Реферат: АИ Солженицын об истории дореволюционной России

Федеральноеагентство пообразованию

Государственноеобразовательноеучреждение

Высшегопрофессиональногообразования

«Нижегородскийгосударственныйуниверситетим. Н.И. Лобачевского»

Историческийфакультет

кафедраисториографиии источниковедения

Курсоваяработа

А.И. Солженицыноб историидореволюционнойРоссии

Исполнитель:

студентка3 курса в/о

ЧувилеваЕлена Владимировна

Научныйруководитель:

профессорКитаев В.А.

Нижний Новгород

2006

Оглавление

Введение

Глава I.Историческаяконцепция А.И.Солженицына

Глава II.Критическиезамечания кконцепции А.И.Солженицына

Глава III.Взгляды А.И.Солженицынана историческоеразвитие

Заключение

Источникии литература

Введение

История Россииявляется предметомспоров, особеннопосле крахаСоветскогоСоюза. У большевиковбыла своя концепцияистории, в которойглавное вниманиеуделялось лицами событиямпрямо или косвенносодействовавшимреволюционномудвижению ипрогрессу вего марксистскомпонимании. Этаконцепции многоне договаривала, опускала некоторыезначительныефакты, чегоистория нетерпит. «Каждыймомент нашейистории, исегодняшнийтоже, — естьлишь точка наеё оси. И еслимы хотим нащупатьвозможные иверные направлениявыхода из нынешнейгрозной беды— надо не упускатьиз виду те многиепромахи прежнейнашей истории, которые тожетолкали наск теперешнему»1, — так определяетзадачи историиАлександрИсаевич Солженицын.Именно историяпрошлого можетпомочь понятьнам настоящееи построитьбудущее.

Тема даннойработы «А.И.Солженицыноб историидореволюционнойРоссии» являетсяинтереснойи актуальной.АлександрИсаевич известенвсему миру, — это нобелевскийлауреат, великийписатель, общественныйдеятель. Ноисториком егоназвать нельзя, он никогда незанималсяисторией снаучной точкизрения, не писалнаучных работили монографий, он лишь говорилоб историческихсобытиях разныхэпох в своихпублицистическихработах ихудожественныхпроизведениях.Солженицын– это человек, о котором говорят, вокруг именикоторого долгоевремя ходилиспоры не тольков СССР, но и наЗападе, человек, которого пророчилив начале 1990-х впрезидентыРоссии, несмотряна то, что онникогда не былполитиком, кего мнениюдолгое времяприслушивались, да и сейчасмногие разделяютего взгляды.Его трактовкаистории невписываетсяв историческуютрадицию, ирассмотретьеё тем болееинтересно: Вчем Солженицынрасходитсяс официальнымивзглядами? Ипочему? Ведьон неоднократноговорит о том, что «для страныодна из главныхдуховных целей– сохранениепамяти о своемистинном прошлом, без чего нельзявосстановитьсамих себядуховно». Именнодля дальнейшегоразвития Россиии себя самихмы должны знатьпрошлое, но«наша странав ее нынешнемдуховном возрождениибольно ощущаетпровал своейисторическойпамяти»2, что АлександрИсаевич и торопитсявосполнить.

Главнойзадачей даннойработы являетсяподробноохарактеризоватьисторическуюконцепциюСолженицынао дореволюционнойРоссии, рассмотретьисториографиюпо этому вопросуи выявить тевзгляды, которымируководствуетсяАлександрИсаевич, и какдругие ихвоспринимают.

Главнымисточникомданной работыявляется первыйтом публицистическихработ Солженицына, опубликованныйв Ярославлев 1995 году. В данныйтом вошлипроизведениявпервые публикуемыев России, а еслии публикуемые, то в малодоступныхизданиях. Частьих написанаеще в СССР, атакже статьии речи, написанныеуже на Западе.Наиболее подробноСолженицынизлагает историюнашей страныв своей статье«Русский вопрос»к концу XXвека», написаннуюещё в Вермонтев 1994 году, а в Россиивпервые опубликованнуюв журнале «Новыймир». В этойстатье Солженицынговорит, что«наша историясегодня видитсякак потерянная».И он пытаетсявосстановитьее, чтобы начать«вполне здравую, устремленнуюна свое внутреннеездоровье, и всвоих границах, без заносовв чужие интересы».«Мы должныстроить Россиюнравственную».

Глава I.Историческаяконцепция А.И.Солженицына

Подробнаяконцепцияистория Россиидореволюционногопериода изложенаСолженицынымв его статье«Русский вопроск концу XXвека». Солженицынначинает своюстатью с историческогоогляда издалека, при этом выделяет«только двелинии: каксоотносилисьв нашей историивнутреннеесостояниестраны и еёвнешние усилия»3.

Солженицынв своей публицистикеи художественныхпроизведенияхнемного говоритоб историиКиевской Русии Московскогогосударства.Более подробноон говорит отрех векахрусской истории, предшествующихреволюции.

АлександрИсаевич, опираясьи цитируя академикаПлатонова, отрицает рассветновгородскойдемократиив XV-XVIвеках. «Заповеднымкраем демократическойсреды, обильногосвободногокрестьянстваи образованныйименно освободясьот Новгорода, писатель считаетПоморье. (Москване насаждалатам своих помещиков, ибо с северане видела врагов.)В Поморьи русскийхарактер развивалсясвободно, нев сжатии московскихпорядков и безнаклонов кразбою, заметноусвоенномуказачествомюжных рек»4.Именно север, с опорой наПоморье, в смутуXVIIвека стал надежнойподдержкой«для отрядовСкопина-Шуйского, потом – ополченияПожарского, принесшегоРуси окончательноеосвобождениеи замирение».А в смуте Солженицыннаходит своиплюсы – «примерыпоучительнойрусской народнойорганизованностидля нас, потомков»- «повсюду усилиласьместная власть, выносилисьпостановленияместных “миров”, происходила“обсылка”послов и вестейиз города вгород, в городахсоздалисьвсесословныесоветы, онисоединялисьв “совет всеяземли”». Всеэто стало причинойвозникновениярядом с привычным«государевымделом» «великогоземского дела».

Большоезначение вистории управлениястраны Солженицынотводит органамместного управления.Он считает, чтоименно выборнаявласть народаи представительныеорганы в МосковскойРуси былистабилизаторомвласти и источникомздоровьянациональногодуха и сознания.«Михаил с первыхже шагов искалпомощи ЗемскогоСобора — а Соборохотно помогалГосударю. Небыло никакогоформальногоограничениявласти Государя, но — теснаясвязь царя и“всея земли”.И первые 10 летцарствованияМихаила Соборзаседал непрерывно, позже периодически»5.Также АлександрИсаевич напоминает, что в последнеецарствованияРюриковичей«наряду совсесильнойцарской властью, действовалиместные жизнеспособныеуправительныеучреждения(хотя ещё присамом невежественномсостоянииправосознания), выборные власти: губной староста(по уголовнымделам), земскийголовной староста,“земская изба”(раскладкаподатей, развёрстказемли, нуждыпосадских). Такчто местныеуправления, столь спасительноповлиявшиев Смуту, вырослине на пустомместе».

«По исконнымрусским представлениямистина не можетбыть найденаголосованием, большинствоне обязательнолучше видитеё. И когда дляважных решенийсобиралисьпредставителиземли («ЗемскиеСоборы»), наних не бывалоголосований: истина искаласьпутем долгихвзаимных убеждений– и определяласьконечным общимсогласием. Итакое решениеСобора юридическине было обязательнодля царя, — номорально неизбежно.Судя с такихпредставлений, создание партий, то есть частей, борющихся засвои частныеинтересы засчет другихчастей народа, представляетсянелепостью»,- таково личноемнение Солженицынана местноеуправлениеи земские соборы6.

Но соборныйпериод заканчиваетсяпри АлексееМихайловиче,«по историческомунедоразумениюувековеченном“Тишайшим”.При нём всёбольше браловерх в государственномуправлении“приказное”начало над“земским”, вместо здоровыхземских сил— плохо организованнаябюрократия,— и это тоже на300 лет вперёд.ЦарствованиеАлексея Михайловичавсё наполненобунтами — народнымпротестомпротив управлениявоевод и приказных»7.Негативно оноцениваетзаконодательноедело АлексеяМихайловича:«Уложение 1649года не толькооставило впрежнем закабалениихолопов и крепостных, но даже усилилоего». ДвоякоАлександрИсаевич рассматриваети войну с поляками.С одной стороныон отвоевывалисконно русскиеземли, и в данномслучае войнуможно назватьнеобходимойи справедливой.Но с другойстороны военноестолкновениеоткрывалоАлексею и мерунашей отсталостиот Запада, иострую необходимостьперениматьоттуда знанияи технику, вселялои “моду” неотстать ни вчём от западныхвлияний, поспешноугодить дажеи в исправлениибогослужебныхкниг. «И этопривело егок жесточайшемупреступлениюанафемы собственномународу и войныпротив негоза “никонианскуюреформу” (когдауже и сам Никонотошёл от “греческогопроекта”). Через40 лет после едвапережитойнародом Смуты— всю страну, ещё не оправившуюся, до самой основы, духовной ижизненной, потряс церковныйРаскол. И никогдауже — на 300 летвперёд — православиена Руси невосстановилосьв своей высокойжизненной силе, державшей духрусского народабольше полутысячилет. Расколотозвался нашейслабостью ив XX веке»8.

