Реферат: Учение о праве, долге и религии

--PAGE_BREAK--
Учение о праве

§ 1

Необходимо рассмотреть:1)право само по себе и 2)его существование в гражданском обществе.

Гл
ава первая

 Право

 §2

С точки зрения права следует исполнять только всеобщую волю, невзирая на намерение или убеждение единичного человека, и вообще человек является предметом права только как свободное существо.

§ 3

Право заключается в том, чтобы с каждым в отдельности другой считался и обращался как со свободным существом, ибо лишь тогда свободная воля имеет в другом человеке самое себя в качестве предмета и содержания.

Пояснение.В основе права лежит свобода отдельного человека, и право заключается в том, чтобы я обращался с другим как со свободным существом. Разум требует соблюдать право. По своей сущности каждый является свободным человеком. В силу своих особенных состояний и свойств люди раз личны, но различие это не касается абстрактной воли, как таковой. Тут они суть одно и то же, и тут уважать другого-значит уважать самого себя. Именно ато и приводит к тому, что нарушением права одного человека наносится оскорбление всем в их праве. Здесь уже совсем иного рода сочувствие, чем то, когда сочувствуют только ущербу другого, ибо1)частичная или полная утрата кем-нибудь своего имущества, хорошее состояние которого хотя и желательно, но само по себе не необходимо, огорчает меня, однако я не могу сказать, что его, как такового, не должно было быть;2)подобные события относятся к особенностям человека. При всем сочувствии мы отделяем несчастные случаи от нас самих и рассматриваем их как нечто такое, что нас непосредственно не касается. Наоборот, когда нарушено право другого, каждый чувствует себя задетым за. живое, ибо право есть нечто всеобщее. Следовательно, правонарушение мы не можем считать чем-то таким, что нас непосредственно не касается. Мы чувствуем себя тем более оскорбленными им, что право есть нечто необходимое.

§ 4

Каждый, поскольку его признают свободным существом, есть лицо. Поэтому принцип права можно выразить и так: с каждым другой должен обращаться именно как с лицом.

Пояснение.Понятие личности включает в себя особенность Я или же отдельность как нечто свободное или всеобщее. Люди обладают личностью в силу своей духовной природы.

§ 5

Именно отсюда вытекает, что ни одного человека нелья принуждать к чему-либо, кроме прекращения насилия, примененного им к другому.

Пояснение.Бывают ограничения свободы и законы, допускающие, чтобы с людьми обращались не как с лицами, а как с вещью, например законы, разрешающие рабство. Однако последние являются лишь позитивными законами и правами, и притом такими, которые противны разуму и абсолютному праву .

§6

Поступок, стесняющий свободу другого человека или не признающий в нем свободную волю, является противоречащим праву.

Пояснение.В абсолютном смысле по отношению к человеку, строго говоря, невозможно никакое принуждение, потому что каждый представляет собой свободное существо, ибо он может отстоять свою волю вопреки необходимости и отказаться от всего, что имеет отношение к его наличному бытию. Принуждение происходит следующим образом. С наличным бытием человека соединяют что-нибудь в качестве его условия так, что, если он хочет сохранить первое, ему приходится мириться и со вторым. А так как наличное бытие человека зависит от внешних предметов, то он может быть поставлен в зависимость именно со стороны своего наличного бытия. Человека принуждают только тогда, когда он хочет чего-то, с чем связано еще и другое, а захочет ли он того, а с ним и другого или же не захочет ни того, ни другого, это зависит от его воли. Уж если его принуждают, то, к чему его склоняют, тоже в его воле. Принуждение есть в этом смысле лишь нечто относительное. Оно является справедливым, если к нему прибегают для того, чтобы добиться признания отдельным человеком. Такое насилие с известной точки зрения не является насилием и не противоречит достоинству свободного существа, ибо воля, какова она сама по себе, это и есть абсолютная воля каждого в отдельности. Свобода бывает вообще там, где господствует закон, а не произвол отдельного человека.

§7

Позволено,а потому и не предписы вается правом все, что не стесняет свободы других, иначе говоря, все, что не препятствует их актам.

Пояснение.Право содержит, собственно говоря, только з
апрещения, а не приказания, а что не запрещается, то позволено. Но правовые запрещения могут быть выражены позитивно как приказания, например: ты должен соблюдать договор! Всеобщий правовой принцип, особенными применениями которого являются все другие, гласит: ты должен уважать собственность другого! Это не означает, что ты должен сделать для другого что-нибудь позитивное, произвести какое-то изменение в окружающих обстоятельствах, а требует только не совершать нарушения [права] собственности. Таким образом, если право и выражают как позитивное приказание, то это последнее лишь форма выражения, в основе которого по содержанию всегда лежит запрет.

§8

Подчиняя себе вещь, воля делает ее своей. Владение я есть эта подчиненность вещи моей воле.

Пояснение.Для подчинения нужно двоякое: нечто всеобщее и нечто единичное. Я подчиняю нечто единичное, если присваиваю ему всеобщее определение. Это подчинение вообще встречается в суждении. Подчиняющее в суждении-это предикат, а подчиненное-субъект. Вступление во владение есть произнесение суждения, что некоторая вещь становится моей. Подчиняющим здесь является моя воля. Я даю вещи предикат «моя». Воля есть подчиняющее для всех внешних вещей, ибо по себе она есть всеобщность. Все вещи, не относящиеся сами к себе, являются только необходимыми, а не свободными. Это обстоятельство дает, таким образом, человеку право завладевать всеми внешними вещами и делать из них уже нечто иное, чем то, что есть они сами. Тем самым он поступает с ними лишь сообразно их сущности.

§ 9

Вещь, которой еще только намереваешься завладеть, должна быть1)res nullius [ничьей],т. е. не быть такой вещью, которая уже подчинена другой воле.

Пояснение.Мне нельзя вступить во владение вещью, уже принадлежащей другому, не потому, что она вещь, а потому, что она его вещь. Ибо, вступая во владение этой вещью, я уничтожаю в ней тот предикат, что она его, и тем отрицаю волю этого человека. Воля же есть нечто абсолютное, чего я не могу превратить в нечто негативное.

§ 10

2)Во владение нужно вступить, т. е. нужно путем ли физического захвата, или путем формирования, или хотя бы путем обозначения предмета сделать ясным для других, что я подчинил этот предмет моей воле.

Пояснение.Внешнему овладению должен предшествовать, внутренний волевой акт, выражающий то, что вещь будет моей. Первый способ овладения-это физический захват. Он имеет тот недостаток, что захватываемые предметы должны быть такими, чтобы я мог непосредственно схватить их рукой или накрыть своим телом, а кроме того, он недолговечен. Второй, более совершенный способ-это формирование, состоящее в том, что я придаю вещи некоторую форму, например возделываю поло, превращаю золото в бокал. Здесь та форма, что это мое, непосредственно соединена с предметом и потому в себе и для себя является знаком того, что материя тоже принадлежит мне. К формированию, между прочим, относятся также посадка деревьев, приручепие и кормление животных. Несовершенный способ землевладения-это использование какого-нибудь района без его формирования, например когда кочевые народы используют территорию для выпаса скота, народы, занимающиеся охотой,-для охоты, занимающиеся рыболовством народы используют побережье моря или реки. Такое овладение еще поверхностно, так как имеющееся здесь использование является лишь временным, еще неустойчивое, не прикреплено к предмету. Овладение предметом путем одного только обозначения несовершенно. Знак, не составляющий одновремекно, как при формировании, суть самого предмета,-это вещь, обладающая значением, которое не является, однако, ее собственной сущностью и к которому эта вещь относится, следовательно, как чуждая. Но кроме того, она обладает также и своим собственным значением, которое не связано с природой самого предмета, обозначенного этой вещью. Таким образом, обозначение произвольно. Знаком чего должна быть вещь-это в большей или меньшей мере дело соглашения .

§11

Владение становится собственностью, законным, если все другие признают, что вещь, которую я сделал своей, моя, равно как и я признаю владение других их владением. Мое владение признается, потому что оно— акт свободной воли, которая внутри самой себя есть нечто абсолютное и в которой всеобщим является то, что воление других я тоже рассматриваю как нечто абсолютное.

Пояснение.Владение и собственность-это два различных определения. Отнюдь не всегда владение и собственность связаны. Можно иметь собственность и в то же время не владеть ею. Если я, например, кому-то другому ссудил что-нибудь, то оно остается моей собственностью, хотя я уже этим и не владею. Владение и собственность входят в то понятие, что я имею господство над чем-нибудь. Собственность представляет собой правовую сторону этого господства, а владение-только ту внешнюю сторону, что нечто вообще находится в моей власти. Правовое есть сторона моей абсолютной свободной воли, объявившей нечто своим. Эту волю другие должны признать, поскольку она существует сама по себе и поскольку ранее указанные условия соблюдены. Собстиенпость имеет, таким образом, внутреннюю и внешнюю сторону. Первая-это акт воли, который должен быть признан, как таковой, вторая же, взятая сама по себе, представляет собой вступление во владение. Будет ли вступление во владение признано другими, это кажется случайным, иначе говоря, произвольным. Однако оно должно быть признано, ибо такова природа самого дела. Признание основано не на взаимности. Я признаю не потому, что и ты признаешь, и наоборот, а природа самого дела служит основой этого взаимного признания. Я признаю волю другого потому, что она сама по себе должна быть признана .

§ 12

Я могу отчуждать от себя свою собственность, и она благодаря моей свободной воле может перейти к другому.

Пояснение.Хотя мои силы и способности и являются более всего принадлежащей мне собственностью, но они тоже имеют внешнее выражение. Согласно абстрактному определению, они внешни уже постольку, поскольку я могу отличить их от себя, от простого Я. Но и сами по себе они суть единичные и ограниченные силы и способности, не составляющие самой моей сущности. Моя сущность, сама по себе всеобщая, отлична от этих особенных определений. Наконец, они являются внешними в их применении. Именно применяя их, я превращаю их во внешнюю форму, и произведенное ими есть нечто внешне существующее. В применении находится не сила, как таковая; она сохраняется, хотя она выявила себя и превратила это свое выявление в некоторое отличное от нее наличное бытие. Это выявление силы есть нечто внешнее постольку также, поскольку представляет собой нечто ограниченное и конечное. Если нечто является моей собственностью, то хотя я и связал его со своей волей, но связь эта не абсолютна. Ибо если бы связь эта была такой, то моя воля должна была бы по своей сущности находиться в этой вещи. Но я превратил свою волю здесь только в нечто особенное, и могу, так как воля моя свободна, эту особенность снова снять.

 § 13

Неотчуждаемыте блага, которые не столько являются моим владением или собственностью, сколько образуют мою собственную личность, иначе говоря, содержатся в моей сущности, как например, свобода воли, нравственность, религия и т. д.

Пояснение.Отчуждаемы только внешние уже по своей природе блага; личность, например, я не могу считать чем-то внешним для меня, ибо отказаться от своей личности-значит превратить себя в вещь. Но такое отчуждение было бы недействительным. Тот отчуждал бы свою нравственность, кто дал бы другому, например, обещание совершать по его приказу всевозможные действия, как преступные, так и безразличные, все равно. Но такое обязательство не может иметь никакой силы, ибо оно включает в себя свободу воли, обладая которой каждый должен отвечать за себя сам. Нравственные или безнравственные деяния-это собственные поступки того, кто их совершает, и в силу этого я не могу их отчуждать. Я не могу отчуждать и свою религию. Если бы община или же отдельный человек предоставили кому-нибудь третьему определять, что должно составлять их веру, то это было бы обязательством, от которого каждый мог бы отказаться. Причем по отношению к тому, перед кем я взял на себя такое обязательство, это не было бы несправедливостью, так как то, что я ему предоставил, никогда и не могло стать его собственностью.

