Доклад: Рабовладельческий строй
Рабовладельческий строй, первая в истории человечества классовая общественно-экономическая формация, основанная на угнетении человека человеком. Основными антагонистическими классами при Р. с. были рабовладельцы и рабы; рабовладельцы и рабы — первое крупное деление на классы (см. В. И. Ленин, Полное собрание соч., 5 изд., т. 39, с. 68). Непрекращавшаяся классовая борьба между рабовладельцами и рабами была движущей пружиной истории рабовладельческого общества, именно эта борьба в конечном итоге определяла облик общества во всех его аспектах (экономику, юридические нормы, быт, нравы, уровень техники и научных знаний, этику, религию, философию, т. е. всю идеологию). Возникший в результате разложения первобытнообщинного строя, Р. с. был таким же этапом во всемирной истории человечества, как предшествовавшая ему доклассовая формация и как следовавший за ним феодализм. Древнейшие рабовладельческие государства возникли на рубеже 4-го и 3-го тыс. до н. э. (Месопотамия, Египет). Р. с. существовал в передовых для того времени странах Азии, Европы и Африки вплоть до 3—5 вв. н. э.; своего высшего развития достиг в Древней Греции и Риме. В период т. н. древней истории (т. е. от разложения первобытнообщинных отношений и до возникновения феодализма) Р. с. был единственной формой классовых отношений, однако рабовладельческие общества сосуществовали со множеством обществ, ещё не вышедших из первобытнообщинного строя, и оказывали на них сильнейшее влияние, способствуя преобразованию их в классовые рабовладельческие общества. Этот процесс характерен для всей древней истории, он завершился образованием огромной Римской империи — самого большого рабовладельческого государства. Ряд народов (германцы, славяне и др.), выступивших на историческую арену после падения Р. с. (после 5 в. н. э.), миновал эту формацию, перейдя из первобытнообщинного строя непосредственно в феодальный.
Рабство возникло на поздней ступени развития доклассового общества, когда имущественное неравенство и частнособственнические отношения стали наиболее действенным стимулом классообразования. «До того времени не знали, что делать с военнопленными, и потому их попросту убивали, а еще раньше съедали. Но на достигнутой теперь ступени “хозяйственного положения” военнопленные приобретали известную стоимость; их начали поэтому оставлять в живых и стали пользоваться их трудом… Рабство было открыто. Оно вскоре сделалось господствующей формой производства у всех народов, которые в своем развитии пошли дальше древней общины...» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 20, с. 185). Одним из важных факторов, стимулирующих процесс классообразования, было скотоводство, т.к. оно легче, чем земледелие, давало устойчивый прибавочный продукт, что приводило к накоплению такого продукта сначала у племени в целом, а затем у отдельных семей внутри племени (скот был всеобщим эквивалентом обмена в древности). Развитие рабовладения в сочетании с обострением противоречий между имущей племенной верхушкой и массой рядовых общинников закономерно привело к возникновению классового рабовладельческого государства. История представляет чуть ли не бесконечный спектр разных форм рабства и типов рабской зависимости, внешне очень различающихся друг от друга в разных обществах и в разные времена. Тем не менее среди этих черт могут быть выделены главные органические черты рабства: 1) раб является собственностью одного хозяина или коллективного владельца (общины, храма, государства); он — одушевлённое орудие труда своего хозяина и результаты его труда, как и он сам, являются собственностью хозяина; 2) раб не имеет собственности на средства производства; 3) раб подвергается эксплуатации путём внеэкономического принуждения. Так, раб, посаженный на пекулий и даже обрабатывающий его путём эксплуатации других рабов, остаётся рабом, ибо и пекулий, и все средства производства, и рабы раба представляют собой собственность рабовладельца, распоряжающегося окончательно и безапелляционно и самим рабом, и всем, чем он владеет. Наряду с этими главными признаками рабства существуют дополнительные, характерные для того или иного периода и общества признаки, исчезающие или появляющиеся, иногда очень яркие и наглядные. Например, юридическое положение раба в обществе или, вернее, степень его бесправия согласно юридическому статусу или обычному праву; бытовое положение раба (наличие или отсутствие семьи и т.д., её права, если они есть); профессия и занятия раба (раб в эргастерии, раб на пекулии и т.п.). Нередко какой-нибудь из этих дополнительных признаков принимается за главный, и тогда понятие «раб» существенно изменяется, получается множество несовпадающих, а иногда противоречащих друг другу дефиниций понятия «раб». Совокупность главных, или базисных, остающихся всегда неизменными признаков в сочетании с дополнительными признаками, меняющимися в зависимости от места и времени, образует скользящую шкалу признаков рабства.
В многообразии форм рабской зависимости различают два основных типа рабства: 1) раннее, или патриархальное, рабство, связанное с натуральным видом хозяйства: 2) античное рабство, характерное для обществ с развитыми товарно-денежными отношениями. К патриархальному рабству относится т. н. домашнее рабство (которое нередко определяют как услуги в состоянии рабства и за которым не признают экономической значимости; однако, как правильно указал советский историк Г. Ф. Ильин, этот неверный вывод зиждется на модернизации понятия «домашнее хозяйство»). В древности в «домашнее хозяйство» входило много (за исключением полевых работ) производственных процессов (молотьба, помол зерна, уход за скотом, изготовление молочных и мучных продуктов, доставка воды, заготовка топлива, изготовление керамики и т.п.). Поэтому использование труда раба в «домашнем хозяйстве» свидетельствует не о суженном применении рабского труда в примитивном хозяйстве, а, наоборот, о его широком распространении. Одной из характерных черт патриархального рабства было совместное участие рабовладельца и его раба (или рабов) в трудовом процессе. Античное рабство отличается от патриархального тем, что в большей степени юридически закрепляло экспроприацию личности раба, как это явствует из сравнения римского законодательства с древневосточными судебниками (Законы Хаммурапи, Хеттские законы, Второзаконие). Оба вида рабства (патриархальное и античное) не были однородны. На Западе и Востоке рабство развивалось по одним и тем же законам, и самые разнообразные формы рабства встречаются и на Западе, и на Востоке. В одной и той же стране в одно и то же время обычно сосуществовали разные формы эксплуатации рабов. Как на первом, так и на втором этапах развития Р. с. основные базисные признаки рабства одни и те же, различны лишь их внешние формы.
Рабству присущ двойственный характер рабской зависимости и двойственный характер эксплуатации. Причём "… эта двойственность обусловлена… наличием двух экономических секторов в обществе" (Дьяконов И. М., Рабы, илоты и крепостные в ранней древности, см. «Вестник древней истории», 1973, № 4, с. 9, прим.). Под разными секторами подразумевается сектор частный [в пределах разных общинных структур — от родовой общины до города-государства (полиса) и даже до более обширного государства, как, например, Египет] и сектор государственный (дворец, храм). При этом на стадии патриархального рабства больший удельный вес имел сектор государственный, на стадии античного рабства — частный. В обоих секторах рабы использовались во всех видах производства — в земледелии, ремесле, строительстве и т.д. Среди этой массы рабов различают два типа: рабы 1-го типа, труд которых строго регламентировался и контролировался администрацией, что лишало их возможности проявить какую бы то ни было инициативу, и которые совершенно не были экономически заинтересованы, т.к. создаваемые ими продукты труда полностью присваивались хозяином, и рабы 2-го типа, которые использовались в основном в сельском хозяйстве, им предоставлялась некоторая доля самостоятельности и даже экономической заинтересованности, что создавало у них экономический стимул. Рабами 2-го типа были рабы на пекулии (иногда с работниками), а также илоты в Спарте, пенесты в Фессалии, коринефоры в Сикионе, гимнесии в Аргосе, лелеги в Карин и др. (по поводу илотов, в частности, существует и иное мнение: некоторые учёные считают, что илоты не были рабами). Метод эксплуатации рабов 2-го типа в известной мере предвосхищал формы феодальной эксплуатации крестьян.
