Лекция: ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА 6 страница
Пускай их умертвят в расцвете юном,
Как вы сгубили принца, палачи!
Король Эдуард
Убрать ее! Тащите прочь отсюда!
Королева Маргарита
Не надо! Здесь покончите со мной.
Сюда ударь, — убийце я прощу.
Не хочешь ты? Тогда убей ты, Кларенс.
Кларенс
Клянусь, не дам тебе такой отрады.
Королева Маргарита
Исполни, добрый Кларенс! Милый Кларенс!
Кларенс
Иль не слыхала клятвы ты моей?
Королева Маргарита
Да, но привык ты клятвы нарушать.
То грех был, а теперь лишь милость будет.
Не хочешь ты? Где ж дьявольский мясник?
Где богомерзкий Ричард? Ричард, где ты?
Как милостыню, ты творишь убийство.
Не прогоняешь ты просящих крови.
Король Эдуард
Прочь, я сказал. Тащите прочь ее.
Королева Маргарита
Пусть будет с вами всеми то, что с принцем!
(Ее уводят силой.)
Король Эдуард
Где Ричард?
Кларенс
Он спешно отбыл в Лондон, государь;
Должно быть, на кровавый ужин в Тауэр.
Король Эдуард
Он скор бывает, что-нибудь задумав.
Теперь идемте. Заплатить солдатам
И распустить, сказав спасибо. В Лондон!
Узнаем, что с любезной королевой.
Она мне, верно, подарила сына.
Уходят.
СЦЕНА 6
Лондон. Комната в Тауэре.
Король Генрих сидит с книгой в руках; перед нем комендант Тауэра.
Входит Глостер.
Глостер
Привет, милорд, вам! Как! Вы все за книгой?
Король Генрих
Да, добрый лорд… «Милорд» — сказать бы надо.
Льстить — грех, а словом «добрый» я польстил.
Ведь «добрый Глостер» или «добрый дьявол»
Одно и то же, и равно нелепо.
Итак, ошибся я: не «добрый лорд».
Глостер
(коменданту)
Оставьте нас; поговорить нам надо.
Комендант уходит.
Король Генрих
Пастух беспечный так бежит от волка,
Так подставляет кроткая овца
Сначала шерсть под нож, потом и горло.
Что за убийство разыграет Росций?
Глостер
Всегда в душе преступной — подозренья;
Вор принимает каждый куст за стражу.
Король Генрих
Но птице, пойманной в кустах однажды,
Сомнение внушает каждый куст;
Я ж, милого птенца отец несчастный,
Теперь того перед собою вижу,
Кем он приманен, схвачен и убит.
Глостер
Какой безмозглый дурень был критянин,
Учивший сына птичьему искусству!
Тот, несмотря на крылья, утонул.
Король Генрих
Да, я — Дедал, мой бедный сын — Икар,
Отец же твой — Минос, нам путь пресекший;
То солнце, что спалило крылья сыну,
Твой старший брат Эдуард, а сам ты — море,
Чьи волны поглотили жизнь его.
Убей меня оружьем, не словами!
Охотней примет грудь удар кинжала,
Чем слух мой — твой трагический рассказ.
Зачем пришел ты? За моею жизнью?
Глостер
Иль принял ты меня за палача?
Король Генрих
Гонитель злобный ты, в том нет сомненья.
Когда убийство жертв невинных — казнь,
То кто же, Глостер, ты, как не палач?
Глостер
Я сына твоего убил за дерзость.
Король Генрих
Когда б за дерзость первую свою
Ты был убит, то не убил бы принца.
И я пророчу: много тысяч тех,
Кто и крупицы страха моего
Теперь не знают, — много скорбных старцев,
И вдов, и горько плачущих сирот,
Отцов, лишенных сыновей любимых,
Жен, о мужьях рыдающих, детей,
Скорбящих о родителей кончине,
Час твоего рожденья проклянут.
Когда рождался ты, сова кричала,
Безвременье вещая, плакал филин,
Псы выли, ураган крушил деревья,
Спустился на трубу зловещий ворон,
И хор сорок нестройно стрекотал.
И мать твоя, хотя страдала больше,
Чем матери другие, родила
Себе отрады меньше, чем должна бы,
Бесформенный, уродливый комок,
На плод такого древа непохожий.
С зубами ты родился в знак того,
Что в мир пришел, чтобы терзать людей.