§ 14

Напротив, определенное употребление своих духовных и физических сил и вещи, которыми я владею, я могу отчуждать.

Пояснение.Отчуждать можно только ограниченное употребление своих сил, так как это употребление, иначе говоря, ограниченное действие, отлично от силы. Но непрерывное употребление, или действие во всем своем объеме, неотличимо от силы самой по себе. Сила есть нечто внутреннее, нечто всеобщее по отношению к своему проявлению. Проявления же суть некоторое ограниченное в пространстве и времени наличное бытие. Сила сама по себе не исчерпана в отдельном таком наличном бытии, а также не связана с каким-либо одним из своих случайных действий. Во-вторых, сила должна действовать и проявляться, иначе она не сила. В-третьих, самое силу составляет весь объем ее действий, ибо весь объем проявления есть то же самое всеобщее, что и сила, и потому человек по может отчуждать всего употребления своих сил: иначе он отчуждал бы свою личность.

§ 15

Для отчуждения в пользу другого требуется мое согласие передать ому вещь и его согласие принять ее: это обоюдное согласие, если оно взаимно высказано и объявлено действительным, называется договором <расtum>.

Пояснение.Договор есть особый способ стать собственником вещи, которая уже принадлежит другому. Ранее же разобранный способ сделаться собственником состоял в непосредственном овладении вещью, которая была res nullius[ничьей].1)Простейшим видом договора можно считать дарственный договор, в котором кто-либо просто передает какую-то вещь в пользу другого, не получая взамен ее стоимость. Действительное дарение есть договор, ибо в дарении должна участвовать воля двоих: одного, чтобы передать вещь другому, не беря за нее ничего, другого, чтобы принять эту вещь.

2)договор мены состоит в том, что я передаю другому что-либо из моей собственности при условии, что он мне дает за это вещь равную по стоимости. Здесь необходимо обоюдное согласие каждого отдать что-нибудь, а взамен взять предложенное другим;3)купля и продажа есть особый вид мены-обмен товаров на деньги. Деньги-это всеобщий товар, который как абстрактная стоимость не может, следовательно, сам быть употреблен для удовлетворения какой-либо особенной потребности. Они лишь всеобщее средство для приобретения за них тех особенных вещей, в которых нуждаешься. Употребление денег только косвенное. Никакая материя, обладая этими качествами, сама по себе не есть деньги, ее признают деньгами лишь благодаря соглашению;4)наем состоит в том, что я передаю кому-либо свое владение, т. е. пользование моей собственностью, но самое собственность оставляю за собой. При этом может быть так, что тот, кому я что-либо отдал внаем, должен возвратить мне ту же самую вещь, и так, что я оставляю за собой собственность лишь на вещь того же самого рода или той же самой стоимости.

§ 16

Содержащееся в договоре волеизъявление не есть еще осуществление перехода моей вещи или труда к другому. Таким переходом, совершающимся на основании договора, является выполнение.

Пояснение.Мое обязательство по договору содержит п себе как исключение вещи посредством моей воли из сферы моего, так и признание, что другой сделал ее своей. Так как то, что какой-нибудь предмет является моим, поскольку он зависит от меня, имеет свое основание в моей воле, то благодаря договору вещь уже стала собственностью другого. Если бы я не выполнял определенного в договоре по отношению к другому, т. е. не вводил его во владение, то этим я нарушил бы его [право] собственности. Таким образом, я самим договором обязан к его выполнению.<Наследование через завещание.>

§ 17

Посягательстводругого человека на сферу моей свободы может быть1)или таким, что он распоряжается моей собственностью как своей, иначе говоря, утверждает, что он имеет на нее право и что если бы не он, а я имел на пес право, то он уступил бы ее мпс. Он уважает тут право вообще и утверждает только то, что оно в этом частном случае на его стороне. Или же 2)его поведипие таково, что он вообще не признает моей воли и, стало быть, нарушает право как право.

П
ояснение.Полученные до сих пор понятия охватывают природу права, его законы и его необходимость. Но право не является такого же рода необходимостью, как необходимое физической природы, например то, что солнце нс может сойти со своего пути. Цветок должен вполне соответствовать своей природе. Если он, например, не осуществит своего формирования, то причина этого внешнее воздействие, а не он сам. Дух же, напротив, благодаря своей свободе может поступать вопреки законам. Возможны, следовательно, поступки, нарушающие право. Здесь необходимо различать:1)всеобщее право, право как право;2)особое право, которое касается только права отдельного лица на отдельную вещь. Всеобщее право состоит в том, что каждый вообще, независимо от этой собственности является юридическим лицом. Посягательство на право может, следовательно, быть и такого рода, когда этим утверждается только то, что это особое право, эта особенная вещь известному лицу но принадлежат. Всеобщее же право при этом не нарушается. Тут к своему противнику относятся как к правовому лицу. Такое суждение можно рассматривать в общем-то как и чисто отрицательное суждение, в котором в предикате отрицается особенное; например, если я высказываю суждение: эта печь не зеленая, то я отрицаю только предикат такой-то окрашенности, а не всеобщий предикат. Во втором случае, посягая на право другого, я не только утверждаю, что некоторая особенная вещь не является собственностью другого, но отрицаю также и то, что он является правовым лицом. Я обращаюсь с ним не как с лицом. Я притязаю на нечто не потому, что имею на это право или считаю, что я его имею. Я нарушаю право как право. Такое суждение принадлежит к тем, которые называются бесконечными. Бесконечное суждение отрицает в предикате не только особенное, но и всеобщее; например: эта печь не кит; или: она но память. Так как отрицается не только определенное, по и всеобщее предиката, то субъекту не остается ничего. Такие суждения поэтому бессмысленны, но тем не менее правильны. Точно так же нарушение права как права есть нечто возможное, что и случается, но бессмысленное, противоречащее себе. Случаи первого рода относятся к цивильному праву, случаи второго— к криминальному праву. Первое называется также гражданским, второе уголовным правом.

§ 18

В первом случае необходимо простое выяснение правовых оснований, посредством которого и устанавливается, кому принадлежит это оспариваемое особое право. Однако для такого разбора мнений обеих сторон нужен третий, кто был бы свободен от их интереса владеть этой вещью и обращал бы внимание только на право, как таковое.

Пояснение.В первом случае возникает, таким образом, гражданский процесс. В нем-то и оспаривается право другого, по на правовой основе. Обе спорящие стороны в том как раз и сходятся, что они признают право как право. И вступить во владение должен лишь тот, кто прав, а не тот, скажем, кто имеет влияние, власть или больше заслуг. Стороны расходятся только в отношении подведения особенного под всеобщее. И именно в этом причина того, что между судьей и обеими сторонами не возникает ни личной обиды, поскольку одна сторона недовольна его приговором, ни личной обиды судьи против той стороны, которую он признал неправой. И так как здесь нет посягательства на что-либо личное, то сторона, несправедливо претендовавшая на собственность другого, не наказывается.

§ 19

Второй случай, напротив, касается ущерба, наносимого моей личной внешней свободе, моему телу и жизни или же моей собственности вообще путем насильственных действий.

Пояснение.Сюда относится в первую очередь незаконное лишение меня свободы посредством тюремного заключения или рабства. Не иметь возможности отправиться туда, куда хочешь, и т.п.-это и есть лишение естественной внешней свободы. Сюда же относится нанесение ущерба телу и жизни. Последнее гораздо значительнее, нежели лишение меня собственности. Хотя жизнь и тело суть нечто внешнее, как и собственность, тем не менее под ними задета моя личность, ибо мое непосредственное самоощущение находится в самом моем теле.

§ 20

Принуждение, установленное подобным поступком, не только должно быть прекращено, т. е. внутренняя ничтожность такого поступка должна быть наказана не только негативно, но необходимо также, чтобы и позитивно осуществилось возмездие.<Против такого поступка необходимо выставить как довод форму разумности вообще, всеобщность, или равенство.>Ведь если поступающий так существо разумное, то в его поступке заключено то, что его поступок есть почто всеобщее. Грабя другого, ты грабишь себя! Убивая кого-нибудь, ты убиваешь всех и самого себя! Поступок-это закон, который ты устанавливаешь и который именно своим поведением ты признал в себе и для себя. Поступающего так можно поэтому вместо себя подвести под тот самый способ действия, который он установил, и тем самым восстановить нарушенное им равенство: jus talionis[право возмездия].

Пояснение.Возмездие основывается вообще на разумной природе несправедливо поступающего, иначе говоря, оно состоит в том, что несправедливое превращается в справедливое. Несправедливый поступок-это единичный неразумный поступок. Но так как он совершается разумным существом, то он представляет собой, правда не по своему содержанию, по по форме, все же нечто разумное и всеобщее. Кроме того, его следует рассматривать как принцип или закон. Однако, как таковой, этот закон действителен вместе с тем только для {несправедливо] поступающего, ибо только он, поступая так, признает этот закон, другие же не признают. Несправедливо поступающий сам подпадает под этот принцип или этот закон, который и должен быть осуществлен по отношению к нему. Несправедливость, которую он совершил, в применении к нему является справедливостью, ибо этим вторым действием, им признанным, восстанавливается равенство. Здесь мы имеем только формальное право.

§ 21

Возмездие, однако, не должно осуществляться отдельным обиженным человеком или его близкими, ибо у них общеправовая точка зрения связана в то же время со случайностью страсти. Оно должно быть действием третьего, обладающего властью, который выставляет как довод и исполняет только всеобщее. В последнем случае оно называется наказанием.

Пояснение. Местьи наказание отличаются друг от друга тем, что месть-это возмездие, поскольку оно осуществляется обиженной стороной, а наказание-это возмездие, поскольку оно налагается судьей. Возмездие потому-то и должно осуществляться как наказание, что в случаях мести имеет влияние страсть и право оказывается в тени. К тому же месть но обладает формой права, а имеет форму произвола, так как обиженная сторона действует, всегда повинуясь чувству или субъективной побудительной причине. Именно поэтому справедливость, осуществленная как месть, и является в свою очередь новой обидой, воспринимается только как единичный поступок и воспроизводится, таким образом, без примирения до бесконечности.


Глава вторая
    продолжение
--PAGE_BREAK--
Гражданское общество

§ 22

Понятие права как сила, располагающая властью и независимая от побуждений единичности, обладает действительностью только в гражданском обществе.

§ 23

Семьяпредставляет собой естественное общество, члены которого связаны любовью, доверием и естественным попиновонием (пиэтет).


