Реферат: Типы рыночных структур в экономике современной России

ВВЕДЕНИЕ

 

В настоящее времяРоссийское государство переживает период структурной перестройки всех сферобщественной жизни. Предпринимается попытка построить правовое демократическоеобщество. Естественным элементом этого процесса является переход от плановой,административно-командной экономической системы к рыночной; и, как закономерныйрезультат этого – появление множества разнообразных типов рыночных структур. Типрынка зависит от вида продукции, количества фирм, наличия или отсутствияограничений на вход в отрасль и выход из нее, доступности информации о ценах,нововведениях и так далее

Рыночнаяструктура – сложное понятие, имеющее множество аспектов. Она может определятьсяхарактером объектов рыночных сделок. Существуют рынки факторов производств(земля, труд, капитал), рынки продуктов и услуг, рынки товаров длительного(более года) и не длительного (до года) пользования и т. д.

Классификацияструктуры рынка базируется на определении количества продавцов и природыпродукта.

Знание структуры рынканеобходимо для того, чтобы определить возможные объемы продаж при различныхуровнях цен, и как поведут себя фирмы-конкуренты под воздействиемпредпринимаемых шагов.

Можно сказать, чтоструктура рынка определяет степень его конкурентности. В настоящее время поданному критерию выделяют следующие типы рынков: чистой конкуренции, чистоймонополии, монополистической конкуренции и олигополии. За исключением чистойили совершенной конкуренции, все другие структуры характеризуют рынокнесовершенной конкуренции.

Целью настоящей курсовой работыявляется рассмотрение типов рыночных структур в экономике современной России.

Исходя из цели задачиданной курсовой работы:

— рассмотреть основныетипы рыночных структур, присущих экономике современной России;

— раскрыть виды иособенности рынка чистой монополии;

— рассмотреть принципыантимонопольной политики;

-дать подробную характеристикурынка монополистической конкуренции;

— рассмотреть особенности рынков монополистическойконкуренции в России;

— изучить российскийрынок торговли лекарствами;

— раскрыть сущность олигополии;

— рассмотретьразновидности олигополии, характерные для современной экономики РФ.

 

1 МОНОПОЛИЯ 1.1 Основные чертымонополии

Монополия — наиболееяркое проявление несовершенной конкуренции. Собственно говоря, в условияхмонополизации рынка само существование конкуренции может быть признано лишь сбольшими оговорками. Ведь конкуренция предполагает разделение экономическойвласти, наличие у потребителя выбора. Именно поэтому начинается состязаниемежду производителями за спрос потребителя, возникает стремление наилучшимобразом удовлетворить его запросы. В условиях же монополии потребителямпротивостоит единый производитель-гигант. Хочет или не хочет того потребитель,он вынужден пользоваться продукцией монополиста, соглашаться на его ценовыеусловия и т.д.

Всевластию монополистапомогает уникальность (незаменимость) продукции последнего. Может ли жительМосквы или Владивостока добровольно отказаться от услуг монопольного поставщикаэлектроэнергии, чем-то ее заменив в домашнем хозяйстве? Способны ли угольныепредприятия Кузбасса перевозить свою продукцию без помощи железной дороги?Отрицательный ответ на подобные вопросы очевиден, также как и то, что подобноеположение позволяет монополисту диктовать свои условия с позиции силы.

Укрепляет властьмонополиста над рынком и полнота имеющейся у него информации. Обслуживая всехпотребителей отрасли, он точно знает объем рынка, может оперативно и сабсолютной точностью отслеживать изменения объемов продаж и, уж конечно, вдеталях осведомлен о ценах, которые сам же и устанавливает.

Понятно, что сочетаниевсех этих обстоятельств создает для монополиста исключительно выгоднуюобстановку и благоприятные предпосылки для получения сверхприбылей. Очевидно,однако, и то, что эти преимущества мгновенно улетучились бы, появись в отраслихотя бы еще один производитель-конкурент. Монополисту немедленно пришлось быперейти от диктата по отношению к потребителю к скрупулезному учетупотребностей и интересов последнего.

Нынешнее поколениероссиян, на своем опыте испытавшее крах государственного монополизма, без труданайдет массу бытовых примеров подобных перемен. Черствый хлеб, например, ещенедавно безраздельно господствовавший в булочных, мгновенно стал редкостью,после того как монопольная система снабжения сменилась конкуренцией массынезависимых пекарен.

Именно поэтомумонополистическая структура рынка там, где она существует, защищена целойсистемой практически непреодолимых барьеров на пути вторжения в отрасльнезависимых конкурентов. Основными барьерами, существующими в монополистическойотрасли, являются:

— преимущества крупногопроизводства (вплоть до естественной монополии);

— легальные барьеры(монопольное владение источниками сырья, землей, правами на научно-техническиедостижения, санкционированные государством исключительные права);

— нечестная конкуренция.

Рассмотрим подробнее этивиды барьеров.

Как и наолигополистическом рынке, в монополизированной отрасли эффективны лишь крупныепредприятия. Шансы на возникновение монополии существуют лишь там, где размерысоздают крупные преимущества в издержках. Это положение теории многократнопроверено практическим опытом.

Дело в том, что высокиеприбыли монополистов всегда были предметом зависти мелких компаний. В историимногих стран зафиксированы попытки мелких фирм под тем или иным названиемсоздать картель (ассоциацию, объединение, комиссию по стандартам и т.п., т. к.официально картели запрещены в большинстве стран) и объединенными усилиямидиктовать свои условия поставщикам и потребителям.

В современной России,например, такие шаги предпринимали импортеры чая и производители соков. Исходэтих попыток, однако, всегда был неутешителен для их организаторов. Посколькуиздержки у этой организации не были ниже, чем у мелких производителей, ничто немешало новым, независимым фирмам вступать в отрасль и успешно конкурировать скартелем, а недовольным участникам самого объединения (такие обязательнопоявлялись) спокойно и безнаказанно покидать его.

Другое дело — отрасли,где крупные предприятия имеют более низкие издержки, чем конкуренты. Этосоздает высокий барьер перед всеми желающими проникнуть в отрасль, а приблагоприятных для фирм-лидеров обстоятельствах и позволяет им полностьюмонополизировать рынок. Примером такой фирмы может служить российскоепредприятие «Центр им. Хруничева» — производитель тяжелых космических ракет«Протон».

Кроме экономическихбарьеров монополию обычно защищают барьеры правовые (легальные), причем нередкоименно они играют решающую роль.

Самым распространеннымисточником легальных барьеров являются права собственности. Если всобственности некой фирмы оказываются, например, уникальные источники сырья,земли с особыми свойствами и т.п., это автоматически создает предпосылки длямонополии. Важно лишь, чтобы производимый с использованием названных природныхресурсов продукт и сам был уникальным и незаменимым.

Легальной защитойпользуются и права интеллектуальной собственности. Так, надлежащим образомоформленное и зарегистрированное изобретение (подтверждающий это документ называетсяпатентом) дает его владельцу монопольное право на производство соответствующейпродукции в течение определенного времени. Владелец патента может единоличноосуществлять свое монопольное право, а может за вознаграждение в полном иличастичном объеме предоставлять его другим лицам (выдавать лицензию). Скажем,может продать лицензию на производство и сбыт запатентованной продукции вопределенной стране на условиях уплаты известного процента цены с каждойпроданной единицы товара.

Напротив, отсутствие патенталишает изобретателя всяких привилегий. Так проявляется правовая природа данногобарьера: есть патент — есть право, нет патента — нет и прав. Для нашей страныэто обстоятельство имеет огромное значение, поскольку практически всеизобретения советской эпохи не защищены международными патентами и вплоть донастоящего времени используются иностранцами бесплатно.

С проявлениями нечестнойконкуренции государство борется самым жестким образом. Дело в том, что крупныйпроизводитель в борьбе с более мелкими конкурентами обладает массойпреимуществ, фактически сводящихся к применению грубой силы. Такими методамиможно заставить банк приостановить кредитование конкурентов, железные дороги — транспортировку их грузов (именно это проделал когда-то Джон Д. Рокфеллер) ит.п. Появляется возможность вытеснить конкурента и установить монополию дажетам, где честным путем она никогда бы не сложилась.

Важной разновидностьюнечестной конкуренции является демпинг — умышленная продажа продукции нижесебестоимости с целью вытеснения конкурента. Крупная фирма — потенциальныймонополист — имеет большие финансовые резервы. Поэтому она способна долготорговать себе в убыток по заниженным ценам, вынуждая к тем же действиямконкурента. Когда последний не выдержит и разорится, монополист вновь подниметцены и компенсирует свои убытки.

В России проблемамонополизации экономики стоит очень остро. Главная особенность монополизациироссийского рынка состоит в том, что она сложилась как «наследница»государственного монополизма социалистической экономики.

Социалистическаяэкономика представляла собой единый народнохозяйственный комплекс, в которомкаждое предприятие не было вполне автономно, а являлось составной частьюобщегосударственной суперструктуры. При этом удовлетворение потребности всейстраны в том или ином виде продукта часто поручалось всего одному-двум заводам.Так, в конце 80-х годов более 1100 предприятий были полными монополистами впроизводстве своей продукции. Еще чаще встречалась ситуация, когда числопроизводителей по всей гигантской стране не превышало 2-3 заводов. Всего из 327товарных групп, выпускавшихся промышленностью страны, 290 (89%) было подверженосильной монополизации[1].

Таким образом, если встранах с рыночной экономикой монополизация обычно проходила путеморганизационного объединения первоначально независимых компаний, тосоциалистический монополизм базировался на сознательном создании только одногопроизводителя (или очень узкой группы производителей).

Начало рыночных реформ внашей стране привело к резкому усилению монополистических тенденций. Отчастиэто было связано с распадом СССР и ослаблением экономических связей междубывшими союзными республиками. К прежним монополистам добавились новые, а именнопредприятия, не являвшиеся единственными производителями в рамках всего Союза,но ставшие таковыми на сократившейся территории.

Однако гораздо большеезначение имело изменение условий хозяйствования. Благодаря им резко усилилисьпоследствия монополизации и ее влияние на экономику. Дело в том, чтопревращение российских заводов в частные предприятия создало мощный стимул дляполучения монопольных прибылей. А свобода установления цен и выбора объемовпроизводства дали в руки фирм средства достижения этой цели. Все три важнейшихпоследствия монополизации (занижение производства, завышение цен, получениемонопольных сверхприбылей), до той поры сдерживавшиеся социалистическимгосударством, вырвались наружу. При этом старый порок советских монопольныхпроизводителей — неэффективность — сохранился везде, где осталась монополия.Усиление проявлений монополизма, в свою очередь, негативно повлияло на общийход реформ в стране.

Пользуясь своеймонопольной властью, монополисты резко ограничили предложение. Сознательное уменьшениевыпуска продукции в сочетании с повышением цен российскимипредприятиями-монополистами явились важнейшей микроэкономической причинойособой глубины кризиса в России.

