Реферат: Медитация как особое психотехническое средство

--PAGE_BREAK--Основные черты большинства медитативных практик
Какие черты медитативных практик можно выделить как характерные?

Начало любой медитации – концентрация, сосредоточенность ума, отрешённость от всего постороннего, что не связано с объектом концентрации, от всех внутренних, второстепенных переживаний. Начиная со средоточения ума на объекте и проходя через этап проникновения в объект, практикующий полностью растворяется в нём, сливается с ним – объект заполняет пространство сознания. Как правило, характер объекта определённым образом ограничивает глубину достигаемой концентрации. Как только внимание отвлекается от объекта концентрации, медитирующий должен произвольным усилием воли вернуть его к объекту. Постепенно, по мере тренировок помехи всё меньше отвлекают внимание и объект остаётся центром концентрации. На этом этапе доминируют чувства энтузиазма, удовлетворения, иногда наблюдаются светящиеся образы, необычные телесные ощущения. По мере углубления концентрации человека могут посещать видения, ментальные процессы в виде образов оживляются при уменьшении сфокусированности. При последующем продвижении возникает момент, когда исчезает обыденное сознание, полностью рассеиваются ощущения и посторонние мысли. Более глубокие уровни концентрации связаны с обращением ума к чувствам восторга и блаженства; появляется невозмутимость, сознание бесконечного.

По моему мнению, это рассеивание ощущений и посторонних мыслей в процессе медитации, существует во всех системах медитации, только называется разными именами: “остановка внутреннего диалога” у Кастанеды, механический “ненужный разговор” у Гурджиева и так далее.

Независимо от идейной подоплёки, практикующие медитацию учатся контролировать и управлять умом, что приводит к улучшению памяти, внимания; приобретают чувство глубинного спокойствия, психической релаксации, улучшают психическое функционирование, что в свою очередь ведёт к улучшению соматического состояния. Эти попутные эффекты не являются единственной целью медитации. Одна из общих черт медитативных практик – идея о том, что медитация должна стать образом жизни практикующего.

При всех видах медитации достигается этап, который описывается как прозрение, экстаз, просветление, прорыв за пределы обычного сознания, состояния ума, “прыжок” в бессознательное, к глубинным пластам своего существа, пребывание в сфере сознания как противоположности сфере рассудка, ума.

Изложенные общие черты можно найти как в древнейших формах медитативных практик (дзэн, йога), так и в современных техниках (аутотренинг, трансцендентальная медитация).




Медитативные практики в индуизме, йоге, тантризме
Подавляющее большинство населения Индии исповедует индуизм. Как религия индуизм сформировался к середине 1-го тысячелетия до н.э. на основе ведийской религии и брахманизма. В основе системы индуизма лежат Веды. Центральное место в системе ведийских представлений имеет концепция Брахмана – высшей объективной реальности, безличного духовного начала, из которого возникает мир со всем в ним находящимся. Для восстановления человеческого единства необходима практика йоги. Основная практика ведийской йоги – аскетическая практика и отречение от мирских благ. Один из основных методов ранней йоги – постепенное отключение разума от чувств и от объектов внешнего мира. Самым хорошим средством для этого считалось сосредоточение на Брахмане.

Система индийской йоги отличается своей многоаспектностью: физические и психические свойства человека получают в ней своё гармоническое развитие. Все стороны функционирования физического тела, ума и психики в йоге детально согласованы. Медитативная практика в ёё рамках имеет строго определённое положение в общей системе упражнений.

Большое влияние на развитие теоретико-философского фундамента йоги оказал трактат “Йогасутра” Патанджали. Патанджали определяет сущность йоги в прекращении деятельности ума, в устойчивом сохранении чистоты ума. Достигнуть этого можно с помощью упражнений, умственно-духовных усилий, достигаемых сосредоточением и медитацией. Согласно Патанджали, для того, чтобы выявить духовную составляющую человека, необходимо мысленно отказаться от восприятия зрительных, слуховых и чувственных образов.

Большая заслуга Патанджали заключается и в том, что он сформулировал концепцию “восьмеричного пути”, отражающую последовательность ступеней практики, позволяющую занимающимся в полном соответствии с природными принципами достичь высших уровней физического и духовного развития.