Достаточногневную оценкуполучила деятельностьПетра I, да и сам царьпо своим личнымкачествам незаслужил отСолженицынакомплиментов.Солженицынотказываетцарю в уме –«заурядный, если не дикарскийум», и в званииреформатора.По Солженицыну,«реформатор— это тот, ктосчитается спрошлым и вподготовлениибудущего смягчаетпереходы… Петрбыл не реформатор, а – революционер(и большей частью– без надобностив том)». В чемже АлександрИсаевич обвиняетПетра I?«Он не возвысилсядо понимания, что нельзяпереносить(с Запада) отдельныерезультатыцивилизациии культуры, упустя ту психическуюатмосферу, вкоторой онитам созрели.Да, Россия нуждаласьи в техническомдогоне Запада, и в открытиивыхода к морям, особенно кЧёрному. Нуждалась— но не ценойтого, чтобыради ускоренногопромышленногоразвития ивоенной мощи— растоптатьисторическийдух, народнуюверу, душу, обычаи.(По нынешнемуопыту человечествамы можем видеть, что никакиематериальныеи экономические“прыжки” невознаграждаютпотерь, понесенныхв духе.) Пётруничтожил иЗемские Соборы, даже “отбилпамять о них”(Ключевский).Взнуздал Православнуюцерковь, ломалей хребет. Налогии повинностиросли без соотнесенияк платёжнымсредствамнаселения. Отмобилизацийоголились целыеобласти отлучших мастерови хлеборобов, поля зарасталилесом, не прокладывалисьдороги, замерлималые города, запустеневалисеверные земли— надолго замерлоразвитие нашегоземледелия.Крестьянскихнужд этот правительвообще не ощущал.Если по Уложению1649 года крестьянинхотя и не могсходить с земли, но имел правасобственности, наследования, личной свободы, имущественныхдоговоров, тоуказом 1714 о единонаследиидворянства— крестьянеперешли в прямуюсобственностьдворян. Пётрсоздал — на 200лет вперёд —и слой управляющих, чуждый народуесли не всегдапо крови, товсегда помирочувствию.А ещё эта безумнаяидея раздвоениястолицы — перенестиеё в призрачныеболота и воздвигатьтам “парадиз”— на удивлениевсей Европы— но палками, но на той фантастическойпостройкедворцов, каналови верфей загоняявусмерть народныемассы, уже такнуждающиесяв передышке.Только с 1719 по1727 населениеРоссии убылоумершими ибеглыми почтина 1 миллиончеловек, тоесть едва лине каждый десятый!(Не случайнов народе создаласьустойчиваялегенда, чтоПётр — самозванеци антихрист.Его правлениесотрясалосьбунтами.) Всевеликие и невеликиедела Петравелись с безогляднойрастратойнародной энергиии народнойплоти»9.

Солженицындаже ставитПетра в одинряд с ИваномIVГрозным: «ДлянациональныхмыслителейРоссии оба этицаря были предметомпорицания, ане восторга, а народноесознание, фольклоррешительноосудили первогокак злодея, второго какантихриста.Что Петр Iразрушал русскийбыт, обычаи, сознание, национальныйхарактер, подавлялрелигию (и встречалнародные бунты)– это лежит наповерхности, это всем известно»10.

В историческойтрадиции Петрахоть и осуждаютза растратународных сил, но все же тедостижения, которые былиим достигнуты, не только неотрицаются, а даже считаютсяначалом золотоговека России, ведь Петр создалдержаву, с которойстали считатьсяво всем мире.Для СолженицынаРоссия преждевсего аграрнаястрана, и достиженияПетра в промышленностии перениманиезападных культурныхтрадиций егоне привлекают, а отношениецаря к земельномувопросу невызывает уАлександраИсаевича ничегокроме осуждения.

Такую жеоценку получаети весь XVIIIвек, не менееПетра расточительныйна народнуюсилу. А вообще,XVIIIвек считаетсязолотым векомдворянства, началом петербургскогопериода, наэтот век приходитсярасцвет культуры, зарождениесовременнойнауки. Но АлександрИсаевич оцениваетпрежде всегоздоровьенациональногодуха и сознания, которое никакне могло восстановитьсяпосле СмутыXVIIвека, а ношавсе росла.

Вот как Солженицыноцениваетправление АнныИоанновны:«Никак не согласитьсяс распространённыммнением, что“кондиции”, предъявленныеаристократамииз ВерховногоТайного СоветаАнне Иоанновне, были бы шагомк либерализацииРоссии: слишкоммелка была этакняжескаявспашка, и ввекне дойти бы ией до народнойтолщи. А уж приАнне — резкоусилилосьнемецкое влияниеи даже властвование, попраниенациональногорусского духаво всём, креплодворянскоеземлевладение, крепостноеправо, в томчисле и фабричное(создаваемыефабрики моглипокупать крестьянбез земли), народотдавалсятяжким поборами расходу живыхсил на неуклюжеведомые войны».Солженицынподробно разбираетнеудачи внешнейполитике правителей, начиная с АнныИоанновны, таккак искреннесчитает, чтопромахи в войнахи решение вовнешней политикечужих задачнапрямую сказалосьво внутреннейполитике издоровье нации.Солженицынявно с сарказмомговорит о внешнейполитике Анны:«Не проявляязаботы о потерянномпод Польшейобширном русском, белорусскоми малороссийскомнаселении, правительствоАнны, однако, было сильнейшезаинтересовано, как бы посадитьна польскийпрестол саксонскогокурфюрста. Вто время каккрымский ханугрожал России; в то время какРоссия едвавытягиваланоги из дальнейперсидскойвойны, отдавалане только Бакуи Дербент совсем краем, куда без опорыи без расчётасил закатилсяПётр, но дажеи Святой Крест; когда в Россииразразилсяголод и началосьвосстаниебашкирцев, —в это самоевремя Аннаначала войнус Польшей запосадку саксонскогокурфюрста напольский трон.(И чем это лучше, чем польскоевторжение вРоссию в Смутуи планы Сигизмундазахватить тронмосковский?)».АлександрИсаевич соглашаетсяс Соловьевым, который называетвремя Аннысамым мрачным– по безраздельномувластвованиюв России иностранцев, от гнета которыхрусский национальныйдух стал освобождатьсятолько в царствованиеЕлизаветы. Хотязамечает Солженицын:«Презрениек русскомучувству, к своемуродному и квере своихмужиков — пропиталоправящий классв XVIII веке»11.

Елизаветавзошла на тронсо свободнымируками, несмотряна свою весьмарискованнуюи моральносомнительнуюигру с французскимии шведскимидипломатамив Петербурге, которые должныбыли помощьей взойти натрон, преследуяпри этом своицели. «Однако, Елизаветавзошла на тронсилой дворянскойгвардии и незримооставаласьзависимой отдворянства, укрепляя, повыражениюКлючевского,“дворяновластие”»12.Солженицынотмечает несколькоположительныхмоментов вправленииЕлизаветыПетровны. «Вней было живорусское национальноечувство, иправославиееё было совсемне показным.Перед воцарениемона, в молитве, дала обет никогоне казнить —и, действительно, при ней ни одинсмертный приговорне был приведенв исполнение— явление ещёсовсем необычноедля всей Европытогда. Она смягчилаи другие наказанияпо многим видампреступлений.Простила (1752) всенедоимки — откончины Петра, за четвертьстолетия… Онане раз порываласьперевестистолицу назадв Москву, иперевозилавесь двор дажена годовыепериоды, велавосстановлениеКремля — русскоечувство еётребовало так, а дочернее —не подрыватьзамысел отца»13.Но в облегчениинародной участиона не шлапоследовательнои далеко. «Продолжалисьи при ней безмыслыеи жестокиепреследованиястарообрядцев(а те – самосжигались)– истреблениесамого русскогокорня». Но большевсего Солженицынговорит о парадоксахвнешней политикиимператрицы:«Неустойчиваядухом Елизавета, вместо “сбережениянарода”, озабоченабыла “опасностямидля европейскогоравновесия”— и непростительнокидала русскуюнародную силув чужие для насевропейскиераздоры и дажев авантюры.Быстро и сокрушительновыиграв шведскуювойну, дальшеувлекласьнелепым династическимзамыслом утвердитьшведским наследникомодного из голштинскихпринцев…; ивтягиваласьдальше: чтобызащитить Швециюот Дании — слалитуда русскийфлот, и в Стокгольмрусскую пехоту, не жалко… (И ещёпотом два десятилетияроссийскоеправительствобыло напряжённозанято внутришведскимиделами, платилосубсидии засохранностьнашего с нейпустопорожнего“союза”, подкупалодепутатовшведскогосейма, и русскиедипломаты тамстрастно занималисьзадачей “недопуститьвосстановлениясамодержавия”в Швеции — чтобона была слабей.)<…> Также безрассуднобрала Елизаветаотягощающиенас, вовсе намне выгодныеобязательстваперед Англией, от которойРоссия никогдане видывалани добра, нипомощи… А в1751 Россия даласекретноеобязательствозащищать личныевладения английскогокороля в княжествеГанновер — назападе Германии, близок свет! чудовищно!»14АлександрИсаевич, подводяитог внешнейполитике Елизаветы, задает вопрос:«Почему этовсе – наши заботы?»Во всех направленияхРоссия помогалакому угодно, но только воевалане ради собственныхинтересов. Иэто вызываетмножествовопросов, которыене стесняетсязадавать Солженицын.

