Реферат: Философия Жизни и возможности антропологического подхода
--PAGE_BREAK--2.2. Почему именно на базе философии Ф.Ницше?“Философия Ницше для нас незаменима, поскольку дает ощутить действительные проблемы, а не потому, что решает их.
”([1].100)
Несмотря на устоявшееся (общественное) мнение о философии Ницше, как о философии с устойчивым знаком “минус” (нигилизм, иррационализм, чуть ли не проповедь фашизма), нельзя не отметить, что
· она имела последователейи явно не была отбракована в ходе “естественного отбора”, а, напротив, оставила весьма заметный след в системе культурных ценностей человечества и заняла в ней достаточно видное место,
· она имела практические следствия – появление психоанализа Фрейда, а следовательно и весьма значительной части современной психологии обязано во многом “социоанализу”, проведенному Ницше ([2].91).
Очевидно, что в предложенной им постановке философских вопросов существует какая-то внутренняя целесообразность, та самая удача в выделении существенных взаимосвязей, позволяющая (на отдельных направлениях) переходить от пустой схоластики к плодотворному исследованию.
Представляется, что в значительной степени эта “рабочая” постановка проблем связана именно с “психологизмом” Ницше, называвшим себя “первым психологом среди философов”.А ведь это, по сути, и есть привнесение в абстрактное рассуждение “модели человека”. Некоторый абстрактный процесс (например, мышление) при этом анализируется уже не сам по себе, то есть не только по формальным свойствам и результатам этого процесса, но и в связи со свойствами объекта, связанного с этим процессом. Происходит расширение модели процесса, и в замкнутую формально-схоластическую модель, анализ которой не может дать ничего, кроме “предиката”, то есть исходных посылок самой же модели, включается частичка “Неведомого”, того самого “x”, который согласно С.Л.Франку ([3]), всегда должен содержаться и содержится в любом рассмотрении. Это заставляет в конечном счете пересмотреть связи и существенное в исходной модели, приспосабливая ее к требованиям внедряемого в модель объекта.в некоторых это позволяет случаях сделать модель более удачной и полезной с точки зрения дальнейшего исследования и развития.
Отметим, что в большинстве случаев требования к модели, выдвигаемые исследователем, прямо противоположны – максимально очистить ее, объектизировать, то есть удалить все субъективное, сделать замкнутой, формальной, и, таким образом, добиться ее узнаваемости (понятности), подверженности формально-логическому анализу.
Очевидно однако, что какого-либо глубинного противоречия в этом нет. Это лишь этапы познания – сперва рассматривается более ограниченная, упрощенная модель, затем, после того, как она “исчерпывается”, в нее добавляются новые существенные объекты – модель расширяется и т.д. Однако часто такое расширение неизбежно оказывается связанным с революционным пересмотром внутреннего содержания модели – меняются акценты, какие-то прежде несущественные связи выступают на первый план.
Не исключено, что именно революционность подхода Ницше и привела к не вполне адекватному восприятию его идей общественным сознанием (в силу высокой инерционности последнего).
2.3. Важность “ценностного” подхода
“Ценностный” подход, укоренившийся в философии благодаря Фридриху Ницше[2], является, безусловно, категориальным понятием, являясь, с одной стороны, альтернативой подходу “абсолютному” и, с другой стороны, неизбежным следствием подхода “антропологического”.
Сама по себе философия, и, разумеется, любая ее составная часть, является продуктом творческой деятельности человека и, хотя бы по этому, неизбежно должна быть построена по законам именно человеческой логики, то есть в соответствии с принципами мышления, которые заложены в человеческий мозг.
Попробуем для примера проанализировать довольно распространенное представление о том, что мир устроен по некоторыми (многочисленным) общим законам, что представляется интуитивно очевидным для большинства людей и, в особенности, для ученых.
Действительно, человеком были обнаружены многочисленные законы и закономерности, проявляющиеся в совершенно не связанных областях науки и техники, то есть действующие объективно, не зависимо от человеческого сознания. Трудно отрицать, что законы Ньютона или соотношение неопределенностей Гейзенберга действительно существуют – во всяком случае эксперименты воспроизводимо подтверждают этот факт.