Можно выделить несколько способов и уровней медитативной практики. Традиционно их подразделяют на 2 больших группы: “медитация с формой” и “медитация без формы”. В первом случае медитирующий направляет сознание на работу с объектом, имеющим определённую форму (цветок, пламя свечи и т.д.), во втором случае объектом медитации становятся не имеющие формы объекты (понятия, идеи и т.д., например, понятие Брахмана).

Мантра-йога определяется как искусство достижения духовного прогресса при помощи контроля звуковых вибраций специальных форм – мантр. Модификация умственно-психического состояния человека посредством мантр может привести к возбуждению или успокоению, к возникновению молитвенного настроя и т.д. Мантра может состоять как из нескольких звуков, так и из нескольких слов. Непрерывное произнесение мантр в йоге практикуется в джапа-медитации. истоки мантра-йоги коренятся в древнем представлении о вселенских вибрациях. В янтра-йоге объектами медитации становятся особые изображения. В надо-йоге объектами медитации являются внутренние звуки. В кундалини-йоге эффект погружения в состояние транса обусловлен соответствующими приёмами управления скрытой энергии организма.

Тантризм – религиозно-философское течение, сочетающее в себе принципы ведийской йоги с положениями буддизма. К VII-VIII векам учение размежевалось на две ветви: тантризм Левой руки и тантризм Правой руки. Триада “мысль – слово – действие” признавалась нераздельными гранями всеобъемлющего единства Вселенной. Все основные положения в тантризме подчинены идее теснейшей связи макро- и микрокосмоса. Согласно представлениям тантризма, звучание мантр вызывает в теле вибрационные колебания, обуславливающие те или иные состояния разума и сознания. Истинное значение каждой мантры познаётся в процессе медитации над ней; тем самым устанавливается тесное единство мысли и слова. В практике тантризма, как и в других учениях, большое внимание уделяется высшим способностям человека (“сиддхи”).


    продолжение
--PAGE_BREAK--Буддистская медитация как метод духовного развития
Правильное сосредоточение имеет четыре ступени. На первом этапе ум сосредотачивается на осмыслении и истолковании истин; на втором этапе отбрасываются излишние умствование и беспокойство; на третьей ступени идёт освобождение от радости рассеивания сомнений и от ощущения телесности; наконец, четвёртая ступень – это достижение полной невозмутимости, безразличия и отрешённости.

Процесс созерцания (дхьяна) может также быть разделён на четыре ступени:

·         спокойное и свободное от чувственности исследование предмета, выбранного для созерцания;

·         мысль остаётся сосредоточенной на предмете созерцания, но ум освобождается от рассуждений;

·         ум полностью освобождается от всех страстей и индивидуализма;

·         очищенность и безразличность ума ко всем воздействиям.

Медитативные традиции буддизма не были предназначены простым людям (разделение на кзотерическое/эзотерическое учение). Методика буддийской медитации имела значительно больше сложных элементов и прямо связана с другими эзотерическими традициями Востока. Например, широко распространена была концентрация на цветных кругах, медитация над отражением Луны над поверхностью водной глади, а также представление себя размером с насекомое. После того, как удавалось добиться ощущения окружающего мира с точки зрения мелкого насекомого, следовало в процессе медитации представить себя величиной с гору. Считалось, что благодаря такой практике достигается космическое расширение сознания.

Созерцание движущихся вод, волнистой поверхности гор в чём-то было аналогично действию музыки, танца, ритму произнесения мантр – оно вырывало человека из-под власти реальности, погружая в состояние транса. Восприятие мира в средневековом Китае было медитативным, сосуществуя рядом с созерцательными упражнениями и формируясь под их влиянием.

В буддизме медитация – это не просто упражнение, которое проводится в комнате и не связано с жизнью. С точки зрения буддиста – это нечто, что помогает сделать жизнь лучше.