Источниками рабства были военнопленные, свободные, попавшие в рабство за долги, рожденные рабами. Для поздней Римской республики и отчасти для Римской империи военнопленные были одним из главных источников рабства.
Народы Древнего Востока первыми вступили в стадию Р. с.; в странах Древнего Востока рабовладельческая формация начинается с раннего, или патриархального, рабства (до возникновения товарного хозяйства было ещё далеко). Некоторые страны Древнего Востока (например, Египет времени Нового царства, Месопотамия времени III династии Ура и Старовавилонского царства) развили формы рабства, приближающиеся к античным. В Индии расцвет Р. с. приходится на 5—1 вв. до н. э., в Китае на 5 в. до н. э. — 1 в. н. э., причём и здесь патриархальные формы рабства сосуществовали с античными. Рабство в Греции и Риме также сначала было патриархальным, но быстрые темпы развития ряда государств античного мира способствовали превращению его из патриархального в античное (например, в Афинах), в некоторых же полисах оно надолго оставалось патриархальным (Спарта и др.). Греция 5—4 вв. до н. э., Рим 2 в. до н. э. — 2 в. н. э. представляют собой классические образцы развитого Р. с.
Относительно распространения Р. с. существуют и иные точки зрения: одни ограничивают распространение Р. с. исключительно территории Древней Греции и Древнего Рима; другие говорят о параллельном существовании рабовладельческой формации на Западе и азиатского способа производства на Востоке; некоторые утверждают, что азиатский способ производства имел повсеместное распространение; иные возрождают концепцию «вечного феодализма» на Востоке, выдвигавшуюся в 20—30-е гг. 20 в., и др. Эти точки зрения были сформулированы в ходе дискуссии в 60-х гг., однако не нашли достаточного обоснования в исторической литературе.
При Р. с. развитие производительных сил шло в основном не за счёт совершенствования орудий производства, а за счёт людей (свободных или рабов), занятых в процессе производства (возрастала специализация занятых в земледелии и ремесле работников, как свободных, так и рабов, повышалась их квалификация). Низкий уровень техники при Р. с. объясняется, во-первых, тем, что источник энергии — мускульная сила животных и главным образом рабов для рабовладельца была бесплатной, во-вторых, отсутствием заинтересованности рабов в развитии и росте производства. Поэтому рабовладельческие производственные отношения из силы, активно содействовавшей развитию производительных сил, сравнительно скоро превратились в тормоз их развития. Орудия труда, которыми рабовладельцы снабжали рабов, как правило, были низкого качества и примитивного типа, т.к. рабы из ненависти к рабовладельцам уничтожали, портили или теряли их, а удельный вес труда свободных постоянно снижался в результате его вытеснения бесплатным рабским трудом. Рабовладельческий способ производства становился экономически невыгодным и в силу этого в конце концов должен был уступить место др. способу производства.
Класс рабовладельцев и класс рабов не были однородны; хозяйства рабовладельцев различались как размером недвижимой собственности, так и количеством рабов. Среди рабов огромное большинство использовалось как источник мускульной энергии, необходимой в различных отраслях экономической жизни (землепашестве, скотоводстве, строительных и транспортных работах и др.). Отсутствие статистики в древности не позволяет точно установить численность рабов; известно, что в Греции и тем более Риме количество рабов было велико, например греческий автор Афиней (2 в. н. э.), ссылаясь на писателя 3 в. до н. э. Ктесикла, сообщает, что, согласно переписи 309 до н. э., в Афинах было 400 тыс. рабов на 21 тыс. граждан и 100 тыс. метеков. По общему мнению учёных, эта цифра сильно преувеличена; предполагается, что у богатых афинян, видимо, в среднем было до 50 рабов домашней прислуги, у более бедных — по несколько человек. О многочисленности рабов свидетельствует сообщение Фукидида, согласно которому бегство 20 тыс. рабов из Афин в Спарту во время Пелопоннесской войны (5 в. до н. э.) парализовало почти всё афинское ремесленное производство. После завоевания Эпира Римом в 168 до н. э. было продано в рабство 150 тыс. эпиротов; завоевание Галлии (1 в. до н. э.) Ю. Цезарем сопровождалось продажей в рабство около 1 млн. галлов. По сообщению Плиния Старшего, у вольноотпущенника Цецилия [время правления Августа (1 в. до н. э. — 1 в. н. э.)] было, согласно его завещанию, 4116 рабов. Кроме рабов, использовавшихся в различных отраслях экономической жизни, был также, главным образом в Риме, слой рабов, занимавшихся умственным трудом (рабская интеллигенция — художники, писатели, артисты, воспитатели и др.), — это ранее свободные и превращенные в рабов во время войн римлян в Греции. Этот слой в известной мере способствовал проникновению эллинистической культуры в римское общество.
Существовали рынки продажи рабов (в Аквилее, Италия; Танаисе, устье Дона; на о. Делос); на Делосе за сутки продавалось свыше 10 тыс. рабов. В рабских восстаниях (Сицилийские восстания рабов, 2 в. до н. э.; восстание Спартака, 1 в. до н. э.; и др.) участвовали десятки тысяч рабов. Наряду с рабскими восстаниями важное место в период античности занимала борьба в среде свободных — между богатыми и бедными (например, в Риме борьба плебеев с патрициями за гражданские права, движение Гракхов — борьба мелкого землевладения с крупным и др.); причём обе струи этой классовой борьбы редко сливались друг с другом. В среде свободных против богатых боролись промежуточные классы и социальные слои, которые входили в социальную структуру Р. с., — многочисленные свободные крестьяне, являвшиеся полноправными членами общины, ремесленники и др. Обогащаясь или разоряясь, они переходили в класс рабовладельцев или класс рабов. В большинстве греч. и италийских полисов крестьяне были свободны, во многих случаях их закабалению препятствовало законодательство. Кризис полиса и концентрация недвижимого имущества и многочисленных рабов в руках немногих рабовладельцев привели к ухудшению положения мелких свободных производителей, поставив их в разного рода зависимость от рабовладельцев. Рабовладельцы экономически и внеэкономически стремились подчинить этих мелких производителей и эксплуатировать их. Фактически положение «свободных крестьян» (например, в Индии, птолемеевском Египте и др.) мало чем отличалось от положения рабов 2-го типа. В период распространения колоната различия между свободной беднотой и рабами начали сглаживаться, и на позднем этапе Р. с. (в период перехода к феодализму) народные массы выступали более сплочённо против рабовладельцев.