Пояснение.Семья представляет собой естественное общество, во-первых, потому, что членом семьи являются нс в силу своей воли, а в силу своего естества, и, во-вторых, потому, что отношения между членами семьи основаны не столько на размышлении и решении, сколько па чувстве и побуждении. Эти отнотпения являются необходимыми и разумными, но форма сознательного усмотрения отсутствует. Это скорое инстинкт. Любовь членов семьи друг к другу основывается на том, что одно Я составляет с другим отдельным Я некоторое единство. Они пе считают себя отдельными в их отношении друг к Другу. Семья-это органическое целое. Ее части-это, собственно говоря, не части, а члены, которые имеют свою субстанцию только в этом целом и отдельно от этого целого самостоятельностью не обладают. Доверие, питаемое членами семьи друг к другу, состоит в том, что каждый интересуется но собой, а только целым. Естественное повиновение внутри семьи основывается на том, что в этом целом существует только одна воля, а именно принадлежащая главе семьи. В этом отношении семья составляет только одно лицо.<Нация.>

§ 24

Государство-это общество людей с правовыми отношениями, в котором люди имеют значение друг для друга не в силу каких-либо индивидуальных естественных отношений сообразно своим естественным склонностям и чувствам, а как лица, и эта личность каждого косвенно утверждается. Если семья, разрастаясь, превратилась в нацию и государство составляет с нацией одно целое, то это-большое счастье.

Пояснение.Народ связан в одно языком, нравами и обычаями, а также образованием. Но связь эта еще не образует государства. Для государства, правда, весьма важны, кроме того, мораль, религия, благосостояние и богатство всех его граждан. И оно должно заботиться о содействии этим обстоятельствам, однако непосредственную цель государства составляют не они, а право.

§ 25

Естественное состояние-это состояние некультурности, насилия и несправедливости. Из такого состояния люди должны вступить в гражданское общество, ибо только в последнем правовое отношение обладает действительностью.

Пояснение.Естественное состояние часто изображается в качестве совершенного состояния человека как с точки зрения благоденствия, так и с точки зрения нравственной доброты. Во-первых, следует заметить, что невинность, как таковая, не имеет никакой моральной ценности, поскольку она представляет собой незнание зла и покоится на отсутствии тех потребностей, при которых зло может совершаться. Во-вторых, это состояние является скорее состоянием насилия и несправедливости именно потому, что в нем люди оценивают себя сообразно природе. По природе же они неравны как в отношении физических сил, так и духовных способностей. И посредством насилия и хитрости люди делают действительным это свое различие. Разум существует, правда, и в естественном состоянии, но естественное является господствующим. Поэтому люди должны перейти из него в такое состояние, в котором господствует разумная воля.

§ 26

Законесть абстрактное выражение всеобщей, в себе и для себя существующей воли.

Пояснение.Законом всеобщая воля является в той мере, в какой она является им с точки зрения разума. При этом совсем не обязательно, чтобы каждый отдельный человек непременно сам узнал или отыскал эту волю. Совсем но обязательно также и то, чтобы каждый отдельный человек объявлял свою волю, а затем отсюда извлекался бы всеобщий результат. Именно поэтому в действительной истории и не бывало так, чтобы каждый отдельный гражданин какого-либо народа предлагал закон, а затем путем общественного обсуждения договаривался с другими об этом законе. Закон содержит в себе необходимость правовых отношений между людьми. Законодатели не издавали произвольных постановлений. Их постановления не являются определениями их частного изволения. Благодаря своему глубокому уму они познали, что является истиной и сущностью правового отношения.

§ 27

Правительствоесть индивидуальность в себе и для себя существующей воли. Оно есть сила, издающая и применяющая или исполняющая заколы.

Пояснение.Государство имеет законы. Последние, стало быть, суть воля в ее всеобщей абстрактной сущности, которая, как таковая, бездеятельна, так как принципы, максимы еще не выражают и не заключают в себе какого-либо действительного воления, а [выражают] лишь всеобщее воление. Для этого всеобщего только правительство является деятельной и осуществляющей волей. Закон существует как обычай, правительство же представляет собой сознательную силу бессознательного обычая.

§ 28

В
сеобщая государственная властьзаключает в себе различные входящие в нее специальные власти:

1)з
аконодательную вообще2)административную и финансовую (чтобы создавать себе средства для осуществления свободы);3)(независимую) судебную и полицейскую;4)военную и власть вести войну и заключить мир.

Пояснение.Характер государственного устройства зависит прежде всего от того, осуществляются ли эти специальные власти непосредственно центром правительства; затем, соединены ли некоторые из них в одной власти, или же они разделены; например, отправляет ли правосудие непосредственно государь или регент, или же имеются специальные судебные учреждения; затем, объединяет ли в себе правитель также и церковную власть, и т. д. Важно и то, обладает ли в государственном устройстве верховный центр правительства неограниченной финансовой властью в том смысле, что он может всецело но собственному усмотрению как устанавливать, так и расходовать налоги. Затем, соединены ли некоторые власти в одной, например соединены ли судебная и военная власть в одном должностном лице. Характер государственного устройства бывает определен еще и тем, все ли граждане принимают участие п управлении государством. Таким государственным устройством является демократия. Извращение последней — это охлократия, или господство черни, когда та часть народа, которая не имеет собственности и придерживается недостойных взглядов, силой не допускает достойных граждан к государственным делам. Демократия может возникнуть и сохраниться только при простых, неиспорченных правах и маленьких размерах государства. Аристократия-ото государственное устройство, в котором исключительное право управлять государством имеют только определенные привилегированные семьи. Извращением ее является олигархия, когда число семей, имеющих право управлять государством, незначительно. Такое положение дел опасно потому, что в олигархии специальные власти осуществляются непосредственно одним советом. Монархия-это государственное устройство, при котором управление государством находится в руках одного человека и но наследству остается в одной семье. В наследственной монархии исключены те споры и гражданские войны, которые могут возникнуть при смене престола в выборной монархии, ибо честолюбие могущественных особ но может питать никакой надежды на трон. Монарх, правда, пе в состоянии непосредственно осуществлять всю правительственную власть и частично доверяет осуществление специальных властей коллегиям или же государственным чинам, которые именем короля под его надзором и согласно законам осуществляют возложенную на них власть. В монархии гражданская свобода более защищена, чем в других государственных устройствах. Извращением монархии является деспотизм, когда правитель осуществляет управление государством по своему произволу. Для монархии существенно, чтобы правительство обладало по отношению к частным интересам людей достаточной твердостью и должной властью. Но с другой стороны, необходимо также, чтобы права граждан были защищены законами. Хотя деспотическое правительство и обладает наивысшей властью, однако при таком государственном устройстве в жертву приносятся права граждан. Деспот обладает наибольшей властью и может использовать силы своего государства произвольно. Но эта точка зрения как раз и является самой опасной. Государствепиый строй народа не есть чисто внешнее устройство. Народ может иметь как то, так и другое государственное устройство. Оно зависит главным образом от характера народа, от его нравов, степени образованности, от образа жизни и численности народа.

§ 29

Граждане как отдельные люди подчинены государственной власти и повинуются ей. Содержанием же се и целью является осуществление естественных, т. е. абсолютных, прав граждан, которые нс отказываются от этих прав в государстве, а, напротив, только в нем и достигают пользования ими и развития их.

§ 30

Конституция государства устанавливает в качестве внутреннего государственного права отношение специальных властей как к правительству-их высшему объединению, так и Друг к другу, а также отношение к ним граждан, иначе говоря, участие в них граждан.

§ 31

Внешнее государственное правокасается отношения самостоятельных народов при посредстве их правительств друг к другу и основывается преимущественно на особых договорах: международное право.

Пояснение.Государства находятся скорее в естественном, чем в правовом, отношении друг к другу. Именно поэтому между ними существует постоянный спор, так что они заключают между собой договоры и таким путем ставят себя в правовое отношение друг к другу. С другой же стороны, они совершенно самостоятельны и независимы друг от друга. Поэтому права между ними па самом делено существует. Они могут, следовательно, произвольно нарушать договоры и должны из-за этого всегда оставаться в известном недоверии друг к другу. Как природные образования они относятся друг к другу соответственно своей силе. Они должны сами сохранять свое право, сами создавать его себе и поэтому вести между собой войну.
второй раздел

Учение о долге, или мораль

§ 32

То, что можно требовать от человека на основании права, представляет собой некоторую обязанность. Долгом же нечто является постольку, поскольку оно должно быть исполнено из моральных соображений.

Пояснение.Слово «долг» зачастую употребляется применительно к правовым отношениям. Правовыеобязанности можно определить как совершенные обязанности, моральные-как несовершенные, ибо первые вообще должны исполняться и характеризуются внешней необходимостью, моральные же основываются на субъективной воле. Однако определение это точно так же можно было бы и перевернуть, ибо правовой долг, как таковой, предполагает только внешнюю необходимость, при которой надлежащий образ мыслей может отсутствовать, иначе говоря, я могу при этом иметь даже дурные намерения. Напротив, с точки зрения морали нужно и то и другое: и надлежащий по своему содержанию поступок, и субъективное по форме умонастроение.

§ 33

Право оставляет умонастроению полную свободу. Моральность же преимущественно касается умонастроения и требует, чтобы поступок совершался из уважения к долгу. Следовательно, и соответствующий праву образ действий морален, если побудительной причиной последнего является уважение к праву.

§ 34

Умонастроениеявляется субъективной стороной морального поведения или же его формой. В нем нет еще никакого содержания, которое было бы столь же существенно, как действительные поступки.

Пояснение.Считают, что с правовым образом действий необходимо связан и моральный. Может, однако, быть и такой случай, когда с правовым образом действий не связано соответствующее праву умонастроение, более того— когда при этом имеет место аморальность. Соответствующий праву поступок, если он совершается из уважения к закону, является одновременно и моральным. Поведения, соответствующего праву, и притом с моральным умонастроением, непременно нужно добиваться в первую очередь, и только тогда может прийти моральное поведение, как таковое, в котором нет никакого правового предписания (никакой правовой обязанности). Люди охотно поступают чисто морально, иначе говоря великодушно, и дарят зачастую с большей охотой, нежели они исполняют свои правовые обязанности. Ибо, поступая великодушно, они приобретают сознание своего собственного совершенства, тогда как действуя в соответствии с правом, они, напротив, совершают нечто совершенно всеобщее, тождественное у них со всеми.

Все действительное содержит две стороны, истинное понятие и реальность этого понятия; например, понятием государства является обеспечение и осуществление права, к реальности же этого понятия относится своеобразное устройство государства, соотношение отдельных властей и т. д. Действительному человеку, а именно человеку, взятому с его практической стороны, тоже присущи понятие и реальность этого понятия. К первому относится чистая личность или же абстрактная свобода, ко второму-особенное предназначение наличного бытия и само это наличное бытие. Хотя в последнем и содержится больше, чем в понятии, тем не менее оно должно соответствовать понятию и быть им определено. Чистое понятие практического наличного бытия, Я, есть предмет права.

§ 35

Моральный образ действий касается человека не как абстрактного лица, а в плане всеобщих и необходимых определений его особенного наличного бытия. Он не является поэтому только запрещающим, как по сути дела правовые требования, приказывающие лишь не нарушать свободу другого, но требует сделать для другого также и нечто позитивное. Предписания морали направлены на единичную действительность.

§ 36

Человек, взятый в плане его особенного наличного бытия, как его рассматривает мораль, стремится к согласованию внешнего со своими внутренними определениями, к удовольствию и благоденствию.