В процессе медитации делаются обязательные три вещи: изучение того, чем занимается практикующий; затем обдумывание этого до тех пор, пока он поймёт; затем взращивание благотворной привычки медитировать. В этом процессе медитация интегрируется и становится частью её практикующего. В буддизме не предлагается делать что-то, исходя лишь из слепой веры. Только поняв учение и убедившись в том, что практикующий хочет его применять, он начинает медитировать. Таким образом, медитация означает взращивание определенной благотворной привычки, превращение ее в часть нас самих.

Сам процесс буддийской медитации состоит из двух частей:

·         «аналитическая» медитация;

·         «стабилизирующая» медитация .

Первая часть помогает медитирующему различить, увидеть вещи некоторым более благотворным образом, видеть реальность, а не проекции собственных фантазий. Это делается для того, чтобы почувствовать. На этом уровне процесс практики не вербален. Научившись смотреть на мир, чувствуя в себе подобные благотворные установки, практикующему можно переходить к стабилизирующей ступени, которая состоит в том, что мы максимально сосредотачиваемся на том, что он видит.

При занятиях медитацией важно научиться сосредотачиваться, избавиться от помех, а для того, чтобы удерживать сосредоточение, нужно корректировать свое внимание, когда оно отвлекается. В разных буддийских традициях это делается по разному. Рекомендуется не быть привязанным к единственной практике.

В буддийских практиках существуют различные типы объектов, на которых можно сосредотачиваться в процессе медитации: например, определенный объект, или даже сам ум, процесс мышления. В практиках Махаяны предлагается концентрировать внимание на ментальных явлениях. В тантре для сосредоточения используется визуализация самих себя в образе Будды.


Медитативные практики в даоизме и чань (дзэн)-буддизме
Корни дзэн были заложены в Китае Бодхидхармой, который пришел в Китай из Индии в 6 веке. Впоследствии, в 12 столетии, учение Дзэн проникло и в Японию. Дзэн описывали как «особое учение без священных текстов, вне слов и букв, которое учит о сущности человеческого разума, проникая прямо в его природу, и ведет к просветлению».

Дзэнский обычай самопознания через медитацию для реализации настоящей природы человека, с его пренебрежением к формализму, с его требованием самодисциплины и простоты жизни, в конечном счете завоевал поддержку знати и правящих кругов Японии и глубокое уважение всех слоев философской жизни Востока.

Дух Дзэн стал означать не только понимание мира, но и преданность искусству и работе, богатство содержания, открытость интуиции, выражение врожденной красоты, неуловимое очарование несовершенства. Дзэн имеет много значений, но ни одно из них не определено полностью.

Дзэн-буддизм оказал значительное влияние на развитие китайской и японской культуры. Это течение возникло как эзотерическая секта. Слово “дзэн” (дхьяна) означает “созерцание, самопогружение”. Именно на внезапном озарении в результате интуитивного толчка акцентирует основное внимание дзэн-буддизм, объявляя буддийские обрядность, культы и храмы пустой тратой времени.

Одно из положений дзэн-буддизма состоит в том, что Истина и Будда всегда с нами, только надо уметь их найти, узнать, понять. Истина состоит в озарении, которое возникает внезапно, как внутренний интуитивный толчок, который нельзя выразить словами. Иррациональность дзэнского подхода состоит в том, что человеку необходимо ждать своего часа, и после размышлений в стремлении постичь непостижимое его вдруг осенит нечто, посетит мгновенное озарение, и он постигнет Истину. Смысл этого состоит в раздвижении границ мышления, в выходе за пределы чувственного эмпирического опыта.

Медитативная практика дзэна содержит множество методик перестройки интеллектуальной, духовной и телесной структуры человека: темы для размышления (коаны), диалоги с наставником, стимулирующие действия, неожиданные воздействия (резкие окрики, внезапные удары и т.д.). Для стимуляции напряжённой работы мозга, развития умственного поиска использовалась практика загадок, подразумевавшая медитацию над специальными формулами или двустишиями. Упражняющемуся надо было найти внутренний смысл загадки. Другая часть подготовки – интуитивные диалоги ученика с мастером (мондо), в которых огромный массив информации передавался ученику за секунды. Цель мондо – вызвать в сознании ученика резонанс с сознанием мастера, вызвать у начинающего просветление или подготовить его к озарению.