И если правда, что еще слыхал я,
Пришел ты...
Глостер
Больше слушать не хочу.
Умри, пророк, своей не кончив речи!
(Закалывает его.)
Мне суждено и это было также.
Король Генрих
… Для множества других еще убийств.
Меня помилуй, боже, и его!
(Умирает.)
Глостер
Как! Льется кровь Ланкастера на землю?
Я думал, что она взметнется к небу.
Как плачет меч о смерти короля!
Пусть льют всегда рубиновые слезы
Все, кто сулит паденье дому Йорка!
Когда хоть искру жизни сохранил ты,
В ад, в ад ступай и расскажи, что я
(снова пронзает его)
Тебя послал туда, что я не знаю
Ни жалости, ни страха, ни любви.
Да, правда все, что Генрих говорил:
От матери своей я часто слышал,
Что я пришел на свет вперед ногами.
Что ж, разве мне спешить не надлежало,
Чтобы сгубить лишившего нас прав?
Дивилась бабка, женщины кричали:
«Спаси, господь! Он родился с зубами!»
Таков я был, и это означало,
Что буду я рычать и грызть, как пес.
Раз небо мне дало такое тело,
Пусть ад и дух мой также искривит.
Нет братьев у меня — не схож я с ними;
И пусть любовь, что бороды седые
Зовут святой, живет в сердцах людей,
Похожих друг на друга, — не во мне.
Один я. — Кларенс, берегись: ты застишь
Мне свет, — я черный день тебе готовлю.
Я брату нашепчу таких пророчеств,
Что станет Эдуард за жизнь страшиться;
Чтоб страх унять, твоею смертью стану.
И Генриха и принца нет в живых.
Сперва тебе, потом другим черед.
Пусть низок я, но ввысь мой путь ведет.
(Обращаясь к телу короля Генриха.)
Твой труп отсюда уберу скорей;
Мне в радость день погибели твоей.
(Уходит, унося тело.)
СЦЕНА 7
Лондон. Покой во дворце.
Король Эдуард сидит на троне; королева Елизавета
с маленьким принцем на руках; Кларенс,
Глостер, Хестингс и свита.
Король Эдуард
Вновь мы сидим на королевском троне,
Что снова куплен вражескою кровью.
Каких врагов в расцвете их гордыни
Скосили мы, как урожай осенний!
Три Сомерсета, трижды знаменитых
Неоспоримой рыцарской отвагой;
Два славных Клиффорда — отец и сын;
И два Нортемберленда, — не бывало
Храбрей бойцов на грозном поле битвы;
Два злых медведя — Уорик с Монтегью,
Что царственного льва сковали цепью
И ревом заставляли лес дрожать.
Так все угрозы устранили мы,
И стала нам подножьем безопасность.
Приблизься, Бесс, я поцелую сына.
Ведь для тебя, мой Нед, отец и дяди
В броне зимою проводили ночи;
Пешком шагали в летний зной палящий
Чтоб ты владел своей короной в мире
И наших всех трудов пожал плоды.
Глостер
(в сторону)
Когда умрешь, я жатву уничтожу.
Ведь мне сейчас почету мало в мире.
Горб дан мне, чтобы тяжести носить;
Груз подыму, иль он мне сломит спину.
Ты — проложи мне путь, а ты — исполни.
Король Эдуард
Кларенс и Глостер, вас прошу: любите
Супругу нашу; поцелуйте принца.
Кларенс
Долг верности монарху своему
Скреплю, поцеловав в уста младенца.
Королева Елизавета
Спасибо, славный Кларенс; брат, спасибо.
Глостер
Свою любовь к родившему вас древу
Я докажу, целуя плод его.
(В сторону.)
Так целовал учителя Иуда,
Сказав: «Привет!» — и зло в душе тая.
Король Эдуард
Венца своих желаний я достиг:
Покой в стране, любовь в сердцах у братьев.
Кларенс
Как, государь, поступим с Маргаритой?
Ее отец Людовику в залог
Сицилию с Иерусалимом отдал
И выкуп за нее они прислали.
Король Эдуард
Убрать ее, во Францию отправить?
Что остается нам, как не предаться
Веселым зрелищам и торжествам,
Какие подобают при дворе?
Греми, труба! Прощайте, все невзгоды!
Счастливые нас ожидают годы.
