Лекция: Характерные черты формирования и развития политической географии
До настоящего времени в отечественной литературе по истории географической науки не существует достаточно разносторонней и глубокой по содержанию обобщающей работы по истории становления и развития ПГ как географической научной дисциплины. В большинстве капитальных трудов, посвященных истории географии в целом или ее крупных подразделений, ПГ или практически «проигнорирована», или ее судьба затрагивается «попутно», «слегка» (в лучшем случае лишь применительно к зарубежной географии)12. К сожалению, эта наука «отсутствует» и в известном словаре Э. Б. Алаева 13.
Первый глубокий, основанный на многолетних исследованиях обзор генезиса и исторических форм развития ПГ, характеризующий закономерную смену ее важнейших научных парадигм, представлен в новейшей монографии Н. В. Каледина14, которую мы использовали в качестве главной основы краткого исторического очерка ПГ.
Н. В. Каледин, приводя веские аргументы, утверждает исторический приоритет России в лице ученых Санкт-Петербургской Академии наук во введении в географию (по крайней мере со второй половины — конца 1720-х гг.) нового термина и раздела -политической географии.
Авторами этого нововведения были немецкие профессора, состоявшие на русской службе, — Г. В. Крафт и X. Н. Винцгейм. Так, Первый из них в своем «Кратком руководстве к математической и натуральной географии с употреблением земного гло-
■ 1,2- Характерные черты формирования и развития географии ц
буса и ландкарт» использовал термин «политическая» или «историческая» география для обозначения раздела географической науки, дающей комплексные государствоописания.
В 1745 году был издан труд X. Н. Винцгейма «Краткая политическая география… », в которой рассматривается разделение государств — «земель» по типам правления и даются комплексные описания крупнейших из них. Оба труда связаны со становлением государственноописательной парадигмы ПГв русле утверждавшейся в XVIII в. описательной государственной статистики, во многом обязанной деятельности крупного немецкого географа и статистика — профессора Антона Фридриха Бю-шинга (1724-1793), долго жившего в России.
А. Ф. Бюшинг понимал ПГ как историко-политическое разделение Земли на различные, определенным образом управляемые области (государства) и их комплексное описание, включавшее границы, величину, черты природы, административно-территориальное деление, население и его занятия, судебную и военную системы 15. • {■■ В этот же период (1758-1772 гг.) был издан в четырех частях первый русский учебник географии — «Политическая география» Сергея Федоровича Наковольнина, содержащая помимо кратких сведений из математической и физической географии подробное описание различных государств.
: Развитие описательной государственной статистики (государ-ствоведения) в России в конце XVIII — первой половине XIX в. определялось в основном трудами профессоров Карла Федоровича Германа (1767-1838), Евдокима Филипповича Зябловского (4764-1846) и Константина Ивановича Арсеньева (1789-1865), особенно их деятельностью на кафедре географии и статистики, созданной в начале 1820-х гг. на историческом факультете (аанкт-Петербургского университета.
Так, Е.Ф. Зябловский считал, что ПГ имеет своим предметом «государство или всякое благоустроенное общество»; она изучает то, «что человек произвел примечательного на Земле», «состояние держав» 16.
— • Как подчеркивает Н. В. Каледин, вершиной рассматриваемой парадигмы ПГ (применительно к одной стране) являются «Статистические очерки России» К. И. Арсеньева, вышедшие в 1848 г. 17 В этом труде, ставшем одним из классических в отечественной экономической и социальной географии, важное место занимает •бобщение знаний о территориально-политической структу-
ГЛАВА I. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
1.2. Характерные черты формирования и развития географии
ре Российского государства;автор формулирует представление о радиальной структуре территориально-политического могущества Российской империи с позиций «центр — колонизуемая периферия». Это — «одно из первых российских регионально-геополитических построений — цельное, исторически и статистически аргументированное и… более раннее по сравнению с западноевропейскими» 18.
Эмпирическое государствоописательное политико-географическое знание стало необходимой ступенью восхождения ПГ к новому, научнообъяснительному качеству, основой которого стала антропогеографическая парадигмас главными объектами не только в виде государств, но и различных человеческих сообществ — рас, народов и др. — с их свойствами.
Переход к этой парадигме на Западе завершился в конце XIX — начале XX в. работами выдающегося немецкого географа Фридриха Ратцеля(1844-1904), который отмечал, имея в виду свой труд «Политическая география», что в 1898 году была предпринята первая попытка сделать ПГ научной, так как в этой науке продолжала господствовать парадигма, заложенная А. Бюшин-гом и характеризовавшаяся «бедностью мыслей», не способная «глубже объединить тщательно собранные факты» 19.