Однако для любого ученого непреложным является и другой факт – все известные законы справедливы лишь в рамках некоторой модели. Для одних законов границы применимости известны, для других пока нет, но, тем не менее, весь опыт науки доказывает, что эти границы рано или поздно обнаруживаются для любого закона. После обнаружения этих границ как правило открывают новый, более общий закон, для которого предыдущий является лишь частным случаем.
Весьма интересно также, что многие, открытые “на кончике пера” совершенно абстрактные и оторванные от реальности закономерности и рассуждения, оказываются, (после их осознания) прекрасным образом применимы в самых разнообразных областях науки и даже техники.
Невольно напрашивается вопрос – а сами ли явления в окружающем нас мире подчиняются общим закономерностям, или это человек таким образом классифицирует их, выделяя лишь существенное (для него) из явлений и раскладывая их по имеющимся моделям?
Действительно, если некоторый класс дифференциальных уравнений отлично описывает движение некоторой механической системы (с точностью до пятого знака – далее идут не учитываемые моделью потери на деформацию объектов, притяжение Луны и т.д.), эти же уравнения описывают (до третьего знака) вихревые потоки жидкости и (до девятого знака) движение метагалактик. Что это означает? Общность и объективность закономерностей или же то, что нам не удалось пока придумать более точных математических законов для каждого из этих объектов? Причем не исключено, что после уточнения законы (уравнения) окажутся принадлежащими все-таки к разным классам, а в один и тот же класс мы помещали их просто по принципу внешней схожести, за неимением ничего более подходящего.
Сказанное иллюстрирует, хотя, разумеется, не доказывает, что, вполне возможно, не сами явления имеют какие-то общие “сущности”, но человеческое мышление раскладывает их по ограниченному (имеющемуся в наличии) набору “ящиков” (понятий, представлений, категорий) и попадание нескольких явлений в один и тот же “ящик” по принципу схожести есть лишь следствие ограниченного числа “ящиков” и недостаточного понимания самих явлений.
Как известно из психологии, человеческое мышление носит модельный характер. Действительно, “чувство понимания” возникает именно тогда, когда нам удается соотнести явление с его моделью, то есть вычленить из явления существенное (с точки зрения требований этой модели), и при этом даже логическое понимание того факта, что модель не абсолютна, нисколько на это чувство не влияет – рамки модели как правило не осознаются.
Следовательно, само мышление носит ценностный, относительный характер. ведь что такое ценность, как не способ выделения существенного? Требование сворачивания информации для обеспечения ее компактного хранения в долгосрочной памяти заставляет мозг действовать именно таким образом, селектируя информацию, чтобы избавиться от лишнего. Но для селекции обязательно нужны критерии! Таким образом, собственно человеческий мозг иприрода мышления неизбежно требуют введения понятия ценности.
Наверно, любой человек может припомнить моменты в своей жизни, когда у него происходила “переоценка ценностей” и старые, давно известные факты и понятия приобретали вдруг совершенно новое значение, выходя на передний план по своей значимости, или наоборот, теряя свою значимость. Это как раз тот случай, когда название явления – “переоценка ценностей” как нельзя более точно отражает его сущность – происходит перестройка модели в мозгу и, соответственно, меняется механизм селекции уже имеющейся информации – человек начинает по-новому видеть старые явления.
Таким образом, все без исключения ценности, создаваемые мозгом человека, являются относительными. Проблема, однако, состоит в том, что самому-то сознанию оно представляется абсолютным, что является одной из особенностей человеческого мышления.
Представление же их абсолютными является обычным заблуждением, следующим из уже упоминавшегося отсутствия осознания границ модели.
продолжение
--PAGE_BREAK--3. Мозг как объект исследования 3.1. Перспективы объединения подходов, разработанных в разных областях науки
Нельзя сказать, что задача исследования мозга не ставилась, но ставилась она всегда как-то локально – в рамках той науки, в которой проводилось конкретное исследование.
В кибернетике вопрос всегда стоя так: вот у нас есть ряд схем, принципов, наработок в области создания компьютеров. А нельзя ли, используя все это, сделать думающий компьютер? Таким образом, ставилась задача не использования информационных подходов к исследованию мозга, но лишь создания нового интеллектуального суперкомпьютера.