Процесс медитации осуществлялся в специальных сидячих позах (дза-дзэн). Позвоночник при этом должен быть выпрямленным, находясь на одной линии с головой. Одна из школ дзэн (сото), использует способ медитации сидя лицом к стене, когда медитирующий стремится забыть всякие собственные переживания, отделиться от самого себя. Сначала практикующий сосредотачивается на мышечной релаксации, затем – на ритмике дыхания, наблюдая за ним. Постепенно внимание переносится на умственную деятельность. По ходу времени умственная деятельность теряет логическую последовательность и ассоциативность. После систематических тренировок достигается способность вызывать состояние, при котором сознание практикующего освобождается от посторонних мыслей, при этом ощущается внутреннее спокойствие и уверенность. Опираясь на это состояние, практикующий может осуществлять сознательный психический процесс с большой глубиной концентрации на реальных или абстрактных объектах.


    продолжение
--PAGE_BREAK--Медитативные практики в христианстве
С установлением и всеобщей победой христианства в Европе основной акцент медитативной практики сместился в сторону длительных молитв и схоластических рассуждений. Молитвы длились иной раз несколько часов, что представляло собой вид медитации. Более сложные медитативные практики существовали в закрытых духовных орденах (доминиканцев, тамплиеров, госпитальеров).

Вывод о наличии специальных упражнений можно сделать, исходя из некоторых высказываний (например: “Ищи сокровище в сердце своём” у тамплиеров, что полностью соответствует многим восточным учениям), существования “Логосмедитации”, православной “Иисусовой молитвы”, иезуитских “экзерциций”. Есть существенные совпадения между основными элементами этих упражнений и практикой йогической медитации. То же можно сказать о продолжительных молитвах преподобного Серафима Саровского. “Иисусова молитва” повторялась им многократно, подобно практике беспрерывного чтения мантр в джапа-медитации.

Многие христианские мыслители выходили за тесные рамки учения, например, Мейстер Экхарт. По Экхарту, человек способен познать Бога благодаря тому, что в самом человеке заложена “искорка”, единосущая Богу. Отрешаясь от своего “Я”, соединяясь с Божественным “ничто”, душа человека является средством порождения Богом самого себя.

К сожалению, и по сей день появляются “воинствующие” или слишком ограниченно понимающие букву Учения – такое ощущение у меня возникло при прочтении книги “Православие и религия будущего” иеромонаха Серафима Роуза (1934-1982). В этом труде Серафим Роуз выступил с критикой не только медитации, но также большинства практик личностного развития, многих религий и конфессий (экуменизма, пятидесятников и т.д.).


Медитативные практики в исламе: суфизм
Подобно многим вероучениям, в исламе можно выделить внешнюю сторону, рассчитанную на массы верующих, и внутреннюю, эзотерическую – суфизм. Первые суфийские общины появились в начале VIII века в Ираке. Слово “суф” означало грубую ткань, так как атрибутом суфизма была аскетическая практика. Теоретические основы суфизма были заложены в IX веке.

Основные положения суфизма сводятся к следующему. Абсолютная Реальность имеет превосходство над миром ощущений. Главная задача – найти Бога в себе, развивать любовь к нему, превратить всё личное и социальное в инструмент Аллаха. Единственный путь к Аллаху – медитация, интуитивные поиски, аскетическая практика и т.д. В духовном развитии человека выделяется несколько ступеней (от 3 до 12). Первая ступень посвящения (шариат) ставила целью изучение норм ислама. Вторая ступень (Тарикат) означала, что ученик вставал на правильный путь и становился мюридом. На третьей ступени (марифат) суфий умел сливаться с Аллахом в экстатическом трансе. Четвёртая, высшая ступень (хакикат) означала постижение истины и слияние с Богом, что становилось доступно немногим. Путь суфия реализовывался обычно в суфийских монастырях, каждый из которых придавал свои отличительные черты; поэтому суфизм не являет собой единую систему практики.