1.2 Естественныемонополии

В некоторых отраслях безвсяких ограничений действует правило: чем больше масштаб производства, тем нижеиздержки. Это создает предпосылки для укрепления в такой отрасли одногоединственного производителя. Подобное состояние рынка является монополией — ситуацией, чреватой рядом крупных проблем для хозяйства. В данном случае,однако, монополия возникает вследствие естественных причин: технологическиеособенности производства таковы, что единственный производитель обслуживаетрынок более эффективно, чем это способны сделать несколько конкурирующих фирм.Такую монополию экономисты называют естественной, или технологической. Ееклассическим примером являются различные виды инфраструктуры.

Действительно,экономически нецелесообразно строительство двух альтернативных аэропортов илипрокладка рядом друг с другом двух конкурирующих железных дорог.

Бессмысленно и дробитьестественные монополии. Например, даже если разделить железнодорожную сеть,монопольно эксплуатируемую одной компанией, на несколько региональных участкови передать их в собственность независимым компаниям, то естественный источникмонополизма все же не будет устранен. Из города А в город Б все равно можнобудет проехать только по одной дороге. В результате единый рынок услуг поперевозке будет разделен на ряд локальных. Вместо одной монополии возникнетнесколько (каждая на своем участке). Уровень конкуренции не повысится. Болеетого, из-за трудностей согласования работы региональных компаний могут возрастиобщие издержки железнодорожной отрасли.

Важен имакроэкономический аспект проблемы. Инфраструктурные сети, являющиесяестественными монополиями, обеспечивают взаимосвязь экономических субъектов ицелостность национальной хозяйственной системы. Не даром говорят, что всовременной России экономическое единство страны не в последнюю очередьопределяется едиными железными дорогами, общим электро- и газоснабжением.

Таким образом, разрушениеестественных монополий недопустимо, но это не значит, что государство не должновмешиваться в их деятельность, напротив, оно должно регулировать деятельностьестественных монополий, чтобы избежать злоупотреблений с их стороны.

1.3 Принципыантимонопольной политики

Монополия сопряжена сцелым букетом резко отрицательных последствий для экономики страны:недопроизводство, завышенные цены, неэффективное производство. Клиентафирмы-монополиста вынужден мириться с высокими ценами, соглашаться с плохимкачеством продукции, ее устарелостью (замедлением технического прогресса),отсутствием сервиса и другими проявлениями пренебрежения интересамипотребителя. Еще более опасно то, что монополия полностью блокирует механизмысаморегуляции рынка[2].

Всевластию же монополистав силу непреодолимости барьеров на пути в отрасль ничто не грозит даже вдлительном плане. Самостоятельно рынок не в силах разрешить эту проблему. Вэтих условиях улучшить ситуацию может лишь государство, проводящее сознательнуюантимонопольную политику. Не случайно, в наше время нет ни одной развитойстраны (и Россия в этом смысле не составляет исключения), где бы отсутствовалоспециальное антимонопольное законодательство и не было бы специального органавласти для надзора за его исполнением.

Вместе с тем проведениеантимонопольной политики сопряжено с рядом объективных трудностей. Как ужеотмечалось, для отраслей, в которых возможно установление монополистическойструктуры, характерен большой оптимальный размер предприятия, т.е. минимумсредних долгосрочных издержек достигается при очень больших объемахпроизводства. Малое производство в потенциально монополистических отрасляхкрайне неэффективно. Собирая автомобили на крошечных предприятиях нельзядобиться столь же низких издержек, как на сборочном конвейере АвтоВАЗа.

И это далеко не частныйслучай. Можно говорить о невозможности, превращения монополизированной отраслив отрасль совершенной конкуренции как об общем правиле. Преобразованиям такогорода препятствует положительный эффект масштаба. Даже если государство настоитна своем и вопреки росту издержек будет принудительно насаждать мелкоепроизводство, искусственно сформированные карликовые предприятия окажутсянеконкурентоспособными в международном плане. Рано или поздно их задавятиностранные гиганты.

В силу названных причинпрямое дробление фирм-монополистов в развитых рыночных экономиках встречаетсядостаточно редко. Обычная цель антимонопольной политики — не столько борьба смонополистами как таковыми, сколько ограничение монополистическихзлоупотреблений.

Особенно остро вопросстоит относительно естественных монополий. Их высокая экономическаяэффективность делает абсолютно недопустимым их дробление. Как монополисты,данные структуры пытаются решать свои проблемы прежде всего за счет повышениятарифов и цен. Последствия этого для экономики страны — самые разрушающие.Увеличиваются издержки производства в других отраслях, разрастаются неплатежи,парализуются межрегиональные связи.

При этом естественныйхарактер монопольного положения хотя и создает возможности для эффективнойработы, отнюдь не гарантирует, что эти возможности будут на практикереализованы. Действительно, теоретически РАО «ЕЭС России» может иметь болеенизкие издержки, чем несколько конкурирующих электроэнергетических фирм. Но гдегарантии того, что оно хочет удерживать их на минимальном уровне, а, скажем, нестанет увеличивать расходы высшего руководства фирмы.

Основной путь борьбы снегативными сторонами естественных монополий состоит в государственном контролеза ценообразованием на естественно-монопольные товары и за объемом ихпроизводства.

Кроме регулирования ценопределенную пользу — особенно в нашей стране — может принести и реформированиеструктуры естественных монополий. Дело в том, что в России в рамках единойкорпорации часто объединяется как производство естественно-монопольных благ,так и производство таких благ, которые эффективней изготовлять в конкурентныхусловиях. Это объединение носит, как правило, характер вертикальной интеграции.В результате образуется монополист-гигант, представляющий целую сферунациональной экономики.

РАО «Газпром», РАО «ЕЭСРоссии», Министерство путей сообщения — ярчайшие примеры подобных объединений.В состав РАО «Газпром» наряду с Единой системой газоснабжения России (т.е.естественно-монопольным элементом) входят геологоразведочные, добывающие,приборостроительные предприятия, проектно-технологические структуры, объектысоциальной сферы (т.е. потенциально конкурентные элементы). В ведении МПСнаходится как инфраструктура (железные дороги, вокзалы, информационнаясистема), так и немонопольные виды деятельности (подрядно-строительные иремонтные организации, предприятия общепита). РАО «ЕЭС России» объединяет иэлектросети, и электростанции. Поэтому существует возможность развиватьконкуренцию в тех видах деятельности естественных монополий, где она может бытьдостигнута.

В отличие отестественной, искусственная (или предпринимательская) монополия складывается втех отраслях, где единственный производитель не обладает повышеннойэффективностью по сравнению с несколькими конкурирующими фирмами. Установлениемонополистического типа рынка поэтому не является неизбежным для такой отрасли,хотя на практике может и сложиться, если будущему монополисту удастся устранитьконкурентов.

Употребление термина«искусственная монополия» в экономической и юридической литературеобладает следующей особенностью: этим понятием объединяют и достаточно редковстречающееся на рынке господство единственного монополиста, и болеераспространенную ситуацию преобладания на нем нескольких в той или иной мересотрудничающих фирм, т. е. речь сразу идет о чистой монополии и о двухразновидностях олигополии — картеле и картелеподобной структуре рынка.

В случае искусственногомонополизма основным направлением антимонопольной политики является противодействиеформированию таких монополий, а порой и разрушение уже сложившихся. Для этогогосударство использует широкий спектр санкций: это и предупредительные меры(например, запрет слияния крупных фирм), и разнообразные, причем часто оченькрупные, штрафы за ненадлежащее поведение на рынке (например, за попыткусговора с конкурентами), и прямая демонополизация, т. е. принудительноераздробление монополиста на несколько независимых фирм.

Первый в истории Россиизаконодательный акт, регламентирубщий порядок конкурентного поведения фирм вусловиях рыночного хозяйства и содержащий «правила» игры" дляконкурентов, был принят в марте 1991 г. Это закон РФ «О конкуренции иограничении монополистической деятельности на товарных рынках». В 1995 г. в текст Закона были внесены изменеия и дополнения[3].

Главным органом,осуществляющим антимонопольную политику в России, является Министерство поантимонопольной политике и поддержке предпринимательства. Его права ивозможности достаточно широки, а статус соответствует положению аналогичныхорганов в других странах с рыночной экономикой.

В соответствии с новойтрактовкой Закона безусловным монополистом может считаться предприятие,контролирующее 65% и более товарного рынка. Предприятие, контролирующее 35-65%рынка, тоже может быть признано монополистом, но для этого антимонопольныеорганы должны доказать, что имеет место «доминирующее положение»хозяйствующего субъекта на рынке, изучив конкретную рыночную ситуацию.

«Доминирующее положение»дает фирме возможность оказывать решающее влияние на конкуренцию, затруднять доступна рынок другим хозяйствующим субъектам или иным образом ограничивать свободуих экономической деятельности. Установлен перечень акций, которые трактуютсякак злоупотребление доминирующим положением. К ним отнесены изъятие товаров изобращения в целях создания дефицита, навязывание условий, невыгодныхконтрагенту или не относящихся к предмету договора, создание препятствий кдоступу на рынок конкурентов, нарушение установленного порядка ценообразования.В качестве соглашений хозяйствующих субъектов, ограничивающих конкуренцию,признаются сговоры о ценах на товары и услуги, о ценах на аукционах и торгах, оразделе рынка, об ограничении доступа к рынку.

Законом установленгосударственный контроль за созданием, слиянием, присоединением,преобразованием, ликвидацией хозяйствующих субъектов, а также за соблюдениемантимонопольного законодательства при приобретении акций, паев, долей участия вуставном капитале предприятия, принудительном разделении хозяйствующихсубъектов. Предусмотрена ответственность предприятий и должностных лиц занарушение антимонопольного законодательства.

Какую политику проводитгосударство по отношению к естественным монополиям? В данном случае возникаетпротиворечие. С одной стороны, фирмы — естественные монополисты, как любыемонополисты, устанавливают высокие монопольные цены, сокращая объемпроизводства продукции, и получают сверхприбыли. С другой стороны, какуказывалось выше, конкуренция в отраслях с естественной монополией экономическинеэффективна. Поэтому государство, сохраняя естественные монополии, принимаетмеры к ограничению их отрицательных последствий для общества, прежде всегоконтролируя цены на их продукцию.

Значительное вниманиеуделяется борьбе с ограничивающей конкуренцию практикой местных властей. Вусловиях нестабильной экономической ситуации в стране региональные власти частопытаются незаконными методами поддержать свои предприятия. Например, под темили иным предлогом запретить ввоз конкурирующих товаров из других областей. Этосоздает местным производителям монопольное положение, что, естественно,вызывает протесты Министерства по антимонопольной политике. Впрочем, как и вдругих областях современной российской экономики и политики, центральныевласти, несмотря на юридическую справедливость своих требований, далеко невсегда оказываются в силах одолеть сопротивление местных властей.

В целом системаантимонопольного регулирования в России находится пока в стадии становления итребует радикального совершенствования.

2 МОНОПОЛИСТИЧЕСКАЯКОНКУРЕНЦИЯ

 

2.1 Характеристикарынка монополистической конкуренции

 

Разновидность рынка несовершенной конкуренции –монополистическая конкуренция. Ей свойственны черты и монополии, и совершеннойконкуренции[4].