Говоря о деятельности Ф. Ратцеля, нельзя обойти тот факт, что этот разносторонний ученый, который оставил после себя более 20-ти многотомных сочинений, оказавших влияние на многих ученых и практически все национальные географические школы, в работах по истории географии советского периода подвергся весьма жестокой критике за развитие идей великого немецкого географа К. Риттера, за попытку перенести дарвинизм в изучение общественных отношений, за то, что созданную им антропогеографию он рассматривал как отрасль биогеографии, за то, что «его представление о государстве как организме, требующем определенного пространства, послужило одним из источников геополитики» 20. Вместе с тем не обращалось внимание на суть его антропо-географической концепции, которая заключается в единстве географического описания и исторического объяснения. Ратцель вполне справедливо указывал на значение генетического и исторического подходов для объяснительной практики географии и продуктивно использовал их как фундаментальные методы анализа объективной реальности, необходимые и в ПГ. Он писал: «Поэтому окружающей среде народов мы посвящаем более подробное
рассмотрение, пытаясь вместе с тем исторически разъяснить современные условия ее. Географическое воззрение (рассмотрение внешних условий) и историческое разъяснение (рассмотрение развития) должны, таким образом, идти рука об руку» 21.
Результаты воздействия «Политической географии» Ф. Ратцеля на российскую ПГ, на процесс ее «антропогеографизации» сказались в силу ряда причин позднее, чем в западноевропейских странах. Подлинным «отцом антропогеографической парадигмы российской ПГ» вполне обоснованно называют Вениамина Петровича Семенова-Тян-Шанского (1870—1942)22. Ведущие Принципы концепции ПГ, разработанные этим ученым, изложенные в его докладе в Русском географическом обществе и в трудах 191523 и 1928 гг.24, заключаются в следующем:
1. ПГ — это своеобразное «итоговое», синтетическое и мно
гоуровневое знание в структуре географической науки, это гео
графия «территориальных и духовных господств человеческих
сообществ» или «страноведение территориального господства»25.
2. Признание тесной связи ПГ с экономической деятельнос
тью человека, «с использованием производительных сил, без чего
немыслимо материальное и духовное превосходство одних частей
человечества над другими» 26.
3. Выделение и характеристика генетических форм террито
риальных политических систем («могущественно-территориально
го владения») как результата совокупного действия природных,
исторических, экономических и культурных факторов. В. П. Се-
меновым-Тян-Шанским рассматриваются три основных исторических
типа территориальных систем политического могущества: «коль
цеобразная» («средиземноморская»), «клочкообразная» (колони
альные империи) и «чрезматериковая» (или «от моря до моря», в
частности, Россия) системы. Сочетание и взаимосвязь этих ис
торических форм (а также существующих на их стыках госу
дарств — «буферов») «дают» глобальную территориально-поли
тическую систему.
На этой основе ученый приходит к геополитическому определению ПГкак науки, занимающейся изучением «пространственных взаимоотношений территориального могущества отдельных человеческих сообществ-государств»27. Выделяя в своей классификации три «отдела географии», он относит ПГ к отделу «географического синтеза», включающему, кроме ПГ, экономическую географию (или географию производительных сил).
ГЛАВА I. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГЕОГРАФИЯ
2. Характерные черты формирования и развития географии
4. Исследование развития т. н. «чрезматериковой» системы
территориально-политического могущества России, анализ ее пре
имуществ, недостатков и перспектив. Ученый считал, что «нам
более, чем кому-либо на свете, не следует различать Европы от
Азии, а, напротив, стараться соединять ее (речь идет о Российской
империи. — М. Г.) в одно географическое целое...»28.
5. Политико-географическое районирование и картографиро
вание России (выделены две зоны и 9 районов — «цельных в
политико-географическом отношении местностей»).
Таковы основные положения методологически основанной на антропо-географическом подходе, но существенно отличной от западноевропейских концепций Ф. Ратцеля, X. Маккиндера, Э. Хантингтона, политико-географической концепции В. П. Се-менова-Тян-Шанского «с ярко выраженным историко-геополи-тическим и российско-центричным „креном“, предстающая „своеобразной научной вершиной и одновременно новой, ди-алектико-материалистической предпосылкой и перспективой прогресса политико-географического познания… в XX в.“29. Возрастание интереса науки в первые десятилетия XX века к взаимосвязи и взаимозависимости политической деятельности государств стимулировали формирование государственно-геополитической парадигмыразвития ПГ, которая в 1920-1930-е гг. „раскололась“ на две ветви:
Первая — »западная", представленная классической геополитикой, вложившейся в самостоятельное научное направление, ориентированной на разнообразные выходы в политическую практику государств. Это «ветвь» последователей Ф. Ратцеля — «отца» термина «геополитика» Р. Челлена (Швеция), большого круга германских геополитиков во главе с К. Хаусхофером, основоположника британской и американской геополитики X. Маккиндера (об этой ветви — подробнее в главе, специально посвященной геополитике).