Что касается физиологии мозга, то представим себе исследователя, пытающегося по отдельным элементам (транзисторам, соединениям и т.д.) микросхемы современного компьютерного процессора понять, как работает компьютер! Он вытаскивает процессор целиком – компьютер умирает, нарушает одно из соединений – гаснет экран, другое – пропадает звук и т.д. А ведь таких соединений миллионы, и они взаимосвязаны! Не исключено, что через какое-то время после проведения такого исследования мог бы возникнуть тезис о душе и принципиальной непознаваемости компьютера.
В психологии, которая стоит ближе других наук к логике работы мозга, смогли наработать большой фактический материал. Рефлексы, подсознание, ассоциативное мышление, эмоции и их связь с конкретными областями мозга, работа органов чувств (при посредстве мозга) – это уже серьезные предпосылки, чтобы поставить вопрос об общей (черновой, рабочей!) модели. Наверняка, такие модели выдвигались, и лишь научная добросовестность (!) не позволила им перейти в философию, и, следовательно, в общественное сознание. Единственное место, куда они были допущены – это научная фантастика.
Философия, в силу своих глубоких корней и традиций, не успела заметить достижений конкретных наук и продолжает оперировать в этой области доказательствами и понятиями людей, живших в прошлом веке (или тысячелетии).
Так как же все-таки можно было бы поставить эту проблему, чтобы она действительно стала предметом исследования? В чем причина такой раздробленности, ненаправленности вопросов?
Похоже, что в цели. Каждая наука имеет свою утилитарную цель. Кибернетика – повышение могущества человека (ближнего) путем совершенствования компьютеров (именно цифровых, так как остальные в настоящее время не эффективны), медицина – улучшение здоровья того же человека (непроверенная теория опасна). Все цели абсолютно альтруистичны и потому так далеки от эгоистической цели Ницше, от его “призрака” – исследование ради познания, даже не ради, а потому, исследование из внутренней потребности.
А ведь при таком подходе меняется и постановка задачи! С одной стороны весь комплекс исследований может проводиться в самой широкой постановке – исследование мышления, но, при этом не только не исключаются, но и приобретают внутренний смысл вполне локальные исследования на стыках (синтетические), которые как правило не преследуют по началу утилитарной цели “для чего-то”.
Понятно, что в рамках данной работы исследовалась скорее сама постановка вопроса и, по возможности, ее следствия.
Тем не менее, для иллюстрации того, как могло бы выглядеть такое исследование, ниже, в виде кратких тезисов с комментариями приведена некоторая “черновая”, набросочная модель мышления, вернее, мозга, как объекта, обрабатывающего информацию.
Для наглядности тезисы модели выделены точками, а комментарии отделены от них линиями и выделены курсивом.
3.2. Модель мозга
· Информация в мозгу не отображается буквально так, как поступает в мозг через органы чувств, но предварительно свертывается и хранится в виде информационных объектов.
· Свертку и восстановление поступающей в мозг информации осуществляют методы информационных объектов.
· Информационные объекты имеют иерархическое строение и те из них, которые отвечают за работу с физико-химическими процессами в мозгу, находятся на низшей ступени иерархии и, не могут быть связаны с объектами высших ступеней напрямую.
· Методы объектов, лежащих на средних и высших ступенях иерархии, имеют “эвристический” характер, то есть в случае каких-то сложностей, они могут не только сигнализировать об этом, но и могут слегка модифицировать свою программу с целью поиска оптимального результата. Чем выше иерархический уровень объекта, тем сложнее и “эвристичней” его метод, но и тем меньше объем “первичной” информации, который он хранит.
· Систему связей между информационными объектами можно представить в виде паутинки – переплетения взаимно независимых и связанных друг с другом нитей (ссылок) между информационными объектами. При этом, если “потянуть” за одну нить, активизируется сразу несколько связанных друг с другом объектов.
· Нити (связи) не являются бинарным (есть или нет) – они имеют непрерывный спектр интенсивностей и “эмоциональную (ценностную) окраску”.