Рынок монополистическойконкуренции состоит из множества покупателей и продавцов, совершающих сделки непо единой рыночной цене, а в широком диапазоне цен. Наличие диапазона ценобъясняется способностью продавцов предложить покупателям разные вариантытоваров. Реальные изделия могут отличаться друг от друга качеством, свойствами,внешним оформлением. Различия могут заключаться и в сопутствующих товарамуслугах. Покупатели видят разницу в предложениях и готовы платить за товарыпо-разному. Чтобы выделиться чем-то, помимо цены, продавцы стремятсяразработать разные предложения для разных потребительских сегментов и широкопользуются практикой присвоения товарам марочных названий, рекламой и методамиличной продажи. В связи с наличием большого числа конкурентов стратегии ихмаркетинга оказывают на каждую отдельную фирму меньше влияния, чем в условияхолигополистического рынка.

Для монополистической конкуренции не требуется наличие сотенили тысяч фирм, достаточно сравнительно небольшого их числа, например, 25, 35,60 или 70 в каждой отрасли. Из наличия такого числа фирм вытекает нескольковажных признаков монополистической конкуренции[5]:

1. Малая доля рынка. Каждая фирма обладает относительнонебольшой долей всего рынка и поэтому имеет очень ограниченный контроль надрыночными ценами.

2. Невозможностьсговора. Наличиесравнительно большого числа фирм гарантирует, что тайный сговор, согласованныедействия с целью ограничения объёма производства и искусственного повышения ценпочти невозможны.

3. Независимостьдействий. Когда вотрасли действует много фирм. Между ними нет жёсткой взаимной зависимости;каждая фирма определяет свою политику, не учитывая возможную реакцию со стороныконкурентов.

В противоположностьсовершенной конкуренции одним из основных признаков монополистическойконкуренции является дифференциация продукта. В условиях монополистическойконкуренции фирмы производят продукты, немного отличающиеся от товаровсоперников в том, что касается характерных внешних атрибутов (признаков)продукта, качества услуг, местоположения и доступности товаров или другиххарактеристик.

Войти в отрасль смонополистической конкуренцией относительно легко. То, что производители втаких отраслях обычно являются небольшими по размеру фирмами как в абсолютном,так и относительном выражении, предполагает незначительный эффект масштаба иналичие небольшого капитала. Однако в отличие от условий совершеннойконкуренции в данном случае могут существовать дополнительные финансовыебарьеры, порождённые потребностью получения продукта, отличающегося от продуктаконкурентов, и обязательством рекламировать этот продукт. Кроме того,действующие фирмы могут владеть патентами на продукцию и авторскими правами нафабричные клейма и торговые знаки, что увеличивает трудности и издержки ихкопирования[6].

Выход фирм из отраслей смонополистической конкуренцией относительно прост. Ничто не мешает неприбыльнойфирме в отрасли с монополистической конкуренцией сократить производство илизакрыть его[7].

2.2 Особенности рынковмонополистической конкуренции в России

Уникальность российскихусловий – несомненный факт. Дело в том, что вплоть до 90-х годов в России былоцентрализованное управление экономикой. Предприятия не задавали себе вопросы:что производить? Как производить? Какую назначать цену? Все эти вопросы решалогосударство. Предприятия не пытались расширить ассортимент, привлечь вниманиепокупателя какой – либо уникальной продукцией; увеличить прибыль; иными словами- у них не было стимулов для конкуренции. К тому же Россия вступала на путьрыночных реформ в то время как в большинства западных странах уже были развитыерыночные отношения. Поэтому российские предприятия испытали огромные трудностив адаптации к условиям рыночной экономики.

Внимательный наблюдательразвития российского рынка не может не заметить, что проникновение на негоновых товаров раз за разом осуществляется по одному и тому же сценарию дифференциациипродукта. С некоторой условностью его можно назвать «циклом йогурта», посколькуистория этого полезного молочного продукта в нашей стране прошла все фазыразвития большинства российских рынков монополистической конкуренции.

Стоит начать с того, чтов СССР йогурты не были известны. В нашей стране пили кефир, простоквашу,ацидофилин — родственные йогурту напитки, имеющие, однако, иной вкус. В 1992 г., когда Россия переживала первый шоковый период реформ, и большинство населения считало каждуюкопейку в своем кошельке, в магазинах появились немецкие йогурты Frutties иZott, почти сразу же завоевавшие широкую популярность.

Другими словами, былапроведена успешная дифференциация продукта. Среди слагаемых успеха были и особенностисамого йогурта (вкус, консистенция и т.д.), и никогда прежде не виданные у насдобавки свежих фруктов в молочные продукты, и важная для торговлинеприхотливость в хранении, и ориентация на детей как главных потребителей — даже в трудные времена родители балуют своих чад.

В итоге по скоростизавоевания российского рынка с йогуртами могли соперничать разве что знаменитыекуриные окорока. Соответственными были и прибыли производителей и торговцев.

В образовавшуюся брешьхлынула масса других немецких, французских, финских йогуртов сходных марок.Довольно быстро началась дальнейшая дифференциация продукта. Западныепотребители, озабоченные проблемой здоровой пищи, отдают предпочтенияобезжиренным вариантам йогурта. Такими же были и первые сорта, импортированныев нашу страну. Русский же потребитель предпочитает сливочные, жирные сорта.Производители удовлетворили эту прихоть, начав поставлять «вредные», позападным меркам, йогурты с содержанием жира 8 и даже 10%. Появились также«натуральные» йогурты, без фруктовых добавок. И «живые» йогурты Danon, несодержащие консервантов и имеющие более выраженный молочный вкус.

Словом, сегмент рынка,первоначально занятый фирмами-первопроходцами, стал дробиться на более мелкиесегменты: потребители получили возможность выбирать уже не между йогуртом икефиром, а среди многочисленных разновидностей йогуртов. Ожесточиласьконкуренция. Экономические прибыли стали исчезать — торговля йогуртами всебольше превращалась в обыденный бизнес, приносящий только среднюю прибыль.

Примерно такую жеэволюцию прошли и другие товары, успешно внедрившиеся на наш рынок: компьютерыи видеотехника, мобильные телефоны и малые домашние электроприборы, импортныестроительные материалы и небьющаяся посуда. Сначала происходил прорыв новогодля России товара. При этом первыми часто приходили второстепенные илималоизвестные на родине марки. Потом экономические прибыли привлекали на нашрынок чуть ли не всех заметных мировых производителей. Степень дифференциацииросла, и рентабельность бизнеса резко снижалась.

Но в истории с йогуртамиесть еще один этап, который прошли и некоторые другие товары. Выпуск йогуртов,не уступающих средним западным сортам, освоили отечественные производители.Имея более низкие издержки, чем импортеры, заводы-пионеры на какое-то времявновь оказались в зоне экономических прибылей, что опять послужило приманкойдля последователей. Через некоторое время в Москве и других крупных городахпроизводством йогуртов занялись многие молокозаводы. Сработал нормальныйрыночный механизм: в погоне за ускользающей экономической прибыльюотечественные производители йогуртов в честной конкурентной борьбе заметнопотеснили импортный товар.

Этот пример показываетотличия теории монополистической конкуренции от российской практики. В рядеслучаев источник проблем кроется в самих предприятиях, причем заметную рольздесь играет низкая дифференциация их продукции. В производственном (реальном)секторе экономики — это вообще преобладающая ситуация.

Дело в том, что всоветскую эпоху предприятия выпускали всё по единым стандартам и технологиям.Причем ассортимент был крайне узок: в стране производилось около десяткаразновидностей автомобилей, примерно столько же вариантов телевизоров, колбас,сыра и т.п. В силу этого в рыночной экономике отечественные предприятияоказались обречены на жесткое конкурентное противостояние, т.к. их изделия былиочень похожи друг на друга. Примем во внимание, что одновременно российскимзаводам приходится конкурировать с превосходящими по силам иностраннымипроизводителями. Во многих отраслях ведущие мировые производители в десятки разкрупнее российских, имеют неизмеримо лучшую финансовую базу, используютсовременное оборудование и т.п.

Из двух основных методовконкуренции — ценовой и неценовой — наши предприятия на крайне невыгодных длясебя условиях оказались вовлечены в наиболее жесткую из них, а именно в ценовуюконкуренцию. Фирмы, проводящие ценовую конкуренцию, стараются привлечьпотребителя с помощью установления более низких, чем у соперника, цен.Соответственно сокращаются размеры прибыли, а если цена падает ниже издержек,то появляются и убытки. При этом отечественным предприятиям (особенно припопытках выхода на внешние рынки) часто приходится компенсировать за счетзаниженных цен еще и отставание по качеству продукции. Напротив, при неценовойконкуренции фирмы стремятся привлечь покупателя не понижением цен, а повышениемпотребительской ценности товара. Этого можно достичь очень многими способами:улучшением качества товара, лучшим приспособлением его к нуждам конкретнойгруппы потребителей, созданием принципиально нового вида продукции, улучшениемсервиса, активизацией рекламы и др. При этом базой для неценовой конкуренцииявляется дифференциация товара.

Вплоть до послевоенногопериода из двух методов конкуренции во всем мире заметно преобладал ценовой. Внастоящее время, на первые роли вышла неценовая конкуренция. Это связано срядом преимуществ, которые этот вид конкуренции обеспечивает проводящим еефирмам.

Во-первых, ценовыесхватки оказались невыгодными для всех участников борьбы, причем особенногубительны они для мелких и средних фирм, каковыми, в сравнении с западнымигигантами, в своем большинстве являются наши предприятия. Дело в том, что, чемкрупнее фирма, тем более значительными финансовыми ресурсами она обладает и темдольше может продавать товары по заниженным ценам. Ценовая война в этихусловиях превращается в борьбу на финансовое истощение, т.е. бьет по самымуязвимым местам ослабленной кризисом и неплатежами отечественнойпромышленности.

Во-вторых, в условияхсовременной высокоразвитой экономики усложнились запросы потребителей. Рынокначал благожелательно принимать многочисленные и разнообразные вариациитоваров, стало возможным привлекать потребителей повышенным качеством, особымисвойствами товара и/или услуги и т.п. Особые свойства товара часто важнееценовой привлекательности: за подходящий товар потребитель готов платить полноймерой, а неподходящий не возьмет и по дешевке. То есть удачная дифференциациятовара часто является способом ухода от всякой конкуренции вообще, ухода всовершенно свободную рыночную нишу.

В-третьих, затраты нанеценовую конкуренцию при правильном подходе обходятся фирме дешевле, чемрасходы на конкуренцию ценовую. Действительно, снижение цен ниже оптимальногоуровня всегда ведет к уменьшению прибыли, причем к уменьшению тем болеесильному, чем больше сокращение цен. Взаимосвязь же между мерами неценовойконкуренции и прибылью куда сложнее. Хороший рекламный ролик может стоитьстолько же, сколько и плохой. Преимущество первого над вторым вполне может бытьдостигнуто не за счет дорогостоящих технических приемов съемки, а за счетинтересной идеи фильма, большей его доходчивости и т.д., т.е. фактическибесплатно. То же самое касается улучшений товара: пустячное и потому недорогоеизменение конструкции, если оно хорошо задумано, может сделать товар гораздоболее удобным для потребителя. В итоге рост конкурентоспособности будетдостигнут без больших издержек.