Уходят.
ПРИМЕЧАНИЯ К ТЕКСТУ ТРИЛОГИИ «ГЕНРИХ VI»
Действующие лица
Чтобы помочь читателю разобраться в сложных личных и политических отношениях между действующими лицами трех частей трилогии, даем краткие исторические сведения о них. Для более ясной картины династических отношений, облегчающей понимание некоторых подробностей борьбы за престол, изображенной как в данной трилогии, так и в трагедии «Ричард II» и двух частях трагедии «Генрих IV», мы даем в приложении генеалогическую таблицу английского королевского дома с XIV по XVI век.
Король Генрих (1422-1461; ум. 1471) был коронован девятимесячным ребенком. Тотчас же был создан регентский совет во главе с герцогом Бедфордом, заместителем которого (на время его отсутствия, так как Бедфорд был одновременно назначен регентом Франции) являлся герцог Глостер. События царствования Генриха VI, нашедшие отражение в драме, сводятся к войне с Францией и борьбе партий внутри государства. Хронологическая последовательность их такова.
Сразу после смерти Генриха V и почти одновременной смерти своего отца, малоумного Карла VI, дофин объявил себя французским королем под именем Карла VII и возобновил войну с Англией. Около 1430 года в народных массах Франции возникло мощное патриотическое движение, возглавленное простой крестьянкой Жанной д'Арк. Дела англичан резко ухудшились. Жанна д'Арк освободила от осады Орлеан. Вскоре крупнейший английский полководец Толбот попал в плен к французам, а другой военачальник, Фастолф, позорно бежал с поля сражения. Но в 1430 году Жанна была захвачена англичанами и через год, осужденная высшим французским церковным судом на оккупированной англичанами территории, сожжена как ведьма. В 1431 году девятилетний Генрих был коронован в Париже как король Франции. Все это, однако, мало улучшило положение англичан. В 1435 году их союзник герцог Бургундский перешел на сторону Франции. В том же году в Руане умер Бедфорд, после чего регентом Франции сделался до 1445 года герцог Ричард Иоркский. Ведение войны во Франции сильно затруднялось для англичан недостатком денег, раздором партий в Англии, а главное, ростом национального сознания в широких массах французского населения. В 1445 году Генрих женился на Маргарите, дочери очень бедного и почти безземельного короля Рене, и вскоре затем отдал ее отцу французские провинции Анжу и Мен. За годы 1449-1453 англичане потеряли свои последние владения во Франции Гюйенну и Гасконь, которые упорно защищал Толбот. Война закончилась без официального заключения мира.
В самой Англии тем временем происходила ожесточенная борьба между партией войны с Францией (эту партию возглавлял Глостер) и партией мира (епископ Уинчестерский и Сеффолк). Верх взяла вторая из них. Глостер был арестован и умер в 1447 году. Сеффолк, устроивший брак Генриха с Маргаритой во имя примирения с Францией, стал первым лицом в государстве, действуя в союзе с честолюбивой и властной Маргаритой. Для распространенного в населении мнения о любовной связи между Сеффолком и Маргаритой серьезных оснований не имеется. Однако Сеффолк восстановил против себя средние и низшие слои населения своей непомерной алчностью и надменностью. Многие лорды, недовольные окончанием войны и хищениями королевы и Сеффолка, стали открыто обвинять Сеффолка в государственной измене. В 1450 году король, хотя и неохотно, дал согласие на изгнание Сеффолка из Англии на пять лет, но сразу же после своего отплытия Сеффолк погиб от руки неизвестных убийц. Его заменил, как неофициальный правитель и помощник королевы, Сомерсет. В 1450 году Ричард Иоркский вернулся с войском из Ирландии и начал подготавливать государственный переворот. Он добился того, что ввиду бездетности Генриха парламент назначил Йорка наследником престола. Но в 1453 году у Генриха родился сын, принц Эдуард. Вскоре, однако, Генрих заболел тяжелым наследственным недугом (перешедшим к нему от деда с материнской стороны, Карла VI) и стал совершенно неспособен к правлению. Йорк был назначен регентом, но, когда вскоре Генриху стало немного лучше, регентство было отменено. Тогда Йорк потерял терпение и поднял восстание. В битве при Сент-Олбенсе (1455) королевское войско понесло тяжелое поражение. Сомерсет был убит, а Генрих попал в плен. Йорк удовольствовался возвращением ему звания протектора и наследника престола, согласившись на то, что Генрих пожизненно сохранит сан короля и связанные с этим преимущества. Но уже в следующем году было объявлено об улучшении в состоянии здоровья короля, протекторат был вновь отменен, а фактической правительницей страны стада Маргарита.
