Доклад: В похвалу Росинанту, коню дон Кихота Ламанчского

сонет

На тот алмазный трон, где столько лет

Марс восседал, от крови весь багровый,

Взошел Ламанчец и рукой суровой

Над миром поднял стяг своих побед.

В столь грозные доспехи он одет,

Столь остр его клинок, разить готовый,

Что новый сей герой в манере новой

Быть должен новой музою воспет.

Британию до звезд во время оно

Отвага Амадиса вознесла,

Его сынами греки знамениты;

Но днесь Кихот введен во храм Беллоны[294],

И гордая Ламанча превзошла

Владенья грека и отчизну бритта.

Его дела не могут быть забыты:

Ведь Росинант – и тот таких коней,

Как Брильядор[295]с Баярдом[296], стал славней.

Зубоскала, академика Аргамасильского,

Санчо Пансе

сонет

Вот Санчо Панса. Хоть он ростом мал,

Но доблестью велик, и мир покуда,

В чем, если нужно, я порукой буду, –

Верней оруженосца не видал.

Он возведенья в графы ожидал,

Но не дождался, что отнюдь не чудо:

С ним во вражде был свет, а свет – Иуда.

Его осла – и то б живым сглодал.

И на скотине этой безответной

За незлобивым Росинантом вновь

Потрюхал сей воитель незлобивый.

О сладкие надежды, как вы тщетны!

Вы нам на миг разгорячите кровь –

И стали тенью, сном, химерой лживой.

Чертолома, академика Аргамасильского