Из сказанного,разумеется, не следует, что неценовая конкуренция осуществима вообще без затрат- хорошая реклама или высокое качество продукта тоже стоят немалых денег. Нополе маневра у фирмы, бесспорно, шире, чем при конкуренции ценовой. Всегда естьнадежда победить конкурента не лобовой атакой, расходуя на борьбу все большеденег, а с помощью лучших идей. Например, используя преимущества русскойинженерной школы и огромного научного потенциала страны.

Наконец, в-четвертых,ценовая конкуренция в наше время в большинстве стран, включая и Россию,ограничена законом. Снижение цен не должно доходить до уровня демпинга, т.е.цена не может опускаться ниже себестоимости. Все эти преимущества актуальны дляроссийского рынка. Многие российские предприятия предпочитают неценовуюконкуренцию, а иногда вообще стараются её избежать. Например, «Айс-фили» и«Темп» победили в конкуренции за счет дифференциации продукта.

Проблемы акционерногообщества «Айс-фили» (бывший Московский хладокомбинат № 8) состояли в отсутствиииндивидуальности продукции. Как и другие производители мороженого в СССР, оновыпускало эскимо, два-три вида брикетов, мороженое в вафельных стаканчиках. Неотличимые для покупателя от мороженого других заводов, они ложились на прилавкирядом с продукцией конкурентов… и полностью отдавались во власть торговли.Оптовикам ведь было в принципе все равно, у кого брать на реализацию одинаковоемороженое. Выбирали, естественно, того производителя, который значительнеедругих снижал цены. Попали под этот прессинг и цены АО «Айс-фили», а уровеньиздержек у предприятия был далеко не лучшим в отрасли. Финансовые показателифирмы покатились вниз.

А ведь часто стоитсделать один шаг в сторону — и конкуренции можно избежать. «Айс-фили» решилиэту проблему достаточно простым способом — стали активно использоватьнаполнители. Покупателю, выбирающему мороженое то с абрикосовым, то склубничным джемом, неведомо, что с производственной точки зрения все эторазнообразие достигается простой сменой наполнителей, попеременно заправляемыхв одни и те же технологические линии. Трудно сделать хороший пломбир, адобавить в него орешки или карамель — сущие пустяки. Но так ситуация выглядит спозиций технолога. Для покупателя же из каждого традиционного сорта получаетсямного новых. И, что самое главное, не похожих на продукцию конкурентов.

Конечно, популярность«айсфилевскому» мороженому в первую очередь принес его вкус. Но экономист сразувидит и второе слагаемое победы — дифференциацию продукта. Благодаря ейпродукция фирмы оказалась словно в конкурентном вакууме — ни одного соперникавокруг. От иностранной ее отличает особый вкус советского мороженого, наши жепроизводители в своем большинстве еще очень робко используют наполнители. А этозначит, что успех производственный стало возможным конвертировать в успехкоммерческий. Ведь никто не сбивает цены, никто не пытается переманить клиентови т. д[8].

 Вятская компания «Темп»(некогда славившаяся на всю область Кировская обувная фабрика индивидуальногопошива) к 1995 г. практически встала, не выдержав, как и вся российская обувнаяпромышленность, конкуренции с валом импорта. Только с приходом новой энергичнойхозяйки, занявшей также пост директора фабрики, компания обрела второе дыхание.Казалось бы, традиции предприятия индивидуального пошива позволяли емунадеяться на успех в конкуренции на рынке модельной обуви. Тем более что у«Темпа» была собственная сбытовая сеть из семи небольших магазинчиков в самыхпрестижных местах города. Однако быстро выяснилось, что в модном производстветягаться с итальянцами и др. «Темпу» не под силу. Спасла же «Темп» ставка напошив «военизированной» обуви. Не чисто военной, а именно «военизированной»,т.е. рассчитанной на бесчисленные службы охраны, существующие сейчас при любом прибыльномделе.

Успех принесла опять-такидифференциация продукта. Действительно, Россия — вероятно, единственная странав мире, где камуфляж носят миллионы штатских людей. Причем эти здоровые молодыемужчины — далеко не самая бедная часть населения. Стоит так обрисовать ситуациюи становится ясно, что соответствующая ниша на рынке просто обязана, былапустовать. Ведь импортная «штатская» обувь для «военизированного» потребителяне годится. Да и неудобные армейские сапоги или ботинки тоже ему не подойдут. Вотличие от настоящего военного он является «вольным» человеком, т.е. без всякойоглядки на инструкции может выбирать, что ему носить. К тому же обычно и самохранник, и его работодатели вполне платежеспособны.

Достаточно было перевестиэти рассуждения на язык технологии, и продукция «Темпа» стала пользоватьсяневиданным успехом у военизированных формирований. Вместо положенного поармейским стандартам гвоздевого метода крепления применили клеевой. Обувь сразустала удобней. Поработали с дизайном — улучшился внешний вид. Тягаться же снашей обувью по прочности импорту всегда было трудно. В итоге «Темп» занялсвободную нишу и имеет шансы наслаждаться полным отсутствием конкуренции.

Итак, дифференциацияпродукта — мощный способ адаптации к рыночным условиям, применимая даже в самыхтяжелых случаях, как это было с «Темпом», действующим в практически полностью«лежачей» обувной промышленности страны.

Другой яркой особенностьюроссийского рынка стал августовский кризис 1998 года. После 17 августа 1998года начался стремительный передел российского рынка. Объемы импорта упали,цены на западные товары выросли в 2,5 раза. Некоторые крупные зарубежныекомпании стали вывозить из России скопившуюся продукцию. Зато российские фирмы,занимавшие до кризиса всего 18% рынка, как будто и ждали этого – уже в сентябре1998 года объемы их производства увеличились на 60%, а в октябре еще на столькоже. То есть благодаря девальвации рубля произошла переориентацияпотребительского спроса с импортных товаров на отечественные более дешевые товары[9].

Стоит рассмотреть влияниекризиса 1998 года на примере одного рынка.

Эксперты отмечали, что нарынке косметики и парфюмерии, который является рынком монополистическойконкуренции, уже с 1997 года роста объемов продаж, например, импортных кремовдля лица и тела практически не наблюдалось. Зато росла популярность аналогичныхроссийских продуктов. По данным Gallup Media, в прошлогоднем рейтингепопулярности кремов на первом месте стояла продукция компании «Свобода», аместа с 6-го по 8-е занимали российские компании «Уральские самоцветы»,«Невская косметика» и «Северное сияние».

После кризиса рост спросана отечественную продукцию принял лавинообразный характер. Даже к небольшимроссийским косметическим компаниям стали выстраиваться очереди. Но самоеглавное, что в момент, когда к отечественной продукции проявился интерес, нашимпроизводителям было что предложить.

В начале девяностых варсенале наших компаний появились шампуни для разных типов волос,бальзамы-ополаскиватели, кондиционеры и гели, дезодоранты-антиперспиранты с24-часовым действием. линии по уходу за кожей (тоники, бальзамы, скрабы,лосьоны, пенки, маски и т. п.) и многое другое. В названиях российских товаровстали появляться уже привычные для нас термины, продвинутые рекламой западныхкомпаний: фруктовые кислоты, липосомы, керамиды. И потребитель стал запоминатьмарки таких компаний, как «Низар», «Линда», «Гармония плюс», «Апрель», «Русскаякосметика».

Для того, чтобызакрепится в новых сегментах, российским компаниям нужно было действоватьдостаточно энергично. По оценкам экспертов, российский рынок косметическойпродукции в денежном выражении сократился почти наполовину, примерно до 1,5млрд. долларов. Произошло это за счет резкого расширения дешевого сегмента(масс-маркета) и сжатия среднего (медиамаркета). Небольшой элитный сегмент,практически полностью занятый импортерами (по оценкам экспертов, 8-10% рынка),почти не потерял своего потребителя. Российским компаниям оставалось либоследовать вниз за спросом, либо, работая с минимальной маржей, если не вубыток, пытаться сохранить свое престижное позиционирование.

В этих условиях самымбольшим искушением для российских компаний стал выпуск как можно более дешевойпродукции в сегменте массмаркета. Хорошо знакомые с техникой продвиженияпродукта на рынок, торговцы быстро разворачивали нехитрое производство, снабжаяэтикетки броскими терминами «витамины», «биоактивные комплексы», «керамиды».Первой их жертвой стал рынок шампуней. На фоне импортных образцов по цене выше40 рублей и качественных российских по 25-30, флакончики по 13-18 рублей дляобедневших россиян оказались весьма привлекательными. Известная российскаякомпания «Гармония Плюс», протестировав дешевые шампуни-новинки, заполонившиерынок, обнаружила, что только одно наименование из нескольких десятковсоответствовало принятым сегодня технологическим нормам. Заместительгенерального директора компании «Апрель» Ольга Брусковская отмечает, что иоптовики, и розница быстро переключились на некачественный ширпотреб.Традиционные производители массовой косметики стали всерьез опасаться, что ктому времени, когда спрос на качественные продукты опять начнет расти, довериек недорогим российским маркам окажется окончательно подорвано. В этой ситуацииочень важным становится «не потерять лицо». Менеджеры ведущих компаний поняли,что наступило самое время для завоевания доверия аудитории, раскрутки новыхмарок и захвата новых рынков.

В самой сложной ситуацииоказались фирмы, которые до кризиса позиционировали себя в среднем ценовомсегменте. Шок девальвации, вытеснивший из медиамаркета импортеров, не очень-тоспособствовал импортзамешению в этом сегменте, поскольку серьезные российскиекомпании, сделавшие ставку на качественную продукцию средней стоимости,покупали большую часть компонентов за рубежом. Большинство таких компанийвстало перед выбором — пересмотреть свою ассортиментную политику и последоватьза своими обедневшими покупателями в массмаркет или все-таки попытатьсясохранить позиции в надежде на скорое возрождение рынка. Например, компания«Низар», появившаяся на российском рынке в начале 90-х с довольно дорогойпродукцией на основе собственного ноу-хау — компонентов, обогащенныхкислородом, решила сделать ставку на массовую серию «Серебряная роса».Известная компания «Линда» не только решила остаться в среднем ценовомсегменте, но и выпускать более дорогую продукцию. «Наш главный потенциал — интеллектуальный, — говорит заместитель генерального директора компании ЛюдмилаСимонова. — Имея весьма продвинутые научные разработки, мы делаем ставку нанишу элитной российской косметики. Пусть мы сейчас будем выпускать немного, нокачественно и дорого. А наше время придет».