После смертиЕлизаветы нарусский тронвзошел её племянник– «ничтожныйчеловек, скудно-мелкийум, остановившийсяв развитии наребячьем уровне, и голштинскойвыучки душа— сумасбродПётр III». За своенедолгое правлениеон успел многое, многое не пользурусскому народу, крестьянствуи русской духовности, отчего и получилне слишкомлестную оценкуот Солженицына.«Дворяновластие»при нем былозакреплено, отчего «огрузлона России отнынегосударственнобессмысленноекрепостноеправо». Но самоестрашное ПетрIII«вознамерилсяпеременитьрелигию нашу, к которой оказывалособое презрение, распорядилсявыносить иконыиз храмов, асвященникамсбривать бородыи носить платье, как иностранныепасторы. (Обратнойположительнойстороной были указ о нестеснениив вере старообрядцев, магометан иидолопоклонников.)»Но самый крутойповорот ПетрIIIсовершил вовнешней политике, прежде всегопо отношениюк прусскомукоролю ФридрихуII, которому онпокровительствовали подражал. Всеэто глубокооскорбилорусских людей, да и к тому жеРоссия находилась«в руках иностранцевбездарных иминистровчужого государя».

Екатерининскийпереворот былнеобходим, но«в отличие отелизаветинскоговсё же не былвсплескомрусскогонациональногочувства». ПравлениеЕкатерины IIбыло противоречивым.«Её «Наказ»1767г. столько итак смело говорило правах, что был запрещёнв дореволюционнойФранции, с такойдерзостью она“сеяла европейскиесемена” тоговека. Можнобыло бы ожидать, что она многосделает дляподъёма народногосостояния, длякакого-то огражденияправ униженныхмиллионов. Нолишь небольшиедвижения кэтому были: ослаблениедавления настарообрядцев, указание неприменятьизлишних жестокостейпри усмирениикрестьянскихвосстаний».Екатеринапродолжиларасширять правадворянства.Она не вникалав «лихоимствана местах», таккак ее «окружаланеумереннаялесть и ложь, приятно загораживаяот неё суровоебытие народа».При продворянскойполитики Екатеринынеудивительновозникновениекрестьянскогобунта ЕмельянаПугачева. «Через11 лет после указао дворянскихвольностях(воистинубессмысленногогосударственно)и при крепнущемекатерининскомгнёте — неужелине было причинык восстанию?»15А Екатеринатолько ожесточиласьот бунта Пугачева.Зато, не разрешиввнутреннихпроблем, императрица«тем болееостро былазаинтересованав проблемахевропейских».Ей пришлосьпринять позорныймир Петра III сПруссией, нотут же воследона вошла с неюи в союз совсемневыгодныйдля России, иподчинила себяполитике Фридриха.«В отношенииПольши разумнабыла заботаЕкатерины, чтобы православныелюди там “пришлибы в законноеположение поправам и справедливости”, чего были вовселишены, ихпринудительноополячивали(полное упущениеПетра I, он этимне занимался, да и Елизавета), хотя в ослабленнойсвоими беспорядкамиПольше XVIII векаРоссия имелабольшое влияние.И Екатеринадобилась некоторогозаступничестваза православных, хотя и опасалась: добиться большихправ — усилятсяпобеги русскихлюдей туда».Вообще Солженицыночень подробноразбираетвнешнюю политикуЕкатерины II.Отмечает ееважные дипломатическиеошибки: «Взялацелью не простопробиватьсяк Чёрному морю, что только ибыло для Россиижизненно необходимо, но схватилась“поджигатьТурцию с четырёхсторон”, замыслиланеисполнимый“греческийпроект”: восстановитьвизантийскуюимперию наразвалинахтурецкой….Химерическийэтот план иблизко не могбыть выполнен, и греков на тособрать и поднятьбыло невозможно…Эта ложная, дутая и заклятаяидея погонялаи русских правителей, и потом русскоеобщество весьXIX век и естественнонастраивалапротив нас всюЕвропу». Военныепобеды Екатериныне дали результата, а были «подорваныдипломатически— в который разевропейскаядипломатияоказываласьдля российскойдипломатиинепредсказуемойили неразгаданной», так как Россиязатронулаинтересы Европына Балканах.В 1787-90 годах произошлаещё одна войнас Турцией, врезультатекоторой «Россияполучила выходна свои естественныеюжные рубежи: к Чёрному морю, включая Крым, и на Днестр».А дальше Солженицынвосклицает:«И надо былопонять, что наэтом отнынеи остановиться— после четырёхрусско-турецкихвойн XVIII века. Увы, Россия и в следующемвеке вела ещёчетыре войныс Турцией, ужене оправданныхнациональнымсмыслом игосударственнымиинтересами».ПравлениеЕкатериныАлександрИсаевич называетодним из самыхкровопролитных, она провелашесть войн иперед смертьюготовиласьк седьмой16.

Много в Россиибыло таких войнничем не оправданныхи не нужных, ноотражающихсянегативно навнутреннемположениистраны, ее экономике, национальномсознании, наотношении масск правителю.Солженицыннеоднократноговорит обэтом, называяэто главнойпричинойнестабильногоположения встране на протяжениинесколькихвеков. «Внешняяполитика царскойРоссии никогдане имела успеховсколько-нибудьсравнимых. Дажевыиграв большуюевропейскуювойну противНаполеона, онаникак не расшириласвоей властина ВосточнуюЕвропу. Онабралась подавлятьвенгерскуюреволюцию –в пользу Габсбургов, обеспечивалапрусский тылв 1866 и 1870, ничегоза то, не взяв, то есть бескорыстновозвышалагерманскиедержавы. Напротив, сама впутываласьими же в балканскихи турецкихвойнах, проигрывала, и при огромныхресурсах изамахах такникогда и неисполнила мечтысвоих руководящихкругов о проливах, хотя и в последнююгибельную длясебя войнувступила с этойглавной целью.Россия частооказываласьисполнителемчужих задач, вовсе не своих.Множествопромахов еевнешней политикипроисходилоот недостаткапрактическогорасчета наверхах, отбюрократическойнеповоротливойдипломатии,- но отчасти, очевидно, и отнекоторой долиидеализма впредставленияхруководителей, что мешало импоследовательнопроводить вжизнь национальныйэгоизм»17, — так он пишето внешней политикецарской Россиив своей статье«Письмо вождямСоветскогоСоюза».

АлександрИсаевич оценилпорывы Павлаза его короткоецарствованиеоблегчитьположениекрестьян, «иправда, как неоценить, чтов день своейкоронации онограничилбарщину тремяднями в неделюи распорядилсяо “непринуждениик работе ввоскресенье”, а в 1798 запретилпродажу крепостныхбез земли — этобыл важныйперелом в крепостномправе, с ростана убыль».

«Кончая XVIIIвек, как непоразитьсяцепи ошибокнаших правителей, их направленностьюне на то, чтосущественнодля народнойжизни… Уже кконцу XVII народнуждался вдлительномотдыхе — но ивесь XVIII моталиего. Теперь уж, кажется, всевнешние национальныезадачи быливыполнены? —так остановитьсяи целиком обратитьсябы ко внутреннемуустройству? Нет! и на этомдалеко не кончилисьвнешние простяганияроссийскихправителей…К горю нашему, и в XIX веке этоещё долго шлотак же. И нашиXVIII — XIX века и посмыслу слилисьв единый петербургскийпериод»18.