При поступлении новой информации в мозг активизируется несколько стандартных объектов, отвечающий за свертку, установление связей и разворачивание. Они пытаются ее свернуть, неким стандартным образом предполагая ее структуру и связи, а затем вновь разворачивают, сравнивая с оригиналом, зафиксированным в “короткой” памяти. Какие-то элементы восстановленного образа оказываются неадекватными, что свидетельствует о неверной свертке. После этого исходные стандартные объекты начинают активизировать новые объекты по ближайшим своим связям, то есть идет расширяющийся поиск подходящих методов свертки с постепенным повышением иерархического положения активизируемых объектов, которые могут быть использованы для обработки именно этой информации.
· При частом вызове некоторой группы методов, они реорганизуются в базовый информационный блок и при этом организуется объект более высокой иерархии, отвечающий за работу с этим блоком.
· Связи и информация постоянно устаревают (забиваются шумом), однако постоянно же происходит их регенерация и частичная переустановка в соответствии с новыми условиями (во сне – мозг регенерирует и анализирует информацию, сам “дергая” за ниточки связей).
· Обучение (школа) – размещение в мозгу стандартных информационных блоков с близкой для разных людей структурой.
· Формальная логика – фиксированные информационные блоки с заранее заданными (общими для большинства людей) связями, структурой, и с минимальной эмоциональной окраской связей.
Моделирование.
· Мозг создает постоянно действующую информационную модель окружающего мира в виде группы объектов высшей иерархии, имеющих обратную связь, то есть способных на активизацию определенных объектов – “принятие решения” в случае отклонения ситуации от моделируемой. Моделирование – свойство не только человеческого мозга; тигр, бегущий за ланью тоже моделирует ее поведение и бежит наперерез.
· Моделирование позволяет мозгу не проводить непрерывно полный анализ поступающей оперативной информации, активизируя объекты принятия решения (тоесть сознание) только при отклонении ситуации от модельной.
· Исторически рациональное (в отличии от эмоционального) мышление является относительно молодым и его методы относительно несовершенны – они работают лишь на верхних ступенях иерархии информационных объектов и контролируют весьма небольшую часть мозга.
В начале (низшие виды) – это жесткий и минимально достаточный набор инстинктов – объектов среднего уровня, способных успешно контролировать объекты нижнего уровня, отвечающие за жизнедеятельность организма, но обладающие весьма слабым потенциалом по части адаптации к изменяющейся обстановке. По сути, все жизненное многообразие сводится к ряду готовых схем (программ), если же ситуация не укладывается в одну из них, адекватное решение вряд ли может быть найдено.
Затем появляются эмоции, являющиеся значительно более гибким механизмом регулирования, создающим некоторую
“надструктуру
”. Смысл этого механизма в том, что он позволяет мозгу значительно быстрее обучаться. Если для смены безусловного инстинкта требуется время, сравнимое с временем жизни нескольких поколения особей, то смена эмоциональной окраски связей между информационными объектами происходит на порядки быстрее. Соответственно, быстрее происходит адаптация к изменяющейся обстановке, появляется возможность группировки ситуаций (опасные, приятные, безразличные и т.д.), принятия ассоциативных решений, не основанных на конкретном опыте. Соответственно меняются и инстинкты, становясь менее жесткими и в значительной мере опирающиеся на эмоциональный механизм (или, скорее, управляемые им).
Судя по всему, эмоциональные объекты имеют свою иерархию и контролируют довольно значительную часть мозга – вплоть до объектов нижнего уровня.
Вслед, или, может быть
, и почти одновременно с эмоциональным механизмом, (но задолго до появления человека) появляется мышление, позволяющее не только накапливать опыт, но и прогнозировать (моделировать) ситуацию. В мозгу появляется еще одна подсистема объектов высшей степени иерархии, отвечающих за моделирование и принятие решения, хотя и весьма тесно связанная с эмоциональной подсистемой.
· В современном мире происходит все большая рационализация, заменяющая собой исторически отработанный механизмэмоций.
· Рациональное мышление отвечает за анализ информации, ее дробление по категориям и установление новых связей.
продолжение
--PAGE_BREAK--
еще рефераты
Еще работы по философии