Таким образом, несмотряна смешение спроса в дешевые сегменты, некоторые компании предпочли сохранитьили даже увеличить относительно дорогой ассортимент. Признаки нового ростаспроса на качественную продукцию, по мнению экспертов, уже появились.Исследования компании «КОМКОН-Фарма» зафиксировали, что в среднем сегменте потреблениеимпортной продукции перестало падать, а российской — начало расти. Т.е. тефирмы, которые сделали ставку на качество, воспользовавшись кризисом 1998 года,завоевали себе имя в престижных нишах. Те же фирмы, которые последовали заспросом вниз, выиграли в краткосрочной перспективе, но быстро и дешевовосстановить имидж им не удастся — вернуться из массового сегмента в средний ненамного легче, чем халтурщику уверить покупателя в том, что он сталкачественным производителем.

К особенностям российскихрынков монополистической конкуренции стоит отнести и то, что они являютсяразвивающимися, динамичными рынками, которые находятся в зоне неустойчивости,т.е. еще не определен вариант их дальнейшего развития. Это объясняется тем, чтохотя за годы реформ и были осуществлены некоторые преобразования, превратившиесоциалистическую экономику в рыночную, но все же Россия пока находится на«распутье». От того, каким путем будет развиваться Россия, а также от многихдругих непредсказуемых событий зависит и то, как будет развиваться российскийрынок.

2.3 Российский рынокторговли лекарствами

Рынок торговлилекарствами является рынком монополистической конкуренции. Стоит рассмотретьего подробнее, т.к. процессы проходящие на этом рынке характерны и для многихдругих рынков монополистической конкуренции.

Российский рынок торговлилекарствами изначально состоял из множества мелких фирм, которые удовлетворялиспрос сравнительно небольшого числа аптек. Однако со временем конкуренцияобострилась, требования покупателей стали жестче, и стало ясно: чем большемасштаб фирмы, тем большее конкурентное преимущество он обеспечивает.

Рынок ворвался в жесткуюадминистративную систему снабжения населения лекарствами в 1992 году, когдамуниципальные аптеки получили свободу выбора поставщиков и ассортимента, а чутьпозже и частичную самостоятельность в установлении цен. И главное, когда ониприобрели реальную материальную заинтересованность в увеличении оборота. Водночасье спрос стал хозяином за аптечным прилавком, а оптовая торговлялекарствами превратилась в выгоднейший бизнес. Ведь рынок состоял из сплошныхдефицитов. На эффективные средства устанавливались бешеные цены. Прибыльностьоптовой торговли была огромной – до 30-40% за один оборот. В 1993-1994 годахеженедельник «КоммерсантЪ» объявил торговлю лекарствами самой прибыльной сферойоптовой торговли. Новые предприятия стали входить в бизнес сотнями. Уже к1994-1995 годам вместо примерно ста государственных оптовых организацийсоветского времени в России действовали три с половиной тысячи фирм[10].

94.6% общего числавышедших на рынок приходилось на мелкие фирмы без определенной специализации (втеории конкуренции их принято называть «мышами»). Главное мышиное преимуществосостояло в невероятной гибкости. Отсутствие привязок к определенной сфередеятельности позволяло таким компаниям быстро переориентироваться туда, гдебизнес обещал наивысшую прибыль. Отсутствие специальных знаний в такой областизнаний, как фармацевтика, никого не смущало[11].

Вадим Герман, директор«Инвакорп», фирмы, ныне входящей в пятерку лидеров, не скрывает: «Решениеторговать лекарствами возникло случайно. Мы встретились с людьми, которыезнали, каких лекарств на рынке не хватает, и где их можно взять».

И таких примеров великоемножество. Это объяснялось тем, что процедура вхождения в бизнес была оченьпростой: государственное лицензирование оптовой торговли лекарствами была достаточнолегким делом, стартовый капитал тоже не был проблемой. Начинать можно и смаленьких партий лекарств, плавно увеличивая объем закупок по мере раскрутки.Имела значение и компактность товара. Наконец, на рынке не было и опасных для«мелочи» конкурентов. Крупными были лишь государственные организации. Но ониочень не скоро приспособились к рыночным условиям и чаще выступали в роли«жертв», а не «агрессоров». По данным опроса фармгруппы Финансовой академии,доля государственных предприятий в снабжении московских аптек за 1993-1997 годыупала с 66 до 23 процентов.

В 1997 году объемфармрынка (в долларовых ценах) вырос на 37%. Но климат оптового бизнеса резкопосуровел. Виной тому стали три фактора роста: рост прямого присутствияпроизводителей на рынке, повышение требовательности аптек и усилениеконкуренции среди самих оптовиков[12].

Процветание оптовиков вначальный период реформ во многом было обратной стороной ущемленностипроизводителей. Наши заводы никогда не имели собственной сбытовой сети, а когдацентрализованная система государственных закупок ушла, а прошлое, они и вовсеостались безо всяких каналов сбыта. Для западных же компаний российскийфармрынок был еще не освоен. Все было на руку оптовикам: производитель могсбыть лекарства только с их помощью, аптека – купить только у них.

С 1995 года заводы началиобзаводится оптовыми и даже розничными сбытовыми сетями в прилегающих регионах.А в отдаленных от них областях фармацевтические компании начали использоватьбартер с родственными предприятиями, действующими по принципу «ты продвигаешь усебя мою номенклатуру лекарств, а я у себя — твою». Некоторые (скажем, АО«Время») и вовсе превратились в мощные торгово-промышленные фирмы, в которых оптоваясоставляющая стала не слабее производственной.

Многие инофирмы, обзаведясьобязательными представителями и складами в Москве, в 1997-1998 годах совершилипрорыв в регионы. Примерно в двадцати регионах работают «Шерлинг Плау», «ЭллиЛилли», «Пфайзер», «Фармация энд Апджон». Чтобы оценить все это по достоинству,стоит иметь в виду, что 60-70% общего спроса на лекарства концентрируются всегов 11 регионах. Таким образом уже к 1998 году положение оптовиков существенноусложнилось, и получить хорошие прибыли с оборота стало уже не просто[13].

Давление рыночных сил наоптовых торговцев лекарствами усложнилась и на другом конце технологическойцепочки – в розничной торговле. В аптечное дело пришла конкуренция. Для Россииэто подлинная революция. Ведь сеть аптек создавалась в советские времена такимобразом, чтобы их номенклатура не пересекалась: в каждом микрорайоне однааптека, а в соседнюю идти далеко.

Еще в 1995 годуконкуренция была незначительной даже в Москве. Но уже в 1996 году её ощутили75% местных аптек. Причины понятны. К пяти сотням московских аптек прибавилисьпримерно столько же киоском и аптечных пунктов. Причем новички появились всамых людных местах: в метро, подземных переходах, магазинах. И сталиагрессивно перехватывать покупателей у старых аптек.

Пока конкурентов не было,поведение аптеки определяла та самая неэластичность спроса, цены можно былобезнаказанно завышать. Но только как конкуренция появилась, влияние на спросстала оказывать не абсолютная цена лекарства, а то, дешевле или дороже онопродается в соседней аптеке. По данным опросов, в 1997 году иметь лучший, чем уконкурентов, ассортимент старались 88 % московских аптек; поддерживать ценыниже, чем у соперников – 76 %. Добиться этого можно лишь с помощью жесткогоотбора поставщиков. Если раньше аптека спокойно соглашалась с завышеннойоптовой ценой, то теперь цены должны быть конкурентоспособными, ассортиментходовым, и т.д[14].

Еще одним факторомужесточения рыночного климата было необычное соотношение сил розничныхторговцев и оптовиков. Опросы установили поразительный факт: московская аптекаработает в среднем с шестьюдесятью оптовиками (западная обычно с двумя-тремя). Врезультате всего этого конкуренция между оптовиками резко обострилась и сталаприобретать черты борьбы за выживание. Так, в Москве число оптовиков упало с1500 в 1995 году до 600 в начале 1997 года.

1997 год был драматичнымдля оптовой торговли лекарствами. Если вся экономика России только ждала началаэкономического роста, то в фармацевтике он шел полным ходом. Динамика лишьодного компонента оборота, закупка импортных лекарств (в этой сфере статистиканаиболее надежна), была просто головокружительной. Так средний прирост у 10крупнейших лидеров с 1996 до 1997 года составил 162%. Лидирующая группакомпаний увеличила импорт в два с половиной раза, причем не менее половинывходящих в нее фирм показали трех-пятикратный рост. Особенно же важно то, что вроссийской оптовой торговле лекарствами впервые появились по-настоящему большиекомпании.В России в это время уже появились структуры с оборотом вполмиллиарда долларов.

Но рынок не простоувеличивался, произошли серьезные изменения в его структуре. Вся большая частьрынка захватывается именно крупными компаниями. С 1995-го по 1997 год двадцатькрупнейших фирм (с оборотом по итогам 1997 года более 20 миллионов долларов)увеличили свою рыночную долю с 40.3 до 47.5 процента. Все остальные уменьшилисвое присутствие на рынке. И эти структурные перемены не случайны: какпоказывают опросы, аптеки считают крупных оптовиков лучшими поставщиками.Какими же конкурентными преимуществами располагают крупные оптовые фирмы?

Если судит по мировомуопыту, ниша, которую в фармацевтической торговли, которую сначала занимали«мыши», была им «не по плечу». Во всем мире фармацевтический рынок отличаетсявысокой концентрацией торговли. Во Франции, например, три крупнейших компанииконтролируют 86% рынка. Так что Россия с её 16%(к 1998г.) находится лишь наэтапе изменения рыночной структуры. Укрупнение размеров фирмы само по себе неявляется гарантией успеха. Скажем, крупнейший оптовик раннего периодастановления рынка, «Фармаимэкс», сейчас занимает лишь 37-е место в рейтингеимпортеров. И лишь когда фирме удается найти «свою игру», события приобретаетнеобратимый характер. Захватывая все новые и новые доли рынка,концентрирующаяся фирма, поначалу лишь немного превосходящая своих конкурентов,превращается в гиганта[15].

Фармацевтика – отрасль сгигантским ассортиментом. В России, например, зарегистрировано около 11 тысячлекарств, а в лучших аптеках имеется постоянно в продаже 3-4 тысячи препаратов.Каждое из них аптека может попытаться заказать у любого оптовика. И почтивсегда получит отказ, если оптовик мелкий, а лекарство не из ходовых. Дело втом, что на большинство препаратов приходится ничтожно малые доли продаж. Легкоподсчитать, что, пропорционально распределяя свои ресурсы на весь спектрлекарств, оптовик с годовым оборотом в миллион долларов должен был бы закупатьбольшинство препаратов «партиями» на сумму от одного до десяти долларов в год.Ясно, что в таких масштабах торговля просто невозможна. Следовательно, полноепокрытие ассортимента для недостаточно больших компаний исключено, имприходится ограничиваться лишь некоторыми позициями. Зато перед крупными фирмаэта проблема не стоит: у них достаточно средств для закупки всех средств иимеются площади для их хранения. Широта же ассортимента дает гигантам массупреимуществ. Аптеке неинтересно обзванивать десятки фирм в поисках одногоредкого лекарства, потом повторять эту процедуру в поисках второго и т.д.Гораздо удобнее брать все в одном месте.