Солженицыночень короткоговорит о внутреннейполитике АлександраI, он отмечаетлишь некоторыепарадоксы еедеятельности:«охотно обдумывали соучаствовалв разработкелиберальнойконституциидля России —для общества, половина которогосостояла врабстве, затеми подарил конституциюЦарству Польскому, на столетиеопережая Россию»,«освободилсвященниковот телесныхнаказаний (ещёчудовищносохранявшихся!), разрешил крестьянамвступать в браквне воли помещикаи неопределённосклонился ихосвобождать, но вовсе безземли, однакои не сделалничего, кроме“закона о вольныххлебопашцах”— освобождениипри добровольномсогласии помещика, да запретановой раздачиказённых крестьянпомещика».Безволие проявилАлександр ик деятельноститайных обществ.Более пространноСолженицынхарактеризуетвнешнюю политикуимператора.АлександруИсаевичу непонятножелание АлександраIвмешиватьсяв европейскиедела, так онсчитает, чтополитика Наполеона«не относиласьк России с еёстороннимрасположением, с её пространствами, пугающимивсякого завоевателя, и населением, так нуждающимсяв покое и разумнойзаботливойадминистрации»19.Но Александрв захваченностизападнымиидеями сильнопоходил наЕкатерину.Тильзитскиймир с НаполеономСолженицынсчитает наивыгоднейшимв то время дляРоссии — «и держатьсябы этой линиинейтрально-благоприятственныхотношений, презрев ворчаниепетербургскихвысших салонови помещиков, лишавшихсявывоза хлебаиз-за континентальнойблокады (большебы оставалосьдля России)».Солженицыннегативнохарактеризуетвнешнюю политикуимператора, предполагаясовсем другиепути развитиястраны, но сделанногоне вернешь.«Отчего былоне держатьсястоль выгодногоРоссии Тильзитскогомира, остатьсяв покое отевропейскойсвалки и укреплятьсяи здороветьвнутренне? Какбы ни расширялсяНаполеон вЕвропе, он незамахивалсяна Россию, досамого 1811 онпытался избежатьстолкновенияс Россией.Отечественнойвойны моглои не быть!— всей её славы, но и всех еёжертв — еслибы не ошибкиАлександра».«Нет, Тильзитскогомира и начавшейсятурецкой войныАлександрубыло мало: втом же 1807 он объявилвойну Англии; Наполеон “предлагалФинляндию”взять от Швеции— и Александрвступил (1808) вФинляндию иотобрал её уШвеции — а зачем? ещё один нестерпимыйгруз на русскиеплечи». Писательпостояннозадает вопрос: с какой цельюАлександрпроводил теили иные действия, для каких нуждвсе эти войныбыли? Солженицынне может понятьмотивациюимператора.«Гнал ли Александррусские войскав Париж посоображенияммонархическим, ради восстановленияБурбонов? —нет, он до последнегомомента в этомколебался, ивынуждал Бурбоновприсягатьконституции, сообщил либеральныенастроенияи ЛюдовикуXVIII. Искал ли онтерриториальноговознаграждениядля Россиипосле столькровопролитнойи победоноснойвойны? Нет, онне поставилв 1813 Австрии иПруссии никакихпредварительныхусловий своейпомощи». Аоказываетсявсе просто –«Россия должнапомочь навестипорядок в Европе(и создать набудущее противсебя две мощныхимперии — Австрийскуюи Германскую)».В результатеевропейскогопохода Александр, зараженныйкрасивымиидеями и непонимающий,«какой вреддля ведущейв государственации создаватьмногонациональнуюимперию», потребовалчасть разделяемойПольши – герцогствоВаршавское.И получил витоге «на столетиеещё один отравленныйдар, ещё одногнездо восстаний, ещё одно бремяна русскиеплечи и ещёодну причинупольской неприязник России». Идля какой русскойнадобностибыла политикаАлександрана Востоке, войны с Персией? Это было «опасноевлезание вовсё новые иненужные дляРоссии капканы»20.И несмотря нато, что внешняяполитика Александрабыла успешной, ее результатыне привели ник чему хорошему– только расширениеимперии донеобъятныхграниц, включениев ее состав неславянскихнаций, внутреннемусостояниюкоторых уделялосьбольше внимания, чем собственномународу (конституцияЦарству Польскому), возникновениемногочисленныхтайных союзовда декабристскоевосстание.

«НиколайI считал, чтоон прежде всегорусскийгосударь, ирусские интересыставил вышеобщих интересовевропейскихмонархов, поэтомуот СвященногоСоюза он отдалялся».«От многихсвоих предшественниковон как раз отличалсянастойчивымпоиском государственногосмысла и сознаниемрусских интересов.Но многолетняябескрайняявласть наднеобозримойимперией укреплялав нём повышеннуюоценку возможностейсвоей воли— и это ещё былоогрублено егонегибкойпрямолинейностью».Солженицынне согласенсо «сквознымнастойчивымзложелательством»к Николаю, истекавшимглавным образомиз того, чтоНиколай подавилвосстаниедекабристов.«Теперь уженикого не тревожит, что некоторыечерты декабристскихпрограмм обещалиРоссии революционнуютиранию, иныедекабристына следствиинастаивали, что свободаможет бытьоснована толькона трупах».АлександраИсаевича восторгаетотношениеНиколая карестованнымдекабристам:«все нижниечины были прощенычерез 4 дня; придопросах 121арестованногоофицера не былоникакого давленияи искажения; из приговорённыхсудом к смерти36 Николай помиловал31». «В наш бысоветский век— так», — восклицаетСолженицын.Удивительно, но Солженицыни здесь расходитсяс историческойтрадицией: онне восхищаетсядекабристамии их программами, а наоборотосуждает ихза радикализм21.

Но внешняяполитика НиколаяIосталась похарактеру такойже, как и у егобрата. «До всегочужого былонам дело. Русскаядипломатияи в долгий векНессельродеоставаласьбездарной, недальновиднойи не в интересахсобственноРоссии». Всявнешняя политикаНиколая быланаправленана достижениечужих задачи целей. Так врусско-турецкойвойне1828-1829гг. «добились— независимостиГреции и вассального(от Турции) статусаСербии, опятьчужие интересы, для России —свободныйпроход судовчерез Босфор.В этой турецкойвойне (6-й по счёту!)Россия достигланаибольшеговнешнего успеха, но для самойсебя ей и нечегобыло большереализовать».А когда через4 года Николай«взялся спасатьТурцию от успешновосставшегоегипетскогопаши. Тоже русскиеинтересы...» Аособенно Солженицынуне понятно, зачем Россиинужны былиГрузия и Армения.Ведь «если быРоссия вовсене касаласьчуждого намЗакавказья— покорениеКавказа тожене было бынеобходимостью: лишь держатьв северныхпредгорьяхперед КавказскимХребтом сильнуюоборонительнуюказачью линиюот постоянныхразбойныхнабегов горцев, вот и всё: Кавказне был единымгосударством, но многочислиемразноречивыхплемён и сампо себе непредставлялдля Россиигосударственнойопасности».«Однако и в XIXвеке мы продолжалии продолжалиплатить и платитьпо чужим счетам…И расходы насодержаниеКавказа и Закавказья— и до самойреволюциипревышалидоходы от него: Российскаяимперия платилаза счастьеиметь этитерритории»22.

Николай умер, оставив своемусыну в наследствонезаконченнуюКрымскую войну.«Из нашейисторическойдали ясно: самоувереннымбезумием было— Крымскуювойну начинать».Смена царствования– всегда поворотполитики, крутаясмена советников.И АлександрIIстал поддаватьсярасслабляющимсоветам окапитуляции.Солженицынвосклицает:«После двухлет войны, итакой стойкостиСевастополя, и столькихуложенных жертв— следовалоли так расслабиться? Гарнизон Севастополяв полном порядкезанял сильноукреплённуюСеверную сторону; он численноуступал союзникам, но был грознозакалён стояниемв долгой осаде.Крымская армияне имела недостаткани в боеприпасах, ни в провианте, и не была отрезанаот массиварусской территории, и могла перенестивторую зимнююкампанию. Небыло из Россиихороших дорог,— но это ещёболее отяжелилобы союзникамзадачу наступатьпо бездорожью».Это был поспешныймир, по которомуРоссия терялаправо содержатьвоенный флотв Черном мореи дунайскуюдельту. Солженицынсоглашаетсяс мнением Соловьева:«Страшный мир, какого не заключалирусские государипосле Прута».Это было худымначалом правленияАлександраII.