Целям закрепления эксплуатации рабов служили аппарат государственной власти, правовые институты, религия и др. формы идеологии. Конкретные типы и формы рабовладельческого государства весьма разнообразны. "… Уже возникает различие между монархией и республикой, между аристократией и демократией. Монархия — как власть одного, республика — как отсутствие какой-либо невыборной власти; аристократия — как власть небольшого сравнительно меньшинства, демократия — как власть народа… Несмотря на эти различия, государство времён рабовладельческой эпохи было государством рабовладельческим, все равно — была ли это монархия или республика аристократическая или демократическая" (Ленин В. И., Полное собрание соч., 5 изд., т. 39, с. 74). Классическим примером демократической рабовладельческой республики считаются Афины 5—4 вв. до н. э.; примером аристократической рабовладельческой республики был Рим республиканского периода, рабовладельческой монархии — императорский Рим, на Древнем Востоке — Египет, Ассирия, Вавилония, Иран и др. У древних авторов (Полибня, Сыма Цяня и др.) дана характеристика основных форм государственной власти. Несмотря на различия внешних форм государственной власти, все государства древности были аппаратом классового господства рабовладельца не только над рабами, но и над малоимущими свободными производителями.
Сложившееся при Р. с. право ставило своей целью превращение рабов в собственность рабовладельцев (раб — объект, а не субъект права), охрану с помощью самых жестоких мер частной собственности, политические всевластия рабовладельцев. В развитом рабовладельческом обществе среди высших слоев физический труд считался несовместимым с исполнением гражданских обязанностей. Конфуций, Аристотель, Цицерон и др. считали рабство общественно необходимым институтом, поскольку, как они полагали, есть категории людей, не способных к умственному труду и самой природой предназначенных к рабской зависимости; граждане же должны быть свободны от забот о предметах первой необходимости. Аристотель писал: "… Если бы ткацкие челноки сами ткали, а плектры сами играли на кифаре, то тогда и зодчие, при постройке дома, не нуждались бы в рабочих, а господам не нужны были бы рабы" («Политика», 1, 2, 5; рус. пер., СПБ, 1911, с. 11). Но некоторые мыслители высказывали и противоположные взгляды: например, Дион Хрисостом (1—2 вв. н. э.) считал, что все люди, в том числе и рабы, имеют одинаковое право на свободу.
Типичной формой религиозного мышления при Р. с. был политеизм, что, однако, вовсе не исключало исторической возможности возникновения монотеистических взглядов в определённых исторических условиях (например, установление государственного культа Атона по реформе Эхнатона в Египте в 14 в. до н. э., культ Яхве в Иудее в 1-м тыс. до н. э., христианство в 1 в. н. э. на территории Римской империи). Религиозное мировоззрение при Р. с. было господствующим, однако наряду с ним возникло светское мировоззрение в виде ряда философских учений идеалистического и материалистического направления (в Китае, Индии, Греции и Риме): натурфилософия, стоицизм, платонизм, неоплатонизм, материалистические учения Демокрита и Эпикура и др.
В этот период истории человечества возникли художественная литература и её жанры (трагедия, комедия, лирика, эпос и т.д.), историческая литература, театр, были заложены основы естественных наук (математика, астрономия, медицина и т.д.), созданы такие выдающиеся памятники изобразительного искусства и архитектуры, как афинский акрополь (Греция), пирамиды в Гизе (Египет), римский пантеон (Рим), дворец Саргона II в Дур-Шаррукине (Вавилония), ступа в Санчи (Индия), Великая Китайская стена, храмовые комплексы в Карнаке и Луксоре (Египет), Пергамский алтарь (Пергам), «Афродита Мелосская» и «Аполлон Бельведерский» (Греция) и др. Процесс вытеснения Р. с. со всемирной исторической арены феодальной формацией являлся процессом длительным, сложным и мучительным, изобиловавшим множеством разнообразных кровавых конфликтов. Он не был мирной эволюцией или плавным переходом от Р. с. к феодализму. По своему характеру это — революционный процесс, однако его никак нельзя считать «революцией рабов». Классовая борьба при Р. с. достигла большой напряжённости, доказательством тому служат сведения о массовых побегах рабов и рабских восстаниях (Спартака и др.). Гибель рабовладельческого способа производства в конечном итоге была обусловлена его экономической бесперспективностью, ибо непосредственные производители — рабы — не были заинтересованы в поднятии производства. «Античное рабство пережило себя. Ни в крупном сельском хозяйстве, ни в городских мануфактурах оно уже не приносило дохода, оправдывавшего затраченный труд.… Рабство перестало окупать себя и потому отмерло» (Энгельс Ф., см. Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 21, с. 148, 149). Перерождение рабовладельческой формы эксплуатации в колонат, вызванное экономическими причинами и представлявшее собой длительный процесс, обусловило и перерождение рабовладельцев в феодалов, части рабов — в феодальных крестьян. «Перемена формы эксплуатации превращала рабовладельческое господство в крепостническое» (Ленин В. И., Полное собрание соч., 5 изд., т. 39, с. 75). Эта смена во всемирном масштабе произошла приблизительно в 4—6 вв. н. э.
Литература :
1.Маркс К., К критике политической экономии. Предисловие, Маркс К. и Энгельс Ф., Соч., 2 изд., т. 13;
2. Энгельс Ф., Происхождение семьи, частной собственности и государства, там же, т. 21;
3. Общее и особенное в историческом развитии стран Востока, М., 1966;
4. Законы истории и конкретные формы всемирно-исторического прогресса, книга 1 — Проблемы истории докапиталистических обществ, М., 1968;
5. Проблемы докапиталистических обществ в странах Востока, М., 1971;
6. Качановский Ю. В., Рабовладение, феодализм или азиатский способ производства? М., 1971;
| Феодализм Феодализм (нем. Ecudalismus, франц. feodalite, от позднелатинского feodum, feudum – феод), классово антагонистическая формация, представляющая – во всемирно-историческом развитии – этап, стадиально следующий за рабовладельческим строем и предшествующий капитализму, в истории многих народов Ф. был первой классово антагонистической формацией (т. е. непосредственно следовал за первобытнообщинным строем). При всём многообразии конкретно-исторических, региональных разновидностей Ф. и его стадиальных особенностях ряд общих черт характеризует производственные отношения этого строя. Во-первых, наличие феодальной собственности, выступающей как монополия господствующего класса (феодалов) на основное средство производства – землю, т. с. как собственность феодальной иерархии в целом (или как верховная собственность государства); при этом собственность на землю была неразрывно связана с господством над непосредственными производителями – крестьянами (для феодала ценность представляла земля не сама по себе, а в соединении с работником, её возделывающим, – основным и решающим элементом производительных сил того времени). Во-вторых, наличие у крестьянина самостоятельного хозяйства, ведущегося на формально «уступленном» ему господином наделе, который фактически находился в наследственном пользовании одной и той же возделывавшей его крестьянской семьи. Не располагая правом собственности на землю, такая семья являлась собственником своих орудий труда, рабочего скота и другой движимости. Из отношений феодальной собственности вытекало «право» феодала на безвозмездное присвоение прибавочного продукта крестьянского труда, т. е. право на феодальную земельную ренту, выступавшую в виде барщины, натурального или денежного оброка. Т. о., феодальный способ производства основан на сочетании крупной земельной собственности класса феодалов и мелкого индивидуального хозяйства непосредственных производителей – крестьян, эксплуатируемых с помощью внеэкономического принуждения (последнее столь же характерно для Ф., как экономическое принуждение для капитализма). Поскольку крестьянин был фактическим владельцем своего земельного надела, внеэкономическое принуждение (которое могло варьироваться от крепостной зависимости до простого сословного неполноправия) было необходимым условием присвоения феодалом