Пояснение.Побуждения, т. е. внутренние определения, присущи человеку от природы, иначе говоря, с той стороны, с какой он и представляет собой вообще нечто действительное. Эти определения являются недостаточными, если они остаются только внутренними. Побуждениями они называются, поскольку они ведут к ликвидации этого недостатка, т. е. требуют своей реализации, согласования внешнего с внутренним. Соответствие внешнего внутреннему есть удовольствие. Удовольствию поэтому предшествует рефлексия, как сравнение между внутренним и внешним, безразлично, появилось это внешнее благодаря мне или благодаря счастливой случайности. Источники удовольствия могут быть самыми разнообразными. Оно не зависит от содержания и касается только формы, другими словами, оно является чувством чего-то только формального, а именно указанного соответствия. Учение, имеющее целью удовольствие или, лучше сказать, благоденствие, называется эвдемонизмом. В нем, однако, пе установлено, в чем следует искать удовольствия и благоденствия. Таким образом, возможен как совершенно грубый, примитивный эвдемонизм, так и более высокий, ибо на этом принципе могут основываться как добрые, так и злые поступки.

§ 37

Как удовольствие это соответствие есть некоторое субъективное -чувство и нечто случайное, могущее возникать в связи с любым побуждением и его предметом, и я тут являюсь своей целью только в качестве природного существа и только в качестве отдельного человека.

Пояснение.Удовольствие есть нечто субъективное и относится только ко мне как отдельному существу. В нем нет ничего объективного, всеобщего, рассудочного. Именно поэтому оно и не является мерилом, с помощью которого судят о вещи. Если я говорю, что вот так мне нравится, иначе говоря, ссылаюсь на свое удовольствие, то я высказываю только, что это имеет такое значение для меня, и тем уже порываю рассудочные отношения с другими людьми. Удовольствие случайно по своему содержанию, потому что может возникать в связи с любым предметом, а так как оно не зависит от содержания, то представляет собой нечто формальное. По своему внешнему существованию удовольствие тоже случайно, нуждается в соответствующих обстоятельствах. Средства, употребляемые мной для достижения удовольствия, суть нечто внешнее и от меня не зависят. Кроме того, наличному бытию, которое ясоздал при помощи этих средств, поскольку предполагается, что оно доставит мне удовольствие, нужно еще стать моим, достаться мне. Это, однако, дело случая. Следствия того, что я делаю, отнюдь не возвращаются ко мне. Я пользуюсь ими не в силу необходимости. Удовольствие, таким образом, возникает благодаря двоякого рода обстоятельствам: во-первых, благодаря некоторому наличному бытию, которое нужно найти готовым, что целиком зависит от удачи, и, во-вторых, благодаря такому наличному бытию, которое произвожу я сам. Хотя это последнее наличное бытие, будучи следствием моего деяния, зависит от моей воли, однако мне принадлежит лишь поступок, как таковой; результат же не обязательно возвращается ко мне, следовательно, наслаждение этим поступком тоже. В таком поступке, как поступок Деция Муса  совершенный им для своего отечества, важно, что следствие этого поступка могло и не вернуться к Децию Мусу как наслаждение. Нельзя вообще последствия превращать в принцип поступка. Последствия поступка случайны, ибо они суть некоторое внешнее существование, которое зависит от других обстоятельств, иначе говоря, может быть ими уничтожено.

Удовольствие есть нечто вторичное, нечто сопутствующее делу. Если мы осуществляем что-нибудь субстанциальное, то удовольствие присоединяется к этому постольку, поскольку в произведении мы узнаём также и нашу субъективность. Тот, кто ищет удовольствие, имеет в виду только себя в плане своей акцидентадьности. Тот, кто занят великими делами и интересами, стремится осуществить только дело само по себе. Он весь устремлен на субстанциальное, забывает в нем самого себя, целиком отдается делу. Люди великих интересов и дел обычно вызывают в народе сожаление, что они мало пользуются удовольствиями, т. е. что они живут делом, а не своей акцидентальностью.

§ 38

Разумснимает ту неопределенность, которой приятное чувство характеризуется по отношению к предметам, очищает содержание побуждений от всего субъективного и случайного и знакомит в отношении содержания со всеобщим и существенным желаемого, а в отношении формы или умонастроения-с объективным, иначе говоря, с действованием ради самой вещи.

Пояснение.Сначала рассудок, или рефлексия, поднимаясь над непосредственным удовольствием, не меняет цели, или принципа. В этом случае рефлексия поднимается только над единичным удовольствием, сравнивает побуждения Друг с другом и, следовательно, может предпочесть одно из них другому. Если рефлексия направлена не на удовольствие как нечто единичное, а на удовольствие в целом, она имеет в виду благоденствие. Такая рефлексия еще остается внутри субъективного принципа, и цель ее-все еще удовольствие, но только большее, более разнообразное. Тем, что она находит различия в удовольствии и вообще ищет приятное во всех различных сторонах, она делает все грубое, дикое и чисто животное в удовольствии более тонким и смягчает нравы и умонастроение вообще. Таким образом, если рассудок занимается средствами удовлетворения потребностей вообще, он облегчает этим их удовлетворение и получает возможность посвятить себя более высоким целям. С другой стороны, это утончение удовольствий делает человека более изнеженным. Вследствие того, что он тратит свои силы на столь различные предметы и ставит перед собой столь разнообразные цели, которые в силу различения их разных сторон становятся все мельче, его способность всей душой устремляться к существенному в целом ослабевает. Если человек превращает удовольствие в цель, то такая рефлексия отнимает у него стремление выйти за пределы удовольствия и совершить что-либо более высокое.

Удовольствие неопределенно в отношении содержания именно потому, что может возникать в связи с любым предметом. В этом смысле в удовольствии нельзя, следовательно, найти никакого объективного различия, кроме количественного. Рассудок, взвешивая последствия, как раз и предпочитает большее удовольствие меньшему.

Разум же, напротив, находит качественное различие, т. в. различие в отношении содержания. Он предпочитает достойный предмет удовольствия недостойному. Он занимается, следовательно, сравнением природы предметов. В этом смысле он рассматривает уже не субъективное, как таковое, а именно приятное чувство, а нечто объективное. Он, следовательно, учит тому, какие предметы человек должен желать ради них самих. Для человека, которому вследствие его всеобщей природы открыты столь бесконечно разнообразные источники удовольствия, стремление к приятному обманчиво, и разнообразию этому нетрудно человека рассеять, т. е. отвлечь от той цели, которую ему следовало бы сделать своим назначением.

Влечение(Trieb)к приятному может соответствовать разуму, это означает, что оба имеют одно и то же содержание, что разум узаконивает это содержание. В отношении формы это влечение действует ради субъективного чувства, иначе говоря, имеет целью приятное для субъекта. Когда же поступок совершают ради всеобщего предмета, целью является сам объект. Напротив, влечение к приятному всегда эгоистично.

§ 39

Побуждения и склонности,1)рассмотренные сами по себе, не являются ни добрыми, ни злыми, т. е. присущи человеку непосредственно как существу природы2)доброе и дурное суть моральные определения и относятся к воле. Доброе есть соответствующее разуму;3)однако побуждения и склонности нельзя рассматривать, не связывая их с волей. Их связь с полей не случайна, а человек-это не два безразличных друг к другу существа.

Пояснение.Предметом нравственности является человек в его особенности. Прежде всего кажется, что последняя заключает в себе только множество различностей-то неодинаковое, что отличает людей друг от друга. То же, чем люди отличаются друг от друга, представляет собой нечто случайное, зависящее от природы и внешних обстоятельств. Однако в особенном содержится одновременно и почто всеобщее. Особенность человека состоит в его отношении к другим. Вот в этом-то отношении к другим и есть существенные и необходимые определения. Последние составляют содержание долга.

 § 40

Человек имеет1)существенное определение быть отдельным человеком;2)он принадлежит некоторому естественному целому-семье;3)он является членом государства;4)он находится в отношениях с другими людьми вообще. Обязанности-человека делятся поэтому па четыре рода:1)на обязанности перед самим собой; 2)перед семьей;3)перед государством и4)перед другими людьми вообще.
    продолжение
--PAGE_BREAK--
I.
Обязанности перед самим собой

§ 41

Человек как индивид относится к самому себе. У него две стороны: единичность и всеобщая сущность. В связи с этим его долг пород собой заключается частью в физическом сохранении себя, частью же в том, чтобы поднять свое отдельное существо до своей всеобщей природы-образовать себя.

Пояснение. Содной стороны, человек-природное существо. Как таковое, он ведет себя сообразно своему произволу и случаю, т. е. как непостоянное, субъективное существо. Он не отличает существенного от несущественного.Во-вторых, он существо духовное и разумное. Взятый с этой стороны, он не бывает от природы тем, чем он должен быть. Животное не нуждается в образовании, ибо животное от природы есть то, чем оно должно быть. Оно лишь природное существо. Человек же должен согласовать две свои стороны, привести свою единичность в соответствие со своей разумной стороной, иначе говоря, сделать последнюю господствующей. Некультурно, например, когда человек отдается своему гневу и действует, слепо повинуясь этому аффекту, ибо в гневе он принимает нанесенную ему обиду или вред за бесконечные и без меры и цели старается отплатить за них, причиняя вред обидчику или другим предметам.-Некультурно, когда кто-нибудь следует такому интересу, который или несвойствен этому человеку, или недостижим в его деятельности, ибо разумным образом можно делать своим интересом лишь то, чего можешь добиться своей собственной деятельностью. Далее, если человек, испытывая превратности судьбы, теряет терпение, значит, свои собственные интересы считает самым важным делом, чем-то таким, к чему, по его мнению, должны приноравливаться и люди, и обстоятельства.

§ 42

В теоретическое образование входит кроме многообразия и определенности знаний, а также всеобщности точек зрения, позволяющих судить о вещах, умение воспринимать объекты в их свободной самостоятельности, без субъективного интереса.

Пояснение. Многообразие знанийсамих по себе входит в образование потому, что именно благодаря многообразию знаний самих по себе человек поднимается от партикулярного знания незначительных вещей своего окружения ко всеобщему знанию, благодаря которому он достигает большей общности знаний с другими людьми, овладевает предметами всеобщего интереса. Выходя за пределы того, что он знает и испытывает непосредственно, человек узнает, что существуют также другие, и притом лучшие, способы вести себя и действовать и что его способы не являются единственно необходимыми. Этим он отдаляет себя от себя самого и приходит к различению существенного и несущественного. Определенность знаний касается их существенного различия, тех различий, которые во всяком случае принадлежат предметам. К образованности относится умение судить об отношениях и предметах действительности, именно для этого и нужно знать, от чего это зависит, что такое природа и цель как вещи, так и отношений друг к другу. Эти аспекты открываются человеку не непосредственно через созерцание, а благодаря занятиям этой вещью, благодаря размышлению как о ее цели и сущности, так и о средствах, насколько они действенны или недейственны. Необразованный человек не идет дальше непосредственного созерцания. Его глаза закрыты, и он не видит того, что лежит у его ног. Это только субъективное видение и постижение. Он не видит суть. Он лишь приблизительно знает, какова вещь, да и токе как следует, потому что только знание всеобщих аспектов направляет человека на то, что нужно рассматривать главным образом. Вернее даже, знание всеобщих аспектов уже и есть главное самой этой вещи, оно уже заключает в себе ее важнейшие отделы, в которые, стало быть, остается лишь, так сказать, вложить внешнее наличное бытие, и следовательно, это знание способно постигать гораздо легче и правильнее.

Противоположностью неумения судить является манера судить обо всем чересчур поспешно, без понимания. Такое торопливое суждение основывается на том, что становятся па одностороннюю точку зрения, берут один аспект и тем самым упускают из виду истинное понятие вещи, не обращают внимания на остальные аспекты. Образованный человек знает в то же время границы своей способности суждения.