«Зато крестьянскуюреформу АлександрII провёл с необычнойдля себя энергией, опираясь противдворянскогосопротивленияна неограниченностьсвоего самодержавия».К 6-й годовщинеего восшествияна трон былсделан решающийшаг, но с несомненнымиошибками, всепоследствиякоторых отдалисьнам только вXXвеке. А вот иошибки реформы:«в личнойсобственностикрестьян осталисьлишь подворныеусадьбы», «манифест19 февраля одарялличной свободой— но для русскогокрестьянинавладение землёйи её дарамибыло важнееличной свободы»,«из-за общинногостроя реформаоставлялакрестьян, посути, и без полнойличной свободы, всё крестьянскоесословие — вотчужденииот прочих сословий(не общийсуд, необщая законность)»,«мало того, чтоошеломлённыйкрестьянинбыл брошен врынок— у него ещё ируки были связаныобщиной». Солженицыносуждает укреплениекрепостногоправа при первыхРомановых, растраты народапри Петре ивообще в XVIIIвеке, неудачныепопытки отменыкрепостногоправа при АлександреI иНиколае I.Но осуществленнуюреформу АлександраIIон осуждает, отмечая преимуществакрестьян доотмены крепостничества:«при крепостномправе нашекрестьянствобыло поставленок землев более правильноеотношение, чемв настоящеевремя», «вомногих местахкрестьяне отосвобожденияпотеряли правана лес и на выгон»,«старая хозяйственнаясистема былаправдивей ипо налогам: богатый всегдаплатил большебедного». Земскаяреформа АлександраII была наиболееплодотворной:«постояннаяземская управас широкимиисполнительнымифункциями посвоим возможностямпревосходила, например, дажефранцузскоеместное самоуправление.Однако она недошла до нижнегоуровня народногосамоуправления— до волостногоземства, чтоочевидно огорчаетСолженицына.Выборы жекрестьянскихдепутатов вземство уездноепроисходилипод влияниемместных чиновников.К тому же земствамне хваталогосударственныхдотаций, ониусиливализемские сборыс населения, чем возбуждаликрестьян противсебя как противещё одногопаразита».

Не оставляетв стороне Солженицыни внешнюю политикуАлександраII, которая, по егомнению, осталасьв традициипредыдущихправителей.«В 1856 Горчаков, заменившийНессельроде,40 лет мутившегонашу иностраннуюполитику, заявилпоначалу оченьтрезво, чтоРоссия должнасосредоточитьсяна себе для“собираниясил”. Давно бынам это понятьи проводить.Но этого лозунгане хватило ина год: Россияснова окунуласьв европейскиедипломатическиеигры». А внешнеполитическиешаги Россиипри АлександреII продолжалиоставатьсянедальновидныи проигрышны.«Две несчастныеидеи неотступномучили и тянуливсех нашихправителейкряду: помогать-спасатьхристиан Закавказьяи помогать-спасатьправославныхна Балканах…подумали быраньше о белорусахи украинцах».И АлександрИсаевич считает, что правильноупрекают российскиегосударственныеи мыслящиеверхи в мессианизмеи в вере в русскуюисключительность.Он пишет, что«неустанныевойны за балканскиххристиан былипреступлениемпротив русскогонарода. Защитабалканскихславян отпангерманизма— была не нашазадача». Труднос ним в этом несогласится.И Солженицынне может непрокомментироватьрусско-турецкуювойну АлександраII(какую по счету?).«С боевой сторонывойна былапроведенасенсационно, со впечатляющимивсю Европууспехами, зимнимпереходомбалканскогохребта (и сомножествомжертв и солдатскихстраданий)».Все, чего такдолго жаждали, чего мы добилисьпо Сан-Стефанскомумиру, мы проигралив дипломатической«войне» Европена Берлинскомконгрессе.«Такая “выигранная”война стоитпроигранной, а дешевле бы— и вовсе её неначинать. Подорваныбыли военныесилы Россиии финансовые, угнетено общественноенастроение— и как раз отсюданачалась, раскатиласьэра революционностии террора, вскореприведшая ик убийствуАлександраII», — такой итогподвел Солженицынэтой войне даи вообще всейвнешней политикеимператора-реформатора.23

АлександрIIIвозможно единственныйправитель вдолгой верениценаших императоровполучил положительныйотзыв от Солженицына:«первым, заполтора столетия, хорошо понималгибельностьроссийскогослужения чужиминтересам иновых захватов, понимал, чтоглавное вниманиедолжно бытьобращено навнутреннеездоровье нации»,«от воцаренияне вёл ни однойвойны». «Именнов это безвоенноецарствованиесильно укрепилсявнешнеполитическийвес России»- такой выводсделал писатель.Внутренняяполитика АлександраIIIтоже кажетсяАлександруИсаевичубезальтернативной, все возможности, которые былив то время устраны, былииспользованыимператором.Никаких уступокнародовольцам, после удавшегосятеррора противего отца. «Былиуменьшеныкрестьянскиеподати, даныотсрочки повыкупным платежам; от начавшегосявывоза русскогохлеба за границухлебные ценыповысились, к выгоде и крестьян.Александр IIIввёл земскихначальников(с результатомдвойственным), однако ослабилроль крестьянв земстве (большаяошибка) и усилилнад земствомгосударственныйконтроль. Годышли, состояниестраны стабилизовалось».Но не была приведенадавно назревшаямера – «расширитьправовой стройна крестьянство.Но ни сам царь, ни его ближайшиесоветники непредложилитакого проектаи, значит, нечувствовалинеудержимогоритма века».«Так и в состоянииправославнойцеркви, слабевшейсквозь весьпетербургскийпериод, АлександрIII не усмотрелтревожногоомертвления, не дал импульсак оживлениюцерковногоорганизма, непротянул помощиуниженнымсельским священникамв их бедственномположении, оставил церковь— а с ней и народноеправославие— в тяжёломкризисе, хотяещё не всемясном тогда».Это отношениек церкви явноогорчает АлександраИсаевича. «ОднакоцарствованиеАлександраIII было многокороче всехостальных, трагическипрервано ввершине еговозраста и вполноте душевныхсил, и нельзягадать, как онвёл бы себя внаступающиеострокритическиегоды Россииили даже недопустил быих».24

Россия вообщек концу XIXвека была страннойимперией: «Вовсех другихизвестных тогдаимпериях метрополиижирно наживалисьза счёт колоний, и нигде не былотакого порядка, чтобы жителикакой колонииимели большеправ и преимуществ, чем жителиметрополии.А в России было— как раз всёнаоборот». Тобыло отливсредств отцентра к окраинам, а население, создавшее идержавшееРоссию, всёослаблялось.В России многобыло сделанодля «туземных»национальностей, что пора былопозаботитсяи о «русскомплемени» — но«у нас уже длятого не оставалосьисторическоговремени»25.Так в XIXвеке был захваченБухарскийэмират, «когдаи все демократическиестраны Европыс моральнойлегкостьюдозволяли себелюбые завоевания.Мне горько истыдно, что имоя странаучаствовалав общеевропейскомнасильственномпокорениислабых народов.Но за 50 лет российскогопротекторатав Средней Азиибыл мир: неподавляласьрелигия, быт, личная свобода– и не было движенияк восстаниям»26.

«Через полвекапосле падениякрепостногоправа — Россиявступила вполосу бурногопромышленногоразвития. ВРоссии былаполная свободачастной экономическойдеятельности(“рынок”, которыймы сегодня всёсобираемсядостичь илиу кого-то перенять), свобода выборазанятий и местажительства(кроме еврейскойчерты оседлости, но и она шла котмене). Крупныйбюрократическийаппарат, однако, не был замкнутни национально(видим в нём навидных постахпредставителеймножестванациональностей), ни социально(становилисьминистрамипомощник машинистаХилков, крестьянинРухлов, начальникстанции Витте).Независимостьи открытостьсуда, строгаязаконностьследствияутвердилисьс 60-х годов XIX века, также и печатьбез предварительнойцензуры, а с1906 — истинныйпарламент имногопартийнаясистема (котораясегодня жаждетсякак новейшеедостижение).Отметим и то, что для народадействовалабесплатнаяземская медицинавысокого качества.Было введенорабочее страхование.В России былсамый высокийв Европе приростнаселения. Ивысшее женскоеобразованиев России стоялона одном изпервых меств Европе»27.Этот периодболее симпатиченСолженицыну, он неоднократнов своих статьяхотмечает превосходноеразвитие экономикии стабильностьв стране.

«Россия передвойной 1914 годабыла странас цветущимпроизводством, в быстром росте, с гибкой децентрализованнойэкономикой, без стесненияжителей в выбореэкономическихзанятий, сзаложенныминачалами рабочегозаконодательства, а материальноеположениекрестьян настолькоблагополучно, как оно никогдане было присоветскойвласти. Газетыбыли свободныот предварительнойполитическойцензуры (дажево время войны), существовалаполная свободакультуры, интеллигенциябыла свободнав своей деятельности, исповеданиелюбых взглядови религий небыло воспрещено, а высшие учебныезаведения имелинеприкосновеннуюавтономность.МногонациональнаяРоссия не зналанациональныхдепортацийи вооруженногосепаратистскогодвижения»28.