земельной ренты, а самостоятельное крестьянское хозяйство – необходимым условием её производства. Такая специфическая для Ф. форма подчинения непосредственного производителя и его эксплуатации открывала возможность функционирования индивидуально-семейного крестьянского хозяйства, наиболее соответствовавшего достигнутому к тому времени уровню производительных сил, в качестве основы общественного производства в целом. Утвердившаяся в эпоху Ф. известная хозяйственная самостоятельность крестьянина (в сравнении с положением раба при рабовладельческом строе) открывала некоторый простор для повышения производительности крестьянского труда и развития производительных сил общества. Этим, в конечном счёте, определялась историческая прогрессивность Ф. по сравнению с рабовладельческим и первобытнообщинным строем. Для Ф. – общественного строя с преобладанием аграрной экономики, натурального хозяйства, мелкого индивидуального производства – были характерны медленное развитие агротехники, большая роль традиции, обычая. Феодальным способом производства были обусловлены особенности: социальной структуры феодального общества (сословность, иерархичность, корпоративность), политической надстройки (публичная власть как атрибут земельной собственности), идеологической жизни общества (господство религиозного мировоззрения), социально-психологического склада индивида (общинная связанность сознания и традиционность мировосприятия и др.). Наполняя содержанием понятие средние века, Ф. как всемирно-историческая эпоха датируется концом 5 – серединой 17 вв. Хотя в большинстве районов мира феодальные отношения не только сохранялись, но продолжали быть господствующими и в последующую эпоху, её содержание определялось во всё возраставшей степени уже не ими, а возникшими и крепнувшими капиталистическими отношениями. Ф. у всех народов проходил в своём развитии стадии: генезиса (становления), развитого Ф., позднего Ф. Хронологические рамки этих стадий для разных регионов и стран мира различны. Феодализм в странах Европы. Генезис Ф. В странах Западной Европы Ф. сложился на развалинах Западной Римской империи, завоёванной в ходе Великого переселения народов варварами (главным образом германцами – франками, вестготами, бургундами, лангобардами и др.). Генезис Ф. охватывает здесь период с конца 5 по 10–11 вв. В вопросе о путях становления Ф. в Западной Европе в буржуазной историографии сложилось 3 основных направления (восходящих ещё к 18 в.). Одни историки (т. н. романисты) считают, что Ф. восходит в своих основных чертах к социально-правовым и политическим институтам позднеримской империи, другие (т. н. германисты), – что Ф. установился в результате возобладания германских институтов в общественной и политической организации средневекового общества; третьи придерживаются теории синтеза, под которым понимают механическое соединение в процессе феодализации античных и варварских порядков. Большинство современных западных историков является сторонниками концепции континуитета, т. е. медленной эволюции (без перерыва) римских или германских (или тех и других) начал, в ходе которой складывалось феодальное общество. Марксистская историография, признавая наличие «протофеодальных» элементов как в структуре позднеримского общества (колонат, патроциний – политическая власть крупных землевладельцев над населением), так и в структуре варварского, в частности германского, общества (дружинные отношения, различные формы зависимости и др.), рассматривает переход от дофеодальных формаций к Ф. как революционный процесс. На территории бывшей Западной Рим. империи этот процесс осуществлялся в форме синтеза разлагавшихся рабовладельческих (позднеантичных) и первобытнообщинных (германских, варварских) отношений, приведшего к созданию качественно нового строя. Этнополитические общности, возникшие на территории Западной Римской империи после завоевания её варварами, характеризовались – при всех локальных особенностях – некоторыми общими чертами. Племя-завоеватель, установившее в данном ареале своё военное господство, выступало основателем государственности (варварских королевств, приобретших со временем форму раннефеодальных монархий). Основная масса покорённого местного трудового населения оказалась на положении неравноправных, «тяглых» людей. Огромные территориальные захваты варваров и разделы земель между германцами ускорили превращение сложившейся у них ещё до вторжений родо-племенной аристократии в землевладельческую. Герм. короли раздавали земли, доставшиеся им при захвате римских территорий, своим дружинникам; в руки дружинников попадали целые поместья римских землевладельцев с их рабами и колонами. В варварских обществах сложился рабовладельческий уклад. Однако определяющим фактором эволюции этих обществ в направлении Ф. стало разложение сельской общины варваров, объединявшей свободных полноправных земледельцев (земледелие, наряду со скотоводством, стало основным занятием германцев ещё задолго до завоевания ими Западной Римской империи). После варварских завоеваний община в большинстве регионов Западной Европы находилась на той стадии развития, когда основной производственной ячейкой стало уже индивидуально-семейное (крестьянское) хозяйство, что повлекло за собой формирование развитого (полного) аллода – свободно отчуждаемого земельного надела. Возобладание индивидуально-семейного трудового хозяйства как основы общественного производства было фундаментальной социально-экономической предпосылкой генезиса Ф. На базе развитого аллода ускорилась имущественная дифференциация в среде общинников. В том же направлении воздействовали на сельскую общину государственные повинности – судебные, податные, военные и др. – само полноправие общинника стало в новых условиях фактором его разорения. Немалую роль в этом процессе сыграл и произвол более могущественных соседей, превращавшихся благодаря королевским земельным пожалованиям в крупных землевладельцев и стремившихся расширить территорию своего господства за счёт подчинения соседних общин. Процесс феодализации протекал в различных формах и с различной интенсивностью в разных регионах. В одних случаях общинники «добровольною признавали себя „людьми“ данного господина, беря на себя обязательство „служить“ ему (отношения коммендации), в других – вынуждены были идти к нему в кабалу. Особенно часты были случаи, когда разорившиеся земледельцы-общинники брали у крупного землевладельца земельный надел на условиях несения повинностей или под угрозой разорения передавали ему свой земельный надел и получали его обратно на праве „держания“, обременённого повинностями (одна из наиболее распространённых форм – прекарный договор, см. Прекарий). С течением времени обе формы зависимости – поземельная и личная – сливались. Королевская власть, жалуя своим служилым людям права на получение государственных доходов с определённой территории или возлагая на магнатов выполнение государственных функций в своей округе (см. Иммунитет), ускоряла постепенное превращение отдельных территорий в частные вотчины, а её земледельцев – в зависимых держателей вотчинника. Процесс феодализации сводился не к отрыву крестьянина от надела, а к прикреплению его (в той или иной юридической форме) к земле. В ходе этого процесса крестьянский надел становился зависимым, несвободным, отягощенным повинностями в пользу господина, который становился верховным собственником надела крестьянина и его сеньором. Такова определяющая сторона аграрного переворота (во Франкском государстве в 8–9 вв.), ознаменовавшего в Западной Европе переход от варварского общества к раннефеодальному. Вторая сторона этого переворота – формирование структуры господствующего класса, обеспечивавшей осуществление функций классового подавления. Оно происходило разными путями. С одной стороны, складывалось условное (главным образом на условиях несения военной службы) держание – бенефиций, с другой – параллельно с этим в Западной Европе распространились отношения вассалитета, т. е. лично-договорные связи, предполагавшие выполнение вассалом в пользу сеньора почётных служб (в основном – военной), совместимых с принадлежностью обоих участников вассального договора к господствующему классу – феодалам. Постепенно