Доклад: И направления эдиционной практики

В большинстве своем академические собрания сочинений, многие из которых заявлены на титульных листах как «полные собрания сочинений», принципа полноты не выдерживают.В отдельных случаях неполнота изданий была обусловлена непреодолимыми на момент их подготовки объективными причинами —невыявленностью или недоступностью для издания тех или иных текстов. Более частыми оказываются другие прецеденты — неполнота и научная облегченность и небезупречность изданий, диктовавшаяся властными инстанциями, предписывавшими научному коллективу свои директивные ограничения. Академический Лермонтов (6 тт.; 1954—57) оказался неполным из-за фарисейских псевдо-моральных установок советского времени: в него не включены фривольные «юнкерские» поэмы «Гошпиталь», «Петергофскийпраздник» и «Уланша».

Восстановление текстов автора в полном объеме — одна из насущных задач, которые стоят при возможном переиздании ранее осуществленных академических собраний сочинений, в целом соответствующих эдиционным требованиям, предъявляемым к профессионально подготовленным изданиям, но несвободным от отдельных погрешностей и недочетов. Как видим, неполнотой страдает большинство осуществленных академических полных собраний сочинений. Но еще бόльшим недостатком является включение в подобные издания текстов, данному автору непринадлежащих. Ненадежность текстов— самая уязвимая черта многих современных изданий писателей начала ХХ века, в том числе и тех, которые традиционно обладают вполне высокой репутацией. Так, в ходе подготовки нового, комментированного и текстологически выверенного издания стихотворений Бунина для серии «Новая Библиотека поэта», выяснилось, что ни одно из ранее осуществленных изданий стихотворений, в том числе в составе 9-томногособрания сочинений 1965—1967гг., традиционно служащего эталоном для последующих изданий, не может быть признано авторитетным источником текста. Составители посмертны хизданий Бунина не руководствовались какими-либо определенными текстологическими принципами: одни стихотворения публиковались в первопечатных редакциях, другие — в редакции собрания сочинений 1910-х гг., третьи — в редакции позднейшего, эмигрантского собрания сочинений. На сегодняшний день именно нехватка высококвалифицированных исследователей, способных решать сложные текстологические и комментаторские задачи, является главным препятствием на пути к широкомасштабному осуществлению «академических» полного собрания сочинений целого ряда классиков русской литературы, заслуживающих подобных изданий. Планомерного воспроизводства специалистов-филологов, способных осуществлять необходимую в данном случае работу, фактически не происходит: в большинстве своем университеты уделяют внимание чему угодно, только не так называемым «вспомогательным филологическим дисциплинам», которые на самом деле являются базовыми: источниковедению, текстологии, библиографии; а без свободного владения этим профессиональным арсеналом трудиться над «академическими» изданиями невозможно. Наиболее оптимальной и вполне осуществимой при рациональном подходе к делу видится установка на издание собраний сочинений, представляющих творчество писателя в доступном объеме, но без претензии на исчерпывающую, «академическую» полноту воспроизведения всех авторских версий текста и настоль же исчерпывающее, много аспектное его комментирование. Еще один вопрос общего характера — соблюдение принципа последней авторской воли.Являющийся одним из самых непреложных текстологических установлений, он, однако, может быть скорректирован применительно к ситуациям, которые возникают при сопоставлении редакций текстов, опубликованных в дореволюционные годы или впервые 10–15 лет советской власти, с теми редакциями, в которых они печатались в эпоху торжества «социалистического реализма». Безотносительно к тому, были ли исправленные редакции, по формальным признакам отражающие последнюю авторскую волю, плодом постороннего вмешательства, автоцензуры или даже следствием авторского искреннего «перерождения убеждений», их следует рассматривать в контексте той литературно-общественной жизни и того исторического момента, какие запечатлелись в их исправленном и обновленном виде.