В итоге аптеки активнопокупают у крупных поставщиков. Как показал опрос «Эксперта», крупныепоставщики полагают, что именно широкий ассортимент – важнейший фактор, которымруководствуются аптеки при выборе поставщика. Поэтому количество наименований впрайс-листах оптовиков стремительно растет. Например, у лидирующей фирмы«Протек» оно выросло с 300 в 2002 году до 2700 в 2003 году и 5100 в 2004 г[16].

Аналогично обстоит дело ис сервисом. В оптовой торговле уровень сервиса в первую очередь определяетсяоперативностью доставки лекарств в аптеку и удобными размерами их партий. И тутпреимущество снова на стороне «крупняка». Действительно, визит фирменногогрузовичка в аптеку обходится оптовику в одинаковую сумму вне зависимости оттого, привез ли он полный кузов или одну упаковку. Из-за этого издержки врасчете на единицу продукции будут ниже у крупного оптовика, поставляющегоширокий спектр препаратов.

К тому же у крупногооптовики обычно гуще сеть клиентов. Машина делает меньшие концы, объезжаяподряд все аптеки. Поэтому, как это ни парадоксально, не накладно даже завестив аптеку пресловутую единственную упаковку – всё равно по пути. То есть крупныйоптовик более удобен аптеке ещё и благодаря возможности уменьшить минимальныйразмер заказа. Ёще одна составляющая сервиса, быстрота поставки, при торговлетысячами наименований в первую очередь зависит от организации складскогохозяйства. Преимущество имеет владелец автоматизированного иликомпьютеризированного склада. Иными словами, тот же крупный оптовик.

Означает ли всё это, чтона рынке рано или поздно не останется места для мелких компаний? Безусловно,нет, хотя их доля будет уменьшаться и дальше. А вот у средних компаний есть всешансы сохранить свои рыночные позиции. Для этого они должны лишь выстроитьверную конкурентную стратегию.

Например, у среднейкомпании с оборотом около 1-2 миллиона долларов и ассортиментом в 300-400наименований наиболее ходовых препаратов, вся палитра предложений такой фирмыполностью перекрывается ассортиментом крупных оптовиков. Причем у последнихлучше сервис, выбор лекарств не ограничен этим минимумом, а часто и цены ниже.Однако – 1-2 миллиона всё же солидная сумма. В таких объёмах лекарства не продашь«по случаю». То есть фирмы средних размеров должны вести регулярные операции спостоянными клиентами, типовыми условиями сделок и т.д. – словом, их выносит вту самую сферу стандартного бизнеса, где так сильны крупные фирмы. Круг замыкается.Порвать этот порочный круг можно за счёт специализации – продавать тольконекоторые специализированные или редкие препараты, сделав их своей опорой. Ноэто уже не «мышиная», а «лисья» стратегия, переход к которой совсем не прост.От «мыши» требовалась лишь неукротимая активность в поисках прибыли. Для «лисы»на первые роли выходят специальные знания и умения.

Группаврачей-стоматологов, ещё в советские времена не раз стажировалась в лучшихклиниках Германии, открыла фирму «Интерквадро», специализирующуюся напломбировочных и зубопротезных материалах. У неё есть существенные проблемы(аренда и т.п.), но в чисто конкурентном отношении крупные оптовики ей нестрашны. Ведь только профессионал способен понять сам и объяснитьпотенциальному клиенту конкретные преимущества новых, мало известных в Россиитехнологий. Посоветовать, какие материалы нужно купить и для чего. Значит,только такой специалист способен продать товар.

Другими словами,фирма-«лиса» может вести успешный бизнес там, где гиганта ожидал бы неизбежныйпровал. Подобных специальных областей на фармрынке предостаточно: одни фирмыспециализируются на медикаментах со сложными условиями хранения, другиепоставляют лекарства в отдаленные части страны и т.д.

Нынешнее время явно неблагоприятствует малым компаниям, занятым оптовой торговлей лекарствами. Однакоопросы показали, что мелкие фирмы могут рассчитывать на устойчивый, хотя инебольшой спрос, если будут разыгрывать одну карту – гибкую системувзаимоотношений с клиентами. Крупные оптовики строят свои отношения с клиентамив обезличенной манере, предлагая лекарства по единым ценам. Да по-другому,собственно, невозможно вести бизнес с сотнями и тысячами покупателей. Мелкиефирмы стремятся нейтрализовать преимущества гигантов с помощью гибкой ценовойполитики и доверительных личных отношений с клиентом, охотно обсуждаюткоммерческие перспективы различных препаратов и т.п. То есть делают ставку нагибкость. Для них это единственный шанс выжить.

Стоит только догадыватьсякак бы развивался дальше фармрынок и стал бы он олигополизированым рынком, еслибы не кризис 1998 года. Рынок торговли лекарствами как и другие рынки изряднопострадал после августовского кризиса.

В своем докризисномсостоянии фармрынок удивлял многих экспертов обилием мелких оптовиков имедленной концентрацией на национальном уровне. После кризиса 1998 года крупныхдистрибуторов стало меньше, поскольку они в наибольшей степени пострадали откризиса (больше обороты — больше потери от девальвации).

Участь мелкого оптовогозвена, особенно на региональном уровне, не выглядит столь печальной. Оптовики врегионах уже давно приспособились к безденежной экономике, они знают толк взачетных схемах и бартере. Кроме того, в распоряжении региональных компаний ужеесть инфраструктуры и необходимые связи с местными властями. Однако говорить орезкой переориентации оптового звена на отечественную продукцию пока вряд листоит, поскольку оптовики и до кризиса не обходили родные фармпредприятиястороной. Когда западные производители начинали свою экспансию в Россию,преимущества были на их стороне(дорогостоящая реклама, кредиты, отсрочки.скидки и т.д.)После кризиса возможности до некоторой степени сравнялись. Такзакупок по импорту в сентябре 1998г. не производилось. Хотя позже импорт,конечно, восстановился, в создавшихся условиях российские предприятия понималипрекрасную для себя возможность переориентирования фармрынка. Однако здесьвозникли некоторые трудности.

Еще год назад возможностьвклиниться в систему поставок лекарств для госнужд привлекала не толькоотечественные, но и западные компании, т.к. компания, попавшая со своимпрепаратом в список льготного отпуска хотя бы на год, имела гарантированныйсбыт, без всякой необходимости убеждать покупателей, что твой продукт самыйлучший. Обострившийся бюджетный кризис подтолкнул Минздрав и территориальныеорганы здравоохранения сокращать как списки льготного и бесплатного отпускалекарств, так и число возможных получателей льготных и бесплатных рецептов.Очевидно, что сокращение списков начнется с импортных препаратов, которые влучшем случае будут заменяться на отечественные аналоги, а в худшем простоисчезать из подобного перечня.

На вполне обывательскийвопрос, сколько же у нас импортных лекарств, а сколько отечественных, естьнесколько ответов.

Можно взять данные порегистрации лекарственных препаратов в России. Тогда получится, что иностранныхлекарств куда больше, чем наших. Однако иностранцы любят создавать изобилиемарок — одно и то же вещество может регистрироваться и продаваться под разнымиторговыми названиями. Отечественный производитель так действовать не привык — свои марки продвигают лишь единицы. Доля на рынке оценивается в денежномвыражении. В докризисные времена емкость отечественного лекарственного рынкасоставляла 3,3 млрд долларов. Не случись известных потрясений, к 2000 годуРоссия вполне могла бы дотянуть и до 4 млрд. Треть потребления, которуюобеспечивали российские производители, — это 1 млрд долларов в год. Но не надозабывать, что отечественная продукция значительно дешевле — в деньгах ее нарынке, конечно, меньше, а вот в ампулах и таблетках соотношение один к одномувыглядит вполне правдоподобным. А т.к. мощности наших фармзаводов в последниегоды были загружены лишь на 30-40%, то увеличение доли российских препаратоввыглядели реально. К тому же в последние докризисные года российскаяфармацевтика демонстрировала достаточно хорошую динамику — 10-15% ростапроизводства в год по сравнению с уровнем 1993 года[17].

Причем явногопротекционизма в отношении собственной Фарминдустрии наше государство пока непроявляло. Правда, после трех лет беспошлинного импорта был введендесятипроцентный таможенный тариф на ввозимые готовые медикаменты, которыйдействует до сих пор. В пользу отечественных производителей было и то, что пристабильном курсе доллара многие иностранные дистрибуторы готовы были терпетьзадержку оплаты, поскольку их терпение вознаграждалось большими объемамизакупок, то в новых условиях все перешли на предоплату. Т.к. бюджет никогда небыл дисциплинированым плательщиком, то многие иностранные фирмы предпочливывести свою продукцию.

Другая важная проблемапроизводителей — субстанции. Сегодня около 70% выпускаемых в Россиимедикаментов производится из импортных субстанции. В 1993-1994гг. переход наимпортное сырье был для большинства российских фармпредприятий единственнымспособом выжить, ведь при спаде производства поддерживать энергоемкие мощностипо производству субстанции и рабочем состоянии было не по карману. А пристабильном курсе доллара закупать необходимые субстанции за границей было прощеи выгоднее.

Никто не рассчитывает набыстрое возрождение производства субстанций, но облегчить жизнь своемупроизводителю государство могло, отменив хотя бы пошлины на их ввоз.

В настоящее время поискдополнительных доходов для бюджетов всех рангов – постоянная забота чиновников.Это привело к тому, что приняли «налог на болезни», т.е. НДС на лекарства.Также отменена льгота по налогу на прибыль от производства лекарств из перечняжизненно необходимых и важнейших лекарственных средств. Теперь их изготовителибудут платить 24% от прибыли. Скачок цен на лекарства встревожил президента.Авторы идеи введения НДС доказывали, что это не повлияет на конечную цену лекарств.Они объясняли это тем, что рынок насыщен товаром и производитель вынужден будетвыплатить НДС из своей прибыли, однако оказалось, что фармацевтический рынокзахвачен перекупщиками и некоторые лекарства поступают в аптеки из рукдвенадцатого посредника. К тому же рынок лекарств далёк от насыщения: общийспад производства в фармацевтической промышленности в 2004 году составил 12%, ав первой четверти 2005 года 20%. В настоящее время в аптеках лишь третьотечественных лекарств, производители которых никак не могут из-за нехваткиоборотных средств увеличить объёмы производства. Специалисты уже подсчитали,что введение НДС приведёт к сокращению продаж лекарств ещё на 4.8%, импортныхна 3%, отечественных на 8%[18].

Таким образом к яркимиособенностями рынков монополистической конкуренции в экономике России можноотнести то, что в России рыночные реформы начали проводится в то время, как внекоторых других странах рыночная экономика уже сформировалась, низкаядифференциация продукции и неспособность отечественных заводов удовлетворитьпоявившийся спрос привлекла первоночально на российский рынок множествоиностранных фирм, к оссобенностям можно отнести и тяжелую конкурентную борьбуроссийских производителей и инофирм (несмотря на то, что себестоимость нашейпродукции несравнимо меньше), и преобладание неценовой конкуренции нароссийских рыках, и огромные трудности российских фирм на мировом рынке; ну и, конечно,яркой особенностью является кризис 1998 года, который внес большие изменениякак в лучшую, так и в худшую сторону в экономику фирм на различных рыках.

