросту придумыванием таких псевдонаучных «объяснений».

Если бы Великовский был первым, придумавшим такую теорию, ему хоть принадлежал бы приоритет открытия новой области псевдонауки. Увы, даже этого приоритета он не заслужил. У него были по меньшей мере два примечательных предшественника. Каждый из них подкреплял свою теорию теми же мифами и легендами, и каждый придумал ее для объяснения того же библейского текста. Первым из них был Уильям Уинстон, британский священник и математик, опубликовавший свою книгу «Новая теория Земли» еще в 1696 году. К тому времени уже было известно, что Земля кругла, и многие священники стали искать в библейских текстах доказательства того, что именно это в них и говорилось. Уинстон использовал в качестве такого доказательства слова пророка Исайи: «Он есть Тот, Который восседает над кругом земли». Где круг — там шар, рассудил Уинстон и, ободренный этим первым успехом, взялся выводить из той же Библии все остальные факты современной ему науки. Написано, что земля была безвидна и пуста — значит, она находилась в хвосте огромной кометы (и тут комета!), и этот хвост поглощал весь солнечный свет. Не написано, что она вращалась вокруг своей оси — значит, поначалу и не вращалась. Поэтому каждый день был тогда равен году, и погода все время стояла ровная, теплая и приятная. А испортилась она лишь тогда, когда Земля — под воздействием все той же кометы — начала вращаться. А начала она делать это в наказание первым людям, Адаму и Еве, которые польстились на запретное яблоко. Но люди не вняли этому первому предостережению высшей силы и продолжали, как известно, грешить. Тогда в один злосчастный день, а точнее, по расчетам Уинстона, 28 ноября 2349 г. до н. э., Господь наслал на Землю вторую комету, водяной пар которой, придя в соприкосновение с земной атмосферой, обратился в дождь и вызвал потоп. Из-за выпадения на Землю большой массы воды ее собственная масса возросла, и вращение вокруг оси замедлилось — так сутки получили свою нынешнюю длительность. И так далее. Отличие от Великовского — только в том, что тут комет было две, не одна. Кроме того, у Уинстона — опять же в отличие от Великовского — всё это было разработано до мельчайших деталей и доказывалось с помощью математических формул. Возможно, именно наличие этих формул заставило великого Ньютона с большим энтузиазмом встретить книгу «ученого коллеги». Уинстон удостоился также похвал философа Джона Локка. В оправдание их обоих, следует сказать, что в те времена геологические и астрономические сведения были еще довольно скудны и проверить гипотезы Уинстона было практически невозможно.

Брошенная Уистоном идея, что Земля переживала периоды больших катастроф и ответственны за них были кометы, воспламенила воображение многих последователей, и в 1822 году американец Игнациус Доннелли подхватил и использовал ее в своей нашумевшей книге «Рагнарок». Доннелли был очень колоритной политической фигурой. Благодаря выдающимся ораторским способностям и своей программе аграрных реформ он уже в 28 лет стал вице-губернатором штата Миннесота. Позднее он стал конгрессменом и сенатором. Кроме того, он был незаурядным писателем, автором двух увлекательных романов, второй из которых, «Колонна Цезаря», можно было бы по праву назвать предшественником всех современных антиутопий: в нем изображалась Америка XXI века, в которой восторжествовало что-то вроде фашизма. И вдобавок ко всему Доннелли был буквально помешан сразу на трех псевдонаучных идеях — на существовании Атлантиды, на тайном шифре, которым якобы написаны пьесы Шекспира, и на былых катастрофах в истории Земли, вызванными столкновениями с кометами. Первой он посвятил книгу «Атлантида», второй — сразу две книги: «Великая криптограмма» и «Шифр пьес», а третью изложил в «Рагнароке».

Слово «Рагнарок» Доннелли заимствовал из древней скандинавской мифологии, где оно означало гибель богов и всего мира. В древнескандинавском «Прорицании вельвы» рассказывается о почерневшем солнце, испепеляющем жаре, падении звезд с неба, землетрясениях и земле, погружающейся в море. Двести страниц книги Доннелли посвящены пересказу этих и всевозможных других мифов и легенд, которые, по мнению автора, доказывали, что последнему ледниковому периоду предшествовала гигантская катастрофа, вызванная приблизившейся к Земле огромной кометой. Эти описания крайне похожи на соответствующие места в книге Великоватого: те же землетрясения, обрушивание и подъем гор, наводнения и метеорные дожди, бури и чудовищная жара. Доннелли утверждал, что остатком этой великой катастрофы являются те гравийные породы, которые там и сям обнаруживаются на планете. Он отвергал мнение геологов, будто эти породы являются следом прохождения ледников. Напротив, говорил он, ледники появились как раз в результате кометной катастрофы. Пыль настолько затмила солнечный свет, что на Земле наступила Эра Мрака, сопровождавшаяся резким похолода