стало обычным, что бенефициарий являлся вассалом, а вассал получал земельное пожалование. Результатом процесса феодализации явилось, т. о., складывание основных антагонистических классов феодального общества. С одной стороны, масса в прошлом свободных общинников-земледельцев, а также рабы, колоны, полусвободные сливались в единый класс феодально-зависимого крестьянства, с другой – складывался военно-феодальный класс, объединённый феодальной иерархией. В сфере политической надстройки для генезиса Ф. характерны внешне централизованные, иногда очень обширные (типа империи Карла Великого), но по существу аморфные и легко распадающиеся государства, лишённые прочных внутренних экономических и этнических связей. Процесс феодализации сопровождался острой социальной борьбой как между уже зависимыми слоями населения и их господами, так и между свободными, но втягивавшимися в зависимость общинниками, с одной стороны, и земельными магнатами, а также королевской администрацией – с другой. Эта борьба нередко принимала форму крупных восстаний, участники которых выдвигали требование возврата к древним общинным порядкам. В сфере идеологической процесс феодализации сопровождался распространением христианства, повсеместно пришедшего на смену язычеству. Христианская религия выступала в качестве идеологической санкции складывавшегося феодального строя и правопорядка. Социальный протест угнетённых приобретал поэтому нередко форму отстаивания язычества, а также еретических движений. Генезис Ф. в Западной Европе имел существенные региональные особенности. В пределах Европейского континента выделяется несколько типов генезиса Ф. Первый – на основе „уравновешенного“ синтеза элементов Ф., вызревавших внутри рабовладельческой формации, с протофеодальными отношениями., зарождавшимися в разлагавшемся первобытнообщинном строе. Классический эталон этого типа – Франкское государство, особенно северофранц. регион. Второй тип – на основе синтеза с явным преобладанием позднеантичных начал (средиземноморский регион – Италия, Южная Франция, Испания – после завоевания её вестготами; вне Западной Европы вариант этого типа даёт Византия – старая рабовладельческая основа возникновения Ф. была выражена там особенно отчётливо, в частности, не было разрушено сильное рабовладельческое государство, лишь постепенно трансформировавшееся в 7–11 вв. в раннефеодальное, сохранились города). Третий тип – бессинтезный или с очень незначительными элементами синтеза. Ф. здесь рождался из разложения родо-племенного строя варваров, минуя стадию развитого рабовладельческого общества (Сев.-Зап. Германия, скандинавские страны, вне Западной Европы – территории вост. и зап. славян, Венгрия). В регионах, где процесс феодализации шёл по этому пути, он затянулся на длительное время. Стадия развитого Ф. в Европе (11–15 вв.) характеризуется завершением процесса становления феодального строя в базисе и во всех элементах надстройки. К этому времени основные институты феодального общества (крупная феодальная земельная собственность, сеньориальная система и др.) и основные классы уже сформировались. Вотчина (поместье, сеньория, манор), т. е. территория непосредственного господства сеньора над поземельно и лично зависимыми крестьянами, становится определяющей формой организации сельского хозяйства, производства и извлечения из крестьянского хозяйства феодальной ренты. Формы вотчины сильно варьировались. „Классической“ принято считать вотчину, состоявшую из компактной территории, которая делилась на две части: господскую землю (домен) и наделы (держания) крестьян. Обычно под покровом вотчины продолжала существовать подчинённая ей крестьянская община. Господская земля (лежавшая нередко чересполосно с землёй крестьян) составляла примерно 1/3 всей пахотной площади вотчины. На домене велось собственное господское хозяйство в основном с помощью барщинного труда зависимых крестьян (работавших на домене своими орудиями труда), отчасти – труда дворовых (работавших орудиями феодала). Вотчинная власть сеньора над личностью земледельца проявлялась в регламентации самых различных сторон жизни крестьянина и его семьи (порядок наследования крестьянского, надела, связь крестьянского хозяйства с рынком, браки, уход за пределы вотчины и т.д.). На этой стадии Ф. значительная часть крестьян находилась в суровых формах зависимости (сервы во Франции и Италии, вилланы в Англии и т.д.). В период развитого Ф. завершилось превращение бенефиция в наследственное привилегированное держание – феод (лен), сохранившее условный и служилый характер, и оформление вассально-ленной иерархической структуры господствующего класса феодалов. Завершение процесса превращения аллодиального землевладения в феодальное сопровождалось в сфере политической надстройки переходом к феодальной раздробленности. Наиболее важными типологическими признаками аграрного и социально-политического строя западноевропейского Ф. в целом стали: господство крупного землевладения частновотчинного типа (при отсутствии или относительной слабости землевладения государственного); резкое преобладание в составе класса непосредств, производителей мелких частновладельческих крестьян-держателей, самостоятельных хозяев, находившихся в разной степени и в разных формах сеньориальной зависимости, и, следовательно, преимущественно частновладельческий (сеньориальный) характер эксплуатации крестьянства с помощью частновладельческих же средств внеэкономического принуждения; связь крупной земельной собственности с теми или иными формами политической власти, выступавшей как частноправовые отношения (вотчинные суды, полиция, иммунитеты), вассально-ленная иерархическая структура господствующего класса феодалов, основанная на этой структуре система феодального ополчения (позднее – рыцарских дружин и отрядов) как главная форма военной организации. Наиболее отчётливо эти черты воплотились в сев.-зап. регионе (Северная Франция, Западной Германия, в известной мере также Англия). Здесь, и особенно на территории Сев.-Вост. Франции, Ф. характеризовался максимальной завершённостью. Поскольку в этом районе наиболее четко были выражены юридический институт, давший название всему строю, – феодальный, условный характер земельной собственности, вассально-ленная система, феодальная иерархия и др., многие направления буржуазной историографии стали рассматривать именно эти политико-правовые черты как главные и определяющие признаки Ф. вообще, отрицая наличие Ф. даже в части стран Европейского континента (а тем более за его пределами), где отсутствовали или были слабо выражены эти признаки. В других регионах Европы феодальный строй имел ряд особенностей, во многом связанных со спецификой здесь генезиса Ф., а также с географическими условиями и др. Так, для стран средиземноморского региона была характерна некоторая незавершённость феодальной общественной структуры (широкое распространение относительно мягких форм эксплуатации крестьян, сохранение значительного слоя крестьян-собственников, сравнительно небольшие размеры феодальной вотчины, нечёткость феодальной иерархии) в сочетании с ранним и быстрым расцветом городов и городской жизни. Для североевропейского региона (скандинавские страны) были характерны слабое развитие частновладельческого домениального хозяйства и эксплуатации крестьянства в форме барщины, преобладание крестьянского землевладения лично свободных и сословнополноправных крестьян, длительное сохранение ведущей роли государственных повинностей в системе феодальной эксплуатации крестьянства, слабое и позднее развитие городов, живучесть патриархально-общинных связей и др. В период развитого Ф. пути его эволюции определялись, помимо прежних, и новыми факторами: уровнем роста производительных сил и производительности крестьянского труда, развитием городов, товарно-денежных отношений, особенностями процесса централизации государства. В период развитого Ф. он как формация реализовал все заложенные в нём возможности исторического прогресса, который был связан в первую очередь с ростом производительности труда в хозяйстве крестьянина. Рост производительных сил феодального общества проявился на этом этапе прежде всего в значительном расширении культивируемой площади (т. н. внутренняя колонизация), в распространении трёхполья, улучшении обработки земли, повышении урожайности, распространении технических культур, виноделия, садоводства, огородничества и т.