В 1459 году началась открытая война. Сторонник Йорка граф Уорик в 1460 году захватил Генриха в плен; Йорк был восстановлен в прежнем положении. Но в конце того же года Маргарита, собрав новое войско, в битве при Уэкфилде одержала крупную победу. Йорк был убит в сражении, а Солсбери взят в плен и казнен. В начале 1461 года Маргарита освободила Генриха из плена, в котором его держал Уорик. Однако армия ее начала таять, и ей пришлось отступить. Эдуард Йоркский, сын бывшего протектора, вступил в Лондон и короновался. В решающей битве при Таутоне 29 марта 1461 года войско Ланкастеров оказалось разбитым наголову, и Маргарита бежала в Шотландию, откуда безуспешно пыталась продолжать борьбу, добиваясь помощи от французского короля. Генрих в 1465 году был захвачен и заключен в Тауэр. Но власть Эдуарда была еще непрочна, и среди его сторонников началось брожение, особенно после брака Эдуарда в 1464 году с Елизаветой Грей. Новый король подпал под сильное влияние жены, награждая многочисленную ее родню землями и почестями в ущерб своим старым приверженцам. Вскоре от него отпали Уорик и женившийся на дочери Уорика брат Эдуарда Кларенс, после брака короля потерявший надежду на престол. Приняв участие в неудачном восстании 1470 года, они оба бежали во Францию, где, помирившись с находившейся там Маргаритой, образовали при помощи французского короля новую коалицию. В 1470 году Уорик высадился с вооруженным отрядом в Англии, где сразу нашел многочисленных сторонников, и восстановил Генриха на престоле. Эдуард бежал к Бургундскому герцогу, но через год вернулся, одержал ряд побед, занял Лондон и захватил в плен Генриха. Кларенс поспешил примкнуть к брату. В битве при Барнете Уорик потерпел поражение и был убит вместе со своим братом Монтегью. Вскоре из Франции прибыла с новым войском Маргарита, но и она была разбита в 1471 году при Тьюксбери. Принц Эдуард погиб в этом сражении, а Маргарита попала в плен, из которого ее освободил за большой выкуп в 1475 году французский король, после чего она провела остаток жизни во Франции. В день вступления Эдуарда в Лондон его сторонники умертвили заключенного в Тауэре Генриха.
Из сопоставления этого очерка с трилогией Шекспира можно заключить о степени близости драматурга к исторической канве событий, взятой в целом. Отдельные мелкие отступления Шекспира от фактических данных по большей части отмечены в примечаниях к тексту.
Часть первая
Мы в трауре, — зачем мы не в крови? — Мстя французам, ибо Генрих V умер во время войны с Францией, хотя и не на поле битвы, а от болезни.
С герба у нас все лилии сорвал и. — Лидии были изображены на гербе французских королей. После номинального присоединения при Генрихе II всей Франции к Англии лилии стали изображать также на английском гербе.
Марс — в двояком значении: на земле — как бог войны, и в небе — как планета. Путь планеты Марс в то время еще не был изучен.
Фруассар (1338-1410) — известный французский хронист, историк Столетней войны.
Оливье — соратник Роланда в «Песни о Роланде», старофранцузской героической поэме (ок. 1100 г.).
Их руки, верно, тайная пружина заводит, чтобы били как часы. — Образ, подсказанный распространенным в то время типом стенных или башенных часов с фигуркой, отбивающей молотком время.
Дебора — пророчица и воительница, упоминаемая в библии.
Но я подобна дерзостной галере, что Цезаря с его судьбой несла. Плутарх рассказывает, что однажды Юлий Цезарь, желая незаметно пробраться к своим войскам, сед на корабль, переодевшись рабом. Поднялась буря, вызвавшая среди матросов панику. Тогда Цезарь, подойдя к кормчему, открылся ему и сказал: «Друг, ты везешь Цезаря, а вместе с ним его счастье». Матросы сразу успокоились, и корабль благополучно закончил свое плавание.
