Доклад: Вера жила на Якутской улице
Обычный, негромкий, даже, тихий голос. Правильный голос. Голос, рассчитанный на то, что егопереспрашивают или ждут, когда он подойдёт поближе.
Между нами – шесть больших шагов, пора!
— Якутская? Ой, а я такой улицы не знаю, дяденька, но сейчас Наталью Евгеньевну спрошу… — негромко размышляла Вера вслух, и вдруг закричала во всё горло:
— Наталья Евгеньевна! Наталья Евгеньевна!!
У Веры получилось:
— Натальгеннаа! Натаальгеннааа!!
От этого крика, почти визга, ондаже на мгновение замер на месте. И именно в это мгновение, девочка, продолжая кричать: «Натальгенна!», изо всех сил рванула в сторону света, пробежав всего в двух шагах от него...
Наталья Евгеньевна выходила из клуба, когда услышала Верин крик. Быстро спустившись по ступенькам крыльца, женщина спросила подбежавшую к ней девочку:
— Что случилось, Верочка?!
— Онтам! не знает, где Якутская улица, — переходя с громкого звука на нормальный, выдохнула ответ Вера.
— Кто он? Где он? — вглядываясь в темноту, напряжённо спросила Наталья Евгеньевна.
Вера,Зная, что онскрылся, взяла за руку Наталью Евгеньевну и потянула за собой вверх по лестнице в клуб:
-Онтам был, — тихо, но уверенно произнесла Вера, не отпуская руки Натальи Евгеньевны и шагая чуть впереди неё по коридору к кабинету директора клуба Строителей. — Он – очень плохой, и нам надо срочно вызвать милицию, — девочка вошла в открытый, как всегда, кабинет, подвела руководительницу кружка к телефонному аппарату на столе директора, и сказала, строго посмотрев на женщину:
— Звоните ноль два.
— Почему я...?
— Меня по телефону слушать не будут, а Вы – взрослая, Вас послушаются. Наталья Евгеньевна, пожалуйста, звоните быстрей. Им надо помочь! Они уже два годаегоищут...
В первых числах июня 1963 года на стройке жилого дома в центре Магадана рано утром рабочие нашли изувеченное тело девятилетней Тани Суховой. Девочка была изнасилована и убита...
— Зверство! Это сделал не человек! Он – животное! Больное животное! Зверь! Зверь! - Именно такие мысли были первыми у следователя из прокуратуры Игоря Петровича Ильина, когда он увидел почти разорванное детское тельце.
Убийцу искала вся городская милиция и отряды народной дружины. Не нашли...
А в середине октября на стройке детского садика Северного микрорайона пожилая крановщица обнаружила мёртвую Катю Тихонову. На обнажённом теле десятилетней девочки не было ни одного светлого пятнышка… Женщина скончалась в больнице от обширного инфаркта.
В прокуратуре эти два случая убийства девочек соединили в одно делопроизводство, и отдали его Игорю Петровичу. Ильину не хотелось верить, что в городе появился маньяк.
Работа лучших из лучших сотрудников сыскного отдела результата не дала.
Апрель 1964. Стройка стадиона. Окровавленное тело восьмилетней Анечки Уваровой нашёл каменщик, молодой парень. Врач скорой помощи с трудом вывел юношу из состояния шока.
Ильин перестал сомневаться, что имеет дело с одним и тем же преступником.
Сентябрь 1964. На стройке центрального универмага нашли два детских тела. Наташа Потапова и Оля Андреева, подружки с детского садика, соседки по квартирам и парте, везде и всегда были вместе. Они и мёртвые лежали рядом. Следствие установило, что первой погибла Олечка, у неё была сломана шея, но после того, как насильник до смерти замучил Наташу, он надругался и над мёртвой Олей. Обеим девочкам было по девять лет.
Март 1965. Стройка общежития для студентов пединститута. Жертвой маньяка стала Ира Васильева. Ей шёл десятый год.
Опрашивали всех, кто мог видеть рядом с девочками мужчину, или заметить что-то.
Никто никого не видел. Никто ничего не заметил.
В городе поселились горе и страх.
Поздним вечером Игорю Петровичу на домашний телефон, следуя указаниям прокуратуры, позвонил дежурный из центрального отделения милиции. Выслушав доклад дежурного, Ильин сказал, что ему обязательно и срочно нужен участковый по адресу, и, надев форму, вышел на балкон. Он курил, ждал машину и гнал от себя воспоминания...
Как он прожил эти два страшных года, наполненных воем и горестным плачем матерей, потерявших девочек? Как он сам не сошёл с ума за эти два года, видя молодых отцов, седеющих на его глазах?
Два долгих года проклятий убийце и проклятий милиции...
Два года яростного отчаяния и бессилия следственных органов...
И вот впервые за два года появился свидетель. Впервые за всё время следствия кто-то что-то видел...
Как только милицейский уазик подъехал к Клубу Строителей, Ильин и участковый милиционер выскочили из машины и бегом поднялись по лестнице в здание.
...дежурный сказал: "Девочка там". Что с ней? Жива ли?