д. На базе этого прогресса производительных сил шло дальнейшее развитие общественного разделения труда – происходило отделение ремесла от земледелия, что привело к быстрому росту в 11–12 вв. средневековых городов как средоточия ремесла и торговли. Расцвет феодального города внёс важные изменения в структуру средневекового общества. Хотя организация городского ремесла сохраняла феодальный характер (мелкое производство, цехи с их иерархией, корпоративный строй и др.), отношения собственности в нём существенно отличались от сложившихся в сельском хозяйстве – возникла юридически признанная собственность ремесленника на основные средства его производства (орудия труда, ремесленная мастерская) и произведённую им продукцию. Появился новый общественный слой – горожане, окончательно консолидировавшийся в ходе освободительной борьбы городов против их феодальных сеньоров (см. Коммунальное движение). В ходе этой борьбы система сеньориальной эксплуатации городского ремесла и торговли была существенно подорвана (местами полностью ликвидирована). Тем самым были обеспечены условия для максимально свободного (в рамках феодального строя) развития простого товарного производства. Городское ремесло с самого начала было ориентировано на производство изделий на рынок. В крестьянском хозяйстве по мере роста производительности труда земледельца возрастала масса прибавочного продукта, часть которого, не изъятая у крестьянина. в виде ренты, присваивалась им самим. Следствием этого в условиях продолжавшегося господства Ф. была постепенная перестройка системы феодальной эксплуатации с целью повышения её нормы. Домениальная система хозяйства, а вместе с ней и барщина в Западной Европе всё более уступали место оброчной системе, денежной ренте (обязательным условием перехода к денежной ренте была продажа крестьянином излишка произведённой им с.-х. продукции на рынке), при этом особенно быстро рос удельный вес платежей, связанных с ссньорриальной юрисдикцией, рыночными правами и др. (поскольку размеры оброка были фиксированными). Постепенно исчезали серваж, вилланство, ослаблялась личная зависимость и на первый план выступала поземельная зависимость крестьянина, всё большую роль стали играть элементы экономического принуждения. В условиях распространения денежной ренты углублялась имущественная дифференциация крестьянства, в частности рос слой малоземельной сельской бедноты, вынужденной подрабатывать наёмным трудом. Процесс перестройки всей системы феодальной эксплуатации, происходивший в Западной Европе в 14–15 вв., знаменовал разложение и кризис одной стадии Ф. – сеньориальной и переход на более высокую стадию его развития, когда центром производства феодальной ренты почти полностью стало крестьянское хозяйство, что было косвенным выражением экономического превосходства мелкого парцеллярного крестьянского хозяйства над хозяйством домениальным. 14–15 вв. ознаменовались и новым этапом в классовой борьбе крестьянства, связанным с новой стадией развития Ф. Наряду с повседневными локальными формами проявления крестьянского протеста, редко выходившими в 11–13 вв. за пределы отдельных вотчин, теперь происходят массовые крестьянские восстания: Дольчино в Италии в 1304–1307, Жакерия во Франции в 1358, Уота Тайлера восстание 1381 в Англии, гуситские войны (см. Гуситское революционное движение) в Чехии 1-й половины 15 в. и др. Историческое значение крестьянской антифеодальной борьбы 14–15 вв. в том, что она способствовала вытеснению домениального хозяйства крестьянским (в Западной Европе), сделала возможным формирование крестьянской парцеллярной земельной собственности (хотя обычно она маскировалась различными „феодальными вывесками“). В период развитого Ф. заметны изменения и во внутренней структуре класса феодалов. В 11–13 вв. происходит консолидация и юридическое оформление господствующего класса в привилегированные сословия. Складывается наследственный слой рыцарства, а позднее на его основе – сословие дворянства. Высшее и среднее духовенство (часть класса феодалов) составляло другое господствующее сословие. Третье сословие, формально включавшее всех „простолюдинов“, а фактически представленное в сословно-представительных учреждениях бюргерством, несло на себе печать неполноправия и угнетённости. Огромное большинство этого сословия, т. н. люди сеньории (преимущественно крестьяне, подвластные сеньорам), фактически стояло вне публично признанного сословного строя. Господствующий класс феодалов, выступая как единый (по отношению ко всем „простолюдинам“), был внутренне весьма разнороден. Верхушка дворянства – герцоги, графы, а также прелаты церкви (епископы, аббаты крупных монастырей) являлись сюзеренами в отношении большого числа вассалов, сеньорами многих десятков и даже сотен вотчин. На другом полюсе феодальной иерархии находилась масса мелких сеньоров, основные доходы которых ограничивались рентой относительно небольшого числа зависимых крестьян, а территория господства – границами мелкой вотчины. Земля по мере втягивания с.-х. производства в рыночный обмен становилась товаром. Происходило дробление феодов, имевшее результатом разрушение системы вассально-ленных связей. Поскольку хозяйственные связи в этот период вышли далеко за пределы не только отдельной сеньории (вотчины, поместья), но и отдельных провинций, началось складывание национальных рынков, появились объективные возможности для политической централизации феодальных государств. Централизованное феодальное государство формировалось как сословная монархия, т.к. без участия сословного представительства нельзя было заставить феодальные сословия, прежде всего бюргерство, оплачивать расходы, связанные с функционированием разросшегося аппарата централизованной власти. Возникновение сословной монархии обусловливалось также потребностью господствующего класса в централизованных орудиях подавления борьбы угнетённых. Наконец, на этой стадии Ф. завершилось „достраивание“ феодальной надстройки и в сфере идеологии и культуры. Католическая церковь добилась почти абсолютного идеологического господства – её учение, разработанное в трудах теологов-схоластов 12–13 вв. (Фома Аквинский и др.), превратилось в высшее и универсальное выражение феодального миропонимания в целом. Вместе с тем появляются элементы будущего преодоления и разрушения идеологической монополии церкви. Потребности городской жизни диктовали новые методы познания действительности: опытные – вместо умозрительных, критические и рациональные – вместо слепой веры в авторитеты. Возникают светская школа и университеты, развиваются рационалистические и пантеистические философские учения, подрывавшие официальную церковную догму. Рост идейной оппозиции Ф. выражался в распространении ересей, нередко становившихся знаменем антифеодальной классовой борьбы народных масс. В рамках складывавшихся централизованных государств происходила окончательная консолидация феодальных народностей, превратившихся в дальнейшем в нации, формировались национальные языки и литература на этих языках. Главное содержание стадии позднего Ф. составляет процесс разложения феодальной формации и зарождения в её недрах капиталистического способа производства. В странах Западной Европы распространение (уже на стадии развитого Ф.) простого товарного производства и связанные с этим глубокие изменения во всех сферах производства, в формах феодальной эксплуатации и зависимости создали некоторые благоприятные предпосылки для зарождения элементов новой, капиталистической формации. В результате перестройки феодальных аграрных отношений и освобождения в 14–15 вв. крестьян от личной зависимости возникла одна из важных предпосылок капиталистического производства – личная свобода труженика. В ходе т. н. первоначального накопления капитала возникла вторая необходимая предпосылка – произошёл отрыв традиционных держателей – крестьян от земли, их экспроприация (хотя этот процесс нигде, кроме Англии, не достиг завершения). Развитие городов и городского ремесла, торговли и ростовщичества