Все эти достиженияне были успехом«кроткого»Николая II, который «стольнеуверенноосваивавшегосяв первые годына троне» ичерез 11 лет, вдни наибольшегонакала революции1905 года, «уже почтивыпустил всювласть из рук».«Однако в этотраз её вернулСтолыпин. (Черезследующие 11лет уже некомубыло вернуть.)»Солженицыноднако отмечает«в армии – вообщене было секретногоосведомленияи наблюдения, ибо НиколайIIсчитал этооскорблениемсвоей армии.Добавим к этому: отсутствиеспециальныхпограничныхвойск, пограничныхукрепленийи полная свободаэмиграции».Особую рольв государственнойдеятельностиСолженицынотводит министрувнутреннихдел П.А. Столыпин, особенно выделяетего аграрнуюреформу, егостремлениеотмены общиныи установленияв крестьянствечастной собственности29.А «от убийстваСтолыпина –жестоко пострадалався Россия».Он считает, чтоСтолыпин «ибез того былбы вскоре уволенцарем, но несомненнобыл бы сновапризван вкруговращательномбезлюдбьи1914-16, и при нем — мыне кончили бытак позорно, ни в войне, ниреволюции.(Если б ещё, принем, мы в ту войнувступили бы.)30»

«В этот краткийблагополучныйпериод 1906 — 1913прозорливыелюди виделизапущенностьгосударственнойболезни, опаснуюразорванностьобщества ивласти и упадокрусскогонациональногосознания»31.

Так Солженицынпроследил«трехсотлетнийпериод русскойистории: полинии упущенныхвозможностейвнутреннегоразвития ибезжалостнойрастраты народныхсил на ненужныеРоссии внешниецели: заботилисьо европейских“интересах”больше, чем освоём народе»32.Вот то главное, что АлександрИсаевич отмечаетв дореволюционнойРоссии.

Глава II.Критическиезамечания кконцепции А.И.Солженицына

Концепцияистории РоссияАлександраИсаевича Солженицынасвоеобразна, она выделяетсяв русскойисторическойтрадиции. Этоотмечают многиеисторики, идалеко не всес ним согласны.

Так Р.А. Медведев, кандидатпедагогическихнаук, историк, публицист, всвоей статье«Русский вопроспо Солженицыну»подробно разбираетвзгляды писателяна историю, отмечая тенедочеты инесоответствия, которые смущаютего. «Солженицынсоздает собственнуюконцепциюистории России, не слишкомзаботясь обубедительностисвоих толкованийи надежностиисточников»,- это первоеобвинение РояАлександровича.Эту убедительностьи проверяетМедведев. Оноспариваетмнение Солженицына, что ««золотойвек» длилсяв России почти500 лет – с концаXIIвека до концаXVIвека, когдаПравославие«находилосьв своей высокойжизненной силеи держало духрусского народаболее полутысячилет». Медведевнапоминаето том, что «этобыло времямонголо-татарскогоига, правовыхкняжескихусобиц, эпидемийчумы и холеры, террора ИванаГрозного»33.Он также несогласен сСолженицынымв вопросе оцерковномрасколе, которыйстал причиной«вытравливаниеи подавлениерусскогонациональногодуха, «выветриваниепокаяния, высушиваниеэтой способностинашей. За чудовищнуюрасправу состарообрядцами– кострами, щипцами, крюкамии подземельями, еще два с половинойвека продолженнуюбессмысленнымподавлениемдвенадцатимиллионовбезответныхбезоружныхсоотечественников, разгромом ихво все необжитыекрая и даже закрая своейземли, — за этотгрех господствующаяцерковь никогдане произнеслапокаяния. И этоне могло нелечь валуномна все русскоебудущее?34»А вот, что неустраиваетМедведева втолкованиицерковнойреформы писателем:«Солженицынне объясняетсвоим читателямпричины и мотивыраскола, которыйбыл порожденне спорами одогматах илиоб устройствецеркви, а деталямив обрядах иразночтениямив переписанныхот руки монастырскихкнигах. Солженицынявно преувеличиваети влияние расколана российскуюисторию, и влияниепатриархаНикона, и масштабырепрессийпротив старообрядцев.Об истории изначении расколанаписано много, но мало кто изисториков, религиозныхфилософов ибогослововтолкует этиэпизоды в историиРоссии и в историиЦеркви сходнос Солженицыным».На вопрос: Почемуэтого не делаетСолженицын?- Рой Александровичотвечает просто:«Посколькуне считаетнужным доказыватьсвои утверждения».Но главнымкамнем преткновенияв концепцииАлександраИсаевича Медведеввидит в егохарактеристикеПетра Великого.Медведев подробноприводит «поспешноеперечисление«ошибок и неудач»Петра» Солженицыным.Рой Александровичне согласенс тем, что «внароде не случайносоздалосьустойчиваялегенда, чтоПетр – самозванеци антихрист»:«На самом делетакая легендавозникла лишьсреди частистарообрядцев, тогда как всознании ипамяти русскогонарода ПетрI идо сегодняшнегодня остаетсянаиболее уважаемойисторическойфигурой,«отцом-преобразователем»величайшимиз правителейстраны». Он неотрицает, что«идеализироватьПетра нет никакихоснований».Вряд ли в спореоб эпохе Петраи о самом царебудет когда-либопоставленаточка, но егосмущает подбористочников, которыми пользуетсяСолженицынпри описаниидеятельностиимператора:«Литературао Петре огромнаи продолжаетпополняться, но Солженицынне пытаетсяболее или менееобъективнооценить ее. Онссылается, какправило, накниги, опубликованныерусскими эмигрантамив Берлине иПраге. Основнымже источникомслужит дляписателямалоизвестнаяу нас книгаИвана Солоневича«Народнаямонархия»впервые изданнаяв Буэнос-Айресев 1973г. Остальныеданные он простоигнорирует.Но как можносо столь слабымидоводами пытатьсяизменить сложившиесяза столетияк Петру?» Послечего, как быоппонируяАлександруИсаевичу, Р.А.Медведев приводитобъективныеданные о Петре:«Почти всереформы Петравошли в национальнуюжизнь и сохранилисьв устройствегосударства, общества, винститутахобразования, структуреармии. От Петраидет российскаяпресса и российскаянаука, российскаяфлот и российскийкалендарь. Петрположил началои так называемомупетербургскомупериоду историиРоссии, который, по мнениюСолженицына, был движениемпо неправильномупути.<…> Новоесплочениерусских ужекак полноценнойнации началосьв XVIIв. и завершилосьна второй половинеXIXв… Именно впетербургскийпериод сложилсясовременныйрусский литературныйязык, появилисьроссийскаянаука, живопись, музыка, архитектура, литература, то есть всеэлементы богатойрусской культуры».35

Похожуюкритику «получает»Солженицыни от ЯковаСоломоновичаЛурье, докторафилологическихнаук, специалистапо древнерусскойлитературеи истории: ««Факты, на которыхосновываетСолженицынсвои настроения, во многих случаяхвызывают возраженияу историков.ДопетровскаяРоссия не былатакой благочестивойстраной, какойпредставляетее писатель.История Киевскойи МосковскойРуси ознаменованажесточайшейборьбой междукнязьями, сопровождающейсякрепостногоцелования, убийствами, ослеплениямии т.д. Говоря орусских завоеванияхXVIII-XIXвв., писательутверждал, чтозавоевательныепоходы русскихгосударейначались сПетра. Но походыИвана IIIс татарскимивойсками наНовгород; взятиеКазани ИваномIV.<…>Разумеется, жестокостьрусских князейи царей непредставляласобой чего-либоисключительногов современнойим истории –сколько угодножестоких правителейбыло и в ЗападнойЕвропе. Но ивидеть в допетровскойРуси чертыособого благочестия,«природнойнаклонностирусских к раскаянию, к покаянию»нет оснований»36.

Медведевотмечает иособенностиязыка писателя, который «дажеслова подбираеткак можнопренебрежительные».«Удивительныйупрек» Солженицынак императорами императрицам, что «они управлялистраной и решалидела не в интересахнарода и не посвятой правде, а руководствуясьсвоими собственнымиполитическимиинтересами», вызывает у РояАлександровичавопрос: «Но ктои где в то времяправил иначе?»37В чем он, собственноговоря, прав.