Вторая ветвь — «советская», пассивная по отношению к политической практике, господствовавшая в течение десятилетий в общественно-географическом познании в СССР (а позднее и в других социалистических странах).
По замечаниям отечественных ученых, «развитие политической географии в СССР не было простым ни на одном из этапов ее небольшой истории»30; «нерадостную судьбу ПГ в нашей стране отчасти можно объяснить тем, что ее исторически отождествляли
с понятием „геополитика“, сросшимся с концепциями наиболее реакционной части буржуазной политической географии» 31.
В (обобщенном виде наиболее характерные черты «советской» ветви ЙГ выглядят следующим образом:
а) длительное забвение ПГ как самостоятельной географической
научной и учебной дисциплины;
б) «растворение» государственно-геополитического направле
ния ПГ в других науках, например, в военной географии, востоко
ведении, экономической географии, которая приобретает (как
учебная дисциплина) новое название — «экономическая и полити
ческая география»;
у в) обращенность отечественного политико-географического дознания главным образом к зарубежной государственно-геополитической тематике и практическое «отчуждение» от внутрисоюзной проблематики;
.; г) постоянно возраставшая изолированность от «западной» йетви, сочетавшаяся с пристальным к ней вниманием с позиций негативно-критического идеологизированного восприятия геополитики;
д) усиление (с 1930-х гг.) идеологической функции советской государственно-геополитической парадигмы, распространявшейся в основном на три темы: 1) политическая карта мира; 2) типология стран мира; 3) проблемы межимпериалистического соперничества.
Об «официальном» отношении к ПГ как важной и самостоятельной географической науке свидетельствует хотя бы такой факт: в сборниках трудов (докладов, тезисов докладов и сообщений) советских ученых к XXI (1968 г.) и XXII (1972 г.) Международным географическим конгрессам практически отсутствует Политико-географическая тематика.
, Вместе с тем нельзя не отметить серьезных попыток становления глубоких политико-географических исследований (хотя и с сугубо марксистско-ленинских идеологических позиций), предпринятых рядом ученых, прежде всего, И. М. Маергойзом (в его статьях 1960-х и, особенно, 1970-х гг.)32.
Следующий, новейший этап развития ПГ в нашей стране (вбывшем СССР и современной Российской Федерации) связан с формированием, по терминологии Н. В. Каледина, «деятельност-но-общественной парадигмы» (начиная со второй половины 1980-х гг.), с активно расширяющейся предметной областью ПГ, включающей исследование географических факторов и аспектов
ГЛАВА I. ПОЛИТИЧЕСКАЯ ГЕОрРАФИЯ
1.3. Основные направления политико-географических исследований
«не только государственно-геополитической, но и других (видов политической деятельности (в первую очередь таких субъектов, как партии, этносы и др.), а также исследование территориально-политических аспектов иных сфер жизни общества (экономической, социальной, этнической, культурной и др.) и интегральных результатов их взаимодействия, в том числе политико-географических районов» 33.
Происходит ускорение дифференциации политико-географических исследований не только по зарубежной, но и (с конца 1980-х гг.) внутрисоюзной, а затем и российской тематике. Зарождается отечественная теоретическая ПГ.
Очевидный прогресс (начало возрождения) ПГ был связан с включением в материалы VIII съезда Географического общества СССР (Киев, 1985 г.) 8 докладов по различным аспектам политико-географической проблематики. В конце 1980-х и в 1990-е гг. развернулся довольно широкий фронт разнообразных исследований практически по всему спектру этой возрождающейся в нашей стране науки. Выходят сборники научных трудов, политико-географические темы «внедряются» в географическую и обществоведческую периодику, в новые учебники и учебные пособия, особенно для средних общеобразовательных учебных заведений (работы Ю. Н. Гладкого и С. Б. Лаврова, В. П. Максаковского, С. Н. Раковского, А. Е. Слуки и др.), выходят в свет первые обобщающие научные монографии (В. А. Колосова и Н. В. Каледина). В 1991-1997 гг. впервые за весь XX век были опубликованы крупные отечественные исследования по электоральной географии 34.
Зарубежная география последней четверти XX века характеризуется «взлетом» интереса к ПГ, проблемные исследования в которой охватывают вопросы географии Мирового океана, географии выборов, федерализма, пограничных зон и др. В 1980-е гг. выходит ряд систематических руководств и сводок на английском и немецком языках и крупные проблемные- работы под характерными названиями — «Центр и периферия: пространственные вариации», «Политика, география и поведение», «География мира и войны». В 1990-е гг., наряду с изданием традиционных обобщающих трудов, появляются работы, посвященные политико-географическому осмыслению системы новых международных отношений, новой политико-территориальной структуры мира.