способствовало накоплению крупных капиталов в руках верхушки бюргерства и разорению части ремесленников. Появились и некоторые технологические предпосылки крупного производства. Всё это способствовало зарождению в недрах Ф. ранних форм капиталистического производства, прежде всего в промышленности (см. Капитализм, Мануфактура). В сельском хозяйстве эти же процессы приводили ко всё большему подчинению производства требованиям рынка, к замене отношений, регулируемых обычаем, отношениями рыночными, коммерческими, к развитию переходных форм аренды земли, распространению наёмного труда и к зарождению капиталистической земельной ренты. Хотя Ф. ещё продолжал господствовать, он всё более видоизменялся. Сеньориальные формы феодальной ренты, обесценившиеся в ходе т. н. „революции цен“, постепенно уступали место в эксплуатации (прежде всего крестьянства) централизованным формам ренты (государственные налоги). Утрата дворянством военной монополии, сокращение сеньориальных доходов и др. имели своим результатом распад феодальной иерархии, „перегруппировку“ дворянства в условиях централизованного государства, когда королевская служба превращалась в один из важнейших источников „благородного существования“. Политическое господство феодального класса в период разложения Ф. принимало (за редким исключением) форму абсолютной монархии (см. Абсолютизм). Формы абсолютизма весьма различались в отдельных странах. Однако его возникновение само по себе было, с одной стороны, симптомом разложения Ф. и резкого усиления на этой почве борьбы классов, а с другой – свидетельством того, что феодальные отношения эксплуатации оставались всё же господствующими, поскольку за феодальным классом сохранялось политическое господство. Столь же противоречивым было развитие в период позднего Ф. духовной жизни. Безраздельному господству католицизма был нанесён удар Реформацией. Высвобождение духовной жизни из-под религиозного влияния нашло выражение в светской культуре Возрождения и гуманистической идеологии. Развитие производительных сил дало толчок новым формам не только производства, но и мышления – возникает наука, основанная на опытном знании. В то же время в контрнаступление переходил католицизм (контрреформация), а идеологическая атмосфера, созданная поздним абсолютизмом, была враждебна и гуманизму, и иным проявлениям возникавшей раннебуржуазной идеологии. Поздний Ф. – период острейшей классовой борьбы, которая значительно усложнилась благодаря появлению в общественной структуре двух зарождавшихся новых классов – буржуазии и пролетариата. В странах, где рано зародились и необратимо развивались капиталистические отношения, разрушая феодальную структуру, произошло раннее крушение феодальной формации в ходе ранних победоносных буржуазных революций 16–18 вв. (Нидерланды, Англия, Франция). В части европ. стран (Италия, Испания, западно-германские княжества) рано начавшийся процесс становления капиталистических отношений в условиях развернувшейся здесь сеньориальной реакции замедлился и даже приостановился, оказался (в пределах 16–18 вв.) частично „обратимым“. Длительная феодальная реакция, принявшая юридическую форму „второго издания крепостничества“, восторжествовала в период позднего Ф. в странах центральной и Восточной Европы. Политическим выражением феодальной реакции стала развившаяся система безраздельной дворянской диктатуры (политическое засилье магнатства и шляхты в Речи Посполитой, царское самодержавие в России). В странах „второго издания крепостничества“ Ф. принял застойный характер, лишь постепенно уступая дорогу зародышевым формам капиталистических отношений. Их развитие под покровом Ф. шло путём мучительной для крестьянства перестройки помещичьего хозяйства на основе кабальных, полукрепостнических форм наёмного труда, олицетворявших т. н. прусский путь развития капитализма в земледелии; в промышленности применение наёмного труда долго сочеталось с использованием труда принудительного (см., например, Вотчинная промышленность). Стадия позднего Ф. продолжалась в этом регионе до середины и даже во 2-й половины 19 в., а после этого сохранялись значительные феодальные пережитки (особенно в аграрных отношениях, в политической надстройке). Феодализм в странах Востока. На Востоке можно выделить три основные группы стран, различавшиеся по формам и темпам феодализации: древнейшие очаги цивилизации – Египет, Двуречье, Иран, Индия, Китай; другие земледельческие цивилизации, вступившие на путь формирования классов и государства с первых веков н. э., – Корея, Япония, страны Юго-Восточной Азии, Эфиопия; некоторые, преимущественно кочевые народы, долго жившие в условиях первобытнообщинного строя и лишь во 2-й половине 1-го – начале 2-го тыс. н. э. достигшие стадии классового общества (некоторые араб., тюркские, монгольские племена). В то время как в странах первой группы феодальный строй пришёл на смену уже развитому классовому обществу, у тех народов (земледельческих и кочевых), которые вступили в стадию классового общества сравнительно поздно, рабовладельческая тенденция развития в довольно короткий срок уступила место феодальной. Тем не менее для всего Востока характерно длительное существование в рамках феодального общества сильного рабовладельческого уклада. Зарождение феодальных отношений, прежде всего формирование крупного землевладения, широкое распространение земельной аренды, началось в таких странах, как Китай, Индия, по-видимому, раньше, чем в Европе. Однако процесс феодализации растянулся здесь на длительный период – примерно с первых веков н. э. (иногда даже с первых веков до н. э.) до конца 1-го – начала 2-го тыс. н. э. Изменения в экономике, свидетельствующие о переходе от рабовладельческой формации к феодальной, совпадали (и в Китае, и в Индии) с „варварскими“ нашествиями, сопровождались крупнейшими идеологическими сдвигами (распространение буддизма, серьёзные изменения в традиционных идеологических системах – индуизме, конфуцианстве, даосизме). Переломным этапом, которым, очевидно, следует датировать начало феодальной формации на Ближнем Востоке, являются возникновение ислама и арабские завоевания (7–8 вв.). Для раннефеодального периода в странах Востока типично существование сильных централизованных монархий. При сохранении здесь общины господствующий класс в раннефеодальных империях Востока (Арабский халифат, Танская империя в Китае и др.) первое время ещё не окреп настолько, чтобы превратить основную часть обрабатываемых земель в своё наследственное владение, поставить крестьян в прямую частную зависимость. В этот период велика роль коллективной формы эксплуатации крестьянства через государственный аппарат, посредством ренты-налога. Рост частной собственности на землю и острая классовая борьба в раннефеодальных восточных обществах привели к концу 1-го тыс. к победе частно-феодальных начал и к торжеству (иногда кратковременному – Китай 9 в., иногда более длительному – Ближний Восток, Индия) политической раздробленности над раннефеодальной централизацией. В тех странах Востока, которые перешли от первобытнообщинного строя непосредственно к феодальному, этот переход облегчался экономическим, культурным и особенно религиозно-идеологическим влиянием более развитых стран. Несмотря на недостаточную изученность проблемы, есть основания предполагать, что некоторые из указанных стран начали с возникновения рабовладельческих отношений и лишь спустя какое-то время рабовладельческая тенденция сменилась феодальной в качестве господствующей (Япония нарского периода, ранний Аксум, некоторые кочевые империи Центральной Азии). Стадии развитого Ф. ведущие страны Азии и Северной Африки достигли почти одновременно с Европой (т. е. примерно в первые века 2-го тыс. н. э.). Об этом свидетельствуют факты общего подъёма товарно-денежных отношений, роста городов в Китае, Индии, на Ближнем Востоке; расширение частной феодальной земельной собственности за счёт т. н. государственной (т. е. увеличение земель феодалов как за счёт крестьянских общин, так и благодаря превращению условных, временных форм феодальных держаний в наследственные); завершение строительства идеологической надстройки феодального общества. Вместе с тем даже в наиболее развитых