Доклад: Высадка в Кайенне.

Товарницки: И куда Вы отправились?

Сначала я вернулся в Париж. Оказавшись там, я не имел представления, что делать. Затем, однажды, гуляя по улице, я проходил мимо транспортного агенства, в витрине которого красовалась карта мира с пароходными линиями, выделенными красным цветом. Так что я ткнул наугад и сказал себе «эта линия». На другом конце этой линии было написано «Кайенне». Я сказал себе: «Что же, отправлюсь в Кайенне».

И я был в восторге! Я подумал: «Это наверняка должен быть ад! Так что я отправлюсь туда. Пойду в ад. До самого дна и посмотрю, что там есть.»

Потому что в моем романтическом воображении Кайенне служил символом ада… (До 1945 г. Кайенне был французским центром каторжных работ.). Я думал: «Пойду туда, в самое пекло ада, и переживу то же, что однажды пережил в концлагерях. Я просто хочу БЫТЬ ТЕМ.»

Поэтому я взял билет третьего класса и поплыл в Кайенне. Просто вот так.

Товарницки: Для чего?

О, не имел представления! Никакого! Просто… пойти в ад — в ад, если возможно, или во что-либо другое — на самое ДНО всего этого, к КОНЦУ — к ЭТОЙ Вещи.

В то место, где эта плоть, это существо должно ПРОКРИЧАТЬ свою суть. Или же умереть.

Я не был привязан к жизни. Я был привязан к… Хорошо, если я должен умереть, пусть я умру, идя к крайнему пределу.

И вот тут я открыл нечто чудесное.

Что столь чудесное, что когда в существе возникает настоящий вопрос, на него начинают приходить всевозможные ответы. Всякая милость (мы можем назвать ею что угодно), всякая милость приходит, чтобы помочь.

Когда я смотрю на свой полный курс — болезненный, весьма болезненный — в котором я прошел через такое множество вещей, я всегда, всегда вижу руку милости, помогающую мне — помогающую здесь, там, везде и отвечающую на мой зов. Вот в чем суть! Если бы люди только знали… Они жалуются на свое существование, но это из-за того, что они неискренни.

Потому что если зов искренен, то он НЕИЗБЕЖНО влечет материальный отклик — МАТЕРИАЛЬНЫЙ, вы понимаете.

Товарницки: Это не ответ в запредельном.

Конечно, нет! Я не верю во все это.

Это ответ в материи.

Я странствовал по Гвиане, неся с собой только «Жизнь Божественную». И в своих парижских ботинках. Вот как я прибыл в джунгли.

Товарницки: Книга Шри Ауробиндо?

Да, «Жизнь Божественная». Я нес ее в руке, а на ногах были парижские ботинки, и это все. Вот как я пришел в джунгли.

Товарницки: Это то, что Вы назвали «встречей с прошлым Земли»?

Да.

Но все же я пережил там трудные времена.

Потому что все замечательно: вы приходите в лес в своих парижских ботинках, но, внезапно, вы оказываетесь лицом к лицу с такой стихией… В течение нескольких дней я был… (как бы выразиться?), не сказал бы «напуган», потому что в своей жизни я уже немало повидал вещей, чтобы еще раз пугаться, но… вы просто не представляете, что такое джунгли!

Было несколько дней, когда я был несколько… физически напуган, когда я не знал… не знал, как жить дальше.

Товарницки: Но, Сатпрем, Вы достигли Кайенне, правильно?

Да.

Товарницки: Только не говорите мне, что сразу кинулись в джунгли!

(смех) Нет, нет! Вот как все было...

Товарницки: Да, как? Как это делается?

На пароходе, в третьем классе, я повстречал одного приятеля, «охотника за минералами», который сказал мне: «В Кайенне есть Горное Управление. Так что если ты хочешь пойти в лес (потому что именно туда я направлялся, конечно же), если ты хочешь пойти в лес, то можешь сначала обратиться в Горное Управление и предложить им свои услуги в качестве старателя или кого-то, кто им требуется.»

Поэтому по прибытии я отправился прямо туда — у меня не было денег, совсем ничего, вы понимаете. Я пошел в Горное Управление и предложил: «Я хочу идти в лес и готов делать все, что угодно!».

И меня взяли -

Товарницки: Они хотя бы предупредили Вас? Они не сказали «Это трудно»?

О, вовсе нет! В действительности человек должен там понять несколько вещей — он тотчас же схвачен.

Меня посадили в гребную шлюпку с несколькими западными индейцами, и мы отплыли; вместе с другим европейцем я начал изучение джунглей.

И здесь я провел несколько трудных дней… Прямо как в концлагерях, где я был по-человечески разбит, там, в течение первых дней в лесу, это также было физическим испытанием: внезапно я был… подавлен и немного сподобился утопающему. Когда вы оказываетесь в этом… Вы не имеете представления, чем могут быть джунгли!

Товарницки: Да…

Это кишащий, устрашающий, ужасный мир. Он полон змей. Тьма змей.

Поначалу это меня… Вы не можете ступить и трех шагов, чтобы не наткнуться на змею. Там в самом деле полно змей.

Но это такой… фантастический мир!

Так что, в течение нескольких дней, я чувствовал себя как бы полностью вырванным из своего тела. Я с трудом понимал, где нахожусь физически. Затем, внезапно, между мной и лесом установилось некое понимание.

И так я прожил… я провел целый год глубоко в джунглях.

Товарницки: Практически предоставленный самому себе?

Сначала я был вместе с двумя другими людьми. Впоследствии я был предоставлен самому себе со своим другом. Да, мы...

Товарницки: Расскажите мне, что означает провести день и ночь глубоко в джунглях, в контакте с силами земли… Или отложим на следующий раз?

Может быть...

День Второй
НЕДРА ДЬЯВОЛА