Живая! и совершенно спокойная девочка сидит! сбоку у стола в кабинете директора клуба. Справа от неё на столе стоит телефон. И она читает! какой-то тоненький журнальчик? Тут же, как будто в ответ на этот вопрос Игоря Петровича, девочка приподняла журнал обложкой к нему. «Мурзилка» увидел Ильин название и сразу вспомнил, что это весёлый журнал для маленьких детей от шести лет.
— Здравствуй, это ты звонила в милицию? — сердито спросил Ильин любительницу посмеяться.
— Нет, нет, звонила я, — раздался взволнованный женский голос за спиной Игоря Петровича. Он обернулся. У стены на стульях сидели две женщины, которых из-за собственного волнения Ильин просто не заметил. Одна из них, совсем молодая, поднялась со стула и повторила:
— Звонила я. Егорова Наталья Евгеньевна, руководитель кукольного кружка. Верочка ко мне в кружок ходит… с весны. А это – мама Верочки. Она пришла встретить дочь. Мы сегодня задержались… — Двадцатидвухлетняя Наталья Евгеньевна, краснея от смущения, поглядывала то на Ильина, стоящего в центре кабинета, то на участкового милиционера, остановившегося в дверях. — Мы никогда прежде не задерживались так, — сказала она милиционеру с нотками извинения в голосе.
На лице участкового промелькнуло раздражение к её потаканию детским капризам, которое тут же сменилось снисходительной гримасой к её возрасту. Наталья Евгеньевна отвернулась от него за поддержкой к Ильину, но и тот с выражением на лице: «Нашли время шутить!» смотрел на женщин! Руководительнице кукольного кружка даже неловко стало за этих двух мужчин, подумавших, что если она – молодой руководитель, значит, у неё нет никакого педагогического опыта, и она не сумела распознать в девочке желания пошутить над органами охраны правопорядка. Наталья Евгеньевна решила защитить Веру и перестала извиняться:
— Я звонила, — глядя в глаза Ильину, спокойно сказала молодая женщина. — И я вызвала милицию, потому что об этом меня попросила Вера, а я знаю Верочку. Это – очень серьёзная, умная и хорошая девочка. Вера попросила меня сказать по телефону, что поможет вам, милиции то есть, найти человека, которого вы, милиция то есть, уже два года ищете. — Теперь в голосе руководительницы была только уверенность в правильности своих действий. — Вот. Я всё так по телефону и сказала. Да, Верочка?
— Да. Спасибо Вам, Наталья Евгеньевна, присаживайтесь, — официальным голосом взрослого человека ответила Вера, отложив в сторону журнальчик. Следующая фраза, произнесённая девочкой тем же строгим тоном, удивила Ильина не столько сделанным ему предложением, сколько знанием закона. — Вы, товарищ следователь, мне вопросы задавайте. Я буду отвечать, и не беспокойтесь, мне мама разрешила с Вами говорить...
Игорь Петрович посмотрел на маму девочки.
— Да-да. Можно. Спрашивайте, — кивнув головой, подтвердила та спокойным голосом.
Ильин присел к столу напротив девочки и внимательно посмотрел на неё.Не прошло и двух секунд, как их глаза встретились. Девочка, как девочка.Разве только глаза? Не отводит. Смотрит. Дааа, глаза у неё необычные… Может, из-за цвета кофточки? Глаза такого цвета я раньше не видел… И взгляд такой серьёзный! Совсем, как у взрослой... Да, глаза… не детские — нашёл он, наконец, определение.
— А сколько тебе лет, Верочка?
— Девять в июне исполнилось.
Девять лет… девять… почти всем было...
— А почему ты думаешь, что мужчина, которого ты видела, именно тот, кого мы ищем?
— Он хотел меня убить… Онуже убил шесть девочек...
— Ты не можешь знать… об этом...
— Я Знаю...
— Интересный ответ. И как же ты об этом узнала?
— Я?.. А я сны разные вижу, — нашлась Вера, и ей сразу стало легче всё объяснить:
— Я его сегодня во сне видела. У него за спиной стоял страшный рогатый зверь, и зверь сказал мне про шесть девочек. А он сказал, что и меня убьёт, а я ответила, что позвоню в милицию, а онсказал, что его милиция два года ищет.
— … Как он был одет?
— Во сне или в жизни?
— В жизни.
— Он в форму морского офицера был одет. Фуражка тёмная. Кокарда морская. Погоны. На правом рукаве шинели нашивки, а на брюках полоски. Ботинки чёрные.
— А рост, цвет глаз, волосы какие? Увидела? — Ильин верил, и не верил. Но (как не страшна была сама мысль об этом), если маньяк действительно морской офицер, тогда становится понятной доверчивость всех погибших девочек.
— Да. У него очень тёмные глаза, почти чёрные. Волосы чёрные. Онвыше вас на полголовы. Он–очень плохой. Арестуйте егосейчас, пожалуйста, пока ночь не закончилась. Утром его корабль на четыре месяца в море уходит, — совсем недавно Вера узнала от Натальи Евгеньевны, молодой муж которой уже был морским офицером, что корабли в море не плавают, а ходят. Отвлекаясь от разговора со следователем, девочка посмотрела на свою руководительницу и, ободряюще ей улыбнулась.