Не вдохновлял ли голубь Магомета? — Во «Всемирной истории» современника Шекспира Уолтера Роли рассказывается, что Магомет, приучив голубя клевать у него с уха пшеничные зерна, убедил арабов, что это посланец святого духа, нашептывающий ему божественное откровение.
Елена, мать римского императора Константина, сделавшего христианство государственной религией (IV в. н. э.), считалась пророчицей, так же как и «четыре дочери Филиппа», упоминаемые в «Деяниях апостолов».
… в бурых кафтанах. — В бурых кафтанах ходили прислужники духовного суда. Слуги Глостера, как служители светской власти, были одеты в синие кафтаны.
Ты, бритый поп… — У католических духовных лиц выбривается кружок на темени (тонзура).
Распутницам грехи ты отпускаешь… — Одной из статей дохода епископа Уинчестерского был налог, взимавшийся с публичных домов в Саутуорке, предместье Лондона.
Тебя в твою же шляпу я упрячу. — Намек на широкополую шляпу, какие носят кардиналы.
Здесь твой Дамаск… Коль хочешь, брата Авеля убей. — По преданию, Каин убил Авеля в окрестностях Дамаска.
Отмщу, Плантагенет… — Солсбери, сын Эдуарда III, носил королевскую фамилию Плантагенет.
… гром и молния. — Очевидно, гром и молния вызваны «чарами» Жанны д'Арк.
Дофин и дева, девка и дельфин. — Толбот, издеваясь, играет созвучиями слов: дофин — дельфин, дева — девка.
Я кровь тебе пущу… — Существовало поверье, что пустивший колдунье кровь становился неподвластным ее чарам.
Как Ганнибал, не силой — страхом… — Намек на военную хитрость Ганнибала, который спасся от римлян тем, что погнал на них стадо быков с горящими ветвями на рогах.
Астрея — дочь Юпитера, богиня справедливости; согласно мифу, она в незапамятные времена покинула землю и с тех пор под именем девы сияет на небе в качестве одного из созвездий.
Как сад Адониса… — В праздник Адониса (олицетворяющего умирающую зимой и затем оживающую весной растительность) древние греки сажали в горшки или черепки с землей быстро расцветающие и так же быстро гибнущие растения.
Родопа (VI в. до н. э.) — греческая куртизанка; по преданию, воздвигла в свою честь пирамиду в Египте.
Чем Дария блистательный ларец. — Среди добычи, захваченной Александром Македонским, когда он победил персидского царя Дария, был драгоценный ларец, в котором впоследствии Александр хранил список поэм Гомера.
Святая Франции — лишь Жанна Д'Арк. — Патроном Франции издавна был св. Дионисий (Сен-Дени), в аббатстве которого близ Парижа находилась усыпальница французских королей.
Скифянка Томирис… — Царица скифского племени массагетов Томирис, мстя за убийство своего сына персидским царем Киром, убила Кира и погрузила его отрубленную голову в сосуд с кровью, дабы кровожадность его могла насытиться.
Де-Ла-Пуль, сокращенно Пуль — фамилия (старинного нормандского происхождения) Сеффолка.
Сейчас ему охраной это место. — Темпль, владение рыцарей-тамплиеров (храмовников), считался священным местом, где воспрещалось всякое насилие.
Генрих Монмут — король Генрих V, получивший такое прозвание по месту своего рождения.
Элтем — дом, где Генрих воспитывался до провозглашения его королем.
Геката, у римлян — богиня ада, в средневековых поверьях повелительница ведьм.
Синьор — модное в то время обращение (по происхождению итальянское), употребленное здесь в насмешку.
Пендрагон — легендарный отец героя старых английских сказаний короля Артура.
Дух-покровитель — очевидно, злой дух или дьявол, который ей помогает.
При коронации займите место. — Генрих, уже короновавшийся королем Англии, говорит здесь о предстоящем ему короновании королем Франции.
Повинен смерти обнаживший меч. — Воспрещалось обнажать оружие в 'тех местностях, где в данный момент пребывал король.
… Король шотландский тоже, мол, в короне? — Мысль Генриха VI, выраженная немного туманно, заключается в следующем: выбор алой розы так же мало свидетельствует о его пристрастии к Сомерсету, как и ношение короны — о симпатии к исконному врагу Англии королю Шотландии, который также носит корону.