Не осталосьбез вниманияи рассмотрениевнешней политикиСолженицыным.Так у Я.С. Лурьевозражениявызывают изамечанияСолженицына,«относящиесяк новой историиРоссии и Запада.Непонятно, например, утверждениеписателя, что«АлександрIбыл с войскомв Париже – ноне присоединилк России неклочка европейскойземли». Авторкак будто забыл, что Польша (каки Финляндия, и Бессарабия, присоединенныедо 1815г.) находитсяне в Азии»38.Разбирая взглядыАлександраИсаевича навнешнюю политикуМедведев уделяетвнимание источникам, которым отдаетпредпочтениеписатель: «Всеголишь несколькострок уделяетписательОтечественнойвойне 1812г…. Нео мужестверусской армиии ее полководцевпишет он, а опредательстве: отступавшаярусская армияякобы бросилана произволсудьбы в московскихгоспиталяхраненых солдати офицеров, 15тыс. которыхсгорели в московскомпожаре. Но откудавзят этот явнопридуманныйстрашный сюжет, которого нетни в российскихисторическиххрониках, нив романе Л.Н.Толстого? Солженицынссылается лишьна французскогоисторика АльфредаРамбо, одногоиз главныхавторов многотомной«Истории XIXвека». Но этоодин из множествавымыслов, которымибыли полныдонесенияНаполеона, отправленныеим в Париж изпокинутойжителями горящейМосквы. Но длячего их повторятьрусскому писателю?!»39

Особое отношение, особую симпатиюСолженицынак началу XXвека и Столыпинув частностизаметили многиеисторики. Однимиз них являетсяДьяков В.А., доктористорическихнаук, ведущийнаучный сотрудникИнститутаславяноведенияи балканистикиРАН, которыйв своей статье«Об историко-социологическойконцепции А.И.Солженицына»пишет: «Солженицынубежден, чтопика своегоисторическогоразвития нашастрана достигланакануне Первоймировой войны.Среди крупныхдеятелей этогопериода наибольшимисимпатиямиписателя пользуетсяминистр внутреннихдел и председательсовета министровв 1906-1911гг. П. Столыпин.Существуетнесколькопохвальныхотзывов о нем, принадлежащиеСолженицыну; одно из еговысказыванийв рецензии накнигу Леонтовичапризываетотдать должное«настойчивомулиберализму»царскому сановника»40.И Бернштам М.С.отмечает, что«на десяткахстраниц «АвгустаЧетырнадцатого»Солженицынописывает, какправительствоП.А. Столыпинав 1906-1910 годах работалонад упразднениеминститутаобщины и устанавливалочастную земельнуюсобственностьв России – превращалокрестьян вфермеров»41.Не остаетсяв стороне вэтом вопросеи Р.А. Медведев:«Писателькрайне преувеличиваетвозможностии значениеСтолыпина, асоответственнои роль этоготеррористическогоакта в историиРоссии. Столыпинбыл, несомненно, выдающимсяполитическимдеятелем, ново многих отношенияхон был одинок…В 1911 г. все ждалискорой отставкипремьера. Наибольшимже вниманиемпри царскомдворе пользовалсяуже не Столыпин, а ГригорийРаспутин. Вцарском окруженииСтолыпина нелюбили, в ГосударственнойДуме к немуотносилисьдостаточнопрохладно, ав революционнойсреде егоненавидели»42.

«Все высказыванияСолженицынао прошлом, настоящеми будущем нашегоотечестваобразуют тщательнопродуманную, внутреннецельную мыслительнуюконструкцию.Исходя из нее, он систематизируетвсю накапливаемуюинформацию, вырабатываетсвое отношениек существующейдействительностии прогнозируетпути ее трансформации, оценивает смысли знание техили иных историческихсобытий, местои роль в нихотдельныхличностей. Посвоему идейно-теоритическомусодержаниюисторико-социологическаяконцепцияСолженицынаимеет немалоесходство сромантическойисториографиейпервой половиныпрошлого века»,- так охарактеризовалконцепциюСолженицынаВ.А. Дьяков. Онтакже замечаеттакую особенностьисторическоговосприятияАлександраИсаевича: «Какистинный художники человек высокихнравственныхпринциповСолженицынв своем восприятииисторическогопроцесса искреннестремится бытьобъективным, хочет поднятьсянад описываемымиим политическимидрязгами, надсобственнымисимпатиямии антипатиями.И это ему вомногих случаяхудается, хотяи далеко невезде».43А Р.А. Медведевотмечает «характерныйприем историческойпублицистикиСолженицына»:«он разыскиваети цитирует лишьисточники, согласующиесяс его собственнойуже сложившимсямнением»44.

Этот обзоркритическихзамечаний поповоду историческойконцепцииСолженицына, однако, не говорито неправильностиего взглядов.Он прежде всегохудожник и незанимаетсяисторией снаучной точкизрения, поэтомуволен излагатьсвою точкузрения, не навязываясвоих взглядовпрофессиональнымисторикам. Невсе общественныедеятели согласныс историческойтрадицией, нодалеко не всеговорят об этомстоль открыто.А Солженицынделает это ив своих публицистическихработах, и вхудожественныхпроизведениях.

Глава III.ВзглядыА.И. Солженицынана историческоеразвитие

Чем руководствуетсяСолженицын, так излагаяисторию России? Какие взглядысподвигаютего на это? Ктоон – монархист, славянофил, теократ?

Отвечая напоследнийвопрос, Солженицынотрицает все.Так в статье«Чем грозитАмерике плохоепониманиеРоссии» Солженицынпишет: «Менячасто упрекали, что я – сторонниктеократическогогосударства, прямого управлениягосударстварелигиознымилидерами. Это– ложь, ничегоподобногоникогда мноюне сказано, ненаписано.Практическаягосударственнаядеятельностьникак не изобласти религии.Но я считаю, что в государстверелигия должнабыть не тольконе гонима, азанимать достойноедуховно-влиятельноеместо»45.

Отвечая навопрос в интервьюс ВитториоСтрада: «Имеетли для вас особоезначениеславянофильскаятрадиция?» — говорит: «Онане имеет дляменя ни особого, ни вообщесколько-нибудьсильного значения.Мне приписывают, ставят печатьнеославянофила, я таким ни вкоем случаене являюсь, яне считаю себяносителемславянофильскойтрадиции. Яогорчаюсь, чтославянофилыпреувеличивализначение особоймиссии Россиии какого-тоособого исконногопревосходствав духовнойсфере. Я этогоне нахожу и неявляюсь ихпродолжателем»46.Это отмечаети БернштамМ.С., которыйкстати и приводитто, что разделяетАлександраИсаевича отславянофилов:«Солженицыннемало удивили либералов, и консерваторов, когда он призналсяна встрече сяпонскимижурналистамии исследователямив сентябре1982г., что никакойон не славянофил, никогда им небыл, и никакоговлияния славянофиловне испытывал.<…>Солженицынразделяет сославянофилами– их прославлениерусской сельскойпоземельно-передельнойобщины. Солженицынрассматриваетобщину каксущественнуюформу зависимостикрестьянина, не меньшую, чемкрепостноеправо. Общинаозначалаэкономическоегосподствогосударства, даже и не помещиков, не частныхвладельцевнад крестьянами,- налогами облагаласьсельское обществоколлективно, а оттого логическиобменяласькрестьянскаячастная собственностьна землю…»47.Так и англо-американскийславист РичардТемпест отмечает:«Хотя Солженицынанередко называютсовременнымпредставителемславянофильства, А. Хомяков, И.Киреевский, К. Аксаков и Ю.Самарин не былиего предвосхитителямив прямом смысле.Их романтическоемировосприятие, политическийлиберализми влияние, котороеоказала на нихсовременнаянемецкая философия, отделяют ихот Солженицынав гораздо большейстепени, чемто, что их с нимобъединяет– а именно, попытканащупать будущиепути развитияРоссия в еестаринныхисторическихи культурныхтрадициях.Ближе к Солженицынустоят представителивторого поколениярусских мыслителейнационально-ретроспективнойориентации.Это – Ф. Достоевский, К. Леонтьев иК. Победоносцев»48.

Павел Спиваковскийзадает такойвопрос: «Можноли Солженицынаназывать монархистом, как это делаютнекоторые?»- и тут на негоотвечает: «Вего оценкедореволюционнойситуации –отчасти да. Ноэто отнюдь нето подлинныйдогматическиймонархизм, который предполагаетбезоговорочноепредпочтениеэтой формыправление любойдругой. «Монархизм»Солженицынаможно назватьситуативными в основе своей, как ни странноэто звучит, — демократическим.Писатель предпочитаетне мнимо идеальнуюабстракцию(демократиювообще, монархиювообще), но туформу правления, которая являетсялучшей в данноевремя и в данномместе. Солженицынпризывает нек поклонениюидеализированнымсхемам, а к трезвойи непредвзятойоценке конкретнойисторическойситуации. Иесли для дореволюционнойРоссии самойдемократическойформой правления, по Солженицыну, была монархия, то, говоря онашем времени, писатель однозначновысказываетсяза демократию, категорическиотрицая самуидею восстановленияроссийскоймонархии (опять-такина том основании, что в современномобществе этотстрой не можетбыть подлиннодемократичным).Такая по-своемуочень последовательнаяи в то же времяпринципиальноадогматическаяточка зрениявызывала ивызывает раздражениесреди представителейразных идеологическихнаправлений.Так, с точкизрения догматиков-демократов, республиканскоеправлениеабсолютновсегда и вовсех случаяхлучше для любогогосударствав любую эпоху, а если эта формавласти оказываетсядля даннойконкретнойстраны гибельной, тем хуже дляэтой «рабской»страны. Не меньшеенедовольствовысказываюти догматики-монархисты.По их мнению, Солженицын, резко отрицающийсаму идеювосстановлениямонархии всовременнойРоссии, по сути, вообще не монархист(впрочем, последнееверно)»49.Это, наверное, самое точноеопределениеприоритетнойформы правлениядля Солженицына.О том, как АлександрИсаевич относитсяк демократиипишет ГрязневичВладимир Петрович(по образованиюфизик-теоретик, в настоящеевремя – публицист):«Принято считатьСолженицынапротивникомдемократии.Дело, однако, обстоит, на мойвзгляд, сложнее.АлександрИсаевич четкоотделяет идеалыдемократииот демократическихспособовгосударственногоустройства, то есть институтовдемократии.Он весьма скептическиотносится к«воле народа», выявляемойвсеобщим голосованиемна выборах. <…>Кроме того, АлександрИсаевич вообщене симпатизируетидее приматамнения большинства:«Меньшинствоникак не менееважно для общества, чем большинства, а большинствоможет впастьв одном»50.Вообще «Солженицынхотел бы видетьгосударствои судебно-юридическуювласть не тольковторичным поотношению ксвободе, но ивообще ненужнымисоциальнымиизобретениями.Он принимаетгосударствои закон какполезнуюнеобходимость, но не как основусуществования»51.А Р.А. Медведевсчитает, что«идеальноерусское государство, по Солженицыну,- это не демократическое, а авторитарноегосударство, в котором недолжно бытьникаких политическихпартий, ограниченныхи своекорыстных.Всеобщие выборыи многопартийныйпарламент –это бедствиедля народа.Страной должныуправлять непартийныедемагоги и неалчные паразиты, богачи-«грязнохваты», а мудрые исовестливыелюди»52.