Если же делать выводы поотдельному фармацевтическому рыку, то оптовая торговля медикаментамипервоначально развивалась у нас в ярком противоречии со всеми правилами: вместоклассической олигополизированной отрасли (как в других странах) в Россиивозник, чуть ли не рынок совершенной конкуренции с тысячами мелких игроков. С1996 года начался процесс концентрации который не был завершён по причинекризиса 1998 года. Этот кризис создал предпосылки для переориентациифармацевтического рынка на отечественную продукцию, однако производители несмогли этим воспользоваться. Сейчас существует как крупные так и мелкие фирмы,а доля отечественных лекарств на рынке составляет не более трети.

 

3 ОЛИГОПОЛИЯ

 

3.1 Основные чертыолигополистического рынка

Олигополия является однойиз самых распространенных структур рынка в современной экономике. В большинствестран почти все отрасли тяжелой промышленности (металлургия, химия,автомобилестроение, электроника, судо- и самолетостроение и др.) имеют именнотакую структуру.

Олигополия представляетсобой рыночную структуру, при которой на рынке какого-либо продуктаприсутствует небольшое число фирм-продавцов, каждая из которых занимаетсущественную долю рынка и обладает значительным контролем над ценами. Неследует, впрочем, думать, что компании можно в буквальном смысле пересчитать попальцам. В олигополистической отрасли, как и при монополистической конкуренции,наряду с крупными часто действует немало мелких фирм. Однако на нескольковедущих компаний приходится столь большая часть суммарного оборота отрасли, чтоименно их деятельность определяет развитие событий.

Формально колигополистическим обычно относят те отрасли, где несколько крупнейших фирм (вразных странах за точку отсчета принято от 3 до 8 фирм) производят болееполовины всей выпускаемой продукции. Если же концентрация производстваоказывается ниже, то отрасль считают действующей в условиях монополистическойконкуренции.

Главной же причинойформирования олигополии является экономия на масштабах производства. Отрасльприобретает олигополистическую структуру в том случае, если крупный размерфирмы обеспечивает существенную экономию издержек и, следовательно, есликрупные фирмы в ней имеют значительные преимущества над мелкими.

Обычно принято говорить,что в олигополистических отраслях господствует «большая двойка», «большаятройка», «большая четверка» и т. д. Более половины продаж приходится на долю от2 до 10 фирм. Например, в США на долю четырех компаний приходится 92% выпускавсех автомобилей. Олигополия характерна для многих отраслей промышленности вРоссии. Так, легковые автомобили производятся пятью предприятиями (ВАЗ, АЗЛК,ГАЗ, УАЗ, Ижмаш). Динамную сталь выпускают три предприятия, 82% шин длясельскохозяйственных машин — четыре, 92% кальцинированной соды — три, всепроизводство магнитной ленты сосредоточено на двух предприятиях, автогрейдеров — на трех[19].

Резким контрастом к нимвыступают легкая и пищевая промышленности. В этих отраслях на долю крупнейших 8фирм приходится не более 10%. Состояние рынка в этой сфере можно увереннохарактеризовать как монополистическую конкуренцию, тем более что дифференциацияпродукта в обеих отраслях исключительно велика (например, многообразие сортовконфет, которые производит даже не вся пищевая отрасль, а только одна из ееподотраслей — кондитерская промышленность).

Но не всегда можно судитьо структуре рынка на основе показателей, относящихся ко всей национальнойэкономике. Так, часто те или иные фирмы, которым принадлежит ничтожная долянационального рынка, являются олигополистами на местном рынке (например,магазины, рестораны, зрелищные предприятия). Если потребитель живет в большомгороде, то вряд ли поедет ради покупки хлеба или молока на другой конец города.Расположенные в районе его проживания две булочные могут являтьсяолигополистами.

Конечно, установлениеколичественной границы между олигополией и монополистической конкуренцией вомногом условно. Ведь два названных типа рынка имеют и другие отличия друг отдруга.

Продукция наолигополистическом рынке может быть как однородной, стандартизированной (медь,цинк, сталь), так и дифференцированной (автомобили, бытовые электроприборы).Степень дифференциации сказывается на характере конкуренции. Например, вГермании обычно автомобильные заводы конкурируют друг с другом в отдельныхклассах автомобилей (число конкурентов доходит до девяти). Российские автозаводыпрактически не конкурируют друг с другом, так как в большинстве своемузкопредметно специализированы и превращаются в монополистов.

Важным условием,воздействующим на характер отдельных рынков, является высота барьеров,ограждающих отрасль (величина первоначальных капиталов, контроль действующихфирм над новой технологией и новейшими продуктами с помощью патентов итехнических секретов и т. п.).

Дело в том, что крупныхфирм в отрасли никогда не может быть много. Уже многомиллиардная стоимость ихзаводов служит надежным барьером на пути проникновения новых компаний вотрасль. При обычном развитии событий фирма укрупняется постепенно и к томумоменту, когда в отрасли складывается олигополия, узкий круг крупнейших фирмуже фактически определен. Чтобы вторгнутся в него, надо сразу иметь такуюсумму, которую олигополисты постепенно инвестировали в дело за десятилетия.Поэтому история знает лишь очень небольшое число случаев, когда фирма-гигантсоздавалась «на пустом месте» путем единоразовых огромных инвестиций (примеромможно считать Фольксваген в Германии, однако инвестором в этом случае выступалогосударство, т.е. в формировании этой фирмы большую роль играли неэкономическиефакторы).

Но даже если бы нашлисьсредства на сооружение большого числа гигантов, те не смогли бы в дальнейшемприбыльно работать. Ведь емкость рынка ограничена. Потребительского спросавполне хватает, чтобы поглотить продукцию тысяч мелких пекарен илиавторемонтных мастерских. Однако никому не нужен металл в тех количествах,которые могли бы выплавить тысячи домен-гигантов.

Существуют значительныеограничения в доступности экономичесеой информации в этой рыночной структуре.Каждый участник рынка тщательно оберегает коммерческую тайну от своихконкурентов.

Большая доля в выпускепродукции в свою очередь обеспечивает фирмам-олигополистам значительную степеньконтроля над рынком. Уже каждая из фирм в отдельности достаточно велика, чтобыоказывать влияние на положение в отрасли. Так, если олигополист решит уменьшитьвыпуск продукции, это приведет к повышению цен на рынке. Летом 1998 г. АвтоВАЗ воспользовался этим обстоятельством: он перешел на работу в одну смену, что привело крассасыванию непроданных запасов автомобилей и позволило заводу поднять цены. Аесли несколько олигополистов начнут проводить общую политику, то их совместнаярыночная власть и вовсе приблизится к той, которой обладает монополия.

Характерной особенностьюолигополистической структуры является то, что фирмы при формировании своейценовой политики должны принимать во внимание реакцию конкурентов, т. е. всепроизводители, выступающие на олигополистическом рынке, взаимозависимы. Примонополистической структуре такого положения не возникает (конкурентыотсутствуют), при совершенной и монополистической конкуренции — также(конкурентов, наоборот, слишком много, и учесть их действия невозможно). Междутем реакция фирм-конкурентов может быть различной, и прогнозировать ее сложно.Предположим, что фирма, выступающая на рынке бытовых холодильников, решила снизитьцены на свою продукцию на 15%. Конкуренты могут прореагировать на этопо-разному. Во-первых, они могут снизить цены менее чем на 15%. В этом случаеданная фирма увеличит рынок сбыта. Во-вторых, конкуренты могут снизить ценытакже на 15%. Объем реализации вырастет у всех фирм, но вследствие снижения ценприбыль может уменьшиться. В-третьих, конкурент может объявить «войну цен», т.е. снизить цены еще в большей степени. Тогда встанет вопрос, принять ли еговызов. Обычно в «войну цен» между собой крупные компании не вступают, так какее исход сложно предсказать[20].

Олигополистическаявзаимозависимость — необходимость учета реакции фирм-конкурентов на действиякрупной фирмы на олигополистическом рынке.

Любая модель олигополиидолжна исходить из учета действий конкурентов. Это дополнительное существенноеограничение, которое обязательно следует принимать во внимание при выборе схемыповедения олигополистической фирмы. Поэтому стандартной модели определения оптимальногообъема производства и цены продукции для олигополии не существует. Можносказать, что определение ценовой политики олигополиста — это не только наука,но и искусство. Здесь не последнюю роль играют субъективные качества менеджера,такие, как интуиция, способность принимать нестандартные решения, идти на риск,смелость, решительность и т. д.

3.2 Разновидностиолигополии

Олигополистическаяструктура может быть самой различной, каждая ее разновидность накладываетотпечаток на выработку ценовой политики фирмы. Играет роль количество ивеличина фирм в отрасли, характер продукции, степень обновления технологии ит.п. Рассмотрим некоторые из вариантов рыночного поведения фирм-олигополистов.

Нескоординированнаяолигополия, при которой фирмы не вступают ни в какие контакты друг с другом ине пытаются сознательно найти точку устраивающего всех равновесия.

Картель (или сговор)фирм, не ликвидирующий их производственной и сбытовой самостоятельности, нопредусматривающий соглашение между ними по ряду вопросов. Прежде всегокартельные соглашения включают в себя единые, монопольно высокие цены, покоторым участники картеля обязываются продавать свои товары на рынке.

Картельное соглашениепредусматривает также разделение рынка сбыта. Это означает, что каждый участниккартеля обязуется продавать свои товары, например, только на определнныхтерриториях.

Кроме того, чтобы иметьвозможность удерживать высокие цены, часто ограничивается предложение товаровна рынке, а это требует ограничения размеров производства. Поэтому картельныесоглашения нередко предусматривают определение доли в производстве различныхтоваров для каждого члена картеля.

Сговор может быть кактайным, так и легальным. Во многих европейских странах картели разрешены, вРоссии и США они запрещены законом. Существует много международных картелей,наиболее известным из которых является ОПЕК (Организация стран-экспортеровнефти).

Предположим, что фирмы — участницы картеля — решили установить единую цену на свою продукцию. Для этогонеобходимо построить кривую предельных издержек для картеля в целом. Тогдаможно определить оптимальный объем производства в картеле, позволяющиймаксимизировать совокупную прибыль. Другими словами, картель выступает какмонополист. Но наиболее сложной проблемой является распределение объема продажмежду участниками картельного соглашения. Стремясь максимизировать прибыль,картель должен установить квоты таким образом, чтобы суммарные издержкиоказались минимальными. Но на практике провести такое установление квотдовольно трудно. Задача решается путем ведения сложных переговоров, в ходекоторых каждая фирма стремится «выторговать» для себя наилучшие условия,перехитрить партнеров. Часто фирмам с более высокими издержками удаетсяполучить большие квоты, что не позволяет решить задачу максимизации прибыли.Фактически рынки обычно делятся по географическому принципу либо в соответствиисо сложившимся объемом продаж.