странах Азии и Сев. Африки не были изжиты некоторые явления, свойственные раннему Ф. Через всё вост. средневековье проходит борьба двух тенденций, связанных: одна – с усилением государственной, другая – частной феодальной собственности на землю. При всех исторических колебаниях обнаруживается тенденция к неуклонному росту частной феодальной земельной собственности за счёт государственной, хотя большая доля государоственной собственности на землю сохраняется в ряде стран и в эпоху развитого Ф. Одна из важнейших особенностей земледельческих стран Востока – специфическая организация класса феодалов, которые, даже будучи крупными землевладельцами, не вели, как правило, собственного крупного барщинного хозяйства, эксплуатируя крестьян преимущественно путём взимания продуктовой ренты. Для вост. Ф. типичен относительно малый удельный вес внеэкономического принуждения в сфере частной феодальной эксплуатации, нередко оно сводилось к сословной неполноправности крестьянина, а отношения эксплуатации принимали форму „аренды“ крестьянином помещичьей земли. В странах Востока имелся и обширный слой крестьяне собственников», т. е. держателей государственных земли, в ряде районов сохранялись общинное землевладение и землепользование. Для большинства стран Востока и в период развитого Ф. характерно наличие гипертрофированной власти государства, сохранение, несмотря на периодические полосы феодальной раздробленности, высокой степени государственной централизации. Структура господствующего класса, различная в разных странах Востока, отражала во многом ту же гипертрофию государства. В конституировании господствующего класса большое значение имела близость к верховной государственной власти. На Ближнем Востоке главную роль играло военно-служилое сословие, формировавшееся часто из иноземцев, даже бывших рабов (мамлюки в Египте). В Китае, Вьетнаме, Корее центральное место среди прослоек господствующего класса заняло сословие учёных (кит. шэньши), хранителей традиционной идеологии, из которых главным образом рекрутировалось государственное чиновничество. В странах Востока не возникли некоторые институты, сформировавшиеся на Западе (независимые от феодалов города), городская жизнь оставалась под бюрократическим контролем государства (исключение – город Сакаи в Японии). Несмотря на более раннее и более широкое, чем на Западе, развитие товарно-денежных отношений, страны Востока к 15–16 вв. стали отставать и в этом отношении; уровень товарности крестьянского хозяйства был низким: торговля часто находилась в руках феодалов, преобладала внешняя торговля. Медленность процессов, происходивших в экономике, нашла отражение в идеологической сфере. Оформившаяся к периоду развитого Ф. религиозно-идеологическая надстройка включала элементы дофеодальных идеологических систем, придававших ей особенно консервативный характер. В 16–18 вв. в некоторых странах Востока, таких, как Китай, Корея, Индия, наблюдались относительно высокая степень развития товарно-денежных отношений, распространение в отдельных районах и отраслях производства наёмного труда, подчинение в ряде случаев ремесла торговым капиталом и возникновение форм ремесленного производства, непосредственно предшествовавших мануфактуре. Но практически этот процесс не привёл в то время ни в одной восточной стране к разложению Ф. и к оформлению капиталистического уклада. Процессы разложения Ф. в странах Востока, развернувшиеся уже в новую всемирно-историческую эпоху – эпоху утверждения, развития, а затем упадка капитализма, в сравнении с «классическим» течением их в Зап. Европе существенно трансформировались под влиянием европ. капитализма. Период позднего Ф. для Китая, Индии, Ирана и др. стран начинается, видимо, только в 19 в. Колониальное закабаление стран Востока сопровождалось сохранением, консервацией и даже (в ряде районов) распространением вширь феодальных отношений. Эксплуатация попадавших в зависимость стран Востока феодальными методами – характерная черта колониальной политики европейских государств периода первоначального накопления. При этом формы феодальной эксплуатации, господствовавшие в странах Востока, были приспособлены колонизаторами к своим нуждам. Так, в одной части Индии британские колонизаторы ускорили превращение условного феодального землевладения в частную феодальную земельную собственность и содействовали её закреплению (см. Заминдари), создавая т. о. себе социальную опору из класса новых помещиков; в другой части Индии власти прибегли к использованию традиций государственной собственности на землю (см. Райятвари). Переход к эксплуатации колониальных и зависимых стран методами промышленного капитализма и особенно империалистическими методами (превращение их в рынки сбыта европейских промышленных товаров и в источники сырья, насильственное вовлечение их в мировой капиталистический рынок и, наконец, превращение в сферу приложения иностранного капитала) ускорял разложение натуральной системы хозяйства стран Востока, вёл к возникновению очагов капиталистического производства. Но эти страны не становились капиталистическими (исключение – Япония), характерным для них стало тяжёлое длительное сочетание капиталистических методов эксплуатации со старыми, феодальными. Сектор капиталистических отношений создавался преимущественно в фабрично-заводской промышленности, плантационном хозяйстве, транспорте и являлся сферой приложения иностранного капитала: развитие национально-капиталистической промышленности задерживалось колонизаторами; местное ремесленное производство, сохранявшее в основном феодальный характер, гибло, не выдерживая конкуренции иностранных товаров. Почти во всех странах Азии и Африки Ф., поддерживаемый иностранным империализмом, в трансформированном виде дожил как пережиток до 2-й мировой войны 1939–45, сосуществуя с капиталистическим укладом и препятствуя прогрессивному развитию стран Востока. Это находило выражение: в сохранении преимущественно аграрного характера экономики колониальных и зависимых стран, феодально-помещичьего землевладения в качестве господствующего при массовом безземелье и малоземелье крестьянства, эксплуатировавшегося путём распространения докапиталистических форм аренды земли; в сохранении докапиталистических форм государства (монархия абсолютистского типа, пережитки теократии, элементы феодальной раздробленности); в господстве в области идеологии отсталых религиозных и иных форм общественного сознания (пережитки Ф. в сознании наиболее живучи, они придают специфическую окраску крестьянской мелкобуржуазной психологии масс, влияя на характер освободительного движения в отдельных странах, нередко искажая его). Ликвидация строя феодальных и полуфеодальных аграрных отношений (решений аграрного вопроса) – одна из важнейших задач национально-освободительных революций и движений, в которых антифеодальная борьба теснейшим образом переплетается с борьбой антиимпериалистической. Большинство стран Азии и Африки, добившихся политической независимости, приступило к решению антифеодальных задач. Насколько радикально решается задача ликвидации феодальных отношений в экономическом и общественном строе той или иной страны, зависит от соотношения классовых сил внутри каждой страны и на международной арене. Наряду с методами революционой ломки феодальных отношений имеют место реформы буржуазного характера. Ликвидация феодальных пережитков в общественной психологии и идеологии отстаёт при этом от преобразований в экономическом базисе. Лит.: 1.Маркс К. и Энгельс Ф., Немецкая идеология, Маркс К. и ЭнгельсФ., Соч., 2 изд., т. 3, с. 22 – 78; 2. Маркс К., Капитал, т. 1, 3, там же, т. 23, 25, ч. 1–2; его же, Формы, предшествующие капиталистическому производству, там же, т. 46, ч. 1; 3. Энгельс Ф., Марка, там же, т. 19; его же, Франкский период, там же; его же, Крестьянская война в Германии, там же, т. 7; его ж е, Происхождение семьи, частной собственности и государства, там же, т. 21; его же, О разложении феодализма и возникновении национальных государств, там же; 4. Поршнев Б. Ф., Феодализм и народные массы, М., 1964; 5. Удальцова З. В., Гутнова Е. В., Генезис феодализма в странах Европы, М., 1970 (Доклад на XIII Международном конгрессе исторических наук); |