Далее, в образование входит умение воспринимать объективное в его свободе. Оно заключается в том, чтобы в предмете я искал не свой собственный субъект, а рассматривал бы и трактовал предметы так, как они существуют сами по себе, в их свободном своеобразии, чтобы я интересовался ими без какой-либо личной выгоды. Такой бескорыстный интерес важен в изучении наук, если, разумеется, культивировать их ради них самих. Желание извлекать пользу из предметов природы связано с разрушением последних. Интерес к изящному искусству тоже бескорыстен. Оно изображает вещи в их живой самостоятельности и устраняет те недостатки и стеснения, которым они подвергаются от внешних обстоятельств. Объективный поступок состоит в том, что,1)взятый даже со своей безразличной стороны, он имеет форму всеобщего, лишен произвола, прихоти, каприза, свободен от странностей и т. п.; 2)со своей внутренней, существенной стороны он является объективным, если имеет целью самое истинную вещь, и лишен корыстного интереса.

§ 43

Практическоеобразование требует, чтобы человек, удовлетворяя свои естественные потребности и влечения, проявлял благоразумие и соблюдал ту меру, которая лежит в границах их необходимости, т. е. необходимости самосохранения. Человек1)должен быть способен выйти из естественного, быть свободным от него; 2)напротив, в свое призвание(Beruf),в существенное он должен быть углублен; наконец,3)он должен быть способен но только к тому, чтобы ограничить удовлетворение естественного пределами необходимости, но и к тому, чтобы принести его в жертву более высоким обязанностям.

Пояснение.Свобода человека от естественных побуждений заключается не в том, что он не имеет их и, следовательно, не стремится уйти от своей природы, а в том, что он признает их в общем необходимыми и тем самым разумными и в соответствии с этим исполняет их по собственной воле. Он оказывается тут принужденным лишь в том случае, если вопреки этому всеобщему обзаводится случайными и произвольными мыслями и целями. Определенную, строгую меру в удовлетворении потребностей и употреблении физических и духовных сил точно указать невозможно, по каждый может знать, что именно ему полезно, а что вредно. Соблюдение меры в удовлетворении естественных побуждений и в пользовании телесными силами необходимо, собственно говоря, ради здоровья, ибо последнее является существенным условием пользования духовными силами для исполнения высшего назначения человека. Если тело не сохранено в его нормальном состоянии, если нарушена какая-нибудь из его функций, то приходится делать тело целью своих занятий, вследствие чего оно превращается в нечто слишком важное и значительное для духа.-Далее, нарушение меры в пользовании физическими и духовными силами, как чрезмерным, так и недостаточным их употреблением приводит к притуплению и слабости этих сил.

Наконец, умеренность связана с благоразумием. Благоразумие состоит в способности сознавать, что делаешь, в том, что человек, наслаждаясь или работая, наблюдает за собой посредством рефлексии и, следовательно, не целиком отдается этому единичному состоянию, а остается способным к размышлению обо всем другом, что еще будет необходимо. Благоразумный человек, воспринимая что-нибудь или занимаясь каким-то делом, одновременно в своем духе вне этого состояния. Это умение не целиком отдаваться своему состоянию вообще требуется при необходимых, но все-таки несущественных побуждениях и целях. Напротив, при истинной цели или при истинном деле необходимо, чтобы дух со всей серьезностью был налицо, а не находился бы одновременно и вне их. Благоразумие здесь состоит в том, чтобы не упускать из виду все обстоятельства и стороны работы.

§ 44

Что касается определенного призвания, которое кажется какой-то судьбой, то нужно всего лишь снять с него форму внешней необходимости. Свою судьбу нужно выбирать свободно и так же переносить и осуществлять.

Пояснение.По отношению к внешним обстоятельствам своей судьбы и вообще ко всему, что он есть непосредственным образом, человек должен вести себя так, чтобы сделать все Это своим, лишить все это формы внешнего бытия. Неважно, какое положение в обществе занимает человек благодаря своей судьбе, если он действительно есть то, что он есть, т. е. если он вполне соответствует своему призванию. Призвание— многосторонняя субстанция. Призвание есть как бы предмет или материал, который нужно всесторонне проработать, чтобы в нем не осталось ничего чуждого, недоступного, сопротивляющегося. Если я сделал этот материал совершенно своим для меня, то в нем я свободен. Преимущественно из-за того человек и бывает недоволен, если он не соответствует своему призванию. Он ставит себя в такие условия, которыми не обладает как действительно своими. В то же время он принадлежит такому состоянию. Он не может отделаться от этого состояния. Он живет и действует, следовательно, в каком-то превратном отношении с самим собой.

§ 45

Верностьи покорность своему призванию, а также покорность своей судьбе, и способность забывать о самом себе в своей деятельности основаны на отказе от тщеславия, самомнения и эгоизма и сосредоточении внимания на том, что существует в себе и для себя и является необходимым.

Пояснение.Призвание есть нечто всеобщее и необходимое и составляет известную сторону человеческого общежития. Призвание есть, следовательно, часть всего созданного людьми. Имея призвание, человек приобщается ко всеобщему и принимает в нем участие. Благодаря этому он становится объективностью. Хотя призвание и представляет собой единичную ограниченную среду, оно все же образует необходимый член целого и в самом себе тоже является целым. Чтобы стать кем-то, человек должен суметь ограничить себя, т. е. сделать свое призвание вполне своим делом. В этом случае призвание не является для него ограничением. Здесь человек един как сам с собою, так и со своим внешним окружением, со своей средой. Он есть всеобщее, целое. Если человек делает своей целью что-либо суетное, т. е. несущественное, ничтожное, то здесь заложен не интерес к делу, а интерес к себе. Суетное не представляет собой сущего в себе и для себя, но получает существование только благодаря субъекту. Человек видит в нем только себя. Таково, например, моральное тщеславие, когда человек в своих поступках полагает свое превосходство и вообще проявляет больше интереса к самому себе, чем к делу. Человек, который честно исполняет незначительные дела, показывает этим свою способность к большим делам, ибо он проявил покорность и способность отказываться от своих желаний, склонностей и фантазий.

§ 46

Благодаря интеллектуальному и моральному образованию человек получает способность выполнить обязанности по отношению к другим, каковые можно назвать реальными, в то же время как обязанности, относящиеся к образованию, напротив, скорее формальной природы.

§ 47

Если исполнение обязанностей оказывается более чемсубъективной собственностью индивидуума и скорее присуще его естественному характеру, оно есть добродетель.

§48

Так как добродетель связана отчасти с естественным характером, то она выступает как моральность определенного рода, как моральность большей жизненности и интенсивности. В то же время она менее связана с сознанием долга, чем моральность в строгом смысле этого слова.
II.
Обязанности перед семьей

§ 49

Получив образование, человек имеет возможность действовать. Если он действительно действует, он по необходимости находится в отношениях с другими людьми. Первые необходимые отношения, в которые индивид вступает с другими, это семейные отношения. Эти отношения, правда, имеют и правовую сторону, но она подчинена стороне моральной, принципу любви и доверия.

Пояснение.Семья по существу составляет только одну субстанцию, только одно лицо. Члены семьи не являются лицами по отношению друг к другу. Оаи вступают в такое отношение лишь тогда, когда моральная связь по несчастью распалась. У древних это умонастроение семейной любви, равно как и соответствующее поведение, называлосьpietas.Пиетет имеет с благочестием, каковое тоже обозначается этим словом, то общее, что они предполагают некоторую абсолютную связь, в себе и для себя существующее единство внутри духовной субстанции, связь эта но скреплена особым произволом или случаем.

§ 50

Такое умонастроение, далее, заключается в том, что сущность каждого члена семьи не есть его лицо, но лишь семья как целое составляет личность.

§ 51

Связь двух лиц различного пола, называемая браком, это не просто естественный, животный союз и не просто гражданский договор, а прежде всего моральный союз, возникающий на основе взаимной любви и доверия и превращающий супругов в одно лицо.

§ 52

Долг родителей перед детьми-заботиться об их прокормлении и воспитании; долг детей-
повиноваться,пока они не стали самостоятельными, и чтить родителей всю свою жизнь; долг братьев и сестер вообще— обходиться друг с другом с любовью и в высшей степени справедливо.
III.
Обязанности перед государством

§ 53

Природное целое, каковым является семья, разрастаясь, превращается в целое народа и государства, которое для индивидов, взятых по отдельности, представляет собой некую самостоятельную волю.

Пояснение.Государство стремится, с одной стороны, к тому, чтобы не считаться с умонастроением граждан, коль скоро ему нужно сделаться независимым от воли отдельных людей. Поэтому оно точно указывает отдельным людям их обязанности, т. е. долг каждого перед целым. Государство не может полагаться только на умонастроение, так как последнее точно так же может быть своекорыстным и может противоречить интересам государства. На этом пути государство превращается в машину, в систему внешних зависимостей. Но с другой стороны, оно не может не считаться с настроением граждан. Правительственное предписание может содержать только всеобщее. Действительный же поступок, выполнение государственных целей включает в себя особенные способы деятельности. Источником последних может быть только индивидуальный дудок, умонастроение человека.

§ 54

Государство не только скрепляет общество правовыми отношениями, но и, будучи в моральном отношении действительно более высокой всеобщей сущностью, способствует единству в нравах, образовании и во всеобщем образе мыслей и действий (так как каждый духовно созерцает и познает в другом свою всеобщность).

§ 55

Дух народа составляет духовную субстанцию каждого отдельного гражданина. Не только сохранение отдельного человека основано на сохранении этого живого целого, но последнее представляет собой также и всеобщую духовную природу, иначе говоря, сущность каждого вопреки его единичности. Сохранение этого целого имеет поэтому большее значение, чем сохранение индивида, и все должны обладать таким умонастроением.

§ 56

Если смотреть на дело только с правовой точки зрения, то, поскольку государство охраняет частные права отдельных людей, а отдельный человек имеет в виду прежде всего свое имущество, по отношению к государству вполне возможно пожертвование части собственности ради сохранения остального. Патриотизм, однако, основывается не на таком расчете, а на сознании абсолютности государства. Такое умонастроение, готовность отдать свое достояние и жизнь ради целого в народе тем больше, чем больше отдельный человек может ради общего дела действовать по собственной воле и самостоятельно и чем большее доверие испытывает он к государству. (Прекрасный патриотизм греков..) (Различие между гражданами какbourgeois[буржуа] иcitoyen[гражданин]. )

§ 57

Повиновениераспоряжениям правительства, преданность особе государя и государственному строго, а также чувство национальной чести-это добродетели гражданина всякого упорядоченного государства.

§ 58

Государство отнюдь не покоится на каком-либо прямом договоре одного со всеми и всех с одним или же отдельного человека и правительства между собой, и всеобщая воля целого не выражает волю отдельных людей, но она есть абсолютно всеобщая воля, в себе и для себя обязательная для каждого.
IV.
Обязанности по отношению к другим

 § 59

Обязанности по отношению к другим-это в первую очередь правовые обязанности, которые нужно соединять со стремлением поступать справедливо ради справедливости. Остальные обязанности основываются на таком умонастроении, которое требует считать других равными тебе самому не только в качестве абстрактных лиц, но и в их особенности, а также рассматривать их горести и радости как свои и доказывать это деятельной помощью.