Создание картелейнаталкивается на серьезные препятствия. Это не только антимонопольноезаконодательство. Соглашения часто бывает трудно достичь вследствие большогочисла фирм, существенного различия в номенклатуре продукции, уровне издержек.Обычно у участника картеля возникает искушение нарушить соглашение и получитьбольшую прибыль. В силу юридического запрета официально картели в современнойРоссии не существуют. Однако практика разовых ценовых сговоров распространенавесьма широко. Достаточно вспомнить, как периодически на потребительском рынкевозникает дефицит то сливочного или подсолнечного масла, то бензина. И какпотом эти товары вновь появляются с сильно повышенными ценами одновременно увсех продавцов.

Нередко также функции,близкие к картельным, пытаются осуществлять на более постоянной основеразнообразные ассоциации: импортеров чая, производителей соков и т.д. В октябре 1998 г., например, Государственный антимонопольный комитет РФ началрасследование повышения цен на бензин членами Московской топливной ассоциации,объединяющей около 60 компаний-владельцев бензоколонок и контролирующей 85-90%продаваемого в Москве бензина[21].

Однако еще большиеопасения вызывает в этом смысле будущее. Высокая концентрация производства,неумение завоевывать клиентов рыночными методами, сложившиеся в ещедореформенную эпоху тесные контакты всех предприятий основных отраслей и ряддругих факторов благоприятствуют массовому возникновению картелей. Еслиразвитие событий действительно пойдет по этому сценарию, экономике может бытьнанесен крупный ущерб. Его предотвращение поэтому является важной задачейгосударственной экономической политики.

Картелеподобная структурарынка (или «игра по правилам»), при которой фирмы сознательно делаютсвое поведение понятным и предсказуемым для конкурентов, чем облегчаютдостижение в отрасли равновесия или близкого к нему состояния.

Фирмы не вступают друг сдругом в соглашения, но подчиняют свое поведение определенным неписанымправилам. Такая политика, с одной стороны, позволяет избежать юридическойответственности, вытекающей из антикартельного законодательства. А с другой — уменьшить риск непредсказуемой реакции конкурентов, т.е. оградить себя отглавной опасности, свойственной нескоординированной олигополии. «Игра поправилам» облегчает достижение олигополистического равновесия.

Наиболее частоупотребляемым приемом «игры по правилам» является лидерство в ценах. Оносостоит в том, что все крупные изменения цен сначала проводит одна фирма(обычно самая крупная), а затем они повторяются в близких размерах остальнымикомпаниями. Ценовой лидер фактически единолично определяет цены (а значит, иобъем производства) для всей отрасли. Но делает это с таким расчетом, чтобыновые цены устроили и остальных. Ведь если они будут невыгодны конкурентам, тоте просто не последуют за лидером и отрасль перейдет в опасное для всехучастников состояние нескоординированной олигополии.

Лидерство в ценах оченьраспространено на Западе, а в наши дни его можно наблюдать и в России,например, в автомобилестроении. Российская автомобильная промышленность — классический пример олигополии. Самостоятельных производителей автомашин встране вообще немного (около десятка), а крупных фирм, оказывающих заметноевлияние на рынок, и того меньше. Так, в производстве легковых автомобилей ихвсего три -АвтоВАЗ, ГАЗ и АЗЛК.

В 1991-1992 гг. лидером вценах на легковые машины постоянно выступал крупнейший производитель — АвтоВАЗ.А АЗЛК и ГАЗ следовали за ним. Это было время гиперинфляции, когда дорожаловсе. Решающее значение имела скорость повышения цен. И АвтоВАЗ задал весьмабыстрый темп. Экономические возможности для этого были. С началом социальногорасслоения чуть ли не первой покупкой богатых людей стал именно автомобиль. Ктому же много машин покупали и новые частные фирмы, где мобильность — главныйзалог успеха.

Лидерство АвтоВАЗа вценах фактически сводилась к их максимально быстрому повышению, вполнеустраивавшему и других производителей. На рубеже 1993 г., однако, АЗЛК и ГАЗ отказались повторить за лидером очередное удвоение цен. Дело в том, что«Жигули» в то время были конкурентоспособны за границей и АвтоВАЗ могориентироваться на более высокие цены за рубежом. Завысив цены внутри страны исоответственно потеряв часть российских потребителей, он ничего не проигрывал — высвободившиеся машины уходили на экспорт и приносили заводу даже большиеприбыли. Напротив, сбыт «Москвичей» и «Волг» за рубежом былневелик. Их производители вынуждены были в большей мере считаться спокупательной способностью россиян. И они перестали повышать цены.

ВАЗ-2109 стал заметнодороже «Волги» и почти в три раза дороже «Москвича». В результате у АвтоВАЗавозникли первые проблемы со сбытом. Урок не прошел даром: в том же 1993 г. темп роста цен на «Жигули» резко упал[22].

Главным факторомпоследующих лет стала постепенная потеря международной конкурентоспособностироссийских автомобилей. Сначала «Жигули» вынуждены были оставить иностранныерынки. Затем, несмотря на защитные таможенные пошлины, иномарки стали теснитьих и в России.

Новый поворот ситуацииобусловила девальвация рубля. Она сделала иномарки недоступно дорогими иоткрыла путь для повышения цен на отечественный машины. Испуганный недавнимитрудностями сбыта АвтоВАЗ на этот раз отказался выполнять роль лидера ихувеличения. Ее взял на себя АЗЛК, сумевший к тому времени заметно улучшитькачество выпускаемых им машин. Таким образом, в отрасли вновь восстановиласьсистема лидерства в ценах.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

 

Исходя из вышеизложенногоможно сделать следующие выводы:

Многообразие рыночныхструктур охватывается четырьмя теоретическими моделями:

l/>) совершенно конкурентный рынок;

2) монополия;

3) монополистическая конкуренция;

4) олигополия.

В течение многихдесятилетий советского периода экономика нашей страны носила закрытый характер,не существовало конкуренции ни между отечественными производителями, ни сзарубежными. Это привело к низкой эффективности производства, чрезмерновысокому уровню затрат, к глубокому технологическому отставанию от передовыхнаучно-технических разработок во многих отраслях советской экономики.

Челноки, фотоателье,парикмахерские; продавцы, предлагающие одни и те же марки сигарет илижевательных резинок у станций метро, и автомастерские; машинистки ипереводчики; специалисты по ремонту квартир и торгующие на овощных рынкахкрестьяне — всех их объединяет примерная одинаковость предлагаемого продукта,ничтожные в сравнении с размерами рынка масштабы бизнеса, многочисленностьпродавцов, т. е. многие из условий совершенной конкуренции. Обязательна для нихи необходимость принимать сложившуюся на рынке цену. Критерий совершеннойконкуренции в сфере малого бизнеса России выполняется достаточно часто.

Таким образом, близкие ксовершенной конкуренции условия существуют во многих секторах экономики, гдепреобладает новый частный бизнес.

Совершенно иная картинанаблюдается в отраслях, где преобладают приватизированные предприятия. Этиотрасли экономики, как правило, в высокой степени монополизированы.

Высокий уровеньмонополизации и его резко отрицательное влияние на экономику делает необходимымпроведение в нашей стране антимонопольной политики. Более того, Россиянуждается в демонополизации, т.е. радикальном сокращении числа секторовэкономики, где установилась монополия.

Главной проблемой иодновременно трудностью при этом является специфика унаследованного отсоциалистической эпохи монополизма: российские монополисты по большей части немогут быть демонополизированы путем разукрупнения.

Проблема в том, что всегодняшних условиях он трудноосуществим. Из-за экономического кризиса в Россиинаходится мало отечественных и иностранных компаний, готовых вложить деньги всоздание новых предприятий. Тем не менее определенные сдвиги в этом отношениидаже в кризисных условиях может дать государственная поддержка наиболее перспективныхинвестиционных проектов.

Особую проблемупредставляют собой естественные монополии. То и дело в российской прессепоявляются сообщения о веерных отключениях электроэнергии, неплатежах,конфликтах между монополистами и потребителями. Основной путь борьбы снегативными сторонами естественных монополий состоит в государственном контролеза ценообразованием на естественно-монопольные товары и за объемом ихпроизводства.

Неэффективностьмонополистической конкуренции – очевидная вещь, однако простых методовэкономической политики государства, направленной на улучшение результатовмонополистической конкуренции не существует.

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

 

1. Авдашева С.,Розанова Н. Подходы к классификации рыночных структур в экономике России 2007.

2. Акчурин Р.Д.Методика исследования монополистического рынка // Вестник МГУ. Сер. 6.Экономика. — 2007. — №6.

3. Борисов Е.Ф.Экономическая теория – М., 2007 г.

4. Введение врыночную экономику: Учебное пособие / Лившиц А.Я., Никулина И.Н. – М.: Высшаяшкола, 2007.

5. Государственнаяантимонопольная политика: практический опыт и задачи совершенствованиязаконодательства. — Российский экономический журнал, 2005, №3.

6. Иохин В.Я.Экономическая теория – М.:2005.

7. Костюк В.Н.Макроэкономика. Издательство «Центр», Москва, 2004.

8. Костина Г.Искушение низким качеством. Эксперт № 3. 2005.

9. Костина Г. Пришловремя русских липосом. Эксперт № 48. 2006.

10.  Кривошеев В. Чем больше больных, тембогаче страна? Бизнес № 101. 2006.

11.  Лузин С.П., Павлов К.В. Соотношениегосударственных и рыночных методов экономического регулирования в условияхпереходного периода. — Апатиты, Изд. КНЦ РАН, 2007.

12.  Макроэкономика: Учебное пособие./М.К. Бункина, В.А.Семёнов. – М.: Эльф К – пресс, 2006.

13.  Максимова В.Ф., Шишов А.Л… Теориярыночной экономики. М.: СОМИНТЕК, 2005.

14. Мамедов О.Ю.Основы теории современной экономики –Ростов н/Д: Феникс, 2007 г.

15. Нуреев Р. Типырыночных структур: несовершенная конкуренция. Антимонопольное законодательство.- Вопросы экономики, 2007, №12.

16.  Сажина М.А., Чибриков Г.Г. Основыэкономической теории – М.:2004

17.  Улыбышева Е. Антимонопольноерегулирование в ЕС // Мировая экономика и международные отношения. — 2007. — №2.

18.  Хорошавина Н. Температуракристаллизации. Эксперт № 32. 2006.

19.  Хорошавина Н. Побочный эффект. Эксперт№ 38. 2007.

20.  Экономика: Учебник / Под. ред.А.С.Булатова. 3-е изд., перераб. И доп. – М.: БЕК, 2005.

21.  Экономикс: Принципы, проблемы иполитика. Часть 1./Макконел К.Р., Брю С.Л – М, 2006.

22. Юданов А.Ю.Конкуренция: теория и практика. Учебно-практическое пособие. — 4-е изд., испр.и доп. — М. «ГНОМ-ПРЕСС», 2005.