Лекция: Двойной удар

о того момента, как заявились близняшки, дела у Пачкули продвигались просто превосходно. Ей не только удалось собрать основные ингредиенты Эликсира желаний бабули Малодур, но и заказать недостающие по Шельминому каталогу. Как раз сегодня утром по почте пришла посылка со всем необходимым: кубики скунсового бульона, тараканий помет, мушиные крылышки и все такое прочее. А лягушачьи лапки к тому же оказались со скидкой, так что вышло даже дешевле, чем в магазинчике Зака Олдуя.

Буфет ее теперь выглядел значительно лучше. К великому неудовольствию Хьюго, Пачкуля вернула с помойки все до единой поломанные волшебные палочки, треснутые магические кристаллы, пожелтевшие от старости книги заклинаний и бережно разложила их на полках буфета, где уже выстроились ряды новеньких чистеньких баночек и флакончиков, которые Хьюго старательно отмыл и аккуратно подписал.

– Это портить фсю картину, – обиделся Хьюго.

– Точно, – согласилась Пачкуля. – Но ты не волнуйся, уж я их быстренько заляпаю.

– Я не про банки гофорить! А про тфой старый барахло!

– Ладно, брось ворчать. Дай лучше сосредоточиться. Мне надо придумать, как раздобыть помпон с шапочки гоблина. Не так‑то это и просто. Гоблины никогда не снимают с головы своих шапочек, потому что боятся простудить мозги. Я этих балбесов вдоль и поперек изучила, пока жила с ними по соседству.

– Да уш, помню. Ты мне сто рас рассказыфать.

Именно в этот момент в дверь постучали.

Бугага и Гагабу как раз пришли передать Пачкуле повестку на экстренный слет и тем самым напрочь испортить ей остаток дня. С улыбками до ушей они стояли на пороге, держа наготове скрипочки.

– Привет, Пачкуля. Войти можно? – сказала Бугага, вглядываясь в полумрак Пачкулиной хибары. – Похоже, там чайник кипит. Слышишь, Гаг?

– Ага, – согласилась Гагабу. – Надеюсь, Пачкуля предложит нам по чашечке горячей болотной водички.

– Не дождетесь, – буркнула Пачкуля.

– Тогда мы останемся здесь и будем пиликать на скрипках. Готова, Гаг? И раз, и два, и…

– Ладно уж, так и быть, заходите, – проворчала Пачкуля, полностью признавая свое поражение.

Довольные близняшки дружно переступили порог. При виде вычищенной до блеска хибары они так и застыли на месте с разинутыми ртами. Первой в себя пришла Бугага.

– Эй, Гаг, мне что, мерещится или она действительно сделала генеральную уборку? – прошептала она, чуть дыша.

– Похоже на то, Бу. Как у тебя миленько стало, Пачкуля! Что это за прелестный аромат?

– «Пахучая роза», – скривилась Пачкуля. – И прошу заметить, я к этой уборке отношения не имела.

– Фот именно, – пропищал Хьюго из буфета, где он заканчивал расставлять чистенькие баночки. – Мы с метлой фсе делать за нее.

– Какие молодцы! – похвалили близняшки. – Польщенная метла радостно заерзала в своем углу и даже покраснела от смущения.

– Ты только посмотри на эти полы, Гаг! Вот это да! В жизни не видела таких начисто выметенных полов!

Метла на шаг выступила их своего угла и попыталась отвесить поклон, но Пачкуля схватила ее за древко и выкинула во двор, где та сразу же принялась мести дорожку. Близняшки тем временем продолжали озираться по сторонам.

– Смотри‑ка, что это там, на столе, – подпихнула сестру локтем Бугага.

– Ничего особенного, просто голубиное перо, – протараторила Пачкуля и поспешила запихать подозрительный предмет подальше в ящик стола. Впрочем, в следующую же минуту она сплошь покрылась зелеными пятнами, что случалось с ней каждый раз, когда она бессовестно врала.

– По‑моему, оно больше похоже на перо стервятника, – сказала Гагабу.

– Да нет же, оно голубиное. Я их коллекционирую.

– А почему тогда пятнами покрылась? – поинтересовалась Бугага.

– Да так, аллергия какая‑то, скоро пройдет.

– Аллергия на перья стервятника?

– На голубиные, голубиные перья, говорю же вам, – настаивала Пачкуля.

– А почему ты их тогда собираешь, раз у тебя аллергия…

– По кочану! Люблю я голубей, понятно? Вот и собираю перья! Вам болотную воду с чем подавать‑то?

– С печеньем, – попросила Гагабу.

– Или тортиком, – добавила Бугага.

– Эй, Хьюго, будь добр, принеси нам три чашечки болотной водицы. И угости близняшек моим свежим домашним печеньем. Итак, что привело вас ко мне? Поболтать вздумалось?

– Не то чтобы, – замялась Гагабу. Она полезла в карман и достала оттуда коричневый конверт. – На самом деле мы пришли, чтобы кое‑что тебе передать. Это повестка.

– Какая еще повестка? От кого? Куда?

– От Достопочтенной Чепухинды, – пояснила Бугага. – Она непременно желает тебя видеть на сегодняшнем внеочередном слете.

– Каком еще внеочередном слете?

– На таком, который проводят вне очереди, скажи, Бу?

– Точно, Гаг. Ты все отлично объяснила, – закивала Бугага, и они с Гагабу радостно переглянулись.

– Но я не могу, я занята! – запротестовала Пачкуля. – У меня на вечер намечено одно важное дело. Нет у меня времени по собраниям ходить, понятно? Кстати, что там будут обсуждать?

– Понятия не имеем! – хором ответили близняшки и закатили глаза.

– Держу пари, опять какую‑нибудь ерунду. Передайте Чепухинде, что я заболела. А лучше скажите, что меня не было дома и вы не смогли передать повестку.

– Нет, мы так не можем, – испуганно замотала головой Бугага. – Скажи, Гаг?

– Конечно, не можем, – согласилась Гагабу. – Ведь получится, что мы соврали. К тому же Чепухинда очень хотела тебя видеть.

– Зачем это, интересно, – призадумалась Пачкуля.

– Сдается мне, из‑за Шельмы с Чесоткой. Они на тебя нажаловались. Про пропавшие усы и перья какие‑то говорили.

– Понятия не имею, о чем это они, – удивилась Пачкуля. – Какие еще усы? Какие такие перья? Я‑то тут при чем?

– Вот сама у них и спроси, – сказала Гагабу, глядя в окно. – Вон они как раз сюда идут. Опля, злобные‑то какие! Эй, Пачкуля, посмотри, какие они злобные! Пачкуля, ты где? Бу, куда она подевалась?

– Растворилась, – констатировала Бугага. – Да и Хьюго след простыл.

И вправду, на том самом месте, где только что стояла Пачкуля, парило лишь зеленоватое дурно пахнущее облачко. Дверцы буфета были распахнуты настежь.

– Во дают, – восхищенно прошептала Гагабу. – Ну и скорости.

– А что им еще остается, если Шельма с Чесоткой вышли на тропу войны.

– Да никуда они не вышли, я же просто пошутила, чтобы посмотреть, что она будет делать.

– Вот и славненько. Значит, все сладости достанутся нам одним.

Жадно облизываясь, близняшки накинулись на печенье. В следующий момент раздался оглушительный скрежет, как если бы они вгрызлись в кусок гранита. Близняшки схватились за зубы, в испуге переглянулись и поспешили положить окаменевшее печенье обратно на тарелку.

– Пожалуй, мы лучше пойдем, – пробормотали они и пулей вылетели из хибары.