§60

Этот моральный образ мыслей и действий выходит за рамки права. Но именно честность, строгое соблюдение обязанностей по отношению к другим есть тот первый долг, из которого следует исходить. Поступки могут быть благородными и великодушными и вместе с тем не быть честными. Основу их в этом случае составляют самолюбие и стремление сделать что-то особенное; напротив, то, что требует честность, есть распространяющаяся на всех, отнюдь не произвольная обязанность.

§ 61

Из всех особенных обязанностей по отношению к другим первейшей является правдивость в словах и делах. Она состоит в соответствии того, что есть и что ты сознаешь, с тем, что ты высказываешь и проявляешь по отношению к другим. Неправдивость же-это несоответствие и противоречие между сознанием и тем, каков ты по отношению к другим, следовательно, между твоим внутренним миром и твоей действительностью и тем самым нечто само по себе ничтожное.

§ 62

К неправдивости главным образом и относятся те случаи, когда намерения человека или его умонастроение, судя по его словам, должны быть хорошими, а делает он, напротив, что-нибудь дурное. (Такое несоответствие между намерением и тем, каков поступок сам по себе, следовало бы считать по меньшей мере неумелостью, но вместо этого, если только человек отвечает за свои поступки, нужно считать, что тот, кто делает зло, имеет также и дурные намеренья.

§63

Для того чтобы получить право сказать кому-либо правду о его поведении, необходимо прежде всего установить с ним особые отношения. Если это делают, не имея на то никакого права, то это ошибка, ибо здесь предполагается такое отношение к другому, которое не имеет места в действительности.

Пояснение. Говорить правду,если знают, что это правда, является отчасти первым долгом. Неблагородно не говорить правды, когда уместно ее сказать, ибо это унижает и самого себя, и других. Однако следует также не говорить правду, если к этому не имеют призвания или права. Если правду говорят только для того, чтобы настоять на своем, но без дальнейшего успеха, то это является по меньшей мере излишним, ибо это нужно делать не для того, чтобы о деле только высказались, но и для того, чтобы оно было совершено. Слова не представляют собой дела или высокого поступка. Правда бывает сказана в месту и во-время, когда она служит осуществлению дела. Речь-удивительно сильное средство, но нужно иметь много ума, чтобы пользоваться им.

§ 64

С клеветой, которая есть действительная ложь, родственно злословие: рассказы о таких вещах, которые пятнают честь кого-либо третьего и которые сами по себе не очевидны для рассказывающего. Злословие обычно бывает связано с негодованием по поводу неморальных поступков и с оговорками, что нельзя быть уверенным в рассказе и что ничего не хотят сказать. Однако в этих случаях клевета соединяется с недобросовестностью, ибо здесь на самом деле распространяют рассказы, о которых утверждают, что их не желают распрострпттятъ… В других случаях сюда примешивается ханжество, т. е. желание говорить морально, а в действительности поступать зло.

Пояснение.Ханжество состоит в том, что люди поступают зло. но перед другими создают видимость, что их намерения добры и что они желают совершить нечто хорошее. Однако внешний поступок не отличается от внутреннего. В злом деле и намерение по существу тоже бывает злым, а не добрым. При этом, впрочем, может быть и такой случай, что человек хотел достигнуть чего-либо хорошего или по меньшей мере позволительного. В таких случаях нельзя желать превращения того, что в себе и для себя есть зло, в средство для блага. Цель или намерение не оправдывают средств. Моральный принцип преимущественно относится к умонастроению или намерению. Но здесь существенно также и то, чтобы не только намерение, но и поступок был хорошим. Человек не должен также убеждать себя в том, что он имеет превосходные намерения, совершая самый обыкновенный поступок, важный для его индивидуальной жизни. Как только человек начинает подгонять свои собственные поступки под добрые намерения и свои сами по себе незначительные действия пытается посредством рефлексии превратить во что-то великое, то по отношению к другим дело присходит наоборот: великодушным или по меньшей мере добрымпоступкам других он хочет приписать благодаря своему своекорыстному намерению что-нибудь нехорошее.

§ 65


Намерение сознательно и с желанием вредить другим есть зло. Разрешение нарушать обязанности по отношению к другим и по отношению к себе, вызванное слабостью к своим склонностям, представляет собой дурное умонастроение.

Пояснение.Доброму противостоят злое и дурное. Зло предполагает, что оно совершается по решению воли. Оно, следовательно, предполагает в отличие от дурного формальный момент — силу воли, причем последнее ваяется также и условием доброго. Дурное же представляет собой нечто лишенное воли. Дурной человек следует своим склонностям и из-за них забывает свои обязанности. Дурной человек считал бы нужным выполнить свои обязанности, однако у него нет воли, чтобы управлять своими склонностями и привычками.

§ 66

Услуги,которые мы оказываем или хотим оказать другим людям, зависят от случайных отношений, в которых мы состоим с ними, и от особых обстоятельств, окружающих нас самих. Если мы в состоянии оказать услугу другому, то мы обращаем внимание только на то, что он человек, и на то, что он нуждается.

Пояснение.Первое условие, при наличии которого мы можем оказывать другому помощь, состоит в том. чтобы мы имели на это право, т. е. имели бы право рассматривать его как нуждающегося и действовать по отношению к нему как нуждающемуся. Таким образом, помощь должна совершаться не против воли того, кому помогают. Это же предполагает известное знакомство или доверие. Неимущий, как таковой, не равен имущему. От его воли зависит, следовательно, хочет ли он явиться в качестве неимущего. Он захочет этого только в том случае, если он будет убежден, что я буду считать его равным и обращаться с ним как с равным, несмотря на существующее неравенство. Затем я должен иметь в руках средства помочь ему. Наконец, могут быть и такие случаи, где его нужда очевидна, и в ней выражено его желание, чтобы ему помогли.

§ 67

Долг всеобщего человеколюбия распространяется ближайшим образом на тех, с кем мы состоим в отношениях знакомства или дружбы. Первоначальное единство людей должно быть добровольно превращено в такую близкую связь, из которой возникает определенный долг.

<
Дружбаосновывается на сходстве характеров и интересов в общем совместном деле, а не на удовольствии, которое получаешь от личности другого. По отношению к своим друзьям необходимо быть как можно менее тягостным. Деликатнее всего-это не требовать от своих друзей никаких услуг. Нельзя избавляться от дел, сваливая их на других.>

§ 68

Долг благоразумия проявляется прежде всегокакдолг по отношению к самому себе, когда ты имеешь дело с другими, так как целью его является собственная польза. Однако истинная собственная польза достигается лишь нравственным поведением, которое вместе с тем есть и истинное благоразумие. Благоразумие предполагает, что собственная польза не рассматривается как цель морального поведения, хотя она и может быть его следствием.

§ 69

Поскольку собственная польза заключается в моральном поведении не непосредственно и зависит от личного и в целом случайного доброжелательства других, мы оказываемся здесь в сфере всего лишь расположения друг к другу. Поэтому благоразумие состоит в том, чтобы не разрушать расположения других и сохранять его ради его самого. Но с этой точки зрения полезное представляет собой также и то, чему надлежит быть, как таковому, самому по себе, именно-предоставление другим свободы там, где у нас нет ни обязанности, ни права лишать ее других, и завоевание нашим поведением их расположения.

§ 70

Вежливостьесть знак благосклонности и готовности к услугам, особенно по отношению к тем, с кем мы еще не стоим в близких отношениях знакомства или дружбы. Она является фальшью, если, выказывая ее, имеют противоположное умонастроение. Истинную вежливость необходимо рассматривать именно как долг, ибо мы вообще должны питать благосклонность к другим. Свидетельство этой благосклонности откроет путь для более близких связей. (Оказать незнакомому услугу, одолжение или доставить ему удовольствие-значит проявить вежливость. То же самое должны мы делать и по отношению к нашим знакомым и друзьям. Вежливость по отношению к незнакомому или к тому, с кем мы не состоим в близкой связи, необходима ради видимости благосклонности и исключительно ради этой видимости. Тактичность, деликатность заключаются в том, чтобы не делать и не говорить того, чего не позволяют окружающие условия.-Греческая гуманность и воспитанностьу Сократа и Платона.).


ТРЕТИЙ РАЗДЕЛ

 Учение о религии

§ 71

Моральный закон внутри нас-это вечный разумный закон, который мы должны неукоснительно соблюдать и которым мы чувствуем себя неразрывно связанными. Но столь же непосредственно мы сознаем и несоответствие ему нашей индивидуальности и признаем его чем-то более высоким, чем мы, некоей не зависящей от нас, самостоятельной, абсолютной сущностью.

§ 72

Эта абсолютная сущность присутствует в нашем чистом сознании и открывается нам в нем. Знание о ней. будучи внутри нас опосредствовано ею, для нас непосредственно и поэтому может быть названо верой.

§ 73

Возвышение над чувственным и конечным является, правда, негативно, с нашей стороны, опосредствованием этого знания, но лишь постольку, поскольку, исходя из чувственного и конечного, вместе с тем отказываются от всего подобного и познают его в его ничтожности. Лишь такое знание об абсолютном само является как абсолютным, так и непосредственным знанием. Его позитивной основой не может быть что-либо конечное, другими словами, его нельзя опосредствовать (как доказательством) чем-либо таким, что не есть оно само.

§ 74

Это знание должно определить себя точнее и не оставаться внутренним чувством, верой в неопределенное существо вообще, а должно стать познанием этого существа. Познание бога отнюдь не недоступно разуму, ибо разум это лишь отблеск бога и по сути дела есть знание об абсолютном; но познание бога недоступно лишь рассудку-знанию о конечном и относительном.

§ 75

Сама религия состоит в занятости и чувств и мыслей абсолютным существом и в представлении себе его образа, с чем необходимо связаны по отношению к абсолютному существу как самозабвение своей особенности в таком возвышении духа, так и соответствующие поступки.

§ 76

Бог-
это абсолютный дух,т. е. он есть чистая сущность, превращающая себя в предмет, но созерцающая в нем лишь себя самое: другими словами, это такая сущность, которая в своем превращении в другое просто возвращается в себя самое и остается равной самой себе.

§ 77

Бог, согласно моментам его сущности,1)абсолютно свят, так как он есть внутри себя совершенно всеобщая сущность. Он есть2)абсолютное могущество, так как он осуществляет всеобщее и во всеобщем сохраняет единичное, т. е. является вечным творцом Вселенной. Он есть3)мудрость, так как его могущество-только святое могущество,4)доброта, так как единичное в своей действительности получает от него полную свободу действий, и5)справедливость, так как он вечно возвращает единичное ко всеобщему.

§ 78

Злоесть отчуждение(Entfremdung)от бога, коль скоро в силу своей свободы единимпое отделяется от всеобщего и, отрываясь от него, стремится существовать абсолютно для себя. Если природа конечного свободного существа состоит в том, чтобы рефлектировать себя в эту единичность, природу этого существа нужно рассматривать как злую.

§ 79

Однако сама по себе свобода единичного существа в то же время состоит и в равенстве этого существа самому себе, другими словами, сама по себе она божественной природы. Это знание о том, что человеческая природа на самом деде не чужда божественной природе, удостоверяет человека в божественной милости а позволяет ему воспользоваться ею, благодаря чему и осуществляется примирение бога с миром, иначе говоря, исчезает отчужденность мира от бога.

§ 80

Богослужениеесть определенная занятость мыслей и чувства богом, посредством которой индивид стремится осуществить свое единение с богом и приобрести как сознание этого единения, так и уверенность в нем. Это согласие своей вопи с божественной волей индивид должен доказать как умонастроением, так и образом действий в своей действительной жизни.