В учении суфизма особую роль занимают медитативные техники. Религиозно-философское учение о свете и мистическом озарении (ишрак) рассматривалось в суфизме как истинный путь и спасение и восходит к зороастризму и манихейству. Ишрак это интуитивное мышление, достигаемое аскетизмом и медитацией, дающее полное и истинное знание.

Музыка называется у суфиев “пища души”. Суфии всегда смотрели на музыку, как на самое излюбленное средство для достижения духовного развития. Собрания с музыкой и танцами называются “сэма”. Суфий, находясь в состоянии духовного экстаза, сосредоточивает внимание своего сердца на самоотреченном вспоминании Бога.

Суфизм оказал значительное влияние на этику, литературу и искусство Ближнего Востока, Средней Азии.


Техники медитации в учении Г.Гурджиева
Георгий Иванович Гурджиев (Гюрджиев) (1877-1949) – философ-оккультист греко-армянского происхождения. Он мечтал об открытии Институт гармонического развития человека, что ему и удалось сделать сначала в Тифлисе (1919), затем в Фонтенбло под Парижем (1922). На учение Гурджиева сильное влияние оказали идеи суфизма, о которых уже говорилось в реферате. Являясь последователем одного из суфийских орденов, он основал учение о синтетическом пути самоусовершенствования и миропознания – «Четвертом пути». Он считал, что три первых пути (факира, монаха и йога) являются односторонними. “Четвёртый путь” был основан на представлении о единстве макрокосма и микрокосма и гармонической иерархии законов Вселенной. Также в числе повлиявших на учение Гурджиева называются ваджраяна (тибетский буддизм) и эзотерическое христианство.

Четвертый путь духовного развития практичен и реалистичен. В любом деле человек должен действовать руководствуясь знанием и опытом. Чтобы человек мог развиваться, он должен знать не только устройство своего организма и его функционирование на многих уровнях, но и реальное состояние “человеческой машины”. В этом случае ясно, какие сбои дает машина и как устранить такие неполадки. Предварительные ступени обучения включают: полную нейтрализацию блоков отрицательных эмоций, устойчивое самовоспоминание, нейтрализацию ложной личности, преодоление эгоизма, высокую степень концентрации внимания.

По Гурджиеву, разница между тем, что о себе думает человек, и тем, чем он является в действительности, наиболее очевидно проявляется в представлениях человека о своей личности, ответственности за свои действия и свободе воли. Каждый человек думает, что он является одним и тем же постоянным человеком, за исключением истерических расщеплений личности. В действительности психологическая структура и функция человека лучше объясняется при взгляде на его поведение в терминах многих “я”, чем как одно “я”. То есть человек не выбирает, какому “я” быть или к чему он склонен: ситуация выбирает за него. Его поведение и то, что с ним случается, случается целиком вследствие внешних влияний и «случайных» ассоциаций его обусловленной истории. Выражаясь словами Гурджиева, человек – машина, хотя и очень сложная и запутанная.

Важный элемент в учении Гурджиева – три центра, три отдельных уровнях функционирования человека. Верхний этаж – интеллектуальный центр, средний этаж – эмоциональный центр, и нижний этаж – местоположение контроля над тремя функциями; в нижнем этаже находится двигательный центр и половой центр. В добавление к этим пяти центрам, действующим в каждом нормальном человеке, есть ещё два центра, которые, хотя они и полностью сформированы и действуют постоянно, не имеют связи с другими. Это высший интеллектуальный центр в высшем этаже и высший эмоциональный центр – в среднем этаже. В обычном человеке пять центров функционируют каждый сам по себе и не гармонируют друг с другом, а высшие центры не используются. Изучение неправильной работы центров – один из ключей к пониманию механики человеческой психологии. Препятствием к высшим уровням сознания является изобилие в повседневной жизни и отождествление, в состоянии которого человек “не помнит себя”.

