Книга: Об Архим. Лаврентие
Милость Божия буди с вами!
Вы поздравляете меня с именинами. Благодарствую за благожелания; но я именинник великим постом — в марте. Зачтем за впереднее.
О батюшке отце Лаврентие я меньше всех знаю. В академии я бывал у него часто; но об обстоятельствах его почти никогда речи не было. Обычно же, каким вы его видели, таков он всегда. Главное в нем — безгневие. Образ кротости. Я ни однажды не видал его рассерженным. Иногда он станет будто сердито говорить; но тон речи всегда изменял ему, и показывал, что это он надувается рассерчать, да не умеет.
В семинарии я его уже не застал, или был во словесности, по тогдашнему, и до богословов вниманием своим не возносился. В академии он жил очень уединенно, никуда почти не хаживал. Все дома и дома. Когда какой праздник по товариществу, он скажет: приду, приду, а на другой день извинится; совсем собрался было, да помешали. Фраков терпеть не мог, все бранил их, и срамную басню про них выдумал.
Был больший постник, и в лице будто полон, а тела совсем почти нет. Живота нет, — ввалился. Когда наденет фрак, и вышел как доска, подчегарый. Подрясник и ряса все скрасили. И стал полный. Первую и последнюю недели — однажды только обедывал в среду на первой. А на страстной — в среду и четверг, — и вообще яствия был скудного, хоть у них стол был общий.
Жениться все собирался. Чай невесты две выбирал. Нет, не удалось. Покойный владыка Филарет воротится бывало из Питера и при встрече скажет: ну, Макаров, приехал тебя постригать. Шутя! И застриг таки.
Мы часто в лавру хаживали. По воскресеньям и праздникам.
Профессоры все относились к нему с уважением. Он был муж совета, — и утешения.
Больше ничего не умею сказать. Дивный муж!
Об умной молитве. Хорошо бы писать; да сил недостает. Это надо мужу молитвеннику сделать. Вот преосвященный Игнатий писал. Пусть удовольствуются этим. А оптинский Макарий в одном письме очень не благоволительно отнесся к тем, кои цепляются за это дело с вычурными приемами. Стань правду говорить, надо похулить сии приемы. Но тогда проклянут, и со света сживут. Лучше молчать.
Кто это Оптинец, которого вы ждете? Не Зедергольм ли? Как его имя? И чего ради он ни однажды не вспомнил о многогрешном Вышинце?
Сборник помоги вам Господи покончить. Пора! Пора! — Что же Арсений? — Доверие потерял, или там нужен?! Что не едет?
Благослови Господи труды ваши!
Ваш богомолец Еп. Феофан. 24 октября 1876 г.
1110. При посылке нового предисловия для духовного сборника. О своих письменных трудах. Просьба о «Русском Архиве»
Милость Божия буди с вами!
Добрейший мой Н-лай В-вич!
Прежнее предисловие никуда не тоже. Кое-как скропал новое, и хоть оно тоже не прелесть, но все лучше прежнего, по крайней мере смиреннее. Препровождаю его, — и прошу покорно — его отпечатать вместо прежнего, которое под лавку.
Мне думается в конце его не худо бы приложить следующее:
«Сопровождаем наш сборник искренним желанием, чтобы любители духовного чтения находили в нем то, что желал вложить в него для них составитель» (непременно надо прибавить).
Кажется что надо приложить: иначе там речь оставлена будто без конца. — Что касается до подписи составителя, то ее не должно быть ни под каким видом. — Это входило в условия передачи издания афонцам.
Ваше предложение — составить алфавитный указатель наставлений, — доброе дело предлагаете. Но мне, думается, что это — надо сделать в конце всего издания; здесь же оно пока скудно будет. А труд не малый. Ведь это египетская работа. — В конце, если я поленюсь, найдем кого-либо. Всяко тогда надо, а не теперь.
Еще — в ряду присланных листов — не достает — 15, 16, 17, 18 — со страницы 224 до 289. Повелите прислать поскорее. Отложу до того времени пересмотр, чтоб все пересматривать за одним духом. Вот одна книжка подходит к концу.
Если пойдет это хорошо, нужно поспешить изданием второй: которая вся готова. Устав св. Кассиана печатан уже был в «Тамбовских Ведомостях». Я думал издавать его особою книгою: но он уже издается. — Почему устав напечатан в ряду уставов, а из прочего сделаем извлечение и поместим в третью или далее книгу.
Больше всего меня занимает — привесть в систему — достопамятные сказания, Лавсаик, Лимонар, история боголюбцев. Патерик издания «Душеполезного Чтения» — и мой из св. Саввы. Это будет, как воображаю, нечто очень цельное. Полная картина подвижнической жизни. — Но это труд, может быть, целого года, а может быть и не одного. — Изречения все преназидательны; но когда они расставлены, то представляются грудою песку. Сплотить их или сочетать как цементом, планом каким, хорошо будет. Все станет на свое место.
Но это все в будущем.
В настоящем 1-е к Коринфянам кончено. Отослал второе. Ибо к Римлянам лениво идет, остановилось на 7-й главе. Вот опять пойдет черепашьим ходом. Издание же валовое думаю начать, когда все послания протолкую. Тогда все усердие посвятим их исправлению.
Но и сие есть будущее.
А смерть за плечами. — Господи помилуй! — Ну — что ж делать? После кто-нибудь докончить неконченное.
Сделайте милость помогите мне. Вот в чем дело. Мне желательно иметь «Русский Архив» в полном составе, с 71 года выпишу от издателя, а с первых годов, — издатель отсылает получать у кого-то в Питере, в Апраксином дворе, у книгопродавца Ваганова, — условий же не прописывает, по какой цене, и как пересылка. Забегите когда мимоходом к сему господину, справьтесь и скажите мне. Нельзя ли там же получить и другие издания при «Архиве» бывшие, отдельно от «Архива», 18-й век. Из прежних годов до 71, у меня есть только 67 и 68.
Поздравляю с постом. Будьте здоровы и веселы.
Всех вам благ от Господа желаю. И забыл было: — В заглавиях не нужно поминать — новое, а просто: «Добротолюбие», в русском переводе, с дополнениями к оному. Цена — 3 р. дорого.
Ваш богомолец Еп. Феофан. 22 ноября 1876 г.