ВТОРОЙ КУРС. СРЕДНИЙ КЛАСС
    продолжение
--PAGE_BREAK--
ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ДУХА И ЛОГИКА
ПЕРВЫЙ ОТДЕЛ

ФЕНОМЕНОЛОГИЯ ДУХА, ИЛИ НАУКА О СОЗНАНИИ

ВВЕДЕНИЕ

§ 1

Наше обычное знание представляет себе лишь предмет, который оно знает, но в то же время не представляет себе себя, т. е. самого знания. Целое же, которое налицо в знании, это не только предмет, но и Я, которое знает, а также взаимоотношение между мной и предметом-сознание.

§ 2

В философии определения знания рассматриваются не односторонне, только как определения вещей, а вместе с знанием, которому они принадлежат по меньшей мере настолько же, насколько и вещам; иначе говоря, они берутся не только как объективные, но и как субъективные определения, или скорее как определенные виды отношения объекта и субъекта друг к другу.

§ 3

Поскольку в знании находятся вещи и их определения, то, с одной стороны, возможно представление, что они существуют вне сознания сами по себе и даются сознанию просто как нечто чуждое и готовое. С другой же стороны, поскольку для знания настолько же существенно и сознание, становится возможным также и представление, что сознание само создает себе этот свой мир и само своими действиями и своей деятельностью целиком либо отчасти производит или модифицирует определения атого мира. Первый способ представления называется реализмом, второй-идеализмом. Здесь следует рассматривать всеобщие определения вещей только вообще как определенное отношение объекта к субъекту.

§ 4

Субъект, мыслимый более определенно, есть дух. Дух проявляет себя, существенно соотносясь с каким-либо существующим предметом, в этом смысле он есть сознание. Учение о сознании есть поэтому феноменология духа.

§ 5

Дух же в плане его самодеятельности внутри себя самого и по отношению к себе независимо от отношения к чему-либо другому рассматривается в специальной науке о духе, в психологии.

§ 6

Сознание есть, собственно говоря, знание о каком либо предмете, безразлично, внешний он или внутреп ний, предстает ли он перед духом без участия дух. или же произведен этим духом. Дух рассматривается в плане его деятельности, если определения его сознани приписываются ему самому.

§ 7

Сознание есть определенное отношение Я к предмету. Если исходить из предмета, то можно сказат что сознание различается в соответствии с различш предметов, которыми оно обладает.

§ 8

В то же время, однако, и предмет по сути дела определен соответственно сознанию. Различие предмета можно поэтому, наоборот, рассматривать как зависящее от развития сознания. Эта обоюдность выступает в сфере явлений самого сознания и не решает упомянутого выше(§ 3)вопроса о том, как само по себе обстоит дело с этими определениями.

§9

Соответственно различию своего предмета сознание вообще имеет три ступени. А именно предмет есть либо противостоящий Я объект, либо само Я, либо нечто предметное, которое столь же принадлежит и Я,— мысль. Эти определения не взяты эмпирически извне, но они суть моменты самого сознания. Таким образом, существуют:

1)сознание вообще,

2)самосознание,

3)разум.

Первая ступень

 СОЗНАНИЕ ВООБЩЕ

§ 10

Сознание вообще бывает1)чувственным,2)воспринимающим и3)рассудочным.

А. Чувственное сознание

§ 11

Простое чувственное сознание-это непосредственная достоверность некоторого внешнего предмета. Выражением непосредственности такого предмета, является то, что он есть, и притом есть предмет этот, существующий теперь, во времени, и здесь, в пространстве, совершенно отличный от всех остальных предметов и вполне определенный в себе самом.

§ 12

Как это теперь, так и это здесь суть нечто исчезающее. «Теперь», существуя, уже не существует больше, потому что его уже сменило другое «теперь», которое, однако, исчезло столь же непосредственно. Тем не менее «теперь» остается. Это остающееся «теперь» есть всеобщее «теперь», есть и то, и это «теперь», и ни одно из них. Это «здесь», которое я имею в виду и на которое показываю, имеет правую и левую стороны, верх и низ, заднюю и переднюю часть и т.д. до бесконечности; иными словами, показанное «здесь» не есть простое и, следовательно, определенное «здесь», а представляет собой совокупность многого. Таким образом, поистине существующим является не абстрактная чувственная определенность, а всеобщее.

В. Восприятие

§ 13

Восприятие имеет предметом уже не чувственное, поскольку оно непосредственно, а чувственное, поскольку оно существует одновременно и как нечто всеобщее. Восприятие-это смесь чувственных определений и определений рефлексии.

§ 14

Предмет этого сознания поэтому вещь с ее свойствами. Чувственные свойства а) даны сами по себе и не посредственны в чувстве, и в то же время определент благодаря соотношению с другими и опосредствованы b) они принадлежат одной вещи и в этом смысле, с одной стороны, заключены в ее единичности, с другой ж стороны, обладают всеобщностью, вследствие которо выходят за пределы этой единичной вещи и одновременно являются независимыми друг от друга.

§ 15

Поскольку свойства сущностно опосредованны, они зависят в своем существовании от чего-то друго и изменяются. Они суть только акциденции. Вещи же в силу того, что их свойства составляют их суть, так как именно свойствами они как раз и отличаются друг от друга, прекращают свое существование вместе с изменением их свойств и представляют собой чередование возникновения и исчезновения.

§ 16

В этом изменении не только вот это нечто снимает себя и становится чем-то иным, но исчезает и это иное. Но иное иного, или изменение изменчивого, есть становление постоянного, существующего по себе и внутреннего.

 С. Рассудок

§ 17

Итак, предмет получил то определение, что он обладает а) некоторой совершенно акцидентальной стороной, но b) обладает также и существенной стороной, постоянными свойствами. Сознание, поскольку для него предмет обладает этим определением, представляет собой рассудок, считающий вещи в восприятии лишь явлениями и рассматривающий внутреннее в вещах.

§ 18

Внутреннее в вещах то в них, что отчасти не зависит от явления, именно от его многообразия, представляющего собой нечто по отношению к самому себе внешое, отчасти же то, что своим понятием связано с явлением. Поэтому внутреннее есть1)простая сила, которая переходит к наличному бытию, к проявлению.

§ 19

2)При этом различении сила остается тождественной во всей чувственной разности явлений. Закон явления есть его спокойное, всеобщее отражение. Он представляет собой некоторое отношение всеобщих постоянных определений, различие которых сперва выступает в законе как внешнее различие закона. Хотя из всеобщности и устойчивости этого отношения вытекает его необходимость, по это различение не оказывается таким определенным в себе и внутренним различением, при котором одно из определений непосредственно содержится в понятии другого.

§20

Это понятие, примененное к самому сознанию, дает следующую ступень сознания. До сих пор в отношении к своему предмету сознание было чем-то чуждым и безразличным. Теперь же, когда различие вообще сделалось различием, которое в равной мере не является таковым, существовавший до сих пор способ отличения сознания от его предмета теряет силу. Теперь сознание имеет предмет и относится к иному, которое, однако, не является непосредственно иным. Оно, таким образом, имеет в качестве предмета себя самого.

§ 21

Иными словами, непосредственно: внутреннее в вещах есть мысль, или же понятие о вещах. Когда сознание имеет своим предметом внутреннее, оно имеет этим предметом мысль, или, что то же, свою собственную форму или рефлексию, т. е. вообще самого себя.

Вторая ступень

САМОСОЗНАНИЕ

§ 22

Как самосознание Я созерцает само себя, и выражением его в его чистоте являетсяЯ=Я, или: Я есмьЯ.

 § 23

Этот принцип самосознания лишен всякого содержания. Стремление самосознания в том и состоит, чтобы реализовать свое понятие и полностью осознать себя. Самосознание является поэтому1)деятельным: снимает инобытие предметов и отождествляет их с собой, 2)отчуждает само себя и тем сообщает себе предметность и наличное бытие. И то и другое представляет собой одну и ту же деятельность. Быть определенным для самосознания то же самое, что самому определить себя, и наоборот. Оно само себя порождает как предмет.

§ 24

В своем образовании, или движении, самосознание проходит три ступени:1)вожделение(Begierde),связанное с направленностью самосознания на другие вещи; 2)отношение господства и рабства, связанное с направленностью самосознания на другое, не равное ему самосознание;3)всеобщее самосознание, узнающее себя в других самосознаниях, и притом признающее себя равным им, как и они признают себя равными ему самому.

А. Вожделение

§ 25

Итак, обе стороны самосознания, полагающая и снимающая, непосредственно соединены друг с другом. Самосознание, полагая себя через отрицание инобытия, является практическим сознанием. Таким образом, если внутри подлинного сознания, которое называется также теоретическим, его собственные определения и определения предмета изменялись сами по себе, то теперь это происходит благодаря деятельности самого сознания, и притом для него. Оно сознает, что эта снимающая деятельность принадлежит ему. В понятии самосознания заключается определение еще не реализованного различия. Поскольку в общем-то это различие делается в самосознании заметным, самосознание ощущает внутри самого себя некоторое инобытие, какое-то отрицание самого себя, иначе говоря, чувствует какой-то недостаток, испытывает некоторую потребность.

§26


Это ощущение своего инобытия противоречит равенству самосознания с самим собой. Ощущаемая необходимость снять это противоречие есть побуждение. Перед самосознанием как сознанием отрицание, или инобытие, предстает в виде внешней, отличной от него вещи, которая, однако, уже определена самосознанием 1)как нечто соответствующее побуждению и2)как нечто негативное в себе, чье существование(Bestehen) должно быть снято этой самостью и приведено в равенство с нею.

§ 27

Таким образом, деятельность вожделения снимает инобытие предмета, его существование вообще, и соединяет предмет с субъектом, вследствие чего вожделение удовлетворяется. Последнее, стало быть, обусловлено:1)внешним, безразлично по отношению к нему существующим предметом, иначе говоря, сознанием;

2)деятельность вожделения приводит к удовлетворению только посредством снятия предмета. Самосознание приходит, следовательно, только к своему самоощущению.

§ 28

На ступени вожделения самосознание относится к себе как единичное самосознание. На этой ступени оно связано с лишенным самости предметом, который в себе и для себя является иным предметом, нежели самосознание. Последнее поэтому достигает своего равенства с самим собой в отношении предмета только путем снятия предмета. Вожделение, собственно говоря 1)разрушительно;2)удовлетворяя его, самосознание приходит поэтому только к самоощущению того, что субъект как единичный существует для себя, т. е.к неопределенному понятию о субъекте, связанном с объективностью.

В. Господство и рабство

§ 29

Понятие о самосознании как некотором субъекте, который в то же время существует объективно, указывает на то обстоятельство, что для этого самосознания существует некоторое другое самосознание.

§ 30

Самосознание, существующее для некоторого другого самосознания, существует не как простой объект последнего, а как его другая самость. Я отнюдь не является абстрактной всеобщностью, в которой, как таковой, нет никакого различия, никакого определения. Поскольку Я выступает как предмет Я, оно существует для него с этой стороны как то же самое. В другом оно созерцает самого себя.