По Гурджиеву, толчок или побуждение к работе над самосознанием может возникнуть только тогда, когда иллюзия имеющихся у нас способностей, которыми мы действительно не владеем, пропадает. Другая характеристика обычного бодрствующего состояния – это механический ненужный разговор, который вызывает бесполезную утечку энергии и является препятствием к развитию высших состояний сознания. Она связана с другой болезнью – ненужных физических движений и напряжений в теле: подергиваний, суетливых движений, постукивания пальцами, притопывания ногами, гримасничания и т.п., которые служат для того, чтобы истощать ежедневную порцию энергии, которая могла бы быть использована, если только человек знает, как, для повышения уровня полезного внимания.

Отношения сущности и личности – ещё один ключевой момент. Согласно Гурджиеву, обычный человек переживает мир таким образом, что он доволен своим положением, получает определенное количество удовольствия и наслаждения и находит сносной жизнь без движения и самореализации. То есть, обычный человек теряет способность использовать личность для выполнения желаний своей сущности. У большинства людей личность является активной, а сущность – пассивной: личность определяет их оценки и веру, профессию, религию и философию жизни. Сущность это то, что является собственно человеком. Личность – это то, что не является его собственным, что может быть изменено при изменении условий. Личность и сущность обе необходимы для саморазвития, так как без личности не будет желания достичь высших состояний сознания, не будет неудовлетворенности повседневным существованием, а без сущности не будет основания для развития.

Что касается непосредственно медитации в системе Гурджиева. Работа над собой наиболее благоприятно протекает в условиях, которые являются для человека повседневными. Четвертый путь требует, чтобы человек был «в мире, но не от мира», как гласит суфийская пословица. Первая линия работы – это длительная попытка последовать древнему изречению «познай самого себя» (самонаблюдение, самовспоминание). Создаётся “трение”, внутренняя борьба между сознанием и автоматическим поведением – например, в виде исполнения привычных действий необычным образом. Вторая линия работы создает особые условия и поддержку в усилии стать сознающим пути собственного отношения к другим людям и дает возможность практиковать новое отношение к другим. На третьей линии работы, которая является работой ради идей самой работы, допускается и даже поощряется инициатива, а личный рост или достижение не являются главной целью усилия.

Усилия вспоминать себя в течение дня поддерживаются через связь с состоянием, достигаемом в спокойной, пассивной медитации каждое утро перед началом дневной деятельности. Сначала этот период сидения в медитации будет заключаться только в заключении физической релаксации и увеличении общего сознавания физического состояния тела при фокусированном внимании на физических ощущениях. При достижении прогресса и уверенности, что установлено твердое основание в ощущении тела, в дальнейшем в практике “Четвёртого Пути” вводятся другие техники. Иногда используются техники достижения “пустого ума” (от мыслей) во время спокойного сидения; может быть использована так называемая “Атма вачара” (медитация на истинное «Я»), заключающаяся в медитативном размышлении над вопросом «Кто я?».

 Прогресс во внутреннем развитии при применении различных медитативных практик следует общему курсу. Сначала ум находится в большой активности, и его болтовня не поддается никаким попыткам продвинуться к внутренней тишине и простому вниманию к физическому телу. Со временем и постепенно близкое знакомство с внутренним процессом допускает некоторое освобождение от отождествления с его капризами, и здесь появляются моменты ясного сознания. Когда пассивная медитация углубляется, моменты самовоспоминания в течение активной жизни могут быть связаны с этим медитативным состоянием, в результате чего они становятся более сильными и более достоверными.

Ритмические гимнастические движения и танцы, взятые Гурджиевым из различных традиций Востока, используются в качестве помощи в первой линии работы. Они являются определённой формой медитации – медитации в действии (можно сравнить с динамической медитацией Раджниша), в то же время они имеют отношение к искусству и языку. При практике этих движений внимание должно быть разделено между выполняемыми движениями и воспоминанием себя; голова, руки и ноги должны следовать определенным, часто весьма сложным ритмам, и без большого напряжения внимания выполнять эти движения совершенно невозможно. Для их выполнения необходима правильная работа центров и последовательное осознание каждого движения. Движения производятся под музыку, которая вовлекает в действие эмоциональный центр, соединенный с интеллектуальным центром, и двигательно – инстинктивный уровень функционирования, который должен идти против личного и идиосинкразического отклонения, и он делает движения точно, как указывается.