Песок, что начал сыпаться в часах, теченья своего не завершит. — То есть не пройдет и часа (обычная мера времени на песочных часах).
Так за отцом иди, Икар злосчастный! — Подобно тому как Дедал сам изготовил для своего сына Икара крылья, ставшие причиной гибели юноши, так и Толбот увлек на войну сына, которому было суждено на ней погибнуть.
Смерть горестная, плена жребий злой, вы мне смешны, коль здесь мой сын — герой. — Выражение «плена жребий злой» не вполне понятно в подлиннике. Видимо, Толбот у Шекспира хочет сказать: если даже враги, прежде чем я умру, успеют захватить меня в плен, тем самым еще отягчив мои предсмертные страдания, то и эти муки окупятся сознанием, что мой сын вед себя как герой.
Алкид — одно из наименований Геркулеса.
Римский император — этот титул, в те времена уже чисто номинальный, носил германский император.
Лорд Уинчестер уж повышен в званье, и получил он кардинальский сан? Небрежность Шекспира, — Уинчестер уже раньше (акт I, сцена 3) был изображен кардиналом.
Вы, что владыке севера покорны… — Главным местопребыванием злых духов считался Северный полюс.
В знак мира вечного я эти пальцы целую и кладу на бок твой нежный. — Из почтительности Сеффолк целует не ее руку, а свою и затем уже позволяет себе поддержать ее за талию.
Часть вторая
Пятнадцатую долю просит Сеффолк… — В случае экстренных расходов с населения взимался дополнительный налог в размере одной пятнадцатой всех обычных налогов за год.
Пошло вслед за гордыней — честолюбье. — Гордыня — Сеффолк и Уинчестер, честолюбье — Бекингем и Сомерсет.
Брат Йорк… — Йорк был женат на сестре Солсбери.
Йорк то же говорит, и с большим правом. — Йорк считает себя имеющим права на престол.
… Как роковая голова Алфеи срослась когда-то с сердцем Мелеагра. Матери Мелеагра Алфее было предсказано, что жизнь ее сына будет длиться, пока будет сохраняться выхваченная ею из очага головня. Алфея долго берегла эту головню, но однажды, рассердившись на сына, бросила головню в огонь, и, когда она догорела, Мелеагр умер.
Невиллы — здесь расширительно, в применении к Йорку и Солсбери, состоявшим в родстве с этой знатной фамилией.
… огородившего Мелфордские выгоны. — В XV и XVI веках английские помещики усиленно занимались огораживанием, то есть экспроприацией общинных крестьянских земель, обращая их в пастбища для своих овец, что приводило к обогащению помещиков и разорению деревенской бедноты. Процесс этот с исчерпывающей полнотой освещен К. Марксом в «Капитале» (т. I, гл. XXIV).
Лорд Сомерсет меня удержит здесь без отпуска, без денег и оружья, пока дофин не заберет весь край. — Намек на поведение Сеффолка в отношении Толбота (см. часть первую, акт IV, сцены 3 и 4).
Однако он переживет его. — Нарочитая неясность (кто кого переживет?), типичная для «предсказателей».
Латинская цитата: Aiо te… — знаменитый двусмысленный ответ дельфийского оракула эпирскому царю Пирру, означающий либо: «Эакид [то есть Пирр] может победить римлян», либо: «Римляне могут победить Эакида».
Старый Джон — кличка одного из соколов.
Двуручный меч — тяжелый меч с широкой рукоятью, за которую брались двумя руками.
Тот Эдмунд… потребовал корону… — Шекспир, следуя Холиншеду, допускает здесь ту же ошибку, что и в первой части «Генриха VI», а также в «Генрихе IV»: претендентом на престол был не упомянутый здесь Эдмунд Мортимер, а его племянник, тоже называвшийся Эдмундом Мортимером, сын рано умершего Роджера Мортимера, старшего сына Филиппа.
… привешен мешок с песком. — В отличие от дворян, сражавшихся на поединках мечами, горожане дрались между собой палками с привешенными к ним мешочками с песком.
… как стенаньем прохожих завлекает крокодил. — Старинное поверье, на котором основано выражение «крокодиловы слезы».
И стану я духовником его. — То есть приготовлю к смерти, облегчу ему смерть.
Керны — легковооруженные ирландские воины-крестьяне.
… Как в пляске дикий мавр. — Речь идет не о подлинных маврах, а об исполнителях весьма популярной в Англии «Мавританской пляски».