§ 31

Это самосознание одного [Я] в другом есть1)абстрактный момент их тождественности;2)но каждое Я имеет также и то определение, что для другого Я оно выступает как внешний объект и в этом смысле как непосредственное, чувственное и конкретное наличное бытие;3)каждое [Я] существует абсолютно для себя и особняком по отношению к другому [Я] и требует того, чтобы и для другого быть таким же и считаться тем же, созерцать в другом свою свободу как свободу чего-то существующего для себя, иначе говоря, быть им признанным.

§ 32

Чтобы сделать себя значимым в качестве свободного и быть признанным, самосознание должно представить себя другому как свободное от природного наличного бытия. Этот момент необходим как и момент свободы самосознания внутри себя. Абсолютное равенство Я с самим собой по существу не непосредственно, но оно создается снятием чувственной непосредственности, вместе с чем самосознание превращается для другого в свободное и независимое от чувственного. Так оно выказывает себя соответствующим своему понятию, и, благодаря тому что оно придает Я реальность, оно должно быть признано.

§ 33

Но самостоятельность является свободой не столько вне и от непосредственного чувственного, непосредственно наличного бытия и свободой от него, сколько скорее внутри последнего. Оба этих момента одинаково необходимы, однако ценность их не одинакова. Когда появляется неравенство, заключающееся в том, что для одного из двух самосознаний имеет существенное значение свобода, а не чувственное наличное бытие, для другого же это последнее, а не свобода, то при обязательном взаимном признании в определенной деятельности между ними возникает отношение господства и рабства или вообще служения и покорности. Это различие самостоятельности дано как непосредственное отношение природы.

§ 34

Поскольку каждое из двух противостоящих друг другу самосознаний, несомненно, стремится к тому, чтобы по отношению к другому самосознанию и для другого самосознания доказать и утвердить себя в качестве некоторого абсолютного для себя бытия, то самосознание, которое свободе предпочитает жизнь, вступает в отношении рабства и тем самым показывает, что оно не способно в себе самом абстрагироваться для своей независимости от своего наличного бытия.

§ 35

Эта чисто негативная свобода, состоящая в абстрагировании от своего природного наличного бытия, не соответствует, однако, понятию свободы, ибо последняя есть равенство самому себе в инобытии и заключается отчасти в созерцании своей самости в другой самости, а отчасти в свободе не от наличного бытия вообще, но внутри наличного бытия. Истинная свобода сама обладает наличным бытием. Услужающий лишен самости. В качестве своей самости он имеет другую самость. Он отчужден от себя, снят в господине как единичное Я и созерцает свою существенную самость как нечто иное. Господин же, напротив, в услужающем созерцает другое Я как снятое, а свою собственную единичную волю как сохраненную. (История Робинзона и Пятницы.)

§36

Но собственная личная и отдельная воля услужающего, если присмотреться как следует, совершенно исчезает в страхе перед господином, во внутреннем чувстве собственной негативности. Его труд услужения другому есть в себе отчасти известное отчуждение своей воли, отчасти же он представляет собой одновременное с отрицанием собственных желаний и позитивное формирование внешних вещей посредством труда, если посредством него самость превращает свои определения в форму вещей и в своем произведении созерцает себя как опредмеченную. Отчуждение несущественного произвола является моментом истинного повиновения. (Писистрат учил афинян повиноваться. Тем самым он претворил в действительность законы Солона, а после того как афиняне научились этому, господа для них уже были не нужны.)

§ 37

Это отчуждение отдельности как самости ясть момент, посредством которого самосознание совершает переход к тому, чтобы быть всеобщей волей, совершает переход к позитивной свободе.

С. Всеобщность самосознания

 § 38

Всеобщее самосознание есть взгляд на себя не как на какую-то особенную, отличную от других, а как на существующую по себе, всеобщую самость. Такою самостью оно признает само себя и другие самосознания в себе, и таким оно признается ими.

§ 39

В плане этой своей существенной всеобщности самосознание для себя реально лишь тогда, когда оно сознает в другом свое отражение (я знаю, что другие знают меня в качестве самих себя) и, принадлежа как чистая духовная всеобщность семье, отечеству и т. д., знает себя как существенную самость. (Это самосознание-основа всяких добродетелей, любви, чести, дружбы, храбрости, всякой самоотверженности, всякой славы и т. д.)

Третья ступень

 РАЗУМ

§ 40

Разум-это высшее соединение сознания и самосознания, т. е. знания о предмете и знания о себе. Он есть достоверность того, что его определения являются столь же предметными определениями, определениями сущности вещей, сколь и нашими собственными мыслями. Он столь же есть достоверность его самого, субъективность, сколь и бытие, или.объективность, в одном и том же мышлении.

§ 41

Иди же то, что мы постигаем посредством разума, представляет собой1)содержание, которое не только состоит из наших чистых представлений или мыслей, созданных нами для себя, но и заключает существующую в себе и для себя сущность предметов и обладает объективной реальностью,2)созерцание, которое нс является чуждым для Я, данным ему, но проникнуто последним, усвоено им, тем самым столь же и произведено.

§ 42

Знание разума есть поэтому не только субъективная достоверность, но и истина, так как истина заключается в соответствии или скорее в единстве достоверности и бытия или предметности.


ВТОРОЙ ОТДЕЛ


ЛОГИКА

ВВЕДЕНИЕ

§1

Предметом науки логики является мышление и совокупность его определений. Естественной логикой называют естественный рассудок, которым человек, собственно говоря, наделен от природы, и то, как он им непосредственно пользуется. Наука же логики-это знание о мышлении в его истине.

Пояснение.Логика рассматривает области мысли вообще. Мышление есть его собственная сфера. Оно представляет собой целое для себя. Содержанием логики являются специфические определения самого мышления, не имеющие никакого другого основания, кроме мышления. Все гетерономное для мышления— это вообще данное представлением. Логика, таким образом, представляет собой великую науку. Необходимо, разумеется, отличать чистую мысль от реальности, тем не менее реальность, если понимать под ней истинную действительность, присуща также и мысли. Если же 'под реальностью понимается только чувственное, внешнее наличное бытие, то мысль имеет даже гораздо более высокую реальность. Мышление, следовательно, заключает в себе некоторое содержание, а именно себя самого, автономным образом. Благодаря занятиям логикой научаются также более правильно мыслить, ибо, если мы мыслим мышление о мышлении, дух достигает тем самым своей силы. Зная природу мышления, можно уследить, когда мышление захочет дать себя ввести в заблуждение. Мы должны быть в состоянии дать себе отчет в действиях мышления. Благодаря этому мы приобретаем умение не давать другим сбить нас с толку.

§ 2

Мыслить-значит, собственно говоря, постигать и выражать многообразие в единстве. Многообразие, как таковое, принадлежит вообще внешнему, чувству и чувственному созерцанию.

Пояснение.Мышление состоит в том, чтобы все многообразное приводить в.единство. Дух, мысля о вещах, приводит их к простым формам, представляющим собой чистое определение Духа. Все многообразное прежде всего внешне для мышления. Постигая это чувственно-многообразное, мы еще не мыслим; только соотнесение его есть мышление. Непосредственное постижение многообразного мы называем чувствованием или ощущением. Только тогда, когда я чувствую, я просто знаю о чем-то, созерцая же, я созерцаю нечто как внешнее мне в пространстве и во времени. Чувство, становясь в пространственном и временном отношении определенным, становится созерцанием.

§ 3

Мышление представляет собой абстракцию, если интеллект(Intelligenz)начинает с конкретных созерцаний, затем какое-нибудь из этих многообразных опре делений опускает, а другое выделяет и придает ему простую форму мышления.

Пояснение.Есди я опущу все определения какогс нибудь предмета, то не останется ничего. Если же опущу одно определение, я какое-то другое подчеркну то это определение будет абстрактным. Я, например есть абстрактное определение. Я буду знать о Я лишь в том случае, если отделю себя от всех определений. Это, однако, негативное средство. Я отрицаю присущие мне определения и оставляю себя только как такового. Абстрагирование есть лишь негативная сторона мышления.

§4

Содержаниепредставлений взято из опыта, но сама форма единства и все остальные определения представлений имеют своим источником не непосредственность, а мышление.

Пояснение. Явообще значит мышление. Если я скажу: я мыслю, то это представляет собой нечто тождественное. Я совершенно просто. Я есмъ мыслящий, и притом всегда. Но мы не можем сказать: я мыслю всегда. Как таковое, пожалуй, однако, мысль не всегда является нашим предметом. Но в том смысле, что мы суть Я, мы можем сказать, что мы мыслим всегда, ибо Я есть, собственно говоря, простое тождество с собой, а это и есть мышление. Как Я мы представляем собой основание всех наших определений. Если предмет мыслится, он получает форму мышления и становится мысленным предметом. Его делают равным Я, т. е. его мыслят.

 § 5

Этого не следует понимать так, будто это единство лишь благодаря мышлению привходит к многообразию предметов и что связь вносится туда лишь извне, но единство в той же мере принадлежит объекту и даже составляет вместе со своими определениями природу самого объекта.

§ 6

Мысли существуют троякого рода:1)категории, 2)
определения рефлексии,3)понятия. Учение о двух первых составляет объективную логику в метафизике, учение о понятиях-логику в собственном смысле слова, иначе говоря, субъективную логику.

Пояснение.Логика заключает в себе систему чистого мышления. Бытие бывает1)непосредственным, 2)внутренним; определения мышления снова возвращаются внутрь себя. Предметы обычно метафизики— это вещь, мир, дух и бог, откуда и возникают различные метафизические науки: онтология, космология, пневматология и теология.

3)То, что представляет собой понятие, есть нечто сущее, а также и нечто сущностное. Бытие, будучи непосредственным, относится к сущности как к опосредствованной. Вещи существуют вообще, однако их бытие состоит в том, чтобы проявлять свою сущность. Бытие превращается в сущность, что можно выразить и таким образом: бытие предполагает сущность. Но хотя сущность в сравнении с бытием и выступает как опосредствованная, все же она первоначально. В ней бытие возвращается в свое основание; бытие снимает себя в сущности. Сущность бытия является, таким образом, ставшей, иначе говоря, произведенной, но то, что выступает как ставшее, и есть первоначальное,. Преходящее имеет в качестве своей основы сущность и возникает из нее.

Мы создаем понятия. Последние суть нечто положенное нами, но именно понятие-то и содержит вещь такой, какова она сама по себе и для себя. В сравнении с понятием сущность опять-таки является положенной, тем не менее это положение проявляет себя как истинное. Понятие отчасти субъективно, отчасти объективно. Идея представляет собой соединение субъективного и объективного. Если мы говорим: это всего лишь понятие, значит, мы не находим в нем реальности. Голая объективность, напротив, есть нечто лишенное понятия. Идея же показывает, как реальность определена понятием. Все действительное есть некоторая идея.

§7

Наука предполагает, что отделения самого себяотистины больше нет, иначе говоря, что дух в отличит от того, как он рассматривается в учении о сознании уже не принадлежит к явлению. Достоверность самого себя охватывает все, что служит предметом сознания будь то внешняя вещь или же порожденная духом мысль, поскольку оно не содержит в себе всех м( ментов всебе и для-себя-бытия, а именно: бытие в себе или простое равенство с самим собой; наличное бытие, или обладание определенностью, бытие для другого; бытие для себя, т. е. простое возвращение в  инобытии в себя и пребывание в нем у себя. Наука не ищет истину; наука есть в истине и есть сама истина.

Первая часть

БЫТИЕ

ПЕРВЫЙ РАЗДЕЛ
    продолжение
--PAGE_BREAK--