    продолжение
--PAGE_BREAK--Интегральная йога Ауробиндо и Трансцендальная медитация Махариши
Одна из неклассических йог, возникших в XX веке, – Интегральная йога, разработанная Шри Ауробиндо Гхошем. Её индийский синоним – Пурна-йога (полная, совершенная). Исходный аспект в ней – самоуглубление и сосредоточение на Безмолвии, а основными теоретическими предпосылками служат представления о различных уровнях сознания, задача полного раскрытия человеческого “Я” в процессе активного преобразования внутреннего и внешнего мира.

Трансцендентальная медитация разработана индийским йогом (точнее, бывшим физиком) Махариши Махеш Йоги. Первоначально она распространялась им в родной Индии, но не получила коммерческого успеха. Поэтому Махариши решил попытать счастья в штате Калифорния, США, сориентировавшись в ситуации увлечения восточными учениями. С середины 60ых до середины 70-ых был период наибольшего интереса к ТМ, когда ею увлекались не только простые американцы, но и артисты, музыканты (например, групп The Beatles, Rolling Stones). После почти десятилетнего бума интерес к ТМ стал снижаться.

Трансцендентальная медитация – это модифицированная мантрамедитация, приспособленная к западной культуре. Теоретической её основой является учение адвайта веданты Шанкарачарьи, в своё время возродившее индуизм в Индии в условиях господствовавшего тогда буддизма. Целью исповедующего его и вступившего на этот путь является объединение ума с бесконечным сознанием; на начальном этапе – освобождение от двойственности сознания, которое считается главной причиной человеческих страданий. Техника трансцендентальной медитации – это приёмы концентрации внимания, т.е. практика дхьяны (дхианы). Методику ТМ отличают простота и относительная лёгкость выполнения. Для начинающего самое важное – не касаться интеллектуальной области, не думать. Первичный курс ТМ не требует овладения специальными позами и проводится сидя на стуле или лёжа. После вступительных занятий желающие заниматься дальше проходят обряд “посвящения” (фактически поклонение индуистским богам и обожествление гуру). В последующем ТМ проводится регулярно дважды в день по 20 минут. Ученик медитирует, непрерывно повторяя свою личную мантру, давая уму полную свободу. При проведении ТМ рекомендуется избегать больших усилий в концентрации внимания. При последовательной тренировке ученик выходит на особый уровень сознания, которое в ТМ описывается как состояние полного удовлетворения, блаженства, абсолютного осознания сущего. В последующем ставится цель – использовать ТМ как средство управления чувствами и умом при сохранении активного образа жизни.

В психотерапии ТМ используется в качестве одного из методов психической саморегуляции для снятии тревоги и напряжения.


Аспекты медитативной практики О.Айхвангова и Дж.Кришнамурти
Французский философ и духовный учитель Омраам Микаэль Айванхов (1900–1986) родился в Болгарии и жил во Франции с 1937 года. Во всех его произведениях поражает многообразие точек зрения, с которых он рассматривает единственную проблему: человек и его совершенствование. Темы, которые он затрагивает, неизменно трактуются с позиции пользы, которую может извлечь человек для самопознания, самосовершенствования и лучшей организации своей жизни.

Существование зла в идеально созданной Богом вселенной является загадкой, перед которой философии и религии никогда не прекращали склоняться в поисках объяснений. Принимая за основу иудейско-христианскую традицию, Учитель Омраам Микаэль Айванхов настаивает прежде всего на том, что истинные ответы на вопросы проблемы зла нужно искать не в попытках объяснения сущности зла, а в методах работы со злом. Каково бы ни было его происхождение, зло является внутренней и внешней реальностью, с которой мы ежедневно сталкиваемся и должны научиться работать над ней.

О.М. Айванхов считал, что ежедневная реальность должна служить пространством для духовной работы:

 “… Сделайте медитацию своей привычкой, это очень важно. (...) Мой совет таков: продолжайте зарабатывать деньги, общайтесь с теми друзьями, с которыми хотите, делайте все, что желаете, но оставьте достаточно времени, чтобы приобрести квинтэссенцию жизни. Потому что даже, если вы владеете всем миром, без квинтэссенции вы скажете: «Зачем это мне? Это слишком много», и вы будете несчастны. (...) Если вы не имеете квинтэссенции, вам ничего не даст обладание целым миром. Только мыслью можете приобрести вы квинтэссенцию”.