Василиск — сказочный зверь, убивающий одним своим взглядом.
Я вихри добрые кляла, а также того, кто выпустил их из пещеры. — Бог ветров Эол держал ветры запертыми в пещере, откуда иногда выпускал их на волю.
Как некогда повествовал Асканий… с тех пор, как в пламени погибла Троя. — Эпизод из «Энеиды» Вергилия. Под видом Аскания, сына Энея, с Дидоной беседовал Амур, стремившийся внушить ей любовь к Энею.
Как стоны мандрагоры… — По народному поверью, когда вырывают из земли корни мандрагоры, она издает стоны, как живое существо.
И слезы лью, подобно южным тучам! — Дождь в Англии обычно вызывается облаками, приносимыми южным ветром.
Ирида — вестница богов, которая, выполняя их поручения, проникала иногда в морские глубины и даже в преисподнюю.
… гонят кляч, что тащат ночь, исполненную скорби. — Мифологический образ Ночи, которую влекут драконы, здесь фигурально названные клячами.
Пинасса — большое парусное судно, приспособленное для дальних плаваний.
Готье — старинная, иногда употреблявшаяся в дворянских грамотах форма имени Уолтер. Последнее созвучно со словом «уотр» (water — вода), пугающим Сеффолка (см. предсказание духа в акте I, сцене 4), и потому Сеффолк пытается заменить его архаической формой «Готье».
Сэр Пуль! Милорд болотный! — Пуль (фамилия Сеффолка) созвучно с английским словом «пул» (pool) — лужа, прудок.
Сердце матери пожрав… — Мать — в смысле «родина».
Убийством неповинного монарха. — Ричарда II (см. трагедию Шекспира «Ричард II»).
Варгул, Иллирии прославленный пират. — Об этом пирате древности, малоизвестном в истории, упоминает в одном из своих сочинений Цицерон.
… римский раб зарезал Туллия; бастардом Брутом заколот Юлий Цезарь; дикарями Помпеи… — Туллий — Марк Туллий Цицерон. Врут, по преданию, был незаконным сыном Юлия Цезаря. Помпеи, соперник Юлия Цезаря, был убит не дикарями, а правителями Египта, желавшими угодить Цезарю.
Чипсайд — одна из людных лондонских улиц, которую Кед намеревался превратить в общинный дуг.
Жалит пчелиный воск. — Восковая печать прикладывалась к долговым обязательствам.
Эммануил… Да ведь это имя пишут в заголовках бумаг. — Словом «Эммануил», означающим по-древнееврейски «с нами бог», начинались многие официальные бумаги.
… есть свой особенный знак… — Неграмотные вместо подписи ставили на документах знак. Впрочем, то же самое нередко делали и грамотные.
Пусть будет пост вдвое длиннее… бить сто штук без одно и. — Дику предоставляется монополия на убой скота во время великого поста (длящегося семь недель перед праздником пасхи), тогда как другие мясники лишены были этого права.
Саутуорк — предместье Лондона за Темзой, к югу от города.
Килдингуорт — ныне Кенильуорт, город и замок близ Стретфорда.
Лондонский камень — старинный камень неизвестного происхождения, находящийся в лондонском Сити. Прикосновение к нему считалось символом овладения Лондоном.
Безимекю — искажение грубого французского ругательства («поцелуй меня в...»).
В своих «Записках»… — В «Записках о галльской войне».
Галдогласы — тяжеловооруженные ирландские воины.
И словно в древности Аякс, готов я обрушить ярость на быков и коз. Аякс, один из героев сказания о Троянской войне, хотел отомстить оскорбившим его грекам. По Афина Палдада, желая охранить их, помрачила его разум, и он стал избивать рогатый скот, приняв стада его за греков.
И взор мой, как Ахиллово копье… — Копье Ахилла обладало тем чудесным свойством, что, нанеся рану, само же могло исцелить ее прикосновением к ней.
Позвать двух храбрых медведей моих… Пусть Солсбери и Уорик к нам придут… — На гербе Невилов, фамилию которых носили Солсбери и Уорик, был изображен медведь, посаженный на цепь.
… И сквозь очки выискивать беду? — Предполагается, что Солсбери от старости стад плохо видеть, и, чтобы разглядеть зло, ему надо было надеть очки.