Спиваковскийтакже затрагиваетпроблему соотношенияпрошлого, настоящегои будущего поСолженицыну, проще говоря, обвиненияписателю в егостремлениеповернуть времявспять: «Многочисленныеидейные противникиписателя неоднократноприписывалиему стремлениеповернуть времявспять, «вернуться»то ли в дореволюционнуюэпоху, то ливообще в XVIвек, однакоСолженицынникогда непризывал ник чему подобному.Наоборот, изучаяи стремясьпобудить кэтому других, он предостерегаеткак легкомысленногозабвения опытапрошлого, таки от антиисторическихпопыток реставрацийкакой-либополюбившейсянам эпохи: «…ничтов России неможет вернутьсяк дореволюционномубытию». Вместес тем здоровоеи естественноедвижение впередневозможно, по Солженицыну, без опоры налучшее в национальнойтрадиции каждогонарода, каждойстраны. Иначеговоря, новоеобязательнодолжно содержатьв себе и преобразованныеэлементы старого»53.Об этом же говорити сам Солженицын:«Меня обвиняли, что я предлагаюкакой-то общий«путь назад»- надо совсемсчитать человекаидиотом, чтобыприписыватьему движениепротив ходавремени. Какойпуть я действительнопредлагаю –путь вверх»54.И ещё: «Возвращенияв смысле попятности– вообще в историине бывает. Тотцарский строй, который былу нас в России,- он не можетвернуться кнам мы слишкомизменились»55.Хотя А.В. Дьяковсделал такойвывод: «Наилучшимвыходом длясвоей родиныписатель фактическисчитает возвращениек тем порядкам, которые существовалив России наканунепервой мировойвойны, да и топри условии, что они будутнесколькоскорректированына основе опытадопетровскойэпохи»56.

Особую рольв государствеи сознаниилюдей Солженицынотводит церквии православию.Вот, что он говоритпо этому поводу:«Изучениерусской историипоследних вековубеждает, чтоона потеклабы несравненночеловечнееи взаимосогласнее, если бы церковьне отрекласьот своей самостоятельностии народ слушалбы ее голос»57.В прошлой историиРоссии христианство, по Солженицыну, было своегорода национальнойрелигией, тесносвязанная сгосударственнойвластью. А «сПетра – этобыло, собственнонасилие властинад православием».«Однако не надозабывать, -призываетписатель, — чтоправославиедало духовнуюоснову длясоздания нашегогосударства– России, и поэтомуисторическии гносеологическиправославиедля нас не стоитв ряду всехрелигий, онослишком многодало, слишкоммного вложилов нашу историю, в наш дух, и длянас оно никакне равноценнодругим религиям»58.

Уже отмечалось, что Солженицынсчитает Россияаграрной страной.Так он политикувсех правителейстраны в какой-мерехарактеризуетпо мере их отношенияк крестьянству, земельномувопросу. Этуособенностьисторическихвоззренийписателя отмечаетДьяков: «Крестьянствов его воззренияхрассматриваетсяне столько каксоциально-экономическаякатегория, сколько какособый образжизни и устоявшаясясистема духовныхценностей.Противопоставлениедеревни городу, всяческоевосхвалениепервой и полноенеприятиевторой – характернаячерта мировоззренияписателя. Город– нахлебник, рассадникнарастающегобунта как антитезаблагополучнойи добропорядочнойкормилицы –деревни, – воткакой представляетсяРоссия Солженицынув начале XXвека»59.

Вот какиевзгляды и идеиСолженицыналежат в трактовкеего концепции.Ими он руководствуется, описывая историюдореволюционнойРоссии, Россиисоветскогопериода и, когдаписал свои«непосильныесоображения»по поводу будущегостраны.

Заключение

После крахаСоветскогоСоюза приходитсявосстанавливатьисторию России, искаженнуюбольшевистскойконцепцией, в результатечего появляютсяновые альтернативныетрактовкиистории. Однаиз таких концепцийпринадлежитАлександруИсаевичу Солженицыну.

В даннойработе разобранаисторическаяконцепцииСолженицына, главным образомрассмотрентрехсотлетнийпериод русскойистории дособытий началаXX века: «полинии упущенныхвозможностейвнутреннегоразвития ибезжалостнойрастраты народныхсил на ненужныеРоссии внешниецели: заботилисьо европейских“интересах”больше, чем освоём народе».Но далеко невсе согласныс такой трактовкойистории, многиезамечают в нейнесогласияс историческойтрадицией, несоответствия, также даетсякритика источниковойбазы АлександраИсаевича. Важнобыло такжерассмотреть, чем руководствовалсяписатель, какиевзгляды наисторическоеразвитие онимеет. Ничегоопределенногопо этому поводусказать невозможно.Сам Солженицынне говорит оних, лишь отрицаетприписываемыеему обвинения.По данномуаспекту споритьможно долго, так как зачастуюсуществуютабсолютнополярные мненияо взглядахАлександраИсаевича наисторическоеразвитие. Ноименно этивзгляды сталиосновой егоистолкованияистории и«непосильныхсоображений»по поводу еебудущего. Нос другой стороныне стоит видетьв Солженицынеисторика, он, прежде всегописатель, великийписатель! Нельзярассматриватьего работы снаучной точкизрения, он наэто не претендует.Главная егозадача показатьошибки прошлого, какими он ихвидит, дабыизбежать ихв будущем.

Краткая, ноочень емкаяхарактеристикаСолженицынакак автораисторическойпрозы дана Ю.Кублановским.Солженицынаон относит ктому типу русскихписателей, которые свойдар и своеписательстворассматриваюткак служениеистине и России60.

Интереснов его концепциито, что основойразвитии страныон считаетсостояниенациональногосознания идуха, к этомуаспекту можнотакже отнестицерковь иправославие, особую рольраскаяния врусском развитии.«Солженицынявляется искреннеи глубоко верующимхристианином.При рассмотрениявопроса о воздействиина историческийпроцесс материальныхи духовныхфакторов Солженицынбезоговорочноотдает предпочтениепоследним.Человеческоеобщество, заявляетон, это не временныйплод социальныхформаций, асложный яркий, неповторимыйи не людьмиизобретенныйорганизм».61

Списокиспользованнойлитературыи источников

I. Источники

Солженицын, А.И. Публицистика: в 3-х томах. – Т.1. – Ярославль: Верхне-Волжское издательство, 1995. – 720с.

Солженицын, А.И. Двести лет вместе(1795-1995). – Т.1. — М.: Русский путь, 2001.- 512с.

Солженицын А.И. Для восстановления прошлого России// Москва. – 1994. — №2. — с.134-136

II. Литература

Александр Солженицын: «Исторически и мировосприятно православие для нас на первом месте»// Москва. – 1995. — №9. — с.157-161.

Бернштам М.С. Проклятый вопрос о цене идей// Дружба народов. – 1992. — №4. — с.167-185.

Грязневич В.П. Пророк, чудак, интеллигент// Звезда. – 1996. — №4. — с.135-145.

Дьяков В.А. Об историко-социологической концепции Александра Солженицына// Общественные науки и современность. – 1994. — №1. — стр. 65-76.

Лурье Я.С. Александр Солженицын – эволюция его исторических взглядов// Звезда. – 1994. — №6. — с.117-129.

Медведев Р.А. Русский вопрос по Солженицыну// Отечественная история. – 2002. — №4. — с.100-115.

Спиваковский П. Феномен Солженицына// Литературное обозрение. – 1999. — №1. — с.14-15.

Темпест Р. В проблеме героического мировоззрения// Звезда. – 1996. — №4. — с.93-108.