В продолжение мысли, Айванхов отмечает что медитация и созерцание нужны, чтобы поднять себя на более высокий уровень, а затем вернуться назад, принося в реальную жизнь различные лучшие формы, критерии и размеры. В этом смысл и цель настоящей медитации: “Настоящая медитация, настоящее созерцание означает подняться на более высокий план, в мир, который превосходит нас, заполнить себя его чудесами, а затем отразить это чудо. Если после медитации вы останетесь холодным и тупым, если вы не вдохновлены, можете быть уверены, что ваша медитация была безрезультатна. Медитация или молитва должны вызывать трансформацию, изменять ваш взгляд, улыбку, жесты, походку, прибавлять хотя бы маленькую частицу чего-то нового, чего-то вибрирующего в такт со всем божественным миром. Это критерий суждения, медитировал человек или нет”.
Джидду Кришнамурти (1896-1986) – выдающийся духовный учитель наших дней. В детском возрасте он был обнаружен теософом Ледбитером в Индии, затем Теософское общество во главе с А. Безант провозгласило его в качестве нового Мессии (Мартрейи). В 1929 году Кришнамурти отошёл от Теософского общества и отказался от роли Мессии в результате перевернувшего его жизнь духовного опыта. Он стал проповедовать собственное учение, не связанное с ортодоксальной религией или сектантством. Главной целью его учения было высвобождение человечества из оков, отделяющих людей друг от друга – таких, как расы, религии, национальность, классовость, с тем, чтобы трансформировать человеческую психику.

В представлении Кришнамурти, фундаментальная истина заключена в том, что ум, жаждущий все более широких и глубоких переживаний, всегда живёт в своих воспоминаниях. Он зависим от переживаний, вызовов, которые поддерживают нас в состоянии бодрствования. Фактически эта зависимость от переживаний только притупляет ум. Кришнамурти задаёт вопрос, можно ли сохранить состояние полного бодрствования, быть полностью бодрствующим без всяких вызовов и переживаний? Ответ заключён в том, что для этого требуется большая физическая и психическая восприимчивость. Это означает, что человек должен быть свободным от всяких потребностей, ибо в тот момент, когда он испытывает потребность, и возникает желание испытать переживание. Чтобы быть свободным от потребностей и их удовлетворения, необходимо исследовать в самом себе и понять всю природу потребности и ее целостность.

“Медитация это понимание жизни в ее целостности, понимание, в котором все формы фрагментирования прекратились. Медитация – не контроль за мыслью (...) Медитация должна быть осознанием каждой мысли, каждого чувства, при котором никогда не следует говорить, что это правильно или неправильно. Нужно лишь наблюдать их и двигаться вместе с ними. При таком наблюдении вы начинаете понимать целостное движение мысли и чувств. И из этого осознания возникает безмолвие,… это безмолвие есть медитация, в которой медитирующий полностью отсутствует, потому что ум освободил, опустошил себя от прошлого. (...) Медитация это состояние ума, который смотрит на все с полным вниманием, целостно, а не выделяя какие-то части” .

Для Кришнамурти важно, что медитация не имеет техники. Им предлагается медитация как наблюдение сознания без сознающего, созерцания без созерцающего: “Если вы изучаете себя, наблюдаете за собой, за тем, как вы едите, как говорите, как вы болтаете, ненавидите, ревнуете, если вы осознаете это все в себе, без выбора, это есть часть медитации” .

Кришнамурти сравнивает медитацию с любовью, потому что любовь – не продукт системы привычек, не результат следования методу. Любовь может придти, когда существует полное безмолвие, безмолвие, в котором медитирующий совершенно отсутствует; а ум может быть безмолвным только тогда, когда он понимает свое собственное движение – мысли и чувства. Чтобы понять это движение мысли и чувства, при его наблюдении не должно быть осуждения.


    